Я — посланник ада — Глава 19 читать онлайн

В патрульной машине царило напряженное молчание, которое первым нарушил Цинь Ян. Посмотрев на двух знакомых офицеров, он негромко спросил:

— И что вы забыли в такой глуши? Смотрите у меня, оформлю жалобу за превышение полномочий.

Полицейские синхронно закатили глаза, прекрасно понимая, что парень просто паясничает. Один из них ответил:

— Все из-за того вчерашнего ограбления. Мы выслеживаем международную банду ювелирных воров. Сегодня днем поступили сведения, что они могут появиться в этом районе, но из-за твоего дебоша они наверняка предпочтут не высовываться. Теперь капитан Сунь на тебя так зла, что готова зубами загрызть. Так что ты не о наших полномочиях пекись, а лучше подумай, выйдешь ли сегодня из участка целым и невредимым.

— Вот же черт, — выругался Цинь Ян.

Внезапно его осенило: его собственная гибель в прошлой жизни тоже была связана с бандой грабителей ювелирных изделий. Неужели это те самые люди? От этой мысли сердце забилось чаще. Если он сможет вывести их на чистую воду, то не только очистит город, но и свершит личную месть.

Впрочем, сейчас первостепенной задачей была не месть, а встреча с разгневанной Сунь Ци. Как только его привезли в отделение и заперли в комнате для допросов, женщина вихрем влетела внутрь. Если бы взглядом можно было убивать, бедный Цинь Ян скончался бы уже раз десять. Сопровождавшие его полицейские бросили на него сочувственный взгляд «надейся на чудо» и поспешно ретировались.

— Цинь Ян, нанесение телесных повреждений в общественном месте... Ты что, возомнил себя великим бойцом? — Процедила Сунь Ци сквозь зубы.

Цинь Ян невинно почесал затылок:

— Это была самооборона. Ты же сама видела: меня окружила толпа. Я что, должен был стоять и ждать, пока они меня отделают?

— Вот как? А я ничего такого не видела, — холодно усмехнулась Сунь Ци. — Я видела только то, как ты калечил людей.

— Эй, это уже клевета! — Возмутился Цинь Ян.

Прежде чем Сунь Ци успела ответить, в дверях показался дежурный офицер. Он перевел взгляд с капитана на задержанного и доложил:

— Шеф, поступило заявление на Цинь Яна о преднамеренном причинении вреда здоровью.

— От кого? — Сунь Ци победно взглянула на парня.

Подчиненный протянул ей две папки с документами:

— Заявительницы: уволенная рабочая и студентка. Женщина получила тяжелые травмы, а девушка обвиняет его в попытке изнасилования.

— Что?! — Цинь Ян подскочил от неожиданности, нахмурившись. Когда это он успел напасть на рабочую? А студентка? О ком вообще речь? Прежний Цинь Ян хоть и был никчемным мажором, но в городе Моря и Неба за ним не водилось подобных злодеяний. Однако лицо Сунь Ци, изучавшей отчет, уже налилось свинцовой тяжестью. Она с такой силой хлопнула ладонью по столу, что тот жалобно задрожал.

Полицейский, принесший бумаги, благоразумно скрылся, не дожидаясь взрыва. Сунь Ци, чье чувство справедливости граничило с фанатизмом, после прочтения файлов уже вынесла Цинь Яну смертный приговор в своем сердце.

— Послушай... Если я скажу, что не делал этого, ты ведь мне не поверишь? — Цинь Ян почувствовал легкий укол беспокойства. Если на него решили повесить старые грехи или чью-то чужую вину, дело принимало скверный оборот.

— А ты как сам думаешь? — Сунь Ци ненавидела подобных подонков до зуда в деснах. Если бы не недавние выговоры сверху за излишнюю жесткость при задержаниях, Цинь Ян бы уже ехал в карете скорой помощи.

Сглотнув, Цинь Ян покосился на лежащие на столе материалы и вдруг заметил дату совершения преступления – двадцать третье декабря. Его осенило.

