— А-Фен, добро пожаловать в отряд по борьбе с триадами.
— Ты отлично себя проявил: у тебя есть и смелость, и ум. Продолжай в том же духе, уверен, скоро пойдёшь на повышение.
Представив Ли Фэна всем присутствующим, Ляо Чжицзун отвёл его в сторону для личной беседы.
Взглянув на Ли Фэна, Ляо Чжицзун сначала рассыпался в похвалах, наобещав с три короба, а затем его лицо стало серьёзным!
— А-Фен, есть кое-что, о чём я хочу тебе напомнить.
— В Гонконге десятки тысяч копов, и у каждого изначально были свои цели.
— Но наша задача как полицейских — служить интересам всего общества.
— Я знаю, что твой выбор стать копом связан с трагедией твоих родителей?
— Я знаю, что ты хочешь расправиться с «Чжунсиньи» и бандой Хва Фэя.
— Но я надеюсь, что ты будешь хорошим полицейским и не станешь примешивать личные чувства к работе.
— Не позволяй ненависти ослеплять твой разум и толкать тебя на злоупотребление служебным положением...
Прежде чем перевести Ли Фэна в антитриадный отряд, Ляо Чжицзун, разумеется, навёл справки о нём.
Услышав это, Ли Фэн ничуть не удивился! Он кивнул, показывая, что всё понял.
В этот момент к ним подошёл сержант Бо-гэ, с которым Ли Фэн только что виделся, держа в руке бланк о переводе.
Он бросил на Ли Фэна извиняющийся взгляд, после чего подошёл к Ляо Чжицзуну, протянул ему бумагу и с улыбкой произнёс:
— Офицер Ляо, помнишь, я говорил тебе пару дней назад о том деле?
Взяв бланк, Ляо Чжицзун опустил взгляд, а затем спросил Бо-гэ:
— Ты действительно хочешь перевестись?
Встретившись взглядом с Ляо Чжицзуном, Бо-гэ с серьёзным видом кивнул:
— Да, да.
— Офицер Ляо, у меня три дочки ещё малы, а сам я уже в возрасте — не такой задорный, как молодежь.
— Несколько дней назад я ловил пешку из «Чжунсиньи», гнался за ним через несколько улиц, но в итоге тот всё равно сбежал...
— Порой и вправду нельзя не признавать свой возраст!
— Недавно младшая дочка снова заболела, хочу перейти на должность поспокойнее, чтобы было больше времени проводить с семьей.
Бо-гэ объяснил причину перевода.
Затем он покосился на Ли Фэна и продолжил говорить Ляо Чжицзуну:
— Я уже давно хотел перевестись, а теперь как раз А-Фена перевели в наш отдел, он-то куда лучше меня, лодыря...
Услышав это и видя твёрдую решимость Бо-гэ, Ляо Чжицзун хоть и выглядел немного расстроенным предстоящим расставанием, всё же кивнул и дал добро.
Взяв со стола ручку, он принялся писать прямо на бланке перевода Бо-гэ. Вскоре Ляо Чжицзун вернул бумагу сержанту и, указав на район в графе перевода, сказал:
— Бо-гэ, раз уж хочешь перевестись, лучше выбирай этот округ.
— А? — озадаченно переспросил Бо-гэ, глядя на Ляо Чжицзуна.
Ляо Чжицзун пояснил:
— В этом районе много элитных школ, твоим трём дочерям потом будет удобно учиться.
— Спасибо, офицер! — сообразив, в чём дело, тут же поблагодарил Ляо Чжицзуна Бо-гэ.
Ляо Чжицзун отмахнулся:
— Это я должен тебя благодарить.
С этими словами Ляо Чжицзун перевёл взгляд на Ли Фэна:
— Бо-гэ уходит, А-Фен, ты примешь часть его текущих дел.
— В последнее время мы также занимаемся расследованием в отношении Ляо Хаолуна из «Чжунсиньи».
— Эта шайка крышует бордели и держит игорные дома... Они ни во ставят полицию, ведут себя всё более нагло, недавно открыли ещё несколько танцевальных клубов, и сейчас бо́льшая часть дури на точках в Цимшацзю — от «Чжунсиньи»...
Ляо Чжицзун люто ненавидел пороки и преступность и в душе уже давно кипел от недовольства «Чжунсиньи». Вот только беда была в том, что им никак не удавалось добыть железные улики против Ляо Хаолуна.
Стоило им только сделать хоть малейший успехи, как у бандюков из «Чжунсиньи» тут же находился желающий взять вину на себя, из-за чего Ляо Хаолуна до сих пор не прижали к ногтю.
Но каким бы скользким ни был Ляо Хаолун, Ляо Чжицзун твёрдо намерен был привлечь его к ответственности.
Зная, что у Ли Фэна зуб на «Чжунсиньи», он, разумеется, со спокойной душой поручил ему это расследование.
Ляо Чжицзун повернулся к Бо-гэ:
— Расскажи, что тебе удалось выяснить за последнее время.
— Хорошо. — Бо-гэ кивнул и без колебаний произнёс:
— Я выяснил, что Ляо Хаолун поддерживает связь с Сы-сы. Этот Сы-сы, похоже, и есть главный кошелёк за спиной «Чжунсиньи», старшие чины триады уважительно называют его Четвёртым дядей...
