Город Рек и Морей, укрытый пологом зимней тьмы, по-прежнему сиял мириадами огней. Хотя на часах было всего шесть вечера, в это время года сумерки быстро перетекали в бесконечную ночь.
Город Рек и Морей, укрытый пологом зимней тьмы, по-прежнему сиял мириадами огней. Хотя на часах было всего шесть вечера, в это время года сумерки быстро перетекали в бесконечную ночь.
Цзи Леху пока не решил, как лучше сбыть партию алмазов. Время сейчас выдалось неспокойное, поэтому он рассудил, что вполне может подождать до окончания праздников. Что до правоохранительных органов, то Сунь Ци вовсю допрашивала банду Цао Сяньху. Пока ей было не до Цзи Леху – она стремилась в кратчайшие сроки выжать из задержанных все сведения. Это было необходимо не только ради безопасности Лю Молань, но и для того, чтобы представить управлению полиции города Моря и Неба достойный отчет по итогам года.
Цзи Леху пока не решил, как лучше сбыть партию алмазов. Время сейчас выдалось неспокойное, поэтому он рассудил, что вполне может подождать до окончания праздников. Что до правоохранительных органов, то Сунь Ци вовсю допрашивала банду Цао Сяньху. Пока ей было не до Цзи Леху – она стремилась в кратчайшие сроки выжать из задержанных все сведения. Это было необходимо не только ради безопасности Лю Молань, но и для того, чтобы представить управлению полиции города Моря и Неба достойный отчет по итогам года.
Защита Лю Молань по-прежнему лежала на плечах Сунь Ци. Впрочем, Лин Суюнь тоже проявил к этому делу определенный интерес: видя, как в город Моря и Неба стекается всё больше мастеров криминального мира, он явно вознамерился накрыть их всех одним махом.
Защита Лю Молань по-прежнему лежала на плечах Сунь Ци. Впрочем, Лин Суюнь тоже проявил к этому делу определенный интерес: видя, как в город Моря и Неба стекается всё больше мастеров криминального мира, он явно вознамерился накрыть их всех одним махом.
Отпросившись у Лю Молань, Цинь Ян еще днем поспешил в город Рек и Морей.
Отпросившись у Лю Молань, Цинь Ян еще днем поспешил в город Рек и Морей.
— Уважаемый, не подскажете, как проехать по этому адресу в уезде Фэнъян? — Цинь Ян протянул водителю такси у вокзала листок, на котором Лин Суюнь начертал координаты.
— Уважаемый, не подскажете, как проехать по этому адресу в уезде Фэнъян? — Цинь Ян протянул водителю такси у вокзала листок, на котором Лин Суюнь начертал координаты.
Тот взглянул на бумажку и усмехнулся:
Тот взглянул на бумажку и усмехнулся:
— Повезло тебе, парень. Мне как раз по пути. До Фэнъяна километров двадцать пять будет, в такой час меньше чем за сотню я бы и с места не сдвинулся. Но раз уж нам по дороге – садись, за тридцатку довезу.
— Повезло тебе, парень. Мне как раз по пути. До Фэнъяна километров двадцать пять будет, в такой час меньше чем за сотню я бы и с места не сдвинулся. Но раз уж нам по дороге – садись, за тридцатку довезу.
— Благодарю, — Цинь Ян забросил рюкзак на заднее сиденье и устроился рядом с водителем. Он протянул мужчине сигарету; тот не стал отказываться, прикурил и, тронув машину с места, полюбопытствовал:
— Благодарю, — Цинь Ян забросил рюкзак на заднее сиденье и устроился рядом с водителем. Он протянул мужчине сигарету; тот не стал отказываться, прикурил и, тронув машину с места, полюбопытствовал:
— И что тебе понадобилось в Фэнъяне на ночь глядя? Не к подружке ли из интернета едешь? Я по вечерам часто таких вожу – то из соседнего уезда, то из другого города, и все к виртуальным знакомым спешат.
— И что тебе понадобилось в Фэнъяне на ночь глядя? Не к подружке ли из интернета едешь? Я по вечерам часто таких вожу – то из соседнего уезда, то из другого города, и все к виртуальным знакомым спешат.
— Навещаю родственников, — затянувшись, ответил Цинь Ян. — Скоро Новый год, вот и решил заглянуть.
