В отдельном кабинете бара царило веселье. Смех и радостные возгласы не смолкали ни на минуту. Сюй Фэн и четверо его друзей детства, казалось, перенеслись в беззаботные годы юности. Они то и дело поднимали бокалы, выпивая за встречу.
Раньше, пытаясь честно вести дела, они раз за разом сталкивались с притеснениями со стороны различных банд и мелких хулиганов. Им приходилось терпеть, уступать, снова терпеть и снова уступать. Лишь сегодня, после всего случившегося, накопившееся в душе раздражение наконец нашло выход, а сердца смогли по-настоящему освободиться от тяжести. Они дали себе клятву: отныне они будут жить достойно, и никто больше не посмеет их обидеть.
Другие посетители бара, слыша шум, доносившийся из компании Сюй Фэна, Чэнь Яна, Го Фэйюя и остальных, невольно завидовали их крепкой дружбе.
Спустя час алкоголь начал разливаться по венам, принося с собой приятное чувство легкого опьянения. Лицо Сюй Фэна слегка порозовело, но улыбка оставалась такой же сияющей. Щеки Чэнь Яна горели ярче, а в голосе прорезалась удаль. Взгляд Се Мяо стал необычайно мягким — она то и дело заговаривала с Сюй Фэном, и в её глазах, казалось, светилась сама нежность. Ван Юэ время от времени икал, выглядя при этом по-детски забавно. А вот Го Фэйюй, напротив, пылал энергией, будто запас его сил был неисчерпаем.
В какой-то момент он вскочил, обнял Ван Юэ за плечи и громко провозгласил:
— Идем, идем, Сяо Юэ! Давай споем, отпразднуем, как сегодня опозорились Чэнь Хаонань и Шаньцзи!
— Я же не умею, — Ван Юэ скривился и принялся отнекиваться. — Брат Фэйюй, пощади меня, а?
— Да какая разница? Пой как поется! Давай ту песню, «Братья по крови никогда не предадут», как тебе? — Го Фэйюй был полон энтузиазма.
— Ну ладно, — Ван Юэ с кривой усмешкой беспомощно вздохнул. — Только её одну.
Го Фэйюй перевел взгляд на Сюй Фэна, Чэнь Яна и Се Мяо и радостно добавил:
— Брат Фэн, брат Ян, Мяо-Мяо, присоединяйтесь! Пусть всё небо Козуэй-бэй услышит наши голоса!
— Идите вы, а я тут поаплодирую, — Сюй Фэн покачал головой. Он знал, что Го Фэйюй и Ван Юэ уже захмелели, так что им не привыкать позориться, а вот сам он, будучи лишенным музыкального слуха, не хотел выставлять себя на посмешище. Чэнь Ян и Се Мяо тоже с улыбкой отказались, подталкивая друзей к сцене.
— Да идите же! — Го Фэйюй схватил Чэнь Яна и Се Мяо за запястья. — Чего вы стесняетесь? Если кто посмеет над нами посмеяться, я ему задам!
В конце концов, Чэнь Ян и Се Мяо с вымученными улыбками позволили утащить себя на сцену. В этот вечер они стали центром внимания всего бара. Вцепившись в микрофоны и подстегиваемые алкоголем, они начали петь.
— Бродя по улицам Козуэй-бэй, с мечтой, горящей в груди, мы, братья, плечом к плечу, не сбиваемся с пути... — с первыми же аккордами зал словно вспыхнул.
Они пели о своей горячей крови, о безграничной преданности братству. Голос Го Фэйюя звучал мощно, пронзая пространство. Ван Юэ, хоть и не попадал в ноты, старательно держал ритм. Бархатный голос Чэнь Яна придавал песне глубину, а голос Се Мяо, чистый, как горный ручей, добавил в их выступление нотку нежности.
— Не беда, что бизнес прогорел, вера в сердце не угаснет... — во весь голос пел Го Фэйюй.
