Тридцать пятая глава. Три
Второй урок после обеда был физикой.
Физика была для Лань Лэйлэй самым сложным предметом, и она всегда терпеть не могла этот урок. В то время как Чжан Сюин объясняла второй закон термодинамики и закон сохранения энергии, Лань Лэйлэй зевнула. Ей до безумия хотелось лечь на парту и поспать. Она переложила руку, подпирая подбородок, и в следующую секунду заметила картину, которая моментально её взбодрила.
За соседним столом сидела гений Цзянь Шэн, которая дважды подряд занимала первое место на экзаменах, и в этот самый момент она... клевала носом.
Хотя в руке у неё была зажата ручка, а перед ней лежал открытый блокнот, веки Цзянь Шэн постепенно смыкались, а голова всё ниже опускалась к парте.
Очнувшись, она слегка мотала головой, пытаясь отогнать сон, широко распахивала глаза и торопливо впивалась взглядом в доску.
Однако проходило совсем немного времени, и веки снова начинали предательски слипаться, голова вновь клонилась вниз...
В конце концов она, как и сама Лань Лэйлэй, просто подпёрла подбородок рукой, опустила длинные ресницы и закрыла глаза.
Лань Лэйлэй впервые видела, чтобы Цзянь Шэн так клонило в сон на уроке. Обычно, стоило ей взглянуть в ту сторону, как та сидела с ясным взором, прилежно делала записи и внимательно следила за доской.
Другие считали океан знаний скучным, но Цзянь Шэн была искренне влюблена в учёбу.
Лань Лэйлэй не удержалась, тайком вытащила телефон, навела камеру на соседнюю парту и записала короткое видео.
Прозвенел звонок, и свинцовая тяжесть в голове, казалось, отступила, позволяя ей прийти в себя.
— Не хочешь сходить в буфет за холодным напитком? — предложила Лань Лэйлэй.
Цзянь Шэн, которую тоже мучила жажда, кивнула:
— Давай.
Они вместе направились в буфет.
Лань Лэйлэй часто забегала туда на перемене за перекусом. Она взяла пачку чипсов и бутылку лимонада.
— Шэншэн, почему ты такая сонная? Я уж подумала, что ты днём занималась чем-то изматывающим, а оказалось, что ты просто не поспала в обед, — рассмеялась Лань Лэйлэй, прогуливаясь вдоль полок.
Цзянь Шэн смутилась:
— Да, просто не спала днём.
Она привыкла дремать после обеда, и сегодня, пропустив этот ритуал, ощутила тяжёлые последствия.
Цзянь Шэн подошла к полке и взяла бутылку йогурта.
Пока они выбирали товары, в стороне, у стеллажей, она увидела высокого парня. Он приподнял симпатичную девушку за ноги, помогая ей достать с верхней полки пустую картонную коробку.
— Эй, спасибо, — донеслось оттуда.
Девушка с миловидным лицом, по виду первокурсница, улыбнулась так, что на щеках проступили ямочки.
— Да не за что, — ответил парень.
Лань Лэйлэй, которая тоже это заметила, прошептала:
— Это же Лин Юйхэн.
Лин Юйхэн... Она уже слышала это имя. Вэй Шуяо как-то пересылала ей пост, где говорилось, что самый дерзкий в Третьей средней школе — Сюй Чжоутянь, а самый красивый — Лин Юйхэн.
И действительно, парень выглядел утончённее и привлекательнее многих девушек: густые брови, персиковые глаза, фарфоровая кожа — настоящий искуситель.
— Лин Юйхэн! — позвала Лань Лэйлэй, направляясь к нему с чипсами и лимонадом.
— Сестра Лэй, — отозвался тот, явно узнав её.
— А это кто? — Лань Лэйлэй перевела взгляд на девушку с миловидным лицом.
— Однокурсница, — ответил Лин Юйхэн.
— Здравствуйте, старшая сестра, — улыбнулась та.
Лин Юйхэн перевёл взгляд на Цзянь Шэн и подошёл к ней:
— Цзянь Шэн.
— А? — Цзянь Шэн не ожидала, что он её помнит.
— Как там Сюй Чжоутянь? Слышал, он всю неделю не появлялся в школе, — спросил Лин Юйхэн.
