Это была очень миниатюрная вилла. То, что гордо именовалось садом, скорее походило на световой колодец: из-за крошечной площади здание могло расти только вверх. Высота потолков достигала четырёх с половиной метров, позволяя хозяевам надстроить три этажа вместо двух, а это означало обилие лестниц внутри.
Первые три цифры цифрового кода дверного замка — 173 — уже были известны. Ким Чанхён целыми днями снимал виллу с разных ракурсов с помощью телеобъектива, а сменяющие друг друга агенты никак не могли приоткрывать замок вплотную к камере. Находящийся сбоку объектив легко фиксировал происходящее, поэтому четвёртая цифра, чьих движений было не разглядеть, наверняка скрывалась среди комбинации 2580. При трёхкратном вводе неверного пароля сработала бы сигнализация, и, по словам Ким Чанхэна, с наибольшей вероятностью это была пятёрка, восьмёрка или ноль. Во время съемки с правой стороны от парадного входа у сменяющих друг друга агентов при нажатии четвёртой цифры плечо неизменно совершало едва заметное движение вниз.
День Ч.
Все четверо надели специальные защитные очки-хамелеоны агентов. Только теперь Бо Инь понял, почему телохранители так обожают тёмные очки. Раньше он думал, что они служат лишь для того, чтобы посторонние не видели направления взглядов спецслужбовцев, но теперь осознал, как заблуждался. Снаружи они выглядели как солнцезащитные, но стоило надеть их самому, как мир вокруг обретал ровные бесцветные тона.
На обувь они натянули бахилы, а перчатки и медицинские маски надели заранее, заблаговременно пригнав машину к точке сбора в ожидании приказа.
В 3:50 мимо виллы проследовал патрульный автомобиль. Хань Суминь надела плотную мужскую верхнюю одежду, подняла воротник, откинула спинку сиденья назад, опустила солнцезащитный козырек и завела мотор.
В 4:01 седан притормозил на повороте, высадив Хе Чжин и Коротышку, которые прошли мимо стоявшего на месте патрульного экипажа, после чего машина сбавила ход, готовясь прижаться к обочине. Хань Суминь успела предупредить их по телефону, что со стороны водительского кресла в патрульной машине стекло тоже оставлено приоткрытым.
Пригнувшись, Хе Чжин и Коротышка стремительно побежали к патрульной машине сзади. В этот момент Ким Чанхён, устроившись в двухстах метрах от них за углом улицы, взломал распределительный щиток и вывел из строя дорожный светофор и камеры видеонаблюдения.
Едва пропало электричество, как оба агента впрыснули в салон патрульной машины смесь на основе алюмосиликата магния — химический состав, способный в лёгких случаях вызвать быструю потерю сознания, а в тяжёлых — смерть. На всё про всё у них было максимум десять минут, так как главный пульт мониторинга в полицейском участке сначала покроется рябью, а затем выдаст тревогу для патрульных экипажей.
Коротышка подбежал к дверям, с первой же попытки ввёл комбинацию 1738, легко приоткрыл дверь и протиснулся внутрь. Достав предмет, похожий на маленькую присоску, он прикрепил его к окну виллы, и не прошло и десяти секунд, как створка подалась. Хе Чжин, легкая на подъём, первой проникла внутрь для разведки.
К тому моменту Хань Суминь и Бо Инь тоже вошли во двор, и Коротышка потребовал, чтобы Бо Инь следовал за ними. Хань Суминь ступила в дом третьей. Бедняга Бо Инь, смертельно боясь издать хоть звука, смог забраться наверх лишь с третьей попытки. Дежурный охранник, разумеется, не должен был спать и коротал время за чтением книги в гостиной на втором этаже. В этот час его уже клонило в сон, из-за чего он не вовремя заметил поднявшихся на лестницу людей. К тому моменту, когда он спохватился, Хе Чжин и Коротышка уже миновали лестничный изгиб и сделали два шага до второго этажа. С криками они ринулись вперед, открыв огонь, и с двух сторон зажали уже получившего пулю и рухнувшего на пол охранника. Как только подоспела Хань Суминь, Коротышка распахнул дверь в самую дальнюю комнату. Едва переступив порог, Бо Инь услышал глухие звуки шагов на втором этаже и тихие четырехкратные хлопки: пиу-пиу-пиу-пиу. Когда он взбежал наверх, бой уже завершился, и он прямиком направился в спальню эксперта.
На втором этаже всего было две комнаты, причем одна из них — кабинет с незапертой дверью.
В самой дальней комнате, в лучах карманного фонарика, на кровати сидел трепещущий от ужаса эксперт и испуганно смотрел на них.
Коротышка окончательно подтвердил правило, что глупца могила исправит: глянув на стоявшего рядом Бо Иня, он сунул ему в руку пистолет, достал смартфон и знаком показал, что тот должен прикончить эксперта, пока он сам будет всё это снимать.
Однако Бо Инь на мгновение успокоился и произнес:
— У этого пистолета нет глушителя.
