Старик сунул руку в карман брюк, вытащил пачку купюр, отсчитал пять штук и протянул Цзинь Ванъяню:
— Держи!
Цзинь Ванъянь поначалу не хотел брать, но вспомнив, что у него в кармане осталось меньше пятидесяти юаней, подумал: как он дотянет до зарплаты в следующем месяце?
С решительным видом Цзинь Ванъянь выхватил деньги и, опустив голову, пересчитал их. Вышло пятьсот. Он уже собирался сунуть их в карман, как вдруг в голове мелькнула мысль: а вдруг фальшивки? Он торопливо поднял зажатые в кулаке купюры и принялся проверять их по одной.
— Не переживай, хоть моя лавка и торгует погребальной бумагой, то, что я тебе даю — вовсе не бумага... — зловещим голосом произнес старик.
Деньги оказались настоящими, никаких проблем. Цзинь Ванъянь запихнул их в карман и спросил:
— Сдается мне, босс, а в чем будут заключаться мои ежедневные обязанности?
— Следить за магазином, — ответил старик. — Раскладывать товар, торговать, принимать деньги. Справишься с этим?
— Справлюсь! И это всё?
Старик прищурился:
— Когда будет пусто, подметешь пол в лавке, протрешь стеллажи, расставишь товар аккуратнее.
— Что-то еще? — снова спросил Цзинь Ванъянь.
— Пожалуй, пока всё, — сказал старик. — Остальную работу скажу, когда придумаю.
— Хорошо! — на словах согласился Цзинь Ванъянь, а сам подумал: какая еще тут может быть работа? Не иначе как прибавятся физические нагрузки вроде приемки товара и его переноски!
— Ох, чуть не забыл тебе сказать, — старик коснулся рукой лба. — Без моего разрешения категорически запрещено подниматься наверх, слышишь?
— Слышу!
— Точно слышишь? — строго переспросил старик.
— Без разрешения босса наверх ни ногой! — Цзинь Ванъянь поклялся, подняв руку к небу, хотя и не понимал, почему старик придает этому такое значение.
— Да, а какое у нас расписание? — вспомнив о важном деле, вдруг спросил Цзинь Ванъянь.
— С девяти утра до четырех вечера, — ответил старик. — В полдень даю тебе полчаса на обед. Никаких переработок и ночных смен, выходные — суббота и воскресенье, праздничные дни по государственным нормам.
— С девяти до четырех, и в обед еще полчаса отдыха... — быстро прикинул в уме Цзинь Ванъянь. — Матушка моя, всего-то шесть с половиной часов работы в день! Условия просто великолепные, пусть даже рабочая обстановка самую малость хромает...
Цзинь Ванъянь чуть было не закричал от восторга, подумав, что как только закончится испытательный срок, он сможет зарабатывать по десять тысяч юаней в месяц. Неужели это его выход на вершину жизненного успеха?
Стоит учесть, что он выпустился меньше трех месяцев назад, да и от устроившихся на работу одногруппников он слышал, что их зарплаты в основном не превышают пяти тысяч, а те, кому повезло больше всего, получают от силы семь-восемь тысяч.
— Я уже могу приступать к работе? — с этими словами Цзинь Ванъянь собрался снять с плеча наплечную сумку, предвкушая немедленное погружение в эту воодушевляющую трудовую деятельность.
— Не нужно, не нужно, — старик отмахнулся. — Сегодня ты еще не понадобишься, приходи завтра ровно к девяти.
— Диплом, копию удостоверения личности и всё такое вам не нужно отдать? — Цзинь Ванъянь снова запустил руку в сумку.
Старик пренебрежительно махнул рукой:
— Всё равно что макулатура!
— Тогда я...
— Домой! — бросил старик.
— Понял! — Цзинь Ванъянь развернулся и пошел прочь. Пройдя всего пару шагов, он обернулся и почтительно поклонился старику: — Спасибо, босс!
Старик прищурился, заложил руки за спину и принял поклон с полным спокойствием, подумав про себя: сообразительный малый!