Эта строчка казалась лучшим описанием их прошлого. И Сюй Фэн, и его друзья не раз терпели неудачи, но никогда не отказывались от своих мечтаний. Под конец песни Го Фэйюй разошелся не на шутку:
— Перед лицом дерзости Чэнь Хаонаня кулак — лучший ответ! Не страшась опасностей, мы связаны братством навек...
Чэнь Ян, Се Мяо и Ван Юэ могли лишь молча переглядываться, продолжая подпевать Го Фэйюю. Они сбились в тесную кучку, самим своим видом доказывая, что значит настоящее братство. Сколько бы трудностей ни ждало их впереди, пока братья рядом, им нечего бояться.
Когда начался припев, Чэнь Ян, Го Фэйюй, Се Мяо и Ван Юэ наконец запели в унисон:
— Братья вместе, нет страха в пути, на дорогах судьбы нам преград не найти! Верность и долг превыше всего, с братьями рядом — мы победим любого!
Песня эхом отдавалась под потолком бара. Это было не просто исполнение — это было признание Сюй Фэна и его друзей в верности друг другу. Когда затих последний аккорд, в баре воцарилась тишина. Пусть пели они нескладно, но слова песни тронули многих. Лишь спустя долгое время посетители пришли в себя.
Четверка сошла со сцены и вернулась к Сюй Фэну. Сюй Фэн тихо поаплодировал и сказал:
— Спели отлично, я даже заслушался. Если Чэнь Хаонань услышит, как вы коверкаете текст, его точно хватит удар от злости.
— Да и плевать! — беспечно отмахнулся Го Фэйюй. — Вот увидишь, я еще запишу эту песню и буду крутить её на всех улицах Козуэй-бэй, чтобы Чэнь Хаонаня и Шаньцзи от злости стошнило кровью.
Сюй Фэн поморщился, не зная, что и ответить. Жизнь с таким неугомонным другом точно не будет скучной.
Чэнь Ян, Се Мяо и Ван Юэ снова расселись на диване. Чэнь Ян взглянул на Го Фэйюя и предостерег:
— Фэйюй, заканчивай этот балаган. Мы, конечно, рады, что Чэнь Хаонань сел в лужу, но если он нажалуется брату Би, нам не избежать нагоняя.
— И то верно, — кивнула Се Мяо. — Чэнь Хаонань и его компания с братом Би уже давно, а мы присоединились совсем недавно. Заслужить его полное доверие будет непросто.
— Да ладно вам? — Ван Юэ икнул. — Мы же так преданы брату Би, неужели он нам не верит? Если так, то какой смысл вообще за ним идти?
Се Мяо ответила:
— Я просто предположила, это не значит, что всё так и есть.
Сюй Фэн на мгновение задумался, а затем подхватил:
— Мяо-Мяо права. Чэнь Хаонань и остальные пришли к брату Би раньше, конечно, он ценит их больше. То, что мы пока не пользуемся полным доверием — это нормально.
Помолчав немного, он продолжил:
— Впредь будем служить брату Би верой и правдой, и тогда заслужим его доверие.
— Верно, — кивнул Чэнь Ян. — Однажды брат Би увидит нашу преданность и оценит нас по достоинству.
— Вжух... вжух...
В этот момент зазвонил телефон Сюй Фэна. Он поспешно вытащил его из кармана брюк. В этом мире, где переплелись сюжеты гонконгских фильмов, мобильные телефоны всё ещё были кнопочными, с маленькими экранами — довольно примитивные устройства.
Сюй Фэн взглянул на экран, жестом попросил Чэнь Яна, Го Фэйюя и остальных замолчать и сказал:
— Это звонит брат Би. Ни звука.
Чэнь Ян, Го Фэйюй, Се Мяо и Ван Юэ тут же замерли, боясь проронить хоть слово.

Комментарии

Загрузка...