— Ты здесь один живешь?
Мэн Чанъань чувствовал себя совершенно непринужденно: развалившись на диване и бегло окинув взглядом обстановку гостиной, он произнес:
— Неплохо так. Твои условия для жизни — самые лучшие среди нас. Мы же с Цзю Нянь и Сяо У вечно скитаемся, едим впроголодь, сегодня сыты, а завтра нет, да еще и дежурим по ночам по очереди, остерегаясь безумцев и монстров.
Услышав это, Сюй Хуаньшэн даже представить себе не мог, какую жизнь они вели раньше. Неужели тот другой мир и впрямь был точной копией сцен из его снов?
Царящий там хаос и извращенная человеческая натуры.
И дело даже не в жителях того мира — возможно, сам Сюй Хуаньшэн тоже переселился оттуда.
Оставалось еще столько неразгаданных загадок.
Как раз в тот момент, когда Сюй Хуаньшэн погрузился в эти мысли, у входа раздался грубый стук в дверь — казалось, доски готовы были разлететься в щепки.
— Се Боюн, ты что, вернулся? — громко крикнул кто-то снаружи.
Соседи повысовывали головы, с любопытством поглядывая в эту сторону. Обычно в жилом комплексе Наньсинь всегда было тихо.
Мэн Чанъань в полном недоумении приподнялся на диване:
— Это еще кто? Ты его знаешь?
— Хозяин квартиры.
Лицо Сюй Хуаньшэна помрачнело. Разумеется, он прекрасно знал, кто там снаружи, и именно сейчас он принял одно решение.
Мэн Чанъань проследил взглядом, как Сюй Хуаньшэн вошел в главную спальню, спустя мгновение вышел оттуда с сумкой в руках, постоял пару секунд в прихожей в нерешительности и с неохотой отпер дверь.
На пороге стояла женщина: запавшие глаза, желтоватая, изнуренная кожа и при этом слишком густой макияж, который уже начал скатываться. Заметив, что дверь открылась, она тут же вытянула шею и заглянула вглубь квартиры, будто что-то выискивая.
Женщина перевела взгляд, скривившись в презрительной гримасе, и спросила:
— А где твой отец? Конец месяца на носу, когда арендную плату внесете?
Сюй Хуаньшэн без особых колебаний ответил:
— Он уехал далеко.
В следующую секунду женщина сменила выражение лица на сочувственное и со вздохом произнесла:
— Эх, вам с отцом несладко приходится… Ладно, так и быть, в этот раз я скрепя сердце возьму поменьше, заплатите четыре с половиной тысячи.
Четыре с половиной тысячи!
Мэн Чанъань, услышав сумму, даже мысленно поморщился от боли, в то время как Сюй Хуаньшэн лишь слегка нахмурился.
— Сама рожа кривая, а аппетиты зверские, — бормотал про себя Мэн Чанъань, но стоявшие в прихожей его не слышали.
— Ну как, ведь намного дешевле, чем раньше больше шести тысяч? — в глазах женщины блеснула улыбка, и она нетерпеливо протянула руку.
— Простите, тетя Бай.
Сюй Хуаньшэн сунул сумку ей в руки и опустил голову, так что выражения его лица было не разглядеть.
— Больше мы здесь не живем.
— Не живете? — тетя Бай моргнула, мгновенно растерявшись. — Почему это?
Сюй Хуаньшэн не стал отвечать, а лишь произнес:
— Здесь семь тысяч девятьсот. Это неустойка и плата за оставшиеся дни. Если чего-то не хватает, я потом понемногу отдам.
Заглянув внутрь и пересчитав наличные, тетя Бай почувствовала себя успокоенной: денег оказалось даже больше, чем было прописано в договоре. Ничего больше не говоря, она спрятала купюры, бросила взгляд на Сюй Хуаньшэна и бросила:
— Когда съезжаете?
— Сегодня.
Тетя Бай кивнула и пошла вниз по лестнице.
Сюй Хуаньшэн тяжело выдохнул, запер дверь и, едва обернувшись, тут же столкнулся с Мэн Чанъанем, неизвестно когда оказавшимся у него за спиной.
Он испугался, но быстро взял себя в руки, сделав вид, будто ничего не произошло.
Мэн Чанъань пристально посмотрел на него и возмущенно бросил:
— Почему ты не сказал этому живому человеку правду об отце?