Ничего не заподозрив, Коротышка отдал Бо Иню только что использованный ствол.
Бо Инь прекрасно знал, что это оружие сделало не больше четырех выстрелов и в магазине оставались патроны, так что сценариев из дешевых фильмов, где его испытывают с незаряженным оружием, не предвиделось. Он без колебаний пристрелил эксперта, резко развернулся и нажал на спуск, целясь Коротышке прямо в голову.
Хе Чжин остолбенела. Инстинктивно вскинув пистолет, она наставила его на Бо Иня. Тонкий холод прошиб его насквозь, хотя внешне он сохранял ледяное спокойствие. Он смотрел на Хе Чжин, а та — куда-то за его спину. Бо Инь медленно обернулся: Хань Суминь держала Хе Чжин на мушке.
Твердо и решительно.
Только после этого Бо Инь присел на корточки и подобрал телефон.
Хе Чжин опустила оружие и принялась осматривать тела. Оба были мертвы.
— Потащишь на себе, — бросила Хе Чжин. — Обязательно нужно забрать, иначе моему рапорту о том, что он находился в глубокой спячке, никто не поверит.
Хань Суминь и Хе Чжин избавились от дешевых одноразовых телефонов — сотовые сигналы легко пеленговались. Затем троица прыгнула в машину и спешно помчалась к конспиративной точке, а Бо Инь устроился на заднем сиденье с пистолетом наготове, опасаясь, что Хе Чжин вздумает взбрыкнуть. Вскоре перед ними выросла трапециевидная бетонная платформа. Грузовик стоял с открытыми настежь дверями вплотную к краю, и легковушка, взехав на площадку, с разворота скрылась в его кузове.
План был продуман до мелочей: спустя полчаса грузовик свернул на территорию небольшой рыбной фермы в сельской местности. Именно здесь официально числился и работал Ким Чанхён в Хансоне.
Глядя на бездыханное тело Коротышки, Ким Чанхён перевел взгляд с Хе Чжин на Бо Иня.
Атмосфера вновь накалилась до предела. Все четверо стояли неподвижно, держа руки в карманах — лишь Хань Суминь сжимала рукоять пистолета поверх одежды.
Спустя минуту гробовой тишины Ким Чанхён повернулся к Хе Чжин с вопросом, как им поступить.
— Измельчить и скормить рыбе, — ответила та. — Скажем, возникла угроза провала и потребовалось залечь на дно, иначе нам всем конец.
Ким Чанхён и сам был родом с юга. Он мог пойти на многое ради фальшивой любви, но это вовсе не значило, что он готов отправиться на север ради тягот и лишений. Поступок Бо Иня он, по правде говоря, прекрасно понимал: некогда сам попавшийся на удочку медовой ловушки, он каждую секунду мечтал прикончить настоящую Хань Суминь. Теперь же у него завязались нежные, крепнущие изо дня в день отношения с Хе Чжин, и раз уж она высказалась подобным образом, ему оставалось лишь подчиниться.
Что же до Вэнь Шэнъюй, ныне известной как Хань Суминь, то её, зеленую выпускницу университета, в свое время мобилизовали экстренно. Юная девушка была полна светлых надежд на будущего мужа и новую жизнь, но после долгих лет тяжелых лишений судьба распахнула перед ней окно в другой мир. Нынешнее существование её вполне устраивало. Для неё — как в сердечных делах, так и в секретной работе — Бо Инь значил несравненно больше, чем этот ничтожный Коротышка. К тому же её муж вовсе не принадлежал к числу враждебных южных режимов: он был блестящим молодым талантом из могущественной державы, и выйти за него замуж не составляло ни малейшего унижения. Пока они продолжают выполнять приказы Севера и вносить свой вклад общее дело, на южной земле никто не сможет им повредить.
Соображения Хе Чжин были куда проще. Если бы Бо Инь погиб, проблемы бы только умножились: Юг начал бы масштабное расследование, а Север поставил бы под сомнение ее организаторские способности и лишил доверия. Это было бы хуже смерти, полным крахом без шансов на искупление, из-за которого пострадали бы даже их семьи. О возможных дипломатических последствиях она и думать боялась — чего доброго, ее назначили бы козлом отпущения. Была и еще одна причина: она слишком долго жила на юге, и ее привычки давно стали южными, а от такой жизни не отказываются по щелчку пальцев.
Но Коротышка оказался неспособен постичь эти простые истины. В конце концов, шпионаж — палка о двух концах.
Ценности агентов напрямую зависят от того, процветает ли их государство.
Вернувшись домой, оба привели себя в порядок, умылись и легли досыпать. Проснувшись, Бо Инь усадил Суминь за руль и отвез в самый фешенебельный район Каннама — за покупками.
С того самого момента, как Суминь подняла пистолет и встала напротив Хе Чжин, он твердо решил обеспечить ей лучшую материальную жизнь, какую только был способен дать.

Комментарии

Загрузка...