— Однако Ляо Хаолун и его люди действуют крайне осторожно, я копал так долго, но не нашёл никаких полезных нитей.
— Зато молодая жена Ляо Хаолуна только что родила ему сына.
— Он впервые стал отцом в старости, говорят, очень дорожит этим ребёнком, и даже собирается устроить пир, когда мальчику исполнится месяц!
Услышав новости, добытые Бо-гэ, Ли Фэн ни капельки не удивился.
Помимо того, что хранилось в памяти из сюжета, он и сам вместе с Ли Ином тайком копал под «Чжунсиньи» и Хва Фэя, собрав немало ценных сведений.
И если он до сих пор сидел тихо и ничего не предпринимал, то лишь для того, чтобы уничтожить их всех разом одним ударом.
Этот шанс настанет очень скоро!
Планы Ли Фэна, разумеется, оставались тайной для Бо-гэ и Ляо Чжицзуна. Выложив всё, что ему было известно о Ляо Хаолуне и Сы-сы, Бо-гэ перевёл взгляд на Ли Фэна, а затем замер на Ляо Чжицзуне и с лёгким сомнием в голосе спросил:
— Строго говоря, этот Четвёртый дядя, стоящий за спиной Ляо Хаолуна, считается преступником?
Как только Бо-гэ умолк, Ли Фэн тоже устремил взгляд на Ляо Чжицзун.
Под их взглядами Ляо Чжицзун утвердительно кивнул.
— Разумеется, считается.
— Именно он деньгами поддерживает Ляо Хаолуна, конечно, это преступление.
Ли Фэн полностью согласился с позицией Ляо Чжицзуна.
Однако Бо-гэ не удержался от реплики:
— Вообще-то, банк даёт деньги заводу, но сам-то банк заводы не содержит.
— Ты подменяешь понятия, — тут же парировал Ляо Чжицзун. — Бо-гэ, ответь мне, разве за убийство судят только самого исполнителя?
Не дожидаясь ответа, Ляо Чжицзун сам же и ответил:
— Главный организатор несёт куда большую ответственность!
— Но главный организатор — это Ляо Хаолун! — Бо-гэ всё ещё считал лидером Ляо Хаолуна, его мысли пока не успели перестроиться, и на лице всё ещё читалось замешательство.
Ляо Чжицзун холодно усмехнулся:
— Ххе, если ты знаешь, что Ляо Хаолун нанял киллера, и при этом ссужаешь ему деньги, разве ты не пособник?
Услышав это, Бо-гэ, кажется, прозрел и кивнул:
— Пожалуй, что так.
Видя озарение на лице Бо-гэ, Ляо Чжицзун дал понять, что тот может идти.
Когда Бо-гэ удалился, Ляо Чжицзун повернулся к Ли Фэну:
— А-Фен, в последнее время приглядывай за обстановкой вокруг «Чжунсиньи»!
— Появится хоть какая-то информация — докладывай немедленно!
— Есть, сэр.
Ли Фэн уже собрался уходить, но Ляо Чжицзун окликнул его. Помедлив секунду-другую, он заговорил вновь:
— Несколько дней назад на Канарвон-роуд семеро дерзких налётчиков ограбили ювелирный магазин: пятеро убиты, двое ранены... Один из схваченных преступников с ранением в грудь скончался в ту же ночь, а второй на допросе выложил всё как на духу.
— По словам этого бандита, оружие, которое они использовали при налёте, его главарь купил у группировки торговцев оружием во главе с неким Джонни Уангом.
— А-Фен, ведя дела, обращай внимание и на любые слухи об этом Джонни Уанге.
С этими словами Ляо Чжицзун, опасаясь, как бы Ли Фэн не наломал дров сгоряча, предостерёг его:
— Этот Джонни Уанг — главарь контрабандистов, под его началом не только полно отморозков, но и оружия хватает, все они — крайне опасные типы.
— Если добудешь информацию о Джонни Уанге, ни в коем случае не действуй в одиночку.
После недавней перестрелки Ляо Чжицзун ни капли не сомневался в храбрости Ли Фэна.
В конце концов, человек, который с одним лишь револьвером в руке смело шёл под градом пуль в бой против целой банды отморозков с автоматами Калашникова, явно не был обделён мужеством и отвагой.
За десятки лет службы в полиции Ляо Чжицзун повидал немало принципиальных, горячих на руку коллег. Сталкиваясь с превосходящими силами преступников, они в одиночку бросались в атаку, что в итоге заканчивалось тяжёлыми ранениями, инвалидностью или даже смертью.
Полицейский департамент стоит на принципах командной работы и дисциплины, а не героических одиночных прорывов.
Ли Фэн был согласен с Ляо Чжицзуном.
Заведомо зная об опасности и имея возможность запросить подкрепление, лезть в пасть дракона в одиночку ради роли героя — верх неблагоразумия.
Что же касается упомянутого Ляо Чжицзуном Джонни Уанга?
Услышав это имя, Ли Фэн смутно припомнил, что оно звучит знакомо — кажется, это персонаж из какого-то гонконгского боевика...

Комментарии

Загрузка...