После выпуска «Троицы на цыпочках» шло кулинарное шоу «Вкус и изящество» — трансляция шла с десяти до двенадцати часов дня, как раз перед обедом. В программе профессиональный шеф-повар учил домохозяек у экранов телевизоров готовить вкусные блюда, чтобы те могли легко повторить рецепты дома.
В новостях индустрии развлечений рассказывали о светских сплетнях из Сянгана, Ваньваня и других мест, упомянув даже Чжао Ячжи.
Впрочем, они, конечно же, не смели заявлять, что бойфренд Чжао Ячжи — их собственный босс. Во второй половине дня эфир занимал магазин на диване: здесь не требовалось ничего особенного, лишь бы двое молодых ведущих стояли перед камерой, громко зазывая покупателей на фоне заваленных товарами столов.
Вся эта продукция поступала напрямую с фабрик, а цены были значительно ниже магазинных.
К тому же при покупке на определенную сумму телеканал брал на себя доставку на дом.
Такие удобства в сочетании с небольшими скидками быстро покорили сердца домохозяек.
Благодаря этому рейтинги Телевидения Азия поползли вверх, а телефонные линии разрывались от звонков с заказами — звонили почти исключительно женщины.
Телевидение Азия не только получало деньги за рекламу от производителей, но и забирало себе процент с каждой проданной вещи.
Мистер Шао Ифу с TVB был потрясен успехом телемагазина — эта концепция полностью перевернула его представления. Оказывается, телевидение можно использовать и так — напрямую продавать товары.
Например, помаду, которую сейчас нахваливал ведущий, в специализированном магазине продавали по двенадцать долларов за штуку, а Телевидение Азия осмеливалось отдавать её за десять.
Менее чем за час поступило шестьсот звонков, и только за этот час набежало шесть тысяч долларов выручки, а впереди оставалась еще вся вторая половина дня!
И ведь в ассортименте было множество других товаров!
Если дело пойдет так и дальше, заработать за второй половине дня шестьдесят тысяч выручки не составит никакого труда.
Не подсчитаешь — не узнаешь, а посчитаешь — и глаза на лоб лезут.
Пусть точная сумма прибыли пока оставалась неизвестной, но сам объем продаж впечатлял.
К тому же телемагазин должен был работать ежедневно — только представьте, сколько Телевидение Азия сможет зарабатывать за месяц?
Боже мой!
Это превышало даже доходы от рекламы. Шао Ифу, всегда отличавшийся бережливостью магнат, потерял привычное спокойствие; его интересовали любые прибыльные начинания. Телемагазин — вещь отличная, давай-ка и мы попробуем.
Фан Ихуа закивала:
— Верно, подумаешь — нанять парочку ведущих да привлечь торговцев, мы точно так же сможем это делать.
Женщине было почти пятьдесят, но при виде дешевых товаров на экране ей самой захотелось схватить телефон и сделать заказ. Она была уверена, что эта программа принесет колоссальные деньги.
Однако один из топ-менеджеров TVB неожиданно охладил её пыл:
— Шестой брат, я уже навел справки: все программы Телевидения Азия, которые подлежат регистрации, официально зарегистрированы. Если мы тоже запустим телемагазин, это будет нарушением авторских прав, и Телевидение Азия просто так этого не оставит.
Услышав, что формат телемагазина запатентован Телевидением Азия, Фан Ихуа тут же принялась возмущаться:
— Что?! Телемагазин тоже можно запатентовать? Да это же ни в какие ворота не лезет!
Кто-то из присутствующих не выдержал и кашлянул: мол, куда бесстыднее поступаете как раз вы! Сами явно нацелились украсть чужую свежую идею, а выступаете с таким праведным видом.
Шао Ифу и сам счел это поведение неуместным, тихо фыркнул и бросил на Фан Ихуа суровый взгляд.
Фан Ихуа тут же умолкла. Патент — дело наживное, Шао Ифу патенты не пугали; в худшем случае можно было судиться и отделаться денежной компенсацией.
В Сянгане патенты оформляли ежедневно, и плагиат, хоть и не процветал пышным цветом, всё же случался нередко.
Больше всего Шао Ифу опасался владельца Телевидения Азия — Су Мина. Этот малый играл по собственным правилам и обладал достаточной хваткой, чтобы идти наперекор самому Шао.
Опасаясь, что копирование патента Телевидения Азия разозлит Су Мина и навлечет на него новую порцию брани, Шао Ифу решил пока придержать эту затею и сначала понаблюдать за рейтингами конкурентов.
Как только день телепродаж подошел к концу, Хуан Сичжао воодушевленно бросился к Су Мину.
