- Ты... – его лицо потемнело.
- Ты... – его лицо потемнело.
Я ударила его в грудь, он отлетел. Виноградные лозы, опутавшие меня упали, так как от моего удара сломались деревья, на которых они висели. Не теряя время, я подпрыгнула к Му Юньниню, наступила на его грудь и сильно надавила. Он ответил ударом молнии, который я снова перехватила, направив в кучи сухой травы. Я надавила сильнее на его грудь, его лицо побледнело, а изо рта вырвался сгусток крови.
Я ударила его в грудь, он отлетел. Виноградные лозы, опутавшие меня упали, так как от моего удара сломались деревья, на которых они висели. Не теряя время, я подпрыгнула к Му Юньниню, наступила на его грудь и сильно надавила. Он ответил ударом молнии, который я снова перехватила, направив в кучи сухой травы. Я надавила сильнее на его грудь, его лицо побледнело, а изо рта вырвался сгусток крови.
Юй Ган, испугавшись, призвал свои способности. Деревья и виноградные лозы, окружавшие нас, направились ко мне. Сложив руки в печать, я выполнила технику «Трава и деревья», растительность остановилась в воздухе, сменила направление и полетела на него. Лозы поймали Юй Гана, подняли его вверх. Там он и завис, словно большой кокон.
Юй Ган, испугавшись, призвал свои способности. Деревья и виноградные лозы, окружавшие нас, направились ко мне. Сложив руки в печать, я выполнила технику «Трава и деревья», растительность остановилась в воздухе, сменила направление и полетела на него. Лозы поймали Юй Гана, подняли его вверх. Там он и завис, словно большой кокон.
Он сильно испугался, наверное, впервые в жизни. Открыв рот, он хотел позвать на помощь, но я пошевелила пальцем, и виноградная лоза заткнула его рот. Теперь он мог только скулить.
Он сильно испугался, наверное, впервые в жизни. Открыв рот, он хотел позвать на помощь, но я пошевелила пальцем, и виноградная лоза заткнула его рот. Теперь он мог только скулить.
- Кто ты, черт возьми? – Му Юньнин яростно взревел, уставившись на меня.
- Кто ты, черт возьми? – Му Юньнин яростно взревел, уставившись на меня.
- Если Вы не знаете противника, как смеете связываться с ним? – усмехнулась я. – Как родители занимались вашим обучением? Они научили вас только есть, пить и веселиться?
- Если Вы не знаете противника, как смеете связываться с ним? – усмехнулась я. – Как родители занимались вашим обучением? Они научили вас только есть, пить и веселиться?
- Ты! – разозлился, но тут же заткнулся, так как я нанесла ему еще один болевой удар.
- Ты! – разозлился, но тут же заткнулся, так как я нанесла ему еще один болевой удар.
С его талантом он не считался важной персоной в семье. Родители имели небольшой статус в родном городе. Способности его сестры минимальные. Все, что он мог делать, это развлекаться с женщинами и играть.
С его талантом он не считался важной персоной в семье. Родители имели небольшой статус в родном городе. Способности его сестры минимальные. Все, что он мог делать, это развлекаться с женщинами и играть.
- Юань! Немедленно освободи нас, иначе наша семья Му...
- Юань! Немедленно освободи нас, иначе наша семья Му...
Я прервала его, ударив по лицу, высмеивая:
Я прервала его, ударив по лицу, высмеивая:
- Собираетесь пугать меня престижем своей семьи? Сильный человек, который на самом деле не такой сильный, разрушает семейную репутацию вместо того, чтобы позволить семье гордиться им. Если бы у меня был такой сын, я бы задушила его.
- Собираетесь пугать меня престижем своей семьи? Сильный человек, который на самом деле не такой сильный, разрушает семейную репутацию вместо того, чтобы позволить семье гордиться им. Если бы у меня был такой сын, я бы задушила его.
Я перевела взгляд на Юй Ганя, который висел в воздухе.
Я перевела взгляд на Юй Ганя, который висел в воздухе.
- У вас есть невеста, но вы хотите развлечений на стороне. Это самый гнусный вид подонков.
- У вас есть невеста, но вы хотите развлечений на стороне. Это самый гнусный вид подонков.
Оба были красными от злости, оба яростно смотрели на меня, желая заколоть тысячью мечами.
Оба были красными от злости, оба яростно смотрели на меня, желая заколоть тысячью мечами.
И тут я почувствовала опасность. Развернувшись, я быстро перегруппировалась и отклонилась.
И тут я почувствовала опасность. Развернувшись, я быстро перегруппировалась и отклонилась.
