Глава 142
… Выслушав меня, сестра долго хохотала, а потом все же попыталась объяснить значение того сложного слова.
Оказывается, это был никакой не «лезонанс», а «благое влияние»!
«Значит, черепах попал под мое хорошее влияние и изменил свои взгляды?»
Но мне почему-то так не казалось…
Я покосилась на черепаха, выползающего из корзинки.
Черепах замер, будто медитируя и очищая разум, затем пару раз дернулся в своем танце-качалке, а после снова суетливо завозился, путаясь в массивных золотых ожерельях.
«… По-моему, с ним что-то не так».
* * *
Тем временем императорская супруга Эрвежет в сопровождении принца Кайса и верховного жреца неспешно прогуливалась по берегу озера.
Остановившись у самой кромки воды, она обратилась к жрецу:
— Вы говорили, что леди Далия обронила бусину примерно здесь?
— Да.
— Что ж, значит, наши планы волей-неволей придется ускорить.
— Именно так. Дракон, спящий на дне озера, поглотил эту мистическую энергию и набрался сил. Совсем скоро он пробудится.
— Хоть это и произошло гораздо быстрее, чем я рассчитывала…
В глубинах этого озера покоился не кто иной, как божественный зверь — дракон.
Пока он спал, водная гладь казалась безмятежной, однако внутри нее созревала поистине взрывоопасная мощь.
— Скажите. Если мой сын просто запечатлеет связь с божественным зверем-драконом, он ведь станет императором?
— Безусловно. Принцу Кайсе не хватает лишь покровительства божественного зверя, в остальном же принц поистине выдающийся человек.
Слушая эти неприкрытые льстивые речи, императотрская супруга перевела взгляд на сына.
— Мой драгоценный мальчик.
— …
— Мой милый сын, продлевающий свою жизнь за счет жизней всякого мусора.
Она нежно, словно напевая колыбельную, погладила его по волосам.
— Да, сынок. Мне нужно лишь одно: чтобы ты вырос сильным, обрел могущество и взошел на трон этой империи.
«Мой единственный сын».
«Моя гордость».
«Мой…»
«Тварь, посмевшая превратить мою жизнь в жизнь жалкой неудачницы».
Она слегка сжала горло безвольно стоящего юноши, погрузившись в мрачные мысли.
«Если бы только тебя не было».
«Если бы я носила под сердцем не тебя, а другого, здорового ребенка».
«Если бы не ты, я бы…»
«Я бы стала самым совершенным и великим существом на свете».
В этот момент принц Кайса поднял на нее глаза и тихо позвал:
— … Матушка?
На бледной шее принца проступила крошечная царапина, тонкая, словно паутинка.
— А-а, прости, я случайно, — императорская супруга мягко улыбнулась. А затем, словно вспомнив о чем-то, ее ласковая улыбка приобрела лукавый, пугающий оттенок. — Ах да, еще кое-что.
— Слушаю?
— Пока что нам стоит действовать аккуратно: наносить точечные удары и отступать, сея хаос, не так ли?
— Что вы имеете в виду, матушка?
Глядя в ясные, по-детски невинные глаза сына, который, казалось, ничего не понимал, она лучезарно улыбнулась.
* * *
О том, что императорская супруга Эрвежет положила глаз на Коко, знали все. Однако…
— Ой! Сюда летит кинза-а-ал!
…никто и подумать не мог, что она перейдет к столь прямолинейным угрозам.
В тот момент Коко, держа Хлою за руку, как раз вышла из поместья: они направлялись на пикник.
Внезапно с резким свистом прямо в нее полетел острый кинжал.
Растерянная Коко испуганно забегала глазками.
Однако Хлоя небрежно отбила лезвие одной рукой и недовольно пробормотала:
— Я уж было подумывала сходить в оперу, а они докучают по всяким мелочам.
— Не извольте беспокоиться! Леди, наслаждайтесь отдыхом! С остальным мы разберемся! — тут же отрапортовали рыцари.
Находясь под охраной целого рыцарского ордена — роскошь, недоступная даже самому императору, — Коко с явным сомнением кивнула.
Однако смертельная угроза не заставила себя долго ждать.
На этот раз яд обнаружили в еде, поданной в одном из самых известных ресторанов столицы.
— У тебя ведь иммунитет к ядам? Значит, ешь ты.
— Так точно!
… К счастью, рыцари оперативно уничтожили все улики.
Хлоя досадливо сморщила переносицу.
— Надо же, они наносят эти мелкие уколы, не оставляя совершенно никаких следов. Прямо как на проверке боевых навыков.
— М-м…
— В поместье Ардос они бы не посмели сунуться, но из-за этих ублюдков… Мне просто обидно совсем лишать нашу Коко прогулок. Правда ведь?