— Председатель, сегодня всего за час с небольшим продажи перевалили за сотню тысяч! Потрясающая идея.
Су Мин оставался невозмутим: в его будущем подобные телемагазины давно набили оскомину, и зрители, едва завидев обман, тут же переключали канал.
Но нынешние зрители, особенно домохозяпки, охотно сорили деньгами, особенно когда дело касалось дешевых вещиц.
Именно поэтому Телевидение Азия за один вечер срубило солидный куш.
К вечеру большинство жителей Сянгана вернулись по домам. Стоило включить телевизор, как раздались задорные аккорды:
— Волны бегут, волны бурлят!
— Река Цзян на восток уносит воды веков, скрывая в пене героев минувших дней...
Вечерком, после школы, Чжао Ялинь возвращалась домой вместе с близкой подругой.
В свои шестнадцать лет Чжао Ялинь еще училась в средней школе. Невероятно красивая, пышущая юностью, чертами лица она была точной копией Чжао Ячжи. Пожалуй, единственным отличием было то, что её фигура еще не обладала столь выдающимися изгибами, но в остальном она представляла собой уменьшенную копию сестры.
Шагая по улице с подругой, она в очередной раз услышала один и тот же вопрос:
— Линь-Линь, у твоей сестры и правда появился парень? Кто он? Красивый? Это правда, что говорят кругом — неужели Чжоу Жуньфа?
Подруга спрашивала об этом уже раз сотый, и Чжао Ялинь была близка к нервному срыву.
— Я понятия не имею!
— Ну как ты можешь не знать? Она же твоя родная сестра! Хватит скрываться, расскажи мне, кто её парень? Симпатичный?
Выдав это раздраженным тоном, Чжао Ялинь добавила сквозь зубы:
— И вообще, сестрица ведет себя подло! Завела бойфренда и даже словом мне не обмолвилась!
Будучи родной сестрой Чжао Ячжи, Чжао Ялинь узнала обо всем последней, из-за чего чувствовала себя ужасно ущемленной и несостоятельной.
Если сестра не возместит ей моральный ущерб, она этого так не оставит!
В мыслях она уже решила потребовать с сестры сотню с автографами Чжоу Жуньфа и У Мэнда в качестве штрафа.
Чжао Ялинь, в отличие от покладистой и легко довольствующейся малым Чжао Ячжи, унаследовала от отца-предпринимателя куда более практичный и хваткий склад ума.
После того как «Терминатор» произвел фурор, она выпросила у Чжао Ячжи несколько фотографий с автографами и успешно продала их в школе, неплохо заработав. Если на этот раз Чжао Ячжи не принесет ей сотню снимков, легким испугом отделаться не удастся.
— Тц, не хочешь — и не говори! — надулась подруга, обиженно отвернувшись.
Впрочем, бурные эмоции подружки испарялись так же быстро, как и возникали, и вскоре они снова вовсю щебетали.
— Сегодня вечером показывают первую серию новой драмы твоей сестры «Шанхайская набережная», побежим скорее домой смотреть, уверенно, будет потрясающе.
— Знаю-знаю, она играет там вместе с Чжоу Жуньфа, по телевизору уже все уши прожужжали, да и заглавная песня такая красивая. Какая же моя сестра молодец — стала большой звездой, зарабатывает кучу денег и снимается с таким красавчиком, как Чжоу Жуньфа! Пусть Чжоу Жуньфа и хорош собой, но до популярности моей сестры ему далеко. Да что там, сейчас многие называют её не иначе как богиней!
— Вот только интересно, какой же красавец охмурил нашу богиню, — бормотала себе под нос Чжао Ялинь.
В этот момент она заметила, что подруга внезапно замерла, вцепившись обеими руками в её рукав, с глазами навыкате и выражением дикого изумления и неверия на лице.
— Ты чего? — озадаченно спросила Чжао Ялинь.
— Посмотри... посмотри туда, это случайно не твоя сестра?
— Моя сестра?
Чжао Ялинь проследила за направлением её взгляда.
Они как раз подошли к воротам собственного дома. Благодаря успешному бизнесу отца семья жила в достатке, хотя и не относилась к сверхбогачам. Особняк располагался в тихом районе, где селилась сплошная знать.
Неподалеку от их дома, прямо через дорогу, стоял черный «мерседес». Возле машины возвышался рослый, привлекательный мужчина в строгом костюме, прижимавший к себе какую-то женщину. Он самозабвенно целовался с ней прямо на улице.
Всмотревшись издалека, Чжао Ялинь с удивлением узнала в незнакомке собственную сестру. Она остолбенела:
— Боже мой, у сестры и правда есть парень! Какой же он эффектный, настоящий мужчина!