Прозвучал выстрел, три пули ударили в ствол дерева, у которого я только что стояла, оставив в стволе три маленькие дырочки и струйки дыма.
Прозвучал выстрел, три пули ударили в ствол дерева, у которого я только что стояла, оставив в стволе три маленькие дырочки и струйки дыма.
Му Юньсяо!
Му Юньсяо!
- Сестра! – Му Юньнин боролся на земле, пытаясь встать. Махнув рукой, я распылила над ним горсть белого порошка. Почувствовал странный аромат, он задрожал и неожиданно упал в обморок.
- Сестра! – Му Юньнин боролся на земле, пытаясь встать. Махнув рукой, я распылила над ним горсть белого порошка. Почувствовал странный аромат, он задрожал и неожиданно упал в обморок.
Му Юньсяо смотрела на меня холодными глазами. Пистолет в ее руке был направлен мне в лоб.
Му Юньсяо смотрела на меня холодными глазами. Пистолет в ее руке был направлен мне в лоб.
- Ты посмела угрожать семье Му!
- Ты посмела угрожать семье Му!
- Что? Ты хочешь, чтобы я подчинилась им и поехала развлекаться с твоим братом и женихом? – насмешка в моем голосе была явной.
- Что? Ты хочешь, чтобы я подчинилась им и поехала развлекаться с твоим братом и женихом? – насмешка в моем голосе была явной.
- Заткнись! – она громко закричала на меня, придя в ярость. – Ты – шлюха! Женщина, которая ищет кого бы соблазнить! Наша семья Му не простит тебе этого?
- Заткнись! – она громко закричала на меня, придя в ярость. – Ты – шлюха! Женщина, которая ищет кого бы соблазнить! Наша семья Му не простит тебе этого?
- Ваше слово от имени всей семьи Му? – раздался мужской низкий мужской голос. Испугавшись, она перевела пистолет на неожиданно появившегося мужичину.
- Ваше слово от имени всей семьи Му? – раздался мужской низкий мужской голос. Испугавшись, она перевела пистолет на неожиданно появившегося мужичину.
Естественно, это был Инь Шенгуа. Он энергично шел, источая сильную ауру, от которой у Му Юньсяо задрожали руки.
Естественно, это был Инь Шенгуа. Он энергично шел, источая сильную ауру, от которой у Му Юньсяо задрожали руки.
Инь Шенгуа встал передо мной, закрывая от пистолета.
Инь Шенгуа встал передо мной, закрывая от пистолета.
- Я спрашиваю еще раз, семья Му возьмет ответственность за ваши слова?
- Я спрашиваю еще раз, семья Му возьмет ответственность за ваши слова?
Конечно, Му Юньсяо не может говорить от имени семьи Му. Она не дура. Должно быть, он знал семью Му, тон этого человека был угрожающим, в нем не было ни капли страха. Неужели он наследник большой семьи?
Конечно, Му Юньсяо не может говорить от имени семьи Му. Она не дура. Должно быть, он знал семью Му, тон этого человека был угрожающим, в нем не было ни капли страха. Неужели он наследник большой семьи?
Про себя она ругала последними словами брата и жениха, но сейчас она должна была найти способ, чтобы помочь им. Кроме того, они знали, кто напал на них, так что в будущем найдут способ отомстить за сегодняшнее происшествие.
Про себя она ругала последними словами брата и жениха, но сейчас она должна была найти способ, чтобы помочь им. Кроме того, они знали, кто напал на них, так что в будущем найдут способ отомстить за сегодняшнее происшествие.
- Мне все равно, кто вы. Они были грубы с вами, но вы их ранили в ответ. Думаю, они вам больше ничего не должны. Давайте пойдем друг другу навстречу, и я заберу их, – скрипя сердцем сказала Му Юньсяо.
- Мне все равно, кто вы. Они были грубы с вами, но вы их ранили в ответ. Думаю, они вам больше ничего не должны. Давайте пойдем друг другу навстречу, и я заберу их, – скрипя сердцем сказала Му Юньсяо.
- Ты тоже плохо себя вела, а теперь просто хочешь уйти? – усмехнулся Инь Шенгуа.
- Ты тоже плохо себя вела, а теперь просто хочешь уйти? – усмехнулся Инь Шенгуа.
Му Юньсяо разозлилась, но старалась не показывать злость. Она сдалась, что еще они хотят?
Му Юньсяо разозлилась, но старалась не показывать злость. Она сдалась, что еще они хотят?
- Тогда что вы хотите, скажите, – вскричала она.
- Тогда что вы хотите, скажите, – вскричала она.
Инь Шенгуа растянул губы в едва заметной улыбке. Он взмахнул рукой, в ней появилась трехлучевая звезда. Он выбросил, и звезда, пролетев, впилась в горло Му Юньниня и тут же вернулась к хозяину.
