Гао Цзинь стоял рядом с Чжан Яхэ и, глядя на сверкающий огнями Гонконг, тоже на мгновение замер.
Это был такой долгожданный, такой любимый родной город! Спустя три года они снова вернулись!
Сяо Ацяо и Черный и Белый Неотвратимые смотрели на оживленный Гонконг с безмятежными лицами, не выказывая особых эмоций, лишь в душе слегка поражаясь его процветанию.
Дюжина молодлдежи позади них, вглядываясь в знакомые пейзажи, испытывала радость и приподнятое волнение.
— Прошло три года! Я, Чжан Яхэ, снова вернулся!
Чжан Яхэ молча вглядывался в приближающийся Гонконг, шепча эти слова про себя; самые разные чувства и воспоминания хлынули ему в душу.
Под звуки мелодичного гудка круизный лайнер плавно пришвартовался у пирса Ваньчай. Чжан Яхэ и остальные широким шагом сошли на берег.
Несколько роскошных «Мерседесов» мчались издалека и тут же остановились у самого края приса. Из одной из машин вышел мужчина средних лет в безупречном костюме и направился прямо к Чжан Яхэ.
— Брат Хэ, ты меня еще помнишь? Я Си Цзиньхуа, человек Брата Ло.
Чжан Яхэ бросил взгляд на мужчину. В памяти прежнего владельца тела этот человек присутствовал: из-за смешанного происхождения у него была кличка Си Цзиньхуа. Он был доверенным лицом Ло То и заведовал множеством его заведений и дел.
— Брат Си, неплохой размах, целая колонна «Мерседесов», — с легкой улыбкой на лице и знакомым шутливым тоном произнес Чжан Яхэ.
— Брат Хэ шутит. Прошу в машину, Брат Ло ждет тебя в зале нашей организации.
Чжан Яхэ кивнул и вместе с Гао Цзинем, Сяо Ацяо, Черным и Белым Неотвратимыми и дюжиной младших братьев сел в автомобиль.
Машина тронулась с места и направилась в Юньлон.
Ночные виды кипящей жизни за окном заставили Чжан Яхэ немного погрузиться в раздумья.
— Не ожидал, что всего за три года Гонконг так сильно развился.
Си Цзиньхуа, сидевший на пассажирском сиденье спереди, глуховатым голосом ответил:
— И правда, Гонконг развивается бешеными темпами, меняется буквально каждый год. Вот только самые прибыльные районы полностью захватил Хунсин. Последние три года у нас из-за сфер влияния постоянно случались стычки с Хунсин.
Затем его голос стал выше и звонче:
— Теперь, когда Брат Хэ вернулся, в нашей Дунсин появится огромная поддержка. Интересно, как отреагируют в Хунсин, когда узнают о твоем возвращении? Ха-ха-ха!
Услышав это, Чжан Яхэ улыбнулся:
— Прошло три года, люди склонны многое забывать. Боюсь, сейчас многие уже и не помнят меня! Новое поколение приходит на смену старому!
— Да как такое возможно! Громадная акула Дунсин — это гремящее на весь цзянху имя. Пусть какая-нибудь шпана и не помнит, но старые волки не могут не знать!
Преувеличенно громко воскликнул Си Цзиньхуа, вовремя отвесив Чжан Яхэ лестный комплимент.
Чжан Яхэ лишь улыбнулся в ответ и промолчал.
В свое время имя прежнего владельца гремело слишком громко и не давало продыху остальным, из-за чего Баби и Хунсин объединились, чтобы подставить его, вынудив бежать в Юго-Восточную Азию.
Впрочем, если бы прежний хозяин не уехал в Юго-Восточную Азию, возможно, нынешний Чжан Яхэ вообще бы здесь не появился. Но теперь, когда эта новая громадная акула Дунсин вернулась, подобное больше никогда не повторится!
Всё, что Хунсин задолжал ему, он непременно заберет с процентами!
Полосатый час спустя...
Шесть «Мерседесов» въехали в Юньлон и прибыли в главное отделение Дунсин!
Юньлон был оплотом Дунсин, здесь царила монополия организации, и ни одна другая группировка не смела водрузить здесь свой флаг.
Чжан Яхэ и остальные вышли из машин и под предводительством Си Цзиньхуа направились в зал заседаний главного отделения.
В этот момент там шло какое-то совещание.
— Брат Ло, Брат Хэ прибыл.
Сидевший на главном месте Ло То, увидев вошедшего Чжан Яхэ, тут же встал и шагнул ему навстречу.
— Яхэ, ты вернулся. Все эти годы в Сиаме тебе пришлось несладко.