— Он... — Цзянь Шэн собиралась ответить, как вдруг подумала: почему он спрашивает её, а не Лань Лэйлэй? Но всё же ответила: — Он заболел.
На этом она закончила, не став упоминать о том, что Сюй Чжоутянь ездил навещать бабушку.
— Значит, он не прогуливает из-за плохого настроения, — Лин Юйхэн едва заметно улыбнулся.
— ...М-м, думаю, нет, — ответила Цзянь Шэн.
Она знала тот слух: мол, Сюй Чжоутянь не появляется в школе, потому что расстроен тем, что она снова обошла его на экзамене.
— Пора на урок, — заметила девушка с ямочками, глядя на часы.
Больше они не болтали. Купив всё необходимое, Цзянь Шэн и Лань Лэйлэй вернулись в корпус для второго года обучения.
— Шэншэн, а ты ведь говорила, что не знаешь, почему Сюй Чжоутянь не пришёл, хм, — поддела её Лань Лэйлэй, жуя чипсы.
— Я сама только вчера вечером узнала, — оправдалась Цзянь Шэн.
— Всё равно раньше нас. Я ему всю неделю писала, он ни разу не ответил. Чжао Чэньюй и Чжан Цзянь тоже отмечали его в группе, писали в личку — этот парень просто игнорирует всех. Впрочем, это в его духе: когда он не в духе, ни с кем не разговаривает. Кроме тебя, Шэншэн! Ты теперь его исключение!
...
Упомянутый ими Сюй Чжоутянь в своей спальне чихнул. После ухода Цзянь Шэн он снова задвинул шторы. В комнате было темно и тихо, хоть иголки собирай.
Проснувшись, Сюй Чжоутянь взял телефон и лениво пролистал непрочитанные сообщения: некоторые проигнорировал, другие даже не стал открывать. Однако, увидев сообщение от Лань Лэйлэй с упоминанием красавицы Цзянь, он нажал на него.
Она прислала видео, снятое тайком на уроке. На нём красивая девушка с собранными в хвост волосами боролась со сном, подперев голову рукой. Свет, падавший из окна, окутывал её мягким сиянием: фарфоровая кожа, длинные изогнутые ресницы, а в самом спящем виде было что-то простодушное и милое.
Холодное выражение лица Сюй Чжоутяня смягчилось, на бледных щеках проступил румянец, и из горла вырвался смешок. Он опустил веки и пересмотрел видео ещё раз.
На кровать запрыгнул белый кот, пробрался под одеяло и устроился у него на груди. Сюй Чжоутянь погладил его мягкую шёрстку и пробормотал:
— Вот если бы ты была такой же липучкой, как он...
В понедельник с самого утра в школьном дворе защебетали птицы. Цзянь Шэн ещё не успела войти в класс, как услышала полный ужаса визг. Похоже, это была Цзэн Сяоюэ. Затем раздался смех мальчишек.
— Вы можете не докучать мне? — послышался сердитый голос Цзэн Сяоюэ.
Когда Цзянь Шэн вошла, мальчишки притихли, хотя Цзэн Сяоюэ всё ещё сердито краснела. Цзянь Шэн хотела подойти и спросить, что случилось, но тут к ней направились Чжан Цзянь и Юань Бао. Юань Бао держал руки за спиной, словно что-то прятал.
— Богиня Цзянь, покажем кое-что, — сказал Чжан Цзянь.
Цзянь Шэн недоумённо нахмурилась. Заметив на их лицах озорные ухмылки, она попыталась обойти их, но Юань Бао преградил ей путь и вытянул руку, прямо перед её носом извивалась ярко-зелёная змея.
— ... — Цзянь Шэн замерла, пристально глядя на змею.
Не сдержавшись, она протянула руку и погладила её. Хотя через пару секунд она поняла, что змея не настоящая, а искусственная, она всё равно вызвала у неё интерес.
Все мальчишки вокруг ожидали, что Цзянь Шэн завизжит и побледнеет, но никто не ожидал, что она не только не испугается, но и проявит спокойствие и даже симпатию к игрушке.
— Вот это выдержка, богиня Цзянь! Ты совсем не боишься змей? — рассмеялся Юань Бао.
Цзянь Шэн лишь хмыкнула, убрала руку и, подхватив рюкзак, пошла к своему месту.