— Навещаю родственников, — затянувшись, ответил Цинь Ян. — Скоро Новый год, вот и решил заглянуть.
— А чего не после праздников? — Удивился водитель. — До торжества еще целая неделя.
— А чего не после праздников? — Удивился водитель. — До торжества еще целая неделя.
— Потом дел будет много, — уклончиво ответил Цинь Ян и перевел разговор на другую тему.
— Потом дел будет много, — уклончиво ответил Цинь Ян и перевел разговор на другую тему.
Всю дорогу они болтали о всякой всячине: от устройства Вселенной до американского президента – словом, обо всем, о чем можно посудачить, не нарушая закон. Свернув с шоссе и проехав еще минут десять, таксист остановился точно по адресу:
Всю дорогу они болтали о всякой всячине: от устройства Вселенной до американского президента – словом, обо всем, о чем можно посудачить, не нарушая закон. Свернув с шоссе и проехав еще минут десять, таксист остановился точно по адресу:
— Прибыли. Это здесь, не сомневайся: деревня Нового Преображения, район Баньцяо.
— Прибыли. Это здесь, не сомневайся: деревня Нового Преображения, район Баньцяо.
Расплатившись и поблагодарив водителя, Цинь Ян вышел у поворота и сделал глубокий вдох.
Расплатившись и поблагодарив водителя, Цинь Ян вышел у поворота и сделал глубокий вдох.
Деревня Нового Преображения состояла в основном из одноэтажных домов. До города отсюда было всего несколько минут езды; судя по активной застройке вокруг, после Нового года эти земли планировали превратить в современный пригород. На часах не было и семи, так что Цинь Ян, подхватив сумку, уверенно зашагал по улице. Однако сельские переулки оказались запутанными, а на воротах не висело номеров. Поняв, что дом триста пятьдесят ему самому не найти, он обратился к прохожему:
Деревня Нового Преображения состояла в основном из одноэтажных домов. До города отсюда было всего несколько минут езды; судя по активной застройке вокруг, после Нового года эти земли планировали превратить в современный пригород. На часах не было и семи, так что Цинь Ян, подхватив сумку, уверенно зашагал по улице. Однако сельские переулки оказались запутанными, а на воротах не висело номеров. Поняв, что дом триста пятьдесят ему самому не найти, он обратился к прохожему:
— Добрый вечер. Не подскажете, где живет семья Цинь Луна?
— Добрый вечер. Не подскажете, где живет семья Цинь Луна?
— А? Старина Цинь? — Мужчина оказался приветливым. Проведя гостя через два поворота, он указал на двор с коричнево-зелеными воротами. — Вот здесь. Свет не горит – видать, поужинали и ушли подарки разносить. Праздники ведь скоро, надо и начальство навестить, и родню.
— А? Старина Цинь? — Мужчина оказался приветливым. Проведя гостя через два поворота, он указал на двор с коричнево-зелеными воротами. — Вот здесь. Свет не горит – видать, поужинали и ушли подарки разносить. Праздники ведь скоро, надо и начальство навестить, и родню.
Поблагодарив провожатого, Цинь Ян подошел к дверям. Он глубоко вздохнул и негромко постучал, чем вызвал немедленный заливистый лай. Прошло несколько минут, но ворота так никто и не открыл. Цинь Ян вздохнул, понимая, что дома никого нет, и уже собирался пойти поискать какую-нибудь закусочную, как вдруг из соседнего двора вышел пожилой человек. На вид ему было лет семьдесят, но выглядел он бодро и подтянуто.
Поблагодарив провожатого, Цинь Ян подошел к дверям. Он глубоко вздохнул и негромко постучал, чем вызвал немедленный заливистый лай. Прошло несколько минут, но ворота так никто и не открыл. Цинь Ян вздохнул, понимая, что дома никого нет, и уже собирался пойти поискать какую-нибудь закусочную, как вдруг из соседнего двора вышел пожилой человек. На вид ему было лет семьдесят, но выглядел он бодро и подтянуто.
— Вы кого-то ищете? — Спросил старик.
— Вы кого-то ищете? — Спросил старик.
