Цзи Янь хмурился, и его голос прозвучал сдержанно и глухо:
— Чэнь Чживань, мне не нравится обсуждать чужую жизнь.
— Хорошо, тогда я не буду об этом говорить.
На лице Чэнь Чживань не дрогнул ни один мускул. С легкой улыбкой она сменила тему:
— Цзи Янь, на этот раз я вернулась из Америки и больше не уеду. Мне многое здесь в городе Цзин кажется непривычным, поэтому в ближайшее время тебе придется повозиться со мной и помочь освоиться.
Говоря это, она бросила случайный взгляд по сторонам и, заметив упавшую на пол черную гильзу от губной помады, мгновенно замерла. Спустя мгновение она наклонилась, подняла ее и, делая вид, что ей всё равно, небрежно спросила:
— У тебя появилась девушка? Это помада?
Цзи Янь мимоходом взглянул на помаду. Вспомнив вчерашние слова Сюй Чэньинь, он ответил без тени смущения:
— Коллеги.
— Какой у нее изысканный вкус. Эта помада ведь лимитированной серии, я в прошлый раз даже не успела ее урвать...
Чэнь Чживань заговорила и одновременно попыталась открутить колпачок помады.
— Чэнь Чживань, не надо.
Поворачивая руль, Цзи Янь бросил на лежащую у нее в руках помаду мимолетный взгляд и произнес холодно:
— Трогать чужие вещи без спроса — нехорошо.
Услышав это, Чэнь Чживань застыла. С неловким видом она опустила помаду, отвернулась к окну машины и больше ничего не сказала.
Цзи Янь же просто взял оставленную ею помаду и сунул в карман пальто.
Заметив этот жест, Чэнь Чживань слегка прищурилась, погрузившись в какие-то свои мысли.
А тем временем Сюй Чэньинь, выходя из машины, принялась шарить в сумочке в поисках помады и, не найдя ее, с досадой тихо вздохнула, осознав, что та куда-то пропала.
— Что такое?
Услышав ее вздох, Чжао Цзиньчжоу приподнял веки и спросил:
— Чего вздыхаешь?
— Помада потерялась.
Сюй Чэньинь снова опустила взгляд и порылась в сумке, окончательно смирившись с реальностью:
— Дорогая между прочим, стоила мне нескольких дней зарплаты.
— И сколько же составляют твои доходы за несколько дней?
С некомым любопытством уточнил Чжао Цзиньчжоу.
— Чуть меньше тысячи юаней.
—...
Чжао Цзиньчжоу помолчал, легко постукивая пальцами по рулю, и негромко спросил:
— Наньнань, ты действительно так сильно любишь работу реставратора антиквариата?
Сюй Чэньинь без колебаний кивнула и ответила мягким голосом:
— Конечно люблю! В каждом предмете старины таится своя искра жизни. Пока я их восстанавливаю, я будто соприкасаюсь с историями их прежних владельцев, и это удивительное чувство. А когда удается вернуть им первозданный вид, я испытываю огромную гордость.
Чжао Цзиньчжоу опустил взгляд, наблюдая за ее озаренной уверенной улыбкой лицом, когда она говорила о реликвиях. Помедлив, он проглотил уже готовые сорваться с языка слова и чуть изогнул губы:
— Нравится — занимайся, я тебя поддержу.
— Угу! — Сюй Чэньинь легонько улыбнулась. — Спасибо, братец, за поддержку.
Когда она только собиралась вернуться из Америки в город Цзин и устроиться реставратором, ее мать была категорически против. И когда они зашли в тупик, именно Чжао Цзиньчжоу встал на ее сторону, заставив маму пойти на уступки.
Чжао Цзиньчжоу чуть приподнял брови, резко меняя тему:
— Но на себя деньги тоже трать, твой брат не бедствует.
С этими словами он достал из кармана и протянул ей черную карту. Заметив, что она растерялась, он качнул подбородком и тоном, не терпящим возражений, произнес:
— Бери. Любимым делом занимайся, но и качество жизни снижать нельзя.
Сюй Чэньинь опустила ресницы, собираясь отказаться, но не успела она и слова сказать, как Чжао Цзиньчжоу добавил:
— Разве ты не собиралась сделать мне подарок? Сегодня просто угости меня ужином.
— Возьму твою карту и за твои же деньги поведу тебя в ресторан?
— Есть с этим проблемы?