Цзэн Сяоюэ обернулась:
— Ты что, сразу поняла, что она ненастоящая? У тебя такая зоркая наблюдательность.
Столкнувшись с такой реакцией на фальшивую змею, Цзэн Сяоюэ вновь почувствовала пропасть между своим интеллектом и интеллектом отличницы.
— Нет, просто я люблю змей.
Цзэн Сяоюэ лишилась дара речи.
Начался утренний урок, и Лань Лэйлэй вбежала в класс в последнюю секунду. Когда Цзянь Шэн доставала из парты учебник английского, она увидела, как Юань Бао и Чжан Цзянь побежали пугать Лань Лэйлэй. Раздался крик, а потом Лань Лэйлэй, дав Юань Бао пару тумаков, схватила его за руку:
— Дай поиграть!
— Не суетись, сегодня Сюй Чжоутянь придётся, купили специально для него, — сказал Юань Бао. — Столько дней пропадал, надо же его порадовать.
Цзянь Шэн услышала шум за спиной: видимо, Юань Бао засунул змею в парту Сюй Чжоутяня.
— Богиня Цзянь, — через некоторое время позвал Юань Бао.
Цзянь Шэн обернулась.
— Ты это... молчок, — подмигнул он.
Цзянь Шэн послушно кивнула.
Вчера вечером Сюй Чжоутянь писал ей, что температура спала и сегодня он точно придёт. Зная, что Сюй Чжоутянь боится даже дождевых червей, а тут такая змея... Впрочем, она ведь ненастоящая, поэтому Цзянь Шэн не стала придавать этому значения и уткнулась в учебник.
Под конец урока в дверях показался Сюй Чжоутянь. Как раз в этот момент в класс зашла Чжан Сюин. Увидев его, она поманила его пальцем, пошепталась в стороне, а потом разрешила сесть на место.
Цзянь Шэн подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Он приподнял бровь.
Цзянь Шэн отвернулась, а когда он проходил мимо, услышала тихий, едва различимый голос:
— Я вернулся.
Слабый аромат душицы в воздухе начал рассеиваться. Цзянь Шэн поджала губы.
На следующем уроке, литературе, она искала книгу в парте и вдруг услышала, как за спиной кто-то с силой ударил ногой по ножке парти, после чего воцарилась гробовая тишина.
Цзэнь Тао ещё не пришёл, многие косились на Сюй Чжоутяня с любопытством. Цзянь Шэн тоже обернулась. Она увидела, как Сюй Чжоутянь достал из парты ярко-зелёную змею. На его лице не дрогнул ни один мускул. Он лишь приподнял бровь, слегка улыбнулся уголком рта и произнёс:
— Эта змея... выглядит довольно мило.
...
Цзянь Шэн показалось, что выражение его лица было странным. Юань Бао, Чжан Цзянь и Лань Лэйлэй на мгновение оторопели, думая, не послышалось ли им. Юань Бао, опасаясь, что это затишье перед бурей, вскочил со стула, подбежал к Сюй Чжоутяню и выхватил змею:
— Ха-ха, брат Тянь, наконец-то ты вернулся! Просто хотели тебя разыграть.
Сказав это, он пулей улетел на своё место. Увидев, что Сюй Чжоутянь никак не отреагировал, он с облегчением выдохнул.
Заметив, что на него всё ещё смотрит Лань Лэйлэй, Сюй Чжоутянь поднял взгляд, и та поспешно отвернулась.
Сюй Чжоутянь взял со стола книгу «Шепот пустыни» и бросил её Чжао Чэньюю:
— Спасибо.
Чжао Чэньюй положил руку на обложку и усмехнулся:
— Ты что, совсем не боишься змей?
— А когда я их боялся? — парировал Сюй Чжоутянь.
Чжао Чэньюй был умным парнем; он взглянул на Цзянь Шэн, мгновенно всё понял и слегка дёрнул уголком рта:
— Ладно, ошибся.
Однажды Юань Бао уже пытался разыграть его с помощью холодно-серой ящерицы размером с руку. В тот день был день дурака, и Сюй Чжоутянь не только разразился ругательствами, но и заставил Юань Бао с этой ящерицей на голове бегать по стадиону. А сейчас он был так спокоен... Умеет же притворяться.
— Сюй Чжоутянь, ты пришёл? — Цзэнь Тао, войдя в класс, сразу заметил, что место позади Цзянь Шэн больше не пустует.