— Угу.
— И все-таки, может, Коко пока посидит дома? Потерпишь немножко без улицы?
— Угу! Главное, чтобы сестла была лядом!
— Я быстро их проучу. А если не выйдет, то ради тебя я даже жизнью пожертвую.
— Низя-а-а! Не надо желтвовать жизнью!
В зале ресторана, где рыцари уже успели зачистить всех вражеских шпионов, восстановилась тишина.
Но кроме Коко и Хлои там находился кое-кто еще.
Наблюдая за этим нелепым спором сестер, мудрый черепах явно чувствовал себя не в своей тарелке.
Он стал свидетелем всех этих покушений на Коко.
И с каждым разом все отчетливее осознавал одну вещь.
«Эти люди из рода Ардос… они ведь души не чают в этом щеночке?»
Надо же, они так трясутся над крошечным созданием, совершенно не заботясь о собственных ранах.
А сам щеночек?
Эта девочка так искренне любила и людей, и животных, что готова была отдать им всю себя без остатка.
В «Щенячьей Норе» было то же самое.
«Кстати, я слышал, те больные щенята сейчас получают лучшее лечение».
… Так почему же где-то в самой глубине его панцирной души все время так щемит?
Ощутив тяжесть громко звякающих на шее золотых цепей, мудрый черепах как вкопанный замер на месте.
Очень странно. По идее, мысли о золоте должны были поднимать настроение.
А на деле на душе было так погано, словно жуешь рис пополам с крупным песком.
И он прекрасно понимал причину этого сосущего чувства дискомфорта.
«… Правда в том, что я понятия не имею, как продлить Коко жизнь».
Все эти россказни про добрые дела — не более чем общие теории из старых книжек.
Никаким тайным способом спасения он не владел.
Ведь он был всего-навсего черепахой, выдавшей одно пророчество в глубокой древности, а затем на долгие века утратившей этот дар.
Поэтому он принял твердое решение.
«Раз уж мы покинули поместье, нужно срочно делать ноги».
Он оставит Коко прощальное письмо и сбежит.
Напишет о том, что все сказанное им в корне верно, но вот как конкретно стать божественным зверем — он не знает.
О том, что он никогда не проникался к ней пресловутым душевным резонансом, поэтому и пророчествовать не умеет.
Он честно во всем признается.
Воодушевившись этим планом, черепах попытался рвануть с места.
Но возникла одна маленькая проблема. Без помощи Коко черепах передвигался медленно.
… До невозможности медленно.
* * *
Я быстренько покончила с ужином.
А затем в сопровождении рыцарей отправилась на кухню ресторана за обещанным сорбетом.
Взгляд случайно зацепился за золотую побрякушку — одну из тех, что так нравились черепаху, — со звоном упавшую на пол. Я хотела просто вернуть украшение на панцирь, чтобы не мешалось, и тихо уйти, но…
«Черепах? Он использует магический артефакт связи? С кем он разговаривает?»
Я неслышно подошла поближе.
Однако следующие слова, слетевшие с губ черепаха, повергли меня в настоящий шок.
Тот тревожно бормотал себе под нос:
— … Ай, да ладно тебе. Зачем так грубо? Это все-таки не откровенное мошенничество.
Мошенничество?..
— В конце концов, в древних трактатах черным по белому написано, что благими делами можно возвыситься до божественного зверя. Другой вопрос, правда ли это!
В смысле? Что это значит?
— … Короче, я оставлю письмо, честно признаюсь, что толком не знаю способа стать настоящим божественным зверем, и тихо свалю. Ох, когда правда вскроется, семейка Ардос и эта мелкий щенок меня точно возненавидят. А могут и на суп пустить…
Из переговорной сферы донесся неразборчивый шум, я не расслышала ответа собеседника.
Но зато…
— Чушь не неси! Плевать я хотел, если этот щенок меня возненавидит! Вообще до лампочки! Хватит ржать! Короче, давай, забирай меня отсюда поскорее.
От растерянности я неловко переступила с ноги на ногу, издав тихий шорох.
Видимо, он уловил этот звук.
Черепах ме-е-едленно повернул голову.
Встретившись со мной взглядом, он с глухим стуком выронил из лап переговорный артефакт.
— Э-э-э, т-то есть…
— …
— Нет, понимаешь, это… в общем…
Из лежащего на полу артефакта донесся треск, а затем раздался мерзкий голос, подозрительно напоминающий тон уличного мошенника:
— Ну и наглость. Кто вообще поверит, что ты мудрый черепах? Обычный аферист.
… После этих слов, судя по всему, брошенных другой черепашкой, связь со щелчком оборвалась. Глядя на то, как черепах в панике застыл на месте, я, как ни странно, почувствовала, как мысли в голове проясняются.