Ло То внимательно оглядел Чжан Яхэ, похлопал его по плечу и произнес это от всего сердца, а уголки его глаз слегка покраснели.
— Старший брат, прошло всего три года, будем считать, что я съездил на повышение квалификации! Со мной всё отлично.
Чжан Яхэ беззаботно пожал плечами, утешая Ло То.
— Хорошо-хорошо-хорошо, главное, что ты вернулся! — с облегчением вздохнул Ло То.
Сидевший неподалеку Саньбо при виде вернувшегося Чжан Яхэ помрачнел. Он был главным помощником Баби, и после гибели Баби именно у него были самые высокие шансы занять пост главы отделения в Монкоке.
Теперь же, когда Чжан Яхэ вернулся, он почувствовал, что дело принимает дурной оборот. Ведь в свое время Чжан Яхэ уехал в Юго-Восточную Азию именно потому, что проиграл борьбу за пост монкокского главарю своему старшему брату Баби! Опыт и вес в организации у него были колоссальными!
Он никак не ожидал, что Чжан Яхэ вернется в столь критический момент!
Неужели тот намерен оспорить у него место главы Монкока?
— Брат Хэ, не ожидал твоего возвращения, я ведь совсем не подготовился!
Саньбо с толстой золотой цепью на шее и лицом, покрытым жиром, расплылся в улыбке и направился к Чжан Яхэ.
Чжан Яхэ бросил на него мимолетный взгляд.
— Ты тот самый Саньбо, правая рука Баби? Гляди-ка, прошло три года, а вид уже вполне солидный, почти как у настоящего босса.
— Ха-ха-ха, Брат Хэ умеет делать комплименты. До тебя мне все равно далеко, — радостно рассмеялся Саньбо.
Чжан Яхэ больше не обращал на него внимания и перевел взгляд на сидевшего в стороне старейшину Дунсин, который неторопливо покуривал сигару.
— Дядя Бэнь, три года прошло, а вы все так же бодры!
Дядя Бэнь тоже с улыбкой поднялся и похлопал Чжан Яхэ по плечу:
— Я-то гадал, почему Ло То все время противится назначению Саньбо, а оказывается, вернулся ты! Раз ты вернулся, место Баби действительно лучше всего занять тебе!
Сидевший рядом Саньбо, услышав слова дяди Бэня, тут же занервничал:
— Дядя Бэнь!
Он ведь выложил целых миллион долларов, чтобы заручиться поддержкой дяди Бэня в борьбе за эту должность, неужели из-за одной его фразы весь этот миллион вылетит в трубу?!
Дядя Бэнь бросил на Саньбо слегка виноватый взгляд.
— Саньбо, если бы Яхэ не вернулся, я бы непременно поддержал твою кандидатуру. Но раз Яхэ вернулся, тут и обсуждать нечего!
— Но...
Саньбо попытался возразить, но дядя Бэнь оборвал его на полуслове:
— Можешь больше ничего не говорить. Тот миллион, что ты мне дал, я велю вернуть тебе обратно.
Услышав это, Саньбо замер на месте с абсолютно ошеломленным выражением лица. Неужели все вот так просто превозносят Чжан Яхэ?
— Время позднее, Яхэ, как будет свободная минута, заглядывай ко мне, я угощу тебя чаем.
Напоследок дядя Бэнь затянулся сигарой, взглянул на часы и сказал Чжан Яхэ.
— Когда закончу с некоторыми делами, обязательно загляну к вам почтить визитом, дядя Бэнь, — с легким уважением и извинением ответил Чжан Яхэ.
Дядя Бэнь с улыбкой кивнул и в сопровождении нескольких телохранителей в костюмах покинул зал заседаний.
Видя, что даже дядя Бэнь со всем согласился, Ло То тоже позволил себе легкую улыбку, после чего повернулся к помрачневшему Саньбо:
— Саньбо, с этого момента Яхэ — глава отделения в Монкоке. Тебе есть что сказать по этому поводу?
— Я не согласен! — с мрачным лицом и леденящим душу рычанием процедил Саньбо.
— С чем ты не согласен?
Ло То вернулся на свое место, затянулся сигарой, поднял глаза на Саньбо и нахмурился:
— С какой стати он едва вернулся — и сразу занимает место главы Монкока? Все эти годы я пахал на организацию изо всех сил, пусть заслуг не нажил, но пота пролил немало! Мне даже шанса побороться не дали, просто взяли и назначили Чжан Яхэ! Мало того, что я не согласен, боюсь, и братья из Монкока тоже будут против!
Не успел Ло То ответить на эти слова, как сидевший рядом Чжан Яхэ с любопытством поинтересовался:
— А как именно ты хочешь побороться?

Комментарии

Загрузка...