— Брат Цзэнь, давно не виделись, — лениво ответил Сюй Чжоутянь.
Цзэнь Тао рассмеялся:
— Все говорят, что ты не приходил в школу, потому что расстроился, что сдал экзамен хуже, чем Цзянь Шэн. Это правда?
Это был шутливый вопрос.
— А, да, именно так, — ответил Сюй Чжоутянь.
Цзянь Шэн: «...» — именно так.
Цзэнь Тао понял, что он это сказал нарочно:
— Да что тут такого? Я же говорил: если напишешь сочинение получше, в следующий раз Цзянь Шэн, возможно, не так легко будет обойти тебя.
Зелёные деревья за окном, лёгкий ветерок шевелит хвост Цзянь Шэн. Она внимательно слушала лекцию Цзэнь Тао о «Сказании о Су У» Бань Гу, когда ей в складку учебника прилетела бумажка.
Кроме него, никто не мог бросить так метко.
Цзянь Шэн, не гадая, кто это, развернула бумажку.
«Эти несколько дней я дома перечитывал ту тетрадь, которую ты мне дала».
Это подтвердилось ближе к вечеру. Когда прозвенел звонок с последнего урока, Цзянь Шэн собрала рюкзак и встала, готовясь идти домой. Сюй Чжоутянь положил на её парту тетрадь с сочинениями. Его голос, ещё не полностью восстановившийся после болезни, звучал с хрипотцой:
— Домашнее задание для учителя Цзянь.
...
Цзянь Шэн замерла и подняла на него глаза. Сюй Чжоутянь наклонился так низко, что она почувствовала его жар, и отпрянула. Сюй Чжоутянь усмехнулся и ушёл с баскетбольным мячом.
— Брат Тянь, быстрее! — донеслось от Юань Бао.
В девять вечера Цзянь Шэн как раз сверяла ответы в своей математической работе, когда телефон завибрировал. Это было приглашение в видеочат от Сюй Чжоутяня.
Цзянь Шэн опустила пушистые ресницы, сомневаясь, стоит ли отвечать. В итоге она выключила звук и продолжила проверять работу.
Через некоторое время он позвонил снова, на этот раз аудиозвонком, и Цзянь Шэн ответила.
— Алло?
— Ты жестокая, видеозвонки сбрасываешь, — произнёс Сюй Чжоутянь.
— Теперь же ответила, — сказала Цзянь Шэн.
— Это аудиозвонок.
— А какая разница?
— Разница есть. Я хочу тебя видеть.
Цзянь Шэн не нашлась с ответом. В тишине она задумчиво грызла кончик ручки. Сюй Чжоутянь прикусил губу и позвал её:
— Учитель Цзянь?
— Ну, ты посмотрела моё сочинение?
Цзянь Шэн ответила «м-м» и взяла тетрадь, которую он принёс.
— Написано неплохо, но... — она начала объяснять, — вот здесь можно добавить пример из реальной жизни... А здесь концовка слишком резкая, можно добавить ещё абзац...
Цзянь Шэн подробно всё разъясняла, а Сюй Чжоутянь слушал, поставив телефон на громкую связь, и делал пометки в планшете. Белый кот свернулся калачиком у его длинных ног.
— Вот и всё, — закончила Цзянь Шэн.
Сюй Чжоутянь хмыкнул, его тон был одновременно развязным и серьёзным:
— Я исправлю и покажу тебе ещё раз?
— Можно, — ответила она.
— Спасибо, учитель Цзянь, — сказал он.
— Не за что. Ну, я отключаюсь.
— Погоди, — он крутил в руках ластик, голос его был ленивым. — В этом сочинении есть секрет. Внимательно посмотри.
— М?
— Посмотри внимательно, — повторил он.
В комнате, залитой тёплым жёлтым светом, Цзянь Шэн положила трубку и с сомнением снова открыла тетрадь. Вчитавшись, она обнаружила, что первые иероглифы каждого предложения в первых абзацах складываются в одну фразу:
«Сюй Чжоутянь любит Цзянь Шэн».
А первые иероглифы последних абзацев складывались в другую:
«Цзянь Шэн тоже любит Сюй Чжоутяня, можно?»

Комментарии

Загрузка...