Инь Шенгуа растянул губы в едва заметной улыбке. Он взмахнул рукой, в ней появилась трехлучевая звезда. Он выбросил, и звезда, пролетев, впилась в горло Му Юньниня и тут же вернулась к хозяину.
Он повторил бросок, звезда ударила Юй Ганя, висевшего на дереве в коконе из виноградной лозы. Издав протяжный стон, он замолчал навсегда. Только кровь текла по стволу дерева и виноградной лозе.
Он повторил бросок, звезда ударила Юй Ганя, висевшего на дереве в коконе из виноградной лозы. Издав протяжный стон, он замолчал навсегда. Только кровь текла по стволу дерева и виноградной лозе.
Меньше минуты ушло, чтобы Инь Шенгуа убил двоих со способностями второго уровня.
Меньше минуты ушло, чтобы Инь Шенгуа убил двоих со способностями второго уровня.
Держа трехлучевую звезду в руке, он посмотрел на Му Юньсяо. Она словно заледенела. Она не думала, что человек перед ней убьет кого-нибудь, не проронив ни звука.
Держа трехлучевую звезду в руке, он посмотрел на Му Юньсяо. Она словно заледенела. Она не думала, что человек перед ней убьет кого-нибудь, не проронив ни звука.
Не меняя выражения лица, он мгновенно лишал жизни. Он определенно отчаянный человек!
Не меняя выражения лица, он мгновенно лишал жизни. Он определенно отчаянный человек!
Она обладала силой света, целительной силой. Она не могла нападать или защищаться, она могла только исцелять людей.
Она обладала силой света, целительной силой. Она не могла нападать или защищаться, она могла только исцелять людей.
У нее слишком мало способностей, но она росла, думая, что ее семья имеет высокий статус. Ее в этом убедили. Она не знала, как опасен мир за пределами власти ее семьи. Она думала, что может ездить по стране, словно королева, достаточно назвать имя семьи. И вот впервые покинув отчий дом по заданию семьи, она столкнулась с суровой реальностью.
У нее слишком мало способностей, но она росла, думая, что ее семья имеет высокий статус. Ее в этом убедили. Она не знала, как опасен мир за пределами власти ее семьи. Она думала, что может ездить по стране, словно королева, достаточно назвать имя семьи. И вот впервые покинув отчий дом по заданию семьи, она столкнулась с суровой реальностью.
Теперь с ней все кончено. Отступая, она несколько раз выстрелила в Инь Шенгуа, пока не закончились патроны в магазине, после развернулась и побежала.
Теперь с ней все кончено. Отступая, она несколько раз выстрелила в Инь Шенгуа, пока не закончились патроны в магазине, после развернулась и побежала.
Инь Шенгуа равнодушно смотрел на ее удаляющуюся спину, но внезапно выбросил трехлучевую звезду, которая как молния пронзила ее грудь. Му Юньсяо что-то прошептала, упала на колени и медленно умерла.
Инь Шенгуа равнодушно смотрел на ее удаляющуюся спину, но внезапно выбросил трехлучевую звезду, которая как молния пронзила ее грудь. Му Юньсяо что-то прошептала, упала на колени и медленно умерла.
Инь Шенгу забрал звезду и повернулся ко мне:
Инь Шенгу забрал звезду и повернулся ко мне:
- Трупы твои, делай с ними, что хочешь.
- Трупы твои, делай с ними, что хочешь.
Он говорил так, будто ничего не произошло, просто большое недоразумение.
Он говорил так, будто ничего не произошло, просто большое недоразумение.
Я молча использовала трупную воду, чтобы растворить мертвые тела, а затем сожгла одежду, которая была на них.
Я молча использовала трупную воду, чтобы растворить мертвые тела, а затем сожгла одежду, которая была на них.
- Ты думаешь, я был жесток, раз убил их? – спросил он.
- Ты думаешь, я был жесток, раз убил их? – спросил он.
- Я просто хотела проучить их, не думала об убийстве, – я вздохнула.
- Я просто хотела проучить их, не думала об убийстве, – я вздохнула.
- Не забывай, почему мы здесь. Если ты будешь сострадательной ко всем, это принесет нам в будущем бесчисленные неприятности.
- Не забывай, почему мы здесь. Если ты будешь сострадательной ко всем, это принесет нам в будущем бесчисленные неприятности.
Он говорил правильные вещи, но я привыкла действовать по правилам и в соответствии с законом. Я не могу принять это.
Он говорил правильные вещи, но я привыкла действовать по правилам и в соответствии с законом. Я не могу принять это.
