Сегодня ночью на арене Города-крепости произошла громкая сенсация!
Кули Цян, старый Сыцзю клана Фуисин, мастер Двенадцати дорог ног Тань, был повержен в два счета каким-то смазливым юнцом.
— Черт возьми, никчемный мусор! Цзинь Ялэй еще смел утверждать, что ты по силе как Красный жезл? Тьфу! По-моему, тебе отныне стоит зваться Хромым Цяном, — А Бин в ярости опрокинул чайный столик, и его слуги в испуге попрятались по углам.
Чтобы защитить А Бина — своего шурина, вечно попадающего в переделки, — Янь Тун лично обратился к главе Фуисин, Цзинь Ялэю, с требованием предоставить опытного бойца в качестве телохранителя. Узнав, что придется работать на бестолкового Бина, Цзинь Ялэй поначалу хотел отказать, но в клане Фуисин было более десяти тысяч человек, которые кормились благодаря Янь Туну. Главе клана не оставалось ничего иного, как отправить Кули Цяна, кандидата в Старшие члены, на эту сомнительную службу.
В гонконгских триадах большинство организаций берет начало от общества Хунмэнь. Синие фонари — это внештатные члены банды, а Сыцзю — полноправные участники, чьи имена внесены в Реестр триады. Выше Сыцзю стоят три должности: Соломенные сандалии, Белый бумажный веер и Красный жезл. Еще выше — Маршал, Казначей и Глава секты. Повышение в должности называется зачжи, и если Сыцзю не получает повышения за три года, его называют старым Сыцзю. Начиная с ранга Соломенных сандалий, боец считается Старшим членом и признанным авторитетом в криминальном мире.
Ранее А Бин пообещал Кули Цяну щедрую награду: если тот сегодня поможет ему обыграть Чэнь Сицзю, то позже А Бин уговорит своего зятя Янь Туна разрешить клану Фуисин открыть еще одну точку по продаже опиума. Кули Цян, которому давно опостылело прислуживать этому отбросу, был готов идти ва-банк. Если бы все вышло, он принес бы клану новый источник дохода, и Цзинь Ялэй был бы обязан не только заменить его на посту телохранителя, но и как можно скорее повысить в должности, иначе как главе клана удержать авторитет?
Однако удача отвернулась от Кули Цяна — он столкнулся с таким читером, как Дин Юньфэн. Одно поражение привело к тому, что А Бин проиграл двести тысяч, и когда Дин Юньфэн покинул арену, на поверженного бойца никто даже не взглянул. Слуги распорядительной компании арены молча вошли, быстро убрали всё лишнее и тихо удалились.
У каждого свои радости и свои печали. В отличие от богатых дам, которые без умолку щебетали о том, как Красавчик Фэн лихо разделался с Хромым Цяном, А Бин выпил две чаши травяного чая, но это не охладило его гнев. Изначально он выиграл у Чэнь Сицзю три раунда подряд, заработав сто тридцать тысяч, но в этом бою не только спустил всё выигранное, но и должен был выплатить Чэнь Сицзю еще семьдесят тысяч из кассы компании. Хотя наличие Янь Туна в качестве покровителя означало, что никто не заставит его платить немедленно, сама мысль о том, что придется просить зятя закрыть долг...
А Бин в ярости схватил чайную чашку и, подойдя к краю помоста, швырнул ее в уходящего Дин Юньфэна. Тот как раз получал награду за выполненную задачу, когда внезапно почувствовал летящий в него предмет. Рефлекторно поймав чашку, он тут же запустил ее обратно.
— А-а! — взвизгнул А Бин, хватаясь правой рукой за нос, из-под пальцев которого проступила кровь.
Большинство присутствующих боялись Янь Туна, поэтому с трудом сдерживали смех, но кучка богатых дам не опасалась его — они прикрывали рты ладонями и тыкали в А Бина пальцами.
— Не умеешь проигрывать — не садись играть. Срывать злость на бойце — это низко, у тебя совсем нет чести, — Чэнь Сицзю поправил свои кудрявые волосы, которые даже тонна бриолина не могла уложить, и с насмешкой добавил эту колкость.
А Бин в ярости оттолкнул своих подручных:
— Это я не умею проигрывать? Если есть смелость, давай еще раз! Ставлю пятьдесят тысяч!
Увидев, что идиот напротив клюнул на наживку, Чэнь Сицзю просиял. Но прежде чем он успел ответить, с трибуны четвертого этажа восточного корпуса раздался холодный смешок:
— Вы двое закончили? Хотите, чтобы мы всю ночь смотрели, как вы играете в песочнице?
Лица Чэнь Сицзю и А Бина изменились, но, увидев, что говорит Лю Яоцзу, они оба предпочли проглотить гнев. Методы, которыми Лю сколотил состояние, были грязноватыми, но его активы включали причалы, недвижимость и теневой бизнес. Никто из них не мог позволить себе конфликт с ним, если только рядом не было Лэй Ло или Янь Туна.
