В этот миг Вэнь Юэ окончательно потерялась. В ее душе шевельнулось горькое раскаяние. За три года Линь Ян сделал для нее столько добра, что она не могла просто вычеркнуть это из памяти, как ни старалась удержать в сердце образ Шэнь Яня. Она постоянно твердила себе, что не должна забывать старую любовь, но реальность оказалась жестокой: вернувшийся Шэнь Янь принес с собой жизнь, которая шла вразрез со всеми ее мечтами.
В этот миг Вэнь Юэ окончательно потерялась. В ее душе шевельнулось горькое раскаяние. За три года Линь Ян сделал для нее столько добра, что она не могла просто вычеркнуть это из памяти, как ни старалась удержать в сердце образ Шэнь Яня. Она постоянно твердила себе, что не должна забывать старую любовь, но реальность оказалась жестокой: вернувшийся Шэнь Янь принес с собой жизнь, которая шла вразрез со всеми ее мечтами.
— Линь Ян... у нас ведь еще есть шанс, верно? Я все еще часть твоей жизни... — прошептала она про себя. — Точно... мы ведь формально еще не закончили с разводом!
— Линь Ян... у нас ведь еще есть шанс, верно? Я все еще часть твоей жизни... — прошептала она про себя. — Точно... мы ведь формально еще не закончили с разводом!
Завершив выступление, Линь Ян обратился к гостям:
Завершив выступление, Линь Ян обратился к гостям:
— Всех, кого заинтересовала технология нашего чипа, мы будем рады видеть в офисе корпорации Шэнъян. — Лицо Шэнь Яня исказилось от ярости. Глядя на то, с каким восхищением люди смотрят на его ровесника, он чувствовал себя на фоне Линь Яна сущим мусором.
— Всех, кого заинтересовала технология нашего чипа, мы будем рады видеть в офисе корпорации Шэнъян. — Лицо Шэнь Яня исказилось от ярости. Глядя на то, с каким восхищением люди смотрят на его ровесника, он чувствовал себя на фоне Линь Яна сущим мусором.
— Линь Ян! — Выкрикнул он, когда тот уже собирался уходить. — Ты окончил какой-то заштатный вуз, как ты мог создать такой чип? Хватит ломать комедию, Вэнь Юэ мне всё про тебя рассказала!
— Линь Ян! — Выкрикнул он, когда тот уже собирался уходить. — Ты окончил какой-то заштатный вуз, как ты мог создать такой чип? Хватит ломать комедию, Вэнь Юэ мне всё про тебя рассказала!
Линь Ян нахмурился и мельком взглянул на Вэнь Юэ. Он не ожидал, что старые шутки, которыми они делились в минуты близости, станут оружием против него. — Вэнь Юэ, ты говорила, что я изменился. Но мне кажется, что я остался прежним. Изменилась ты. — Присутствующие замолчали. Даже самому недогадливому стало ясно, что здесь происходит.
Линь Ян нахмурился и мельком взглянул на Вэнь Юэ. Он не ожидал, что старые шутки, которыми они делились в минуты близости, станут оружием против него. — Вэнь Юэ, ты говорила, что я изменился. Но мне кажется, что я остался прежним. Изменилась ты. — Присутствующие замолчали. Даже самому недогадливому стало ясно, что здесь происходит.
— Как мужчина, я искренне сочувствую Линь Яну, — послышалось в толпе. — У парня увели жену, так еще и пытаются втоптать в грязь. — Остальные промолчали, но в памяти всплыли пикантные подробности. Все знали, что за три года брака Вэнь Юэ так и не подпустила к себе мужа. А раз Шэнь Янь козыряет их ночными разговорами, значит, они уже перешли черту.
— Как мужчина, я искренне сочувствую Линь Яну, — послышалось в толпе. — У парня увели жену, так еще и пытаются втоптать в грязь. — Остальные промолчали, но в памяти всплыли пикантные подробности. Все знали, что за три года брака Вэнь Юэ так и не подпустила к себе мужа. А раз Шэнь Янь козыряет их ночными разговорами, значит, они уже перешли черту.
— Только представлю, что моя женщина изменила бы мне, переспала с другим, а потом они бы вместе сидели и обсмеивали меня... Тьфу, аж тошно становится! — В сердцах произнес какой-то младший господин из толпы. — Линь Ян, я за тебя! Умой этого выскочку!
— Только представлю, что моя женщина изменила бы мне, переспала с другим, а потом они