— А? Откуда ты знаешь? — Сюй Хуаньшэн опешил. Он точно помнил, что ничего не рассказывал Мэн Чанъаню про отца. Откуда тот вообще был в курсе?
Мэн Чанъань покачал головой:
— Неважно, откуда я знаю. Мне сейчас интересно другое: почему ты вечно любишь усложнять простые вещи?
Он не понимал!
Зачем Сюй Хуаньшэн скрывал правду об отце? С какой стати нужно было отдавать этой живой женщине столько денег? Зачем съезжать с этой квартиры?
На самом деле, порой даже то, что очень хочется высказать, приходится держать в себе, ведь никто не знает, какие неприятности могут случиться в будущем.
Расскажешь ты об отце — и что? Добьешься лишь минутного сочувствия, но помочь-то никто всё равно не сможет. Какой смысл говорить об этом?
Сюй Хуаньшэн не стал ему отвечать. Вместо этого он достал чемодан и несколько сумок, сложил туда вещи — свои и отцовские, заодно переоделся и поставил телефон на зарядку.
— Тц, — недовольно бросил Мэн Чанъань и направился к выходу. — До чего же живые люди всё усложняют.
Отец в больнице, сам он торчит в лавке гробовщика и домой не возвращается — разве можно назвать домом жилище, в котором никого нет?
Молча закончив сборы, Сюй Хуаньшэн снес вещи вниз. Мэн Чанъань просто присел на корточки на пустом пятачке у подъезда и наблюдал за ним, даже не подумав помочь.
Подтянув лямки рюкзака за спиной, Сюй Хуаньшэн потащил два огромных чемодана к выходу из жилого комплекса, а Мэн Чанъань неотступно следовал за ним по пятам.
Они шли друг за другом: неторопливо, молча.
Когда до лавки гробовщика оставалось совсем чуть-чуть, Мэн Чанъань первый не выдержал и окликнул шедшего впереди Сюй Хуаньшэна:
— Погоди меня!
Сюй Хуаньшэн едва не закатил глаза!
Я обычный человек, и то ты угнаться за мной не можешь?
Не сбавляя шагу, он толкнул дверь лавки гробовщика, но не успел даже переступить порог, как прямо ему в лицо врезалась черная птица, и ее острый клюв оцарапал ему кончик носа.
В глазах мгновенно потемнело. Сюй Хуаньшэн торопливо выпустил из рук чемоданы и ухватился за дверной косяк — в голове зашумело, а вокруг всё закружилось в бешеном хороводе.
Сюй Хуаньшэн: «???»
От одного этого удара он едва не потерялся сознание. У этой птицы что, такая чумовая силища?!
Но тут же мысль вернулась к реальности: ведь и Сяо У когда-то был человеком!
— Братец Шилю!
Тун Цзюлин бросилась к нему!
Сюй Хуаньшэн, чьи колени тут же крепко обхватили, едва не рухнул на месте. Когда взрослая девушка двадцати с лишним лет, страдающая карликовостью, называет братом старшеклассника-подростка, кому угодно придется несладко.
— Чего это вы так поздно возвращаетесь? — Хозяин Ян преспокойно потягивал чай, полулежа в плетёном кресле у входа.
Мэн Чанъань с ухмылкой объявил:
— Сяо Шилю с сегодняшнего дня селится в лавке гробовщика.
Услышав это, Хозяин Ян выплюнул глоток чая прямо изо рта:
— Чего?!
Черт побери!
Сколько живу на свете, а думал, что под старость хоть отдохну, так нет же — теперь еще и за этой компашкой приглядывать придется!
Он уже было собрался отчитать Мэн Чанъаня, как Тун Цзюлин перебила его:
— Господин Му, господин Му, я сегодня видела Ши Ци!
— И где он? — Мэн Чанъань вытянул шею, заглядывая в лавку. — Чего не пришел?
Тун Цзюлин надула губы, всем своим видом показывая крайнее недовольство, и уныло протянула:
— Но Ши Ци сказал, что у него еще остались незавершенные дела, поэтому он пока не вернется. — С этими словами она неизвестно откуда извлекла увесистую сумку. — Зато он дал мне целую кучу бумажных пачек!
Сюй Хуаньшэн заглянул внутрь сумки и бесстрастно отвел взгляд.
