Резкий гомон ворвался в сознание. Ши Ци открыла глаза и растерянно огляделась по сторонам.
Почему это место кажется таким знакомым? Разве она не погибла при взрыве? Как это возможно?..
— Пять тысяч за эту дрянь — чистый убыток. Мы её столько лет на хребте тащили, она одних помоев сожрала на большую сумму!
— Сам виноват! Вечно ты об неё бычки тушил, теперь она вся в шрамах. Знаешь, сколько мне пришлось уламывать босса Цяня, чтобы он хоть пять косарей за неё дал?
— Ах ты, стерва! Теперь на меня валишь? А сама-то разве не подначивала? Да и от твоих побоев на ней живого места нет!
— Чжан Гоудань! Ты откуда про шрамы на теле знаешь? Подглядывал, скотина бесстыжая? Ну, я тебе сейчас уши-то оборву!
Не успела Ли Чуньхуа договорить, как влепила Чжан Гоуданю звонкую пощечину.
— Паршивая баба! Ты на кого руку подняла?! Ну, сейчас я тебя проучу!
Чжан Гоудань вцепился в волосы Ли Чуньхуа, и они повалились на пол, сцепившись в яростной драке. Они и не заметили, что лежащая на кане девушка уже пришла в себя.
Ши Ци нахмурилась и больно ущипнула себя за бок. Резкая боль вернула её в реальность.
Она переродилась? Как ни странно, другого объяснения не было. Растерянность в глазах сменилась ледяной жестокостью, а в сердце закипела всепоглощающая ненависть.
Раз уж судьба дала ей второй шанс, пришло время свести старые счеты!
Её рука потянулась к подоконнику и нащупала сапожное шило.
Резко вскочив, Ши Ци молниеносным движением полоснула острием по шеям Чжан Гоуданя и Ли Чуньхуа, вскрывая артерии.
В мгновение ока алая кровь хлынула фонтаном.
Оба почувствовали лишь резкую боль, но прежде чем они успели что-то сообразить, кровь уже залила их одежду и начала скапливаться в лужу на полу. Драка мгновенно прекратилась. Ошарашенные, они судорожно зажали раны на шеях.
— Ты... ты...
Они бросились к дверям, надеясь позвать на помощь, но Ши Ци преградила им путь.
— Совсем страх потеряла, дрянь?! А ну пошла вон, прибью! — прохрипел Чжан Гоудань, пытаясь сохранить остатки авторитета и запугать её.
Он никак не мог взять в толк: как эта девчонка, едва очнувшись, превратилась в такого монстра?
Ши Ци лишь презрительно усмехнулась. Сжимая в руке окровавленное шило, она шаг за шагом теснила их в угол.
Из-за большой потери крови у супругов началось головокружение, ноги стали ватными. Пытаясь отступить, они повалились на пол.
— Не подходи! Убирайся! Пошла прочь, тварь! — истошно закричала Ли Чуньхуа.
Ши Ци присела перед ними, с насмешкой разглядывая их лица, искаженные смертным ужасом.
— Откуда вы меня украли? Если расскажете всё честно, я, так и быть, подарю вам легкую смерть. А если нет... — Она принялась рассматривать окровавленное шило, словно это было изысканное произведение искусства.
Ли Чуньхуа отчаянно затрясла головой, дрожащим пальцем указывая на мужа:
— Это он! Это всё он сделал! Я ничего не знаю, умоляю, отпусти меня...
Ши Ци вскинула бровь и перевела взгляд на Чжан Гоуданя.
— Я... я забыл... — глаза мужчины бегали, выдавая ложь с головой.
Ши Ци кивнула:
— Хорошо, я поняла.
Не успели они облегченно вздохнуть, как Ши Ци начала наносить удары. Шило раз за разом вонзалось в тело Чжан Гоуданя. Она била расчетливо, обходя жизненно важные органы, чтобы он не подох слишком быстро.
Чжан Гоудань завыл, захлебываясь мольбами:
— Я скажу! Не убивай, я всё расскажу!..
— Оу! Какая жаль, я больше не хочу слушать.
С этими словами она одним точным ударом пробила ему сердце.
Когда Чжан Гоудань затих, Ши Ци, склонив голову набок, с улыбкой посмотрела на забившуюся в угол Ли Чуньхуа.
— Твоя очередь. Следующая!
— Нет!!!
...
Ши Ци холодным взглядом окинула два изуродованных трупа. Сорвав занавеску, она принялась тщательно вытирать кровь с рук. Её спокойствие пугало — казалось, для неё это было самым обыденным делом.
Очистив руки, она закатала рукава. На коже виднелись многочисленные следы от ожогов сигарет и шрамы от плети — лишь верхушка айсберга тех увечий, что покрывали её тело.
В раннем детстве её похитили и привезли в деревню Чжанцзя. Она не знала, где её дом и кто её родители. Сколько она себя помнила, она прислуживала этой чете, терпя их садистские наклонности и живя хуже скотины.
В прошлой жизни именно в этот день они продали её за пять тысяч юаней в городской ночной клуб «Пион». Несмотря на забитость, она категорически отказалась мириться с участью «товара». Для владельцев клуба такие, как она, были расходным материалом: пара жестоких уроков, шантаж, угрозы — и любая ломалась, принимая судьбу.
Но Ши Ци оказалась крепким орешком. Она предпочла бы смерть позору. Поняв, что её не приручить, её перепродали в страну Х, на подпольные бои без правил.
То ли ей сказочно везло, то ли жажда жизни была слишком велика, но она выходила живой из каждой смертельной схватки. Постепенно она отточила навыки, обрела силу, а её статус и условия жизни выросли.
Однако удача была недолгой. Её за огромные деньги выкупил человек в маске и отправил на изолированный остров. Там начались три года изнурительных тренировок и обучения, за гранью человеческих возможностей. В итоге, пройдя через три кровавые бойни, где из сотни выживал лишь один, она стала элитным киллером.
Во время выполнения последнего задания напарник предал её, и она погибла при взрыве.
И вот она очнулась здесь.
У Ши Ци не было настоящего имени. Возможно, когда-то и было, но она его не помнила. Имя «Ши Ци» — это лишь созвучное написание её позывного на острове — «Семнадцать».
Отбросив лишние мысли, Ши Ци принялась обыскивать дом. Когда в углу шкафа она наткнулась на старое бронзовое кольцо, её глаза блеснули. Именно это она и искала.
В прошлой жизни это кольцо висело у неё на шее на красной нитке. Из-за дешевого вида похитители не стали его отбирать. Позже нитка порвалась, и кольцо потерялось. Она и не подозревала, что Ли Чуньхуа припрятала его.
Ши Ци надела кольцо на большой палец, но уходить не спешила. Если всё пойдет так же, как в прошлый раз, скоро должен прибыть еще один «гость». Разве можно не встретить его со всем «радушием»?
Взяв со стола сигареты и зажигалку Чжан Гоуданя, она закурила. Выйдя из дома, девушка легко запрыгнула на забор и устремила взгляд на дорогу, ведущую в деревню.
Сигарета еще не догорела, когда показался «гость».
Черный седан приближался, разрезая фарами тьму сельской грунтовки, и замер у ворот.
Ши Ци спрыгнула с забора, раздавила окурок каблуком и растворилась в тени...
— Чжан Гоудань! Ли Чуньхуа! Я за товаром! — Босс Цянь, видимо, очень спешил: он даже не заглушил мотор и почти бегом вбежал во двор.
Не дождавшись ответа, он, грязно ругаясь, рывком распахнул дверь дома и вошел внутрь.

Комментарии

Загрузка...