- Поскольку ты пошла по пути монаха, то рано или поздно привыкнешь к этому. – он нежно взял меня за плечо. – Пора возвращаться.
- Поскольку ты пошла по пути монаха, то рано или поздно привыкнешь к этому. – он нежно взял меня за плечо. – Пора возвращаться.
В эту темную, длинную ночь в горах Циньлиня никто не заметил пропажу нескольких человек. В гостинице все спали. Воины спали в своей комнате, слегка похрапывая.
В эту темную, длинную ночь в горах Циньлиня никто не заметил пропажу нескольких человек. В гостинице все спали. Воины спали в своей комнате, слегка похрапывая.
Чжан Лэй видел сон, который превратился в кошмар, он внезапно проснулся.
Чжан Лэй видел сон, который превратился в кошмар, он внезапно проснулся.
Он рос в очень бедной семье. Его родители ожидали, что он будет усердно учиться и поступит в колледж, а в будущем добьется успеха. Но он не любил читать, зато увлекался фильмами о боевых искусствах. Так началась его любовь к боевым искусствам.
Он рос в очень бедной семье. Его родители ожидали, что он будет усердно учиться и поступит в колледж, а в будущем добьется успеха. Но он не любил читать, зато увлекался фильмами о боевых искусствах. Так началась его любовь к боевым искусствам.
Однажды в Дуншане он тихо пробрался в дом, где практиковали боевые искусства, чтобы наблюдать. Его поймали и собрались выгнать, но были остановлены Учителем. Учитель дотронулся до его руки и сказал, что он хороший саженец для единоборств, и он возьмет его в ученики.
Однажды в Дуншане он тихо пробрался в дом, где практиковали боевые искусства, чтобы наблюдать. Его поймали и собрались выгнать, но были остановлены Учителем. Учитель дотронулся до его руки и сказал, что он хороший саженец для единоборств, и он возьмет его в ученики.
Его счастью не было предела. Он переехал к Учителю, который всегда жил в Даншане, изучал его навыки. Теперь они имеет несколько десятков тысяч ежемесячного дохода, и каждый его день приносит прибыль.
Его счастью не было предела. Он переехал к Учителю, который всегда жил в Даншане, изучал его навыки. Теперь они имеет несколько десятков тысяч ежемесячного дохода, и каждый его день приносит прибыль.
Он вытер со лба пот, все еще переживая ужас из сна. К счастью, это всего лишь кошмарный сон.
Он вытер со лба пот, все еще переживая ужас из сна. К счастью, это всего лишь кошмарный сон.
Осмотревшись, он обнаружил, что младшего брата, который спал на кровати рядом с ним, не стало.
Осмотревшись, он обнаружил, что младшего брата, который спал на кровати рядом с ним, не стало.
Он пошел в туалет? Но из туалета не доносилось ни звука. Куда он мог пойти посреди ночи?
Он пошел в туалет? Но из туалета не доносилось ни звука. Куда он мог пойти посреди ночи?
Плохое предчувствие прокралось в его сердце. Немного подумав, он решил рассказать об этом мастеру.
Плохое предчувствие прокралось в его сердце. Немного подумав, он решил рассказать об этом мастеру.
Он спустил с кровати ноги, когда раздался телефонный звонок. Он поднял трубку, звонил младший брат. Почувствовав облегчение, он сразу же ответил на звонок.
Он спустил с кровати ноги, когда раздался телефонный звонок. Он поднял трубку, звонил младший брат. Почувствовав облегчение, он сразу же ответил на звонок.
- Сяо Дун, куда ты ушел посреди ночи? Где ты? Нужно отдохнуть, ведь завтра мы идем в гору охотиться на дикарей.
- Сяо Дун, куда ты ушел посреди ночи? Где ты? Нужно отдохнуть, ведь завтра мы идем в гору охотиться на дикарей.
Странно, на другом конце телефона был только шипящий звук.
Странно, на другом конце телефона был только шипящий звук.
- Сяо Дун? – спросил он. - Ты в порядке?
- Сяо Дун? – спросил он. - Ты в порядке?
Тишина.
Тишина.
- Сяо Дун, я вешаю трубку, раз ты молчишь.
- Сяо Дун, я вешаю трубку, раз ты молчишь.
Наконец он услышал какое-то движение, потом раздался низкий смех.
Наконец он услышал какое-то движение, потом раздался низкий смех.
Смех был очень странный. Не понятно, кому он принадлежал – мужчине или женщине, но был как будто из ада. Стало жутко.
Смех был очень странный. Не понятно, кому он принадлежал – мужчине или женщине, но был как будто из ада. Стало жутко.

Комментарии

Загрузка...