Черт, какие к черту бумажные пачки — да это же целая баулина наличных!
Мэн Чанъань при виде такого зрелища даже поморщился.
Тун Цзюлин посмотрела на них обоих с невинным видом и объяснила:
— Я ведь тоже не хотела, чтобы он уходил, но он дал слишком много.
— ...
Сидевший у Сюй Хуаньшэна на голове Сяо У вцепился лапками в его волосы, встряхнулся и заговорил человеческим голосом:
— Настоящее имя семнадцатого номера — Ляо Шицин. Его способность — материализация, пока он умеет материализовывать лишь одно длинное копье. Многие подозревают, что директор Психиатрической больницы № 19 давно отдал ему тот самый Священный предмет № 024, но это еще не подтверждено официально.
— ...А? — Сюй Хуаньшэн не сразу сообразил, о чем речь. Какой еще 024-й? Какие такие священные предметы?
Хозяин Ян прокашлялся и принял серьезный вид:
— Священными предметами в Домене Хаоса называют вещи, наделенные странными способностями. Они обладают духовной сущностью и, можно сказать, бессмертной жизнью. Откуда они берутся и когда появляются, мне неведомо; известно лишь одно: директор в свое время побывал во многих местах и заграбастал целую коллекцию таких вещиц. Кому они достались на этот раз — бог весть.
Сюй Хуаньшэн растерянно хлопал глазами, по-прежнему ничего не понимая:
— А не могли бы вы привести пару примеров этих священных предметов?
— Ну, например, Священный предмет № 006 — это шахматная доска, способная вместить в себя пустоту. Тут и думать нечего, она создана исключительно для игры в шахматы.
— Или взять Священный предмет № 003, его прежнее название — Безымянный свиток. Он некогда объявился в Мертвой Школе, а потом кто-то его стащил. Это такой томик, в котором отроду не было ни строчки текста, и поговаривают, что эта штука способна отразить абсолютно любые атаки.
У Сюй Хуаньшэна дернулось веко — почему это описание до боли напоминает маленькую книжицу, лежащую у него в кармане?!
— Священный предмет № 099 — о, эта вещица сейчас заменяет Цзю Нянь правый глаз, она позволяет видеть то, что происходит в других местах. Какими еще свойствами она обладает, знает только она сама.
— А еще умеет превращаться в бабочку! — вмешалась Тун Цзюлин, усердно показывая руками. — Фиолетовую, угу!
Хозяин Ян горько усмехнулся и продолжил:
— Священный предмет № 001 Сю Цинсянь, Священный предмет № 024 Цан Яньло, Священный предмет № 007 Чэнь... Это всё, что мне доподлинно известно. Остальные же в основном годятся разве что для стряпни или рисования.
Сюй Хуаньшэн уже чувствовал себя полным глупцом:
— Выходит, порядковые номера священных предметов выстраиваются так же, как и номера в больнице? Тоже по силе?
— Да нет же, — возразил Сяо У. — Нумерация священных предметов зависит от того, когда именно они появились на свет. Сю Цинсянь объявился раньше остальных, поэтому идет под номером 001. По своим свойствам он почти не отличается от шелковых нитей самого господина Му, разве что...
— Разве что Сюнцин не умеет управлять нитями так же легко и совершенно, как господин Му, — радостно вставила Цзю Нянь.
— Ты что, видела его? — Мэн Чанъань потрепал Тун Цзюлин по макушке, отчего ее прическа окончательно растрепалась.
Та испуганно схватилась за голову, отскочила к Сюй Хуаньшэну и возмущенно выдала:
— Ну и что, что видела в кабинете директора? Зато у меня самой есть тот самый Священный предмет № 007, про который старик говорил!
— Тьфу! — последняя фраза едва не довела Хозяина Ян до инфаркта.
Какого черта!
У тебя, блин, на руках сразу два священных предмета?!
Это что за новости такие, священные предметы теперь на каждом шагу валяются? У каждого встречного психопата их по парочке? Ты думаешь, это капуста на грядке, чтобы у каждого имелась?!
Сюй Хуаньшэн стоял среди них с полнейшей кашей в голове, чувствуя себя абсолютно чужеродным элементом.
И правда: нормальному человеку никогда не влиться в чат местных безумцев.

Комментарии

Загрузка...