— Да, мне нужен Цинь Лун, — Цинь Ян подошел ближе. В свете, падающем из чужого окна, он смог разглядеть лицо собеседника. — Вы не знаете, где он?
— Да, мне нужен Цинь Лун, — Цинь Ян подошел ближе. В свете, падающем из чужого окна, он смог разглядеть лицо собеседника. — Вы не знаете, где он?
— Его нет дома, — старик махнул рукой. — Ушел по делам. Если хочешь подождать, заходи ко мне, присядь. Думаю, он скоро вернется.
— Его нет дома, — старик махнул рукой. — Ушел по делам. Если хочешь подождать, заходи ко мне, присядь. Думаю, он скоро вернется.
Поблагодарив за гостеприимство, Цинь Ян вошел в дом. Помещение, явно достроенное совсем недавно, согревала печь, а в комнате стояло несколько горшков с цветами – обстановка была простой, но очень уютной. Когда гость поставил рюкзак у дивана, хозяин поднес ему чашку чая.
Поблагодарив за гостеприимство, Цинь Ян вошел в дом. Помещение, явно достроенное совсем недавно, согревала печь, а в комнате стояло несколько горшков с цветами – обстановка была простой, но очень уютной. Когда гость поставил рюкзак у дивана, хозяин поднес ему чашку чая.
— На улице стужа, ты совсем продрог. Выпей чаю, согрейся.
— На улице стужа, ты совсем продрог. Выпей чаю, согрейся.
Цинь Ян поблагодарил и отпил глоток, осматриваясь. На стене висели фотографии – видимо, семейные портреты. Не успел он изучить их внимательнее, как старик спросил:
Цинь Ян поблагодарил и отпил глоток, осматриваясь. На стене висели фотографии – видимо, семейные портреты. Не успел он изучить их внимательнее, как старик спросил:
— Цинь Лун – мой сын. Что у тебя к нему за дело?
— Цинь Лун – мой сын. Что у тебя к нему за дело?
Поставив чашку, Цинь Ян ощутил волну волнения. Он и представить не мог, что этот старик – дедушка того, прежнего Цинь Яна.
Поставив чашку, Цинь Ян ощутил волну волнения. Он и представить не мог, что этот старик – дедушка того, прежнего Цинь Яна.
— Меня зовут Цинь Ян. Думаю, это имя вам знакомо – вашего внука звали так же. Я был его близким другом.
— Меня зовут Цинь Ян. Думаю, это имя вам знакомо – вашего внука звали так же. Я был его близким другом.
— Ты знал его? — Старик заметно оживился и подался вперед. — Скорее, расскажи мне о нем!
— Ты знал его? — Старик заметно оживился и подался вперед. — Скорее, расскажи мне о нем!
— Мы были знакомы с детства. Из-за того, что мы тезки, мы крепко сдружились. Потом я уехал, а когда вернулся, то не нашел его. Он не искал со мной встречи, и я решил, что он снова отправился на поиски своей семьи, — Цинь Ян на мгновение задумался. — Но вчера моя знакомая из полиции сообщила, что он погиб... и что его родные нашлись. Поэтому я приехал по этому адресу.
— Мы были знакомы с детства. Из-за того, что мы тезки, мы крепко сдружились. Потом я уехал, а когда вернулся, то не нашел его. Он не искал со мной встречи, и я решил, что он снова отправился на поиски своей семьи, — Цинь Ян на мгновение задумался. — Но вчера моя знакомая из полиции сообщила, что он погиб... и что его родные нашлись. Поэтому я приехал по этому адресу.
— Он... эх, — старик тяжело вздохнул, и в его голосе прорезалась скорбь. — Горькая доля досталась моему внуку, ох, горькая. Мальчик, расскажешь мне о его жизни? Мое самое большое горе в том, что я не видел, как он рос.
— Он... эх, — старик тяжело вздохнул, и в его голосе прорезалась скорбь. — Горькая доля досталась моему внуку, ох, горькая. Мальчик, расскажешь мне о его жизни? Мое самое большое горе в том, что я не видел, как он рос.
— Хорошо, — Цинь Ян молча кивнул.
— Хорошо, — Цинь Ян молча кивнул.