Стоило ему выйти за дверь и отойти совсем недалеко, как за спиной раздался грохот сворачивающихся жалюзи. Цзинь Ванъянь поспешно обернулся и увидел, что рольставни лавки уже опущены.
— Странно... Всего девять утра, а торговлю уже сворачивают? — подумал он, но тут же рассудил иначе: — Наверное, в магазине работает всего один хозяин, за всем уследить не успевает... Ладно, плевать, приду завтра в девять — там и посмотрим.
Цзинь Ванъянь вернулся прежней дорогой к автобусной остановке. Он снова вытащил из кармана те пять стоюаневых купюр и стал внимательно разглядывать их на солнце одну за другой — настоящие. Мысль о том, что он получил пятьсот юаней зарплаты, еще даже не приступив к работе, переполняла его сердце таким восторгом, что он тут же решил вечером хорошенько побаловать себя вкусным ужином.
Когда он почти дошел до автобусной остановки, ему навстречу неспешно шла красивая девушка в спортивном костюме и с конским хвостом на голове. Изящная и грациозная, словно небожительница, она заставила Цзинь Ванъяня украдкой бросить на нее еще несколько взглядов. Их взгляды пересеклись пару раз, и тут к его неожиданности девушка направилась прямо к нему.
— Блин! Спалился! — Цзинь Ванъянь почувствовал себя так, будто его поймали на месте преступления, и тут же поспешно уткнулся взглядом в землю, делая вид, что спешит по делам.
— Здравствуйте, молодой человек! — подала голос девушка, и ее слова прозвучали нежнее пения иволог.
— Э-э... здравствуйте! — запинаясь, поднял глаза Цзинь Ванъянь и только теперь сообразил, что эта девушка — краше всех, кого он вообще когда-либо встречал в своей жизни.
— Это тебе! — девушка протянула руку к Цзинь Ванъяню.
— Что это? Не нужно, не нужно! — инстинктивно отреагировал Цзинь Ванъянь. Он решил, что это очередной трюк какой-нибудь рекламной конторы, которая специально нанимает смазливых девчонок, чтобы те совали прохожим листовки. Там вечно всякая муть вроде услуг для зачатия по заказу богатеев, знакомств с толстосумами, лечения преждевременной эрекции или бесплодия — от этого спасу не было.
— Бери! — приказала девушка. — У этой девицы нет времени цацкаться с тобой!
Такой напор ошеломил Цзинь Ванъяня. Средь бела дня — и вдруг такая свирепая и властная красавица.
Присмотревшись, Цзинь Ванъянь увидел на ладони ее изящной ручки небольшую старинную деревянную плакетку, сплошь покрытую непонятными ему заклинаниями. Единственное, что он смог разобрать, были четыре иероглифа: Тайпин Уши — Жить в мире и покое.
— Знак вечной любви? — с ухмылкой взвесил в руке деревянную вещицу Цзинь Ванъянь.
— Хм, — девушка изобразила презрительное выражение лица, полное желания не иметь с ним дел. — Обыватель, я по доброте душевной предупреждаю тебя: лучше носи эту пластишку при себе каждый день, гарантирую, никакая нечисть не пристанет и всё будет тихо-мирно.
— Что к чему вообще? — улыбка Цзинь Ванъяня слегка застыла. — Не думай, что раз ты красивая, то тебе всё дозволено! Выброшу я эту бесовщину для зазывания духов!
Цзинь Ванъянь сделал вид, что собирается ее швырнуть.
— Постой! — прикрикнула девушка. — Ты случаем не в Банке Небес и Земли работаешь?
— Ого, откуда знаешь? — удивился Цзинь Ванъянь.
— Не твое дело, — взмахнула рукой девушка. — То место изначально было лавкой для мертвых, там каждый день имеют дело со всякой мрачной скверной. Разве не лучше обзавестись защитным амулетом?
— Я во всю эту чушь не верю, — скривил губы Цзинь Ванъянь и отмахнулся. — У меня у самогобеда с катушек не съедет, живучесть отменная!