— Так вот оно что.
Значит, я все-таки не смогу выжить.
Я, еще секунду назад радостно семенившая сюда за десертом, разом поникла и ушками, и всем телом.
«Плохой черепах».
Как же я на него сейчас злюсь…
— Р-раз уж все вскрылось… П-прости. Я, я в-вернусь на плавучий рынок…
— Челепах…
Я низко опустила голову и протянула к нему свои крошечные ладошки.
— Покусяй пелед уходом…
Черепах ошарашенно уставился на меня.
— Я бесполезен. Ничтожная черепаха, которая даже предсказание вовремя выдать не способна.
— Угу…
— Я ввел тебя в заблуждение. Понимаешь? Глупый ты щенок.
— …
Я лишь захлопала глазами, понятия не имея, что значит это сложное «ввел в заблуждение». Тогда черепах пробормотал, словно обращаясь к самому себе:
— Почему же ты… почему не злишься на меня?
Надевая золотую цепь обратно на шею черепаха, я тихо отозвалась:
— Злюсь. Но ничего стлашного.
— …
— Ты же все лавно хотел сказать плавду. Значит, все холошо.
— Правда… х-хорошо?..
— Угу.
Глядя на то, как черепах доедает свой корм, я прошептала:
— Плавда-плавда ничего…
Хотя плечи все равно предательски опускались.
— Ты же показал мне «Щенячью Нолу».
— …
— … И то, что доблые дела могут плевлатить в божественного звеля… ты же сказал, что это не ложь. Знасит, ты подалил мне надежду.
— …
— Ты не плохой челепах…
Возможно, так я просто пыталась успокоить саму себя, словно читая мантру самовнушения.
Понурившись, я отвернулась.
Стоило только подумать о сестре, которая свято верила, что моя жизнь теперь в безопасности, как ноги вдруг налились свинцом.
* * *
Коко была глубоко разочарована.
Но, как и подобает хорошему щеночку, она простила черепаха. А друзья лишь с щемящей жалостью наблюдали за такой подавленной девочкой.
Заявив, что с завтрашнего дня она снова возьмется за поиски способа продлить себе жизнь, а сегодня ляжет пораньше, обессиленная Коко поникла и тяжело опустилась на кровать.
Но стоило им вернуться в поместье!..
Друзья Коко, узнав обо всей этой суматохе, совершенно не собирались спускать черепаху это с рук.
Особенно Чирик — он был в полнейшем бешенстве.
— Этот дрянной черепах посмел навешать нам лапши про то, что знает, как стать божественным зверем, и одурачил нас с Арром?!
— … П-понимаете, я…
Гром свирепо подлил масла в огонь. Казалось, он был готов разорвать и проглотить мистическое создание в один присест.
— Мерзавец. Да будь у тебя хоть сто ртов, тебе все равно нечем оправдаться!
— Наша Коко так радовалась, искренне поверила, что сможет жить!
Приняв на себя весь шквал обвинений, черепах тяжело вздохнул.
По правде говоря, на эти нападки ему было плевать.
За годы скитаний с уличными мошенниками он наслушался подобного до мозолей в ушах.
Но…
— Привет! Я Коко!
— Что ж, поскольку я папа Коко, эм, покорнейше прошу, позаботьтесь о ней, господин черепах.
Перед глазами то и дело всплывали лица Коко и ее родных, которые обращались к нему с таким искренним почтением.
Даже после того, как правда о его мошенничестве вскрылась…
Стоило ему вспомнить эту крошечную девчушку, которая, хоть и совершенно пала духом, все равно твердила, что все в порядке, и сама же пыталась его утешить…
Голова кружилась просто невыносимо.
К горлу подкатывала тошнота, а желудок сводило так, словно его вот-вот вырвет.
«Да что со мной не так? Я же обычный эгоистичный аферист, который всегда пекся только о собственной шкуре!»
… Так почему же при мысли об этой малявке внутри все так болезненно сжимается?!
В этот миг в голове черепаха вспыхнули недавние слова Хлои.
— Но знаешь, Коко… Говорят, существа с даром провидения, вроде него, способны предсказывать будущее только тогда, когда искренне проникаются к кому-то благим влиянием.
— Ой, плавда?
— М. Так что спроси у него. В какой именно момент он попал под твое влияние.
Неужели это и значит «проникнуться»?
К этой до идиотизма доброй малявке.
Ему, великому мудрому черепаху?
В тот самый миг, когда ошарашенный черепах застыл, окаменев, словно собственный панцирь…
Вокруг него начал закручиваться крошечный магический вихрь.

Комментарии

Загрузка...