Он поведал старику всё, что помнил с тех пор, как осознал себя, лишь заменив первое лицо на третье. Те двое, которыми был Цинь Ян прежде, уже мертвы. Теперь он – новый человек, и ему незачем возвращаться к прежним жизням, тем более что нынешнее обличие всё равно не позволило бы ему просто так вернуться в семью, разлученную на двадцать лет.
Он поведал старику всё, что помнил с тех пор, как осознал себя, лишь заменив первое лицо на третье. Те двое, которыми был Цинь Ян прежде, уже мертвы. Теперь он – новый человек, и ему незачем возвращаться к прежним жизням, тем более что нынешнее обличие всё равно не позволило бы ему просто так вернуться в семью, разлученную на двадцать лет.
Рассказ затянулся на два часа. Он старался передать дедушке каждую деталь: как сирота Цинь Ян учился, как подрабатывал. Старик слушал, и в его глазах блестели слезы.
Рассказ затянулся на два часа. Он старался передать дедушке каждую деталь: как сирота Цинь Ян учился, как подрабатывал. Старик слушал, и в его глазах блестели слезы.
— Бедный ребенок, сколько же он перенес... Будь прокляты те бандиты.
— Бедный ребенок, сколько же он перенес... Будь прокляты те бандиты.
— Вчера вечером всех преступников схватили, — твердо произнес Цинь Ян. — Если не случится ничего непредвиденного, их ждет смертная казнь.
— Вчера вечером всех преступников схватили, — твердо произнес Цинь Ян. — Если не случится ничего непредвиденного, их ждет смертная казнь.
Пока они беседовали, снаружи послышался звук открывающихся ворот. В дом вошли двое – близнецы, брат и сестра, на вид лет восемнадцати. Девушка выглядела совсем юной, а юноша – более серьезным и взрослым. Судя по их живым, бегающим глазам, оба были теми еще проказниками. Увидев их, старик Цинь поспешно вытер слезы и поднялся:
Пока они беседовали, снаружи послышался звук открывающихся ворот. В дом вошли двое – близнецы, брат и сестра, на вид лет восемнадцати. Девушка выглядела совсем юной, а юноша – более серьезным и взрослым. Судя по их живым, бегающим глазам, оба были теми еще проказниками. Увидев их, старик Цинь поспешно вытер слезы и поднялся:
— Это мои внуки, его младшие брат и сестра. Они на пять лет младше него. Брата зовут Цинь Е, сестру – Цинь Яо. Ну же, поздоровайтесь с братом.
— Это мои внуки, его младшие брат и сестра. Они на пять лет младше него. Брата зовут Цинь Е, сестру – Цинь Яо. Ну же, поздоровайтесь с братом.
— С братом? — Близнецы с недоумением воззрились на незнакомого гостя.
— С братом? — Близнецы с недоумением воззрились на незнакомого гостя.
Старик прикрикнул:
Старик прикрикнул:
— Чего уставились? Живо приветствуйте гостя!
— Чего уставились? Живо приветствуйте гостя!
— Дедушка только и умеет, что глазами сверкать да пугать, — Цинь Яо лукаво высунула кончик языка, но всё же вежливо поздоровалась с Цинь Яном. Тот с улыбкой кивнул ей в ответ. Тем временем Цинь Е юркнул во внутренние комнаты и больше не показывался. Старик в гневе хотел было вытащить его за шиворот, но Цинь Яо хихикнула:
— Дедушка только и умеет, что глазами сверкать да пугать, — Цинь Яо лукаво высунула кончик языка, но всё же вежливо поздоровалась с Цинь Яном. Тот с улыбкой кивнул ей в ответ. Тем временем Цинь Е юркнул во внутренние комнаты и больше не показывался. Старик в гневе хотел было вытащить его за шиворот, но Цинь Яо хихикнула:
— Он не выйдет. Опять влип в историю, люди уже чуть ли не под дверью стоят.
— Он не выйдет. Опять влип в историю, люди уже чуть ли не под дверью стоят.
— Что? Снова натворил дел? — Сердито вскричал дед.
— Что? Снова натворил дел? — Сердито вскричал дед.
Цинь Яо закивала, как цыпленок, клюющий зерно:
Цинь Яо закивала, как цыпленок, клюющий зерно:
— Ага! Он потому меня и притащил сюда – прятаться под твоим крылом.
— Ага! Он потому меня и притащил сюда – прятаться под твоим крылом.
— Ах он негодник! — Старик Цинь вскипел и уже собрался ворваться в комнату, чтобы проучить внука.
— Ах он негодник! — Старик Цинь вскипел и уже собрался ворваться в комнату, чтобы проучить внука.
— Цинь Яо, предательница! — Раздался из-за двери недовольный голос брата. — Если бы те придурки к тебе не приставали, стал бы я лезть в драку?
— Цинь Яо, предательница! — Раздался из-за двери недовольный голос брата. — Если бы те придурки к тебе не приставали, стал бы я лезть в драку?
— Ну ладно, выходи уже, дедушка тебя не тронет, — девушка тут же повернулась к старику. — Деда, он правда меня защищал.
— Ну ладно, выходи уже, дедушка тебя не тронет, — девушка тут же повернулась к старику. — Деда, он правда меня защищал.
— Правда? — Переспросил тот.
— Правда? — Переспросил тот.
Цинь Яо уверенно кивнула. Сидящий в стороне Цинь Ян не смог сдержать улыбки – в этой лжи было слишком много прорех, заметных опытному глазу, но он предпочел промолчать.
Цинь Яо уверенно кивнула. Сидящий в стороне Цинь Ян не смог сдержать улыбки – в этой лжи было слишком много прорех, заметных опытному глазу, но он предпочел промолчать.
— Прости, парень, приходится тебе наблюдать этот цирк, — извинился старик.
— Прости, парень, приходится тебе наблюдать этот цирк, — извинился старик.
В этот момент у ворот взвизгнули тормоза, и до дома донеслись наглые выкрики:
В этот момент у ворот взвизгнули тормоза, и до дома донеслись наглые выкрики:
— Цинь Е! Не думай, что спрятался! Выходи живо, дай нам пару раз тебя пнуть, и разойдемся миром. Иначе мы твоему деду ворота разнесем!
— Цинь Е! Не думай, что спрятался! Выходи живо, дай нам пару раз тебя пнуть, и разойдемся миром. Иначе мы твоему деду ворота разнесем!
— Какая наглость, — глаза Цинь Яна недобро блеснули.
— Какая наглость, — глаза Цинь Яна недобро блеснули.
Старик Цинь лишь устало вздохнул:
Старик Цинь лишь устало вздохнул:
— Сиди внутри и не высовывайся, — бросил он внуку. — Я сам разберусь.
— Сиди внутри и не высовывайся, — бросил он внуку. — Я сам разберусь.
— Я пойду с вами, — Цинь Ян поднялся с места. — Молодежь нынче пошла горячая, вдруг проявят неуважение – я присмотрю, чтобы дело не зашло слишком далеко.
— Я пойду с вами, — Цинь Ян поднялся с места. — Молодежь нынче пошла горячая, вдруг проявят неуважение – я присмотрю, чтобы дело не зашло слишком далеко.
— Ну, пойдем.
— Ну, пойдем.
Старик не стал возражать. Бросив пару наставлений Цинь Яо, он вышел на улицу. У ворот стоял микроавтобус, а трое парней развязно курили, заметно поеживаясь от холода. Увидев вышедших, они приободрились. Тот, что стоял впереди, процедил:
Старик не стал возражать. Бросив пару наставлений Цинь Яо, он вышел на улицу. У ворот стоял микроавтобус, а трое парней развязно курили, заметно поеживаясь от холода. Увидев вышедших, они приободрились. Тот, что стоял впереди, процедил:
— Где твой внук, Цинь Е? Пусть выходит. Поступил не по-пацански: избил моего кореша, а теперь за старика прячется?
— Где твой внук, Цинь Е? Пусть выходит. Поступил не по-пацански: избил моего кореша, а теперь за старика прячется?
— Вы приставали к моей внучке, — гневно возразил старик. — Неужели брат не имел права проучить вас?
— Вы приставали к моей внучке, — гневно возразил старик. — Неужели брат не имел права проучить вас?
— Старик, ты что, с дуба рухнул? — Хохотнул вожак. — Мой кент хоть и не ангел, но не стал бы приставать к однокласснице. Он просто сказал Цинь Е пару ласковых в школе, а этот придурок дождался, пока мой друг выпьет, и отмутузил его. Раз он так поступил, разве я, как старший брат, не могу прийти и спросить с него?
— Старик, ты что, с дуба рухнул? — Хохотнул вожак. — Мой кент хоть и не ангел, но не стал бы приставать к однокласснице. Он просто сказал Цинь Е пару ласковых в школе, а этот придурок дождался, пока мой друг выпьет, и отмутузил его. Раз он так поступил, разве я, как старший брат, не могу прийти и спросить с него?
«Ну и сорванец!», – мысленно выругался дед.
«Ну и сорванец!», – мысленно выругался дед.
А парень продолжал:
А парень продолжал:
— Короче, дед, я всё сказал. Пусть Цинь Е выходит. Раз он такой мастер кулаками махать, пусть выйдет против нас троих, и на этом закончим.
— Короче, дед, я всё сказал. Пусть Цинь Е выходит. Раз он такой мастер кулаками махать, пусть выйдет против нас троих, и на этом закончим.
Старик замялся, но Цинь Ян сделал шаг вперед и невозмутимо произнес:
Старик замялся, но Цинь Ян сделал шаг вперед и невозмутимо произнес:
— Раз уж ты пришел как старший брат, то и я выступлю за Цинь Е. Подеремся один раз – и неважно, кто победит, конфликт будет исчерпан. Идет?
— Раз уж ты пришел как старший брат, то и я выступлю за Цинь Е. Подеремся один раз – и неважно, кто победит, конфликт будет исчерпан. Идет?
— Идет! — Парень оглядел Цинь Яна, который не выглядел особо крепким, и ударил себя кулаком в грудь. — Я за свои слова отвечаю.
— Идет! — Парень оглядел Цинь Яна, который не выглядел особо крепким, и ударил себя кулаком в грудь. — Я за свои слова отвечаю.
Старик Цинь попытался вмешаться:
Старик Цинь попытался вмешаться:
— Цинь Ян, не горячись! Мальчишка сам виноват, зачем тебе лезть?
— Цинь Ян, не горячись! Мальчишка сам виноват, зачем тебе лезть?
— Всё в порядке, всего-то три человека, — Цинь Ян улыбнулся и, неуловимым движением обойдя старика, в мгновение ока оказался перед противником. Прежде чем тот успел хоть что-то осознать, Цинь Ян мягко толкнул его ладонью в грудь.
— Всё в порядке, всего-то три человека, — Цинь Ян улыбнулся и, неуловимым движением обойдя старика, в мгновение ока оказался перед противником. Прежде чем тот успел хоть что-то осознать, Цинь Ян мягко толкнул его ладонью в грудь.
От этого легкого на вид удара парень отлетел назад и врезался в борт микроавтобуса. Он судорожно хватал ртом воздух, чувствуя, как в груди всё сжалось от боли, и с ужасом смотрел на Цинь Яна.
От этого легкого на вид удара парень отлетел назад и врезался в борт микроавтобуса. Он судорожно хватал ртом воздух, чувствуя, как в груди всё сжалось от боли, и с ужасом смотрел на Цинь Яна.
— Продолжим? — Холодно спросил тот.
— Продолжим? — Холодно спросил тот.
— Нет... спасибо, что пощадили, — прохрипел парень. Он понял, что Цинь Ян намеренно сдержал силу. Этот человек был настоящим мастером – отбросить взрослого мужчину одним касанием, не переломав ему кости, мог только профессионал, с которым лучше не связываться.
— Нет... спасибо, что пощадили, — прохрипел парень. Он понял, что Цинь Ян намеренно сдержал силу. Этот человек был настоящим мастером – отбросить взрослого мужчину одним касанием, не переломав ему кости, мог только профессионал, с которым лучше не связываться.
— Убирайтесь, — Цинь Ян небрежно махнул рукой. — Раз Цинь Е был неправ и первый поднял руку, я не стану вас бить. Сегодня я пришел навестить семью друга, не портите мне настроение.
— Убирайтесь, — Цинь Ян небрежно махнул рукой. — Раз Цинь Е был неправ и первый поднял руку, я не стану вас бить. Сегодня я пришел навестить семью друга, не портите мне настроение.

Комментарии

Загрузка...