Чжоу Чжи вместе со старостой вышел со двора. На деревенской дороге, как обычно, не было ни души. Стояла тишина, нарушаемая лишь навязчивым стрекотом летних цикад.
— Совсем в деревне людей не осталось, — внезапно вздохнул дядя Янь.
— И правда мало. Но сейчас ведь ни праздников, ни выходных, так что это нормально, — попытался утешить его Чжоу Чжи.
— Да даже на Новый год уже не так шумно, как раньше. Многие совсем не возвращаются – у нас тут и с транспортом беда, и вообще неудобно всё, — покачал головой староста.
— Кто это говорит? Вот же я – вернулся, — поспешно возразил Чжоу Чжи.
— Это верно. Ты, малыш Чжи, вернулся, — улыбнулся старик.
— Вот видите. Остальные не то чтобы не хотят, просто их время еще не пришло, — добавил Чжоу Чжи.
— На самом деле, неважно, в городе человек или в деревне, главное, чтобы было развитие, — подытожил староста.
Чжоу Чжи кивнул и, указывая на дом наискосок, спросил:
— Кстати, а почему у дяди Ню дома никого нет? Я уже несколько дней как приехал, а его еще не видел.
Там, неподалеку от дороги, стоял старый черепичный дом из трех комнат, очень похожий на дом семьи Чжоу. Его было хорошо видно издалека.
Там жили те, кого Чжоу Чжи называл дядей и тётей Ню. Поскольку они всю жизнь разводили коров, все привыкли звать их так по фамилии, а настоящие имена многие уже и подзабыли.
— Твои дядя и тётя Ню уехали в уезд к младшему внуку – у него первый день рождения празднуют. Уже несколько дней там, скоро должны вернуться, — ответил староста.
— А-а. А они всё еще держат коров? — Полюбопытствовал Чжоу Чжи.
Чжоу Чжи не рос в деревне – он лишь изредка приезжал сюда на летние каникулы или на пару дней в Новый год, когда стал постарше.
Если посчитать общее время, проведенное им здесь, вряд ли набрался бы целый год.
Но поскольку дом семьи Ню был совсем рядом, Чжоу Чжи захаживал к ним в гости, и тогда у них было целое стадо.
— Держат, но уже меньше. Осталось всего две головы – за большим количеством им уже не уследить, возраст не тот, — пояснил староста.
— Как вернутся, обязательно схожу к ним – хочу на корове покататься, — рассмеялся Чжоу Чжи.
— Ха-ха, ну ты и сорванец! В детстве не накатался, так теперь всё покоя не дает? — Старик весело расхохотался.
— Точно. Тогда мне было всего несколько лет, я ужасно боялся на спину забираться. А потом подрос и как-то стеснялся уже, а сейчас – в самый раз, — с улыбкой ответил Чжоу Чжи.
— Ну и ну, — староста заметно повеселел, и недавняя грусть в его глазах рассеялась.
Предки Чжоу когда-то были землевладельцами, поэтому почти все земли вокруг, включая холм за домом и гору впереди, исторически принадлежали их семье. Пришлось пройти приличное расстояние, прежде чем показалось соседнее жилье. Обитатели этого дома были на месте и, завидев путников, издалека помахали им руками.
— Это ведь родители Чжоу Тао? Как он сам, есть улучшения? — Спросил Чжоу Чжи.
— Они самые. Да какие там улучшения... Развитие так и замерло на уровне семи-восьми лет. Видимо, так и будут ходить за ним до самой старости, — староста печально покачал головой.
— Помню, у него еще сестра была, Таоцзы, кажется, — припомнил Чжоу Чжи.
— Таоцзы перед прошлым Новым годом обманули где-то на заработках, вот она и вернулась. Теперь помогает родителям в поле, — добавил дядя Янь.
Этот дом находился метрах в трехстах от дома Чжоу Чжи. Пожалуй, это была единственная семья, которая оставалась в деревне в полном составе, но причина тому была печальной.
— Ясно, — кивнул Чжоу Чжи.
Дом Чжоу Тао отделяло от дороги небольшое поле. А напротив них – прямо через дорогу от владений Чжоу – стоял еще один дом, во дворе которого росло огромное грецкое дерево. Чжоу Чжи помнил, как пару раз попадал на сбор урожая и лакомился свежими орехами.
По родству хозяева того дома приходились ему двоюродными бабушкой и дедушкой. Проходя мимо, он засмотрелся на высокую крону.