Лю Яоцзу, держа бокал, подошел к краю ложи:
— Гунцзай Цян, прошел уже почти час. Сколько еще ждать того захватывающего зрелища, о котором ты говорил по телефону?
Гунцзай Цян с улыбкой вышел вперед:
— Господин Лю, хорошее блюдо требует времени...
— Эй, который час? Если не подадите основное блюдо, я пойду домой накладывать маску, — с четвертого этажа северного корпуса, грациозно покачивая бедрами, вышла Тан Чжуди. На ней было облегающее вечернее платье в красно-черных тонах, приковывающее все взгляды.
— Сестрица Чжуди!
Богатые дамы, которые еще недавно препирались на втором этаже, послушно побежали на четвертый. Они поприветствовали Тан Чжуди и выстроились позади нее.
— Никчемные, одна за другой, стоит увидеть красавчика — и ноги подкашиваются, — не оборачиваясь, Тан Чжуди продолжала отчитывать их, не сводя кокетливого взгляда с Дин Юньфэна внизу.
От двадцатилетней госпожи Чжао до шестидесятилетней госпожи Чжоу — все они понурили головы, не смея проронить ни слова. В плане финансов их семьи вместе взятые не могли сравниться с кланом Ван; в плане способностей — они были лишь придатками своих мужей. Но Тан Чжуди не только сама управляла компанией, но и контролировала часть акций холдинга Ван. Даже ее муж Ван Байвань не мог ее усмирить, и даже ее свекор Ван Ифэй вынужден был проявлять к ней уважение!
— Господин Лю, сестрица Чжуди, прошу вас, не гневайтесь, — Гунцзай Цян заискивающе улыбнулся и переглянулся с подоспевшим Фэйцзай Чао. Тот громко объявил о начале Арены Кровавой Битвы.
Дин Юньфэн отвел взгляд от кокетливых подмигиваний Тан Чжуди — читатели знают, что он не из тех, кто разменивается по мелочам!
— Твою мать, Фэйцзай Чао и Гунцзай Цян с ума сошли? Открыли Арену Кровавой Битвы? — лицо Да Вэя побледнело, он поспешно сунул Дин Юньфэну заточенный штык от винтовки M1.
Увидев недоумение Дина, Сяо Вэй быстро пояснил:
— Брат Фэн, Арена Кровавой Битвы — это когда десять бойцов выходят на ринг, и начинается свалка, пока в живых не останется только один! Здесь запрещено только огнестрельное оружие, остальное — без ограничений!
— Брат Фэн, вам нельзя туда, вы погибнете... — А-Пин от страха стал белее мела.
Да Вэй оттолкнул А-Пина и в раздражении схватился за голову:
— Кровавая битва — это способ повышения ранга. Если тебя выбрали, ты не можешь отказаться. А-Фэн показал себя слишком ярко, наверняка кто-то из толстосумов заплатил, чтобы его втянули в это.
И точно, стоило Да Вэю договорить, как снаружи раздался властный голос:
— Господин Лю делает ставку в миллион, называя имя Красавчика Фэна для выхода на арену!
Дин Юньфэн поднял голову и увидел на четвертом этаже восточного корпуса мрачного мужчину в очках в золотой оправе, который указывал на него, продолжая что-то обсуждать с Тан Чжуди.
Тем временем на четвертом этаже северного корпуса Тан Чжуди с ледяным лицом обратилась к Гунцзай Цяну:
— Погодите. Я ставлю миллион сто тысяч, чтобы Красавчик Фэн не выходил на ринг!
Гунцзай Цян и Фэйцзай Чао переглянулись, и последний с притворной досадой ответил:
— Сестрица Чжуди, есть ставки на то, чтобы человек вышел на ринг, но еще не было прецедента, чтобы кто-то платил за то, чтобы боец не участвовал.
— Правила арены Города-крепости устанавливало поколение моего дяди! — Гунцзай Цян весь вечер трудился именно ради того, чтобы сорвать куш на этой битве, как он мог согласиться? — Сестрица Чжуди, если вы не убедите моего дядю, мы не можем принять ваше требование.
Тан Чжуди, разумеется, не собиралась идти к Дядюшке Дину ради какого-то красавчика. Она обвела взглядом Гунцзай Цяна и Фэйцзай Чао, а затем перевела его на Лю Яоцзу.
— Два миллиона! Я сама ставлю своего красавчика на арену! На прошлой неделе мой муж проиграл два миллиона какому-то шулеру, сегодня я принимаю ваш вызов. Выводите своих бойцов. Не думайте, что я не знаю, что вы с этими двумя отбросами всё заранее подстроили.

Комментарии

Загрузка...