Сюй Чэньинь покачала головой и тихо усмехнулась:
— Проблем нет, просто ты сейчас похож на...
На полуслове она замолкла, толкнула дверцу машины и вышла наружу. Ей навстречу хлынул слепящий солнечный свет, и она на мгновение замерла, инстинктивно прикрывая ладонью пол-лица.
Именно из-за этого жеста она снова упустила из виду машину, приближающуюся издалека.
— На кого похож?
Чжао Цзиньчжоу подошел к дверям ресторана первым, с истинно джентльменской учтивостью распахнул перед ней стеклянную створку и произнес:
— Дамы вперед.
Сюй Чэньинь взглянула на него — улыбка так и не сошла с ее лица, — прошла в ресторан вслед за его жестом и бросила:
— На простофилю, с которого можно содрать деньги.
Услышав такое прозвище, Чжао Цзиньчжоу не только не разозлился, но даже с загадочным подтекстом произнес:
— Быть твоим личным простофилей всю жизнь?
Сюй Чэньинь поджала губы, больше ничего не отвечая, и опустила взгляд, пряча мысли. Следуя за официантом к столику за ширмой, она присела и непринужденно перевела тему:
— Братец, а ты надолго приехал в город Цзин?
Это был китайский ресторан, но совсем не похожий на привычные заведения: в зале журчали искусственные ручьи среди горкой сложенных камней, лились изящные звуки гуциня, и стоило бросить взгляд вокруг, как казалось, будто сквозь время переносишься в дождливую туманную Цзяннань.
— Как пойдет.
Чжао Цзиньчжоу взял пиалу с чаем и сделал небольшой глоток:
— Руководство нашего филиала в городе Цзин в последнее время ведет себя не совсем стабильно, так что я вполне могу остаться здесь насовсем.
— Насовсем?
Сюй Чэньинь удивилась:
— Дядя Чжао так распорядился?
Посмотрев на нее, Чжао Цзиньчжоу опустил пиалу и небрежно бросил:
— Что, надеешься, что я уеду?
— Ничего подобного! — Сюй Чэньинь решительно замотала головой и уже хотела снова свернуть разговор в другое русло, но Чжао Цзиньчжоу опередил ее:
— Лучше бы так и было, иначе я подумаю, что пригрел неблагодарную кошку.
—... — Сюй Чэньинь лишилась дар речи.
Неблагодарная?
Сейчас она была слишком чувствительна к этим трем словам.
— Чего молчишь?
Чжао Цзиньчжоу взял у официанта меню, перелистнул пару страниц, указал на несколько блюд, а затем поднял на нее глаза. На его мужественном лице играла легкая насмешка:
— Неужели я случайно угадал?
—...
Сюй Чэньинь сжала пальцы рук, опущенных вдоль тела, но голос ее звучал совершенно обыкновенно:
— Ничего подобного. Я хочу клубничный сок.
— И еще стакан клубничного сока.
Сделав заказ, Чжао Цзиньчжоу больше не возвращался к прежней теме, а мягко заговорил, пытаясь убедить ее:
— Наньнань, тетя Лю тоже желает тебе добра. Что бы она ни натворила много лет назад, в конце концов, она твоя мать. А ты вечно то открыто, то исподволь отталкиваешь ее. Разве это не ранит человека старшего поколения?
В тот самый момент, когда он умолк, официант подвез сервировочную тележку.
Это как раз закрыло собой ответ Сюй Чэньинь.
Чэнь Чживань молча смотрела на сидящего напротив мужчину и мягко утешала его:
— Прошлое осталось позади, разве сейчас все не движется к лучшему? Тетя...
На этих словах она опустила взгляд и заметила на тыльной стороне ладони Цзи Яня вздувшиеся от напряжения вены. Оборвав себя на полуслове, она наполнила его чашку чаем и с улыбкой напомнила:
— Разве ты не говорил, что уже отпустил это?
Услышав ее слова, Цзи Янь внезапно очнулся от мыслей, сбросил с себя напряжение и невпопад спросил:
— Почему ты решила вернуться в этот раз и больше не уезжать?
— За те годы, что я провела в Америке, я кое-что поняла.
— И что же?
Чэнь Чживань слегка улыбнулась губам, подняла на него взгляд и произнесла с глубоким сосредоточением:
— Я хочу выйти замуж. Пережив тяжелые времена, я поняла, что хочу найти опору. И в то же время я хочу сама стать опорой для человека рядом.

Комментарии

Загрузка...