— Твоих родственников нет дома, — заметил староста. — Дочь забрала их в город погостить.
— Понятно.
Они шли неспешно. Походка старосты была уверенной и твердой, а вот Чжоу Чжи начал понемногу уставать и потеть. Путь до дома Плотника занял добрых двадцать минут.
Дом Плотника представлял собой небольшое двухэтажное здание из серого бетона. Как приехал он в Хунху одиннадцать лет назад бобылем, так и жил один, но в доме царил идеальный порядок.
Весь двор был заставлен бревнами, заготовками и причудливыми деревянными скульптурами.
— Старый Плотник! Я привел малыша Чжи поблагодарить тебя! — Зычно крикнул староста у калитки.
— Иду, — раздался глухой голос, и из дверей вышел мужчина средних лет в поношенной черной майке и черных штанах.
Прозвище ему подходило идеально: он и сам казался каким-то «деревянным» – почти без мимики, с застывшим взглядом. В отличие от строгой серьезности старосты, этот человек выглядел просто заторможенным и нелюдимым. Ответив старосте, он замолчал, ожидая продолжения.
— Спасибо вам за вывеску, дядя Плотник. Она замечательная, — похвалил Чжоу Чжи.
— Она тканью закрыта. Откуда знаешь, что замечательная? — Плотник перевел на него взгляд.
— Ну... Я её еще не видел, но наслышан о вашем таланте, — Чжоу Чжи едва не осекся, но быстро нашелся.
— За вывеску можешь не переживать, сделано на совесть, — на этот раз Плотник ответил увереннее, а затем, помедлив, добавил:
— Если что еще понадобится – заходи. Для тебя... бесплатно.
— Как же так? Неудобно ведь, — Чжоу Чжи замахал руками.
— Чего неудобного? Он и за вывеску денег не взял. Все в деревне уже знают, как ты с этой вышкой связи помог, — вставил слово староста.
— Пойду работать, — не стал развивать тему Плотник, развернулся и зашагал к своим заготовкам.
— Тогда... еще раз огромное спасибо вам, дядя Плотник! — Крикнул ему вдогонку Чжоу Чжи.
— Дядя Янь, неужели вы уже всем разболтали про вышку? — Чжоу Чжи был слегка ошарашен: прошло всего пара дней, а об этом знает даже нелюдимый Плотник.
— А как иначе? Дело-то благое, — как нечто само собой разумеющееся ответил староста.
Чжоу Чжи и не подозревал, что старосте вовсе не нужно было обходить каждый дом.
Тот провернул всего две операции. Сначала собрал деревенских активистов и наказал им разнести весть по всем семьям Хунху. А затем на собрании старост окрестных поселений вовсю расхвалил поступок Чжоу Чжи. После такого об этом не знал только ленивый.
На самом деле, если бы сейчас не была горячая пора посадки и сбора летнего урожая, староста непременно закатил бы праздник в честь открытия отеля Чжоу Чжи на всю деревню.
Сам же Чжоу Чжи, не зная всех этих подробностей, лишь немного смутился:
— Да бросьте вы, ничего особенного я не сделал. Интернет мне и самому для отеля нужен.
— Сделал добро – не молчи. Если в деле хоть на грош пользы, люди должны об этом знать. Добрая слава должна лететь далеко, — не согласился старик.
— Да-да, вы правы, — вынужденно кивнул Чжоу Чжи и начал прощаться:
— Тогда я, пожалуй, пойду обратно.
Всё-таки в отеле он был один, нужно было присматривать за хозяйством – вдруг снова какой-нибудь турист нагрянет.
— Иди-иди, — староста махнул рукой, и они разошлись по своим делам.
Возвращаясь домой, Чжоу Чжи любовался сочной зеленью вокруг. «А в нашей деревне всё-таки красиво: деревья кругом, дикие цветы... С такой природой мой отель просто обязан стать популярным!»
В этот момент телефон в его кармане требовательно пискнул. Чжоу Чжи достал аппарат и увидел личное сообщение в Weibo.
«Здравствуйте, это владелец отеля „Шанье“? Можете прислать точный адрес? Хотел бы заглянуть к вам на постой». Отправитель: Один Хороший Человек.
...
На самом деле Кот-Повар с трудом сгибается в поклоне, потому что страдает от профессиональной полноты...
Это всё производственная травма – растолстел, пока писал про еду!
Еще раз спасибо великому Кафэню, благодарю!~

Комментарии

Загрузка...