Подруга раскраснелась от восторга и принялась дергать Чжао Ялинь за руку, подпрыгивая от возбуждения.
Весь Сянган гадал, кто же ухаживает за Чжао Ячжи, а она вот так запросто увидела всё своими глазами, да еще и в разгар нежных объятий. Подругу переполнял дикий восторг.
Забыв обо всем на свете, Чжао Ялинь завопила во всю мочь и бросилась к ним. Тем временем Су Мин продолжал обнимать и целовать Чжао Ячжи. Услышав голос младшенькой, Чжао Ячжи испуганно оттолкнула его, залившись краской до самых корней волос, и торопливо зашептала:
— Младшая сестра идет, уезжай скорее!
Су Мин остался недоволен:
— Ну и что, что идет? Как раз познакомимся.
Чжао Ячжи замахала руками:
— Я еще ничего домашним о тебе не говорила, дай мне время, в другой раз познакомлю.
Уступив её мольбам, Су Мин неохотно сел в машину и уехал. Тут же к месту событий примчалась Чжао Ялинь.
— Сестра, а чего это он сбежал?
Из-за сгустившихся сумерек лицо Чжао Ячжи толком разглядеть было нельзя. Поправив одежду, она проигнорировала расспросы сестры и быстрыми шагами направилась в дом.
Чжао Ялинь не собиралась так просто сдаваться — ей во что бы то ни стало хотелось докопаться до правды, и она висела у неё на хвосте, засыпая вопросами. Влетев в гостиную, она завопила на весь дом:
— Грандиозная новость! У моей сестры появился кавалер!
В гостиной собрались мать и все три сестры (Чжао Ячжи была четвертой по старшинству). Услышав это, мать ничуть не удивилась — она и так ждала, что сегодня вечером дочерей придется допрашивать с пристрастием.
— Представляете, только что у ворот парняга привез нашу Четвертую на новеньком «Мерседесе» S-класса!
— Вот жаль, темно было, лица толком не разглядела, но в профиль просто красавчик! — возбужденно выпалила Чжао Ялинь, хвастаясь так, будто сама совершила нечто грандиозное.
Вся семья тут же уставилась на Чжао Ячжи. Мать перевела дух с облегчением: больше всего она боялась, что дочь свяжется с каким-нибудь старым толстосумом, а раз ухажер молод и хорош собой, она была вполне довольна. Пусть «Мерседес» S-класса и не стоил запредельных денег, но владеть им мог далеко не бедный человек — а значит, бойфренд дочери не простолюдин, а, судя по всему, отпрыск богатой семьи.
Госпожа Чжао мягко произнесла:
— А-Чжи, раз твой молодой человек приехал, отчего же не позвала в дом чаю попить?
Чжао Ячжи тяжело вздохнула про себя. Встретившись с любопытными взглядами домашних, она лишь горько улыбнулась:
— Он очень занят, на фирме куча дел, так что я велела ему ехать.
Мать тут же принялась допытываться:
— А как его зовут? Чем занимается? Сколько лет? Откуда родом? Кто его родители?
Все три сестры Чжао Ячжи тоже обступили её плотным кольцом, засыпая вопросами со всех сторон, словно задались целью вывернуть душу Су Мина наизнанку.
Чжао Ячжи уже не знала, как отбиться, и лихорадочно соображала, что ответить, как вдруг из телевизора донеслись первые аккорды заглавной песни «Шанхайской набережной».
Стрелки часов приблизились к половине восьмого. Трансляция первой серии «Шанхайской набережной» официально началась.
Чжао Ячжи поспешно бросила:
— Давайте ужинать, сначала посмотрим сериал.
В этот вечер показывали первые две серии «Шанхайской набережной». Герой Чжоу Жуньфа — опустившийся парень, приехавший из Бэйпина, — натерпелся всякого: три года отсидел в тюрьме, потерял любимую женщину и рухнувшие надежды.
Стоило Чжоу Жуньфа появиться на экране, как его мужественное, тронутое печатью тяжелой судьбы лицо мгновенно приковало к себе взгляды всех присутствующих.
Госпожа Чжао, глядя на Чжоу Жуньфа в телевизоре, с одобрением покачала головой:
— Хором парень, статный, видный, судя по всему, человек с перспективами.
Затем она повернулась к Чжао Ячжи:
— Тут поговаривают, будто твой ухажер — сам Чжоу Жуньфа, это правда? Дай матери прямой ответ.
Услышав это, Чжао Ячжи почувствовала, как голова начинает раскалываться еще сильнее. Она мысленно выругала себя за то, что вообще затеяла этот разговор — сама же навлекла на свою голову столько хлопот!

Комментарии

Загрузка...