— Тогда считай это моим подарком в знак сердечной привязанности! — кокетливо повела бровью девушка.
— Правда? — Цзинь Ванъянь всё-таки учился в университете и успел завести пару так называемых романов, так что в делах между мужчиной и женщиной пусть и не преуспел, но кое-что понимал.
— Правда! — лицо девушки сияло искренностью, однако презрение в ее глазах было искусно спрятано.
— И потайные свидания будут? — улыбка Цзинь Ванъяня мгновенно стала «теплее некуда», хотя со стороны девушки это выглядело как та еще похотливая ухмылка.
— Не будут! — наотрез отказалась девушка.
— Ты не так меня поняла, я имел в виду самые настоящие свидания: погулять в парке, побродить по улицам, сходить поесть и в кино, поболтать о чувствах, потанцевать, в конце концов, — тут же поправился Цзинь Ванъянь.
Девушка на мгновение задумалась:
— Ладно!
— А как тебя звать-величать, красавица? — спросил Цзинь Ванъянь.
— Моя фамилия Лун, можешь звать меня Луньюй, — ответила она.
— Луньюй... — Цзинь Ванъяню имя показалось ненастоящим.
— А тебя как зовут? — спросила Луньюй.
— Меня зовут Цзинь Ванъянь, — ответил он. — Луньюй, можно твой Вичат добавить?
Луньюй слегка замешкалась, но всё же достала из кармана телефон.
Сканирование QR-кода, добавление, подтверждение.
И впрямь, в Вичате у Луньюй стояло точно такое же имя: Луньюй.
— Заметано! — Цзинь Ванъянь тут же отправил Луньюй смайлик с лукавой ухмылкой.
— Как там говорится? Точно, «зеленые горы не меняются, воды текут вечно», будем держать связь, — хихикнул он.
— Угу, — равнодушно кивнула Луньюй.
— Ну тогда я точно буду носить ее не снимая! — Цзинь Ванъянь поднял маленькую деревянную плакетку, чувствуя себя так, будто с небес свалилась суженая.
— Прекрасно! — горько усмехнулась Луньюй, а презрения в ее сердце стало еще на капельку больше.
Вдалеке медленно приближался автобус 114-го маршрута.
— Ты где живешь? Может, по пути? — Цзинь Ванъянь указал на подъезжающий транспорт.
— Я тут неподалеку живу, мне ехать не надо, — ответила Луньюй. — Возвращайся, на связи в Вичате!
— Договорились! — Цзинь Ванъянь помахал рукой на прощание и побежал к автобусной остановке.
Один — в салоне автобуса, другая — на обочине дороги, они смотрели друг на друга до тех пор, пока автобус не завернул за угол и не скрылся из виду.
— Отдал батюшкину бирку? — неизвестно когда рядом с девушкой появился такой же красивый юноша в спортивном костюме, и они вместе проводили взглядом уехавший автобус.
— Да, отдала, — ответила Луньюй.
Вокруг них обоих простиралась невидимая печать сокрытия, полностью утаивавшая исходящие от них волны бессмертной ци.
— Как зовут паренька? — спросил юноша по имени Шаньцай.
— Цзинь Ванъянь, — ответила Луньюй. — Обыкновенный заурядный смертный, понятия не имеющий, с чем ему довелось столкнуться!
— Цзинь Ванъянь? — Шаньцай слегка нахмурил брови и несколько раз повторил имя про себя. — Цзинь Ванъянь, Яньван Цзинь, Яньван Цзинь, Цзинь Ванъянь... Судя по одному только имени, с этой нечистью у него какая-то кармическая связь!
Луньюй резко повернулась к Шаньцаю, и оба они синхронно перевели взгляд на отдельно стоящее здание, скрытое чарами иллюзии. Снаружи оно выглядело ветхим и ничем не примечательным, но на деле от него исходила удушающая, рвущаяся в небеса зловещая ци — это был Банк Небес и Земли.
— Возвращаемся с докладом? — спросил Шаньцай.
— Идем!
Фигуры обоих постепенно растаяли в воздухе.

Комментарии

Загрузка...