А улыбка Шэнь Цянь была вызвана лишь тем, что перед лицом восьмидесяти миллионов разве жизнь вообще чего-то стоит?
— Господин Цинь, вы знаете, как в Нигере, где единственным источником белка являются комары, нужно есть обычную белую булочку, чтобы это не считалось роскошью?
На вопрос Шэнь Цянь Цинь Чуань не отреагировал.
— Размочить булочку в кипятке, добавить соли — и на целую неделю это становится самой роскошной едой для всей семьи.
Выслушав Шэнь Цянь, Цинь Чуань все равно с трудом мог представить себе эту картину.
— Ладно, Шэнь Цянь, сколько бы ты ему ни рассказывала, он все равно не сможет этого прочувствовать, — Жао Ци прервала её.
Затем она достала телефон и перевела Шэнь Цянь пять юаней.
Шэнь Цянь: «...»
А где же остальные нули?
Цинь Чуань: «...»
Это оплата за булочку? Или за историю?
Най Цинхэ: «Какая бессердечная женщина».
После слов Най Цинхэ Жао Ци ухватилась за его руку и начала ластиться.
— А-Най, Най-гэгэ... Я знаю, что ты злишься из-за того, что люди сбежали, но я ведь компенсирую тебе это.
Она была такой нежной и мягкой, сладкой, словно мед.
— Какой кусок плоти на твоем теле стоит цены десяти «собачьих поводырей»? — Най Цинхэ изогнул губы в усмешке и окинул её взглядом с головы до пят.
Жао Ци усмехнулась, на её лице отразилось презрение.
— Эти никчемные людишки — ни рожи, ни кожи, ни ума. И кто их только набрал? Если вычесть стоимость их плоти, то в год они приносят максимум миллион-полтора. Ладно, я посчитаю щедро — по два миллиона за каждого.
Сказав это, она достала банковскую карту.
— Пусть эти десять человек будут для меня просто развлечением, словно я купила билеты в цирк. Ради забавы.
Жао Ци приподняла брови и, просунув карту через вторую пуговицу рубашки Най Цинхэ, засунула её прямо ему за пазуху.
— Ну что ж, раз уж ты платишь, — Най Цинхэ схватил руку Жао Ци и прижал её к своей груди, — позволю тебе поиграть.
— Эй! — Цинь Чуань прервал их флирт. — Вы тут своими деньгами разбрасываетесь, любезничаете, а кто-нибудь может помочь мне разобраться в ситуации?
Как раз в тот момент, когда он требовал разбора полетов, зазвонил телефон.
— Брат, Тигр привел людей, — Цинь Чуань подошел к окну и взглянул наружу.
Най Цинхэ бросил ему взгляд. Цинь Чуань тут же втолкнул Шэнь Цянь в дальнюю комнату.
А Жао Ци продолжала держать руку на шраме на груди Най Цинхэ, поглаживая его. Даже когда Тигр вместе с Хэ Сю и остальными оказался прямо перед ними, она не собиралась останавливаться.
— Дрянная баба, как ты смеешь соблазнять брата Ная? — Хэ Сю, прихрамывая, рванулась вперед, как только вошла.
Лю Хао среагировал молниеносно и перехватил её.
— Кто дал тебе право так орать перед боссом? — Цинь Чуань, прислонившись к столу, крутил в пальцах маленький скальпель.
Лю Хао от страха рухнул на колени.
— Это я плохо её воспитал! Я готов понести наказание!
— Не нужно меня воспитывать! — Хэ Сю с ненавистью оттолкнула Лю Хао, не желая вставать на колени.
Как раз когда Цинь Чуань с усмешкой поднялся со стола, подал голос Тигр:
— Мы же все молодые люди, кровь кипит, слова вылетают резкие — это обычное дело. Я в молодости был куда импульсивнее её.
Слова Тигра заставили Цинь Чуаня снова прислониться к столу. Стало ясно: Тигр намерен защищать своих людей.
Жао Ци усмехнулась, окинула Тигра взглядом и холодно улыбнулась:
— Так поздно, а брат Тигр даже ночного перекуса брату Наю не принес. Похоже, вы пришли сюда не выпивать.
Её язвительный тон заставил Най Цинхэ ущипнуть её за щечку.
— Какая ты прожорливая, на всё чужое заглядываешься? Совсем страх потеряла!
Эта легкая фраза, казалось, ничего не значила, но в то же время говорила обо всем. Тигр, услышав это, приподнял бровь и расхохотался:
— Ха-ха-ха! Гляди на мою память, совсем забыл принести невестке шашлыков. Виноват, брат, виноват!
Он рассмеялся и поспешно отправил людей за едой.
— Хао-цзы, принеси ту бутылку вина, которую я приберег для брата Тигра, — Най Цинхэ тоже улыбнулся и приказал Лю Хао принести выпивку.
— Когда это ты успел приберечь для меня вино? — Тигр в недоумении поднял с дивана белого кота.
— В прошлый раз, когда мы обедали у старика, я прихватил её, — небрежно похвастался он.
— Там было столько глаз, да и я был рядом, как ты умудрился её стащить? — Тигр был искренне удивлен.
Най Цинхэ изогнул губы, положил руку на ногу Жао Ци и, скользя по её стройному бедру, потянул юбку вверх.
— Юбка этой женщины способна спрятать куда больше, чем брат может себе представить!
— Ну хватит тебе! — Жао Ци вытащила руку из-под его рубашки и шлепнула его по ладони.
Их приторная нежность заставила Цинь Чуаня едва не подавиться от отвращения.
— Кстати, брат, я слышал, ты устроил ловушку, чтобы поймать ту шпионку, как её там... Хуа... Пяо? — Тигр, поглаживая кота, задал вопрос.
— Её зовут Падающий Лист, — Цинь Чуань закатил глаза.
— Точно, Падающий Лист! Гляди на мою память, всё-таки господин Цинь голова! — Тигр снова расхохотался. — Ну что, поймали?
Цинь Чуань скривил губы и посмотрел на Жао Ци.
— Приманку выложили, причем настоящую. Жаль только, приманка на месте, а рыба исчезла без следа.
— Настоящую приманку? — Тигр остолбенел. Жао Ци тоже замерла.
— Может, Падающий Лист получила предупреждение, побоялась клевать и сбежала по дороге? — Тигр многозначительно посмотрел на Жао Ци.
— Вполне возможно, — Цинь Чуань согласно кивнул.
— А насчет сообщников, есть зацепки?
— Слишком глубоко спрятались, пока ничего.
Цинь Чуань покачал головой. Видя, что все молчат, Хэ Сю внезапно выскочила вперед:
— Чу Гэ — сообщница Падающего Листа! Она взяла меня в заложники, чтобы отпустить её, я видела это своими глазами!

Комментарии

Загрузка...