— Погоди, двадцать третье число – это же позавчера? Позавчера я только выписался из больницы и сразу отправился снимать жилье. Откуда у меня взялось время избивать рабочих и приставать к студенткам?

— У меня есть алиби, и не одно, — твердо заявил он.

Сунь Ци лишь презрительно фыркнула на его уверенный тон:

— Алиби?

— Именно. В тот день я арендовал комнату. Вы ведь наверняка уже допрашивали Тао Цайцзе? Она может подтвердить мои слова. А утром я был в больнице – врачи, медсестры и выписка станут лучшим доказательством моей невиновности.

— А промежуток? — Сунь Ци хищно улыбнулась, почуяв брешь в его защите. — Я видела договор аренды, он подписан между двумя и четырьмя часами дня. Ты выписался утром. Что ты делал эти два часа?

Цинь Ян посмотрел на нее как на умалишенную:

— Ты серьезно считаешь, что за два часа я успел избить женщину, а потом еще и надругаться над студенткой? Тебе не кажется, что для одного человека это чересчур насыщенный график? Это же нелогично.

— Логично? — Сунь Ци холодно рассмеялась. — Для таких, как ты, это в порядке вещей. Я легко могу представить, как ты ранил женщину, пытавшуюся защитить девушку, а затем...

— Постой, для каких это «таких»? — Недовольно перебил Цинь Ян. — Я, конечно, не святой, но не настолько же никчемен. К тому же – два часа? Ты слишком плохого о мне мнения. Я здоров, полон сил, и чтобы соблазнить студентку, мне потребовалось бы как минимум три часа!

Сунь Ци вспыхнула от гнева и смущения. Она выкрикнула:

— Ты? Да ты пустой внутри, как глиняный болван! Три часа? Тебя и на три минуты не хватит!

— Ах ты... Да как ты смеешь сомневаться в моих способностях! — Вскипел Цинь Ян, забыв о всякой осторожности. — Хочешь проверить? Давай, я готов!

Сунь Ци, чья вспыльчивость часто брала верх над рассудком, едва сдерживалась, чтобы не сорваться на дерзкого парня еще раньше, а теперь, имея на руках косвенные улики, и вовсе потеряла контроль:

— А вот и давай! Думаешь, я тебя испугаюсь?!

— Сказано – сделано! — Цинь Ян, в котором сейчас преобладало сознание дерзкого сироты, был готов идти до конца, хотя в душе оставался сугубо целомудренным парнем.

Двое полицейских, подслушивавших у двери, покрылись холодным потом. Они ворвались в кабинет, чтобы растащить готовую вцепиться друг в друга парочку. Только тогда спорщики пришли в себя. Цинь Ян закатил глаза и отсел в сторону, а Сунь Ци, тяжело дыша, раскраснелась так, что казалось, будто она сейчас лопнет от ярости.

— Капитан, к Цинь Яну пришел адвокат, — доложил заглянувший в дверь офицер, озадаченный странной сценой в комнате.

Сунь Ци сделала глубокий вдох, подавляя гнев, и ледяным тоном произнесла:

— Адвокат? У нас есть показания свидетелей и улики. Посмотрим, что он запоет теперь. Цинь Ян, тюремная баланда тебе обеспечена.

— Это мы еще посмотрим, — огрызнулся Цинь Ян. — Я парень везучий, так что казенные харчи вряд ли придутся мне по вкусу.

Пока в полицейском управлении шли словесные баталии, в Золотом павильоне кипела своя жизнь.

Юй Вэя унесли в другую комнату для оказания помощи. Лун Цюху, вальяжно расположившись в кресле, закурил сигарету и мрачно спросил:

— Кто этот сопляк?

— Я уже отправил людей разузнать, но чутье подсказывает, что он непрост. Боюсь, за ним кто-то стоит, — Цао Лун нахмурился, не скрывая тревоги. Слова Цинь Яна слишком сильно задели его за живое.

— Какая разница, кто за ним стоит? Если я не проучу его так, чтобы он забыл, как дышать, мне больше нечего делать в этом городе, — прорычал Лун Цюху.

«Проклятый идиот, если бы твой папаша не был вице-мэром, разве позволил бы я тебе так орать в моем кабинете?», – ярился про себя Цао Лун. Он презирал этого заносчивого мажора, но лицо нужно было держать.

— И все же нам нужно во всем разобраться. Этот Цинь Ян посмел поднять руку на Юй Вэя, значит, у него есть какая-то опора. Не кипятись. Слушай, тут как раз привезли пару новеньких девиц, сходи, развейся.

В глазах Лун Цюху промелькнул похотливый огонек. Но вспомнив о Ян Ясинь – лакомом кусочке, который почти был у него в руках, пока не вмешался Цинь Ян, он снова разозлился и стремительно покинул кабинет. Цао Лун выругался ему вслед, прибрался и вышел через заднюю дверь. Петляя по коридорам, он добрался до комнаты, обставленной под старину и пропитанной ароматом сандала. Увидев сидящего там мужчину средних лет в даосском халате, он почтительно склонился:

— Бессмертный Чжу.

— А, это ты, Сяо Цао, — Бессмертный Чжу приоткрыл веко и тут же снова закрыл глаза.

— Бессмертный Чжу, сегодня я, кажется, попал в беду. Посмотрите, не сгустилась ли здесь снова мертвая энергия? Может, на мне проклятие?

Мастер покачал головой:

— Я только что завершил обряд. В Золотом павильоне больше нет мертвой энергии. Сейчас мои силы истощены, мне нужен покой для восстановления духа. Разве ты не чувствуешь, что ледяной холод в коридорах исчез?

Цао Лун замер, прислушиваясь к ощущениям. Действительно, та гнетущая стужа, от которой раньше мороз шел по коже, испарилась. Из-за суматохи он не обратил на это внимания, но теперь в его душе затеплилась радость. В задней части павильона вечно творилось нечто странное; Цао Лун, чья совесть была далеко не чиста, до смерти боялся мести загубленных душ, потому и пригласил этого «бессмертного». И, похоже, не зря.

На самом деле Бессмертный Чжу и сам пребывал в легком недоумении. Он не верил ни в призраков, ни в демонов, а полагался лишь на свои познания в фэншуй и умение пускать пыль в глаза. Он перестроил здесь половину конструкций согласно канонам «благовещих домов», но холод никуда не уходил. И вдруг – как отрезало. Мастер не знал, в чем причина, но решил ковать железо, пока горячо. Если бы здесь сейчас был Цинь Ян, он бы точно наградил шарлатана звонкой затрещиной.

— Ваша магическая сила поистине безгранична! — Рассыпался в похвалах Цао Лун, но тут же добавил:

— Однако, Бессмертный Чжу, один дерзкий мальчишка раскрыл наш секрет и теперь угрожает мне. Я приготовил для вас щедрое подношение, но если нас накроют проверки, будет худо.

— Вот как? — Веки Чжу дрогнули. Неужели объявился настоящий знаток? Но он сохранил невозмутимый вид. — Хм, дело серьезное. Однако моя первозданная энергия на исходе. Пока я не получу один артефакт, я не смогу применять магию в течение полугода.

— Какой артефакт? Скажите только слово, и я его достану! — Перепугался Цао Лун.

Бессмертный Чжу выудил из широкого рукава пожелтевшую фотографию. На ней был запечатлен странный амулет из белого нефрита с изображением рыб тайцзи – вещь, в которой даже дилетант признал бы сокровище.

— Этот нефрит инь-ян великого предела когда-то принадлежал мне, но был утерян в городе Моря и Неба. Если разыщешь его, я дарую тебе великое покровительство. А что до того выскочки, который тут во все вмешивается, — пока просто придержи его. Как только нефрит будет у меня, я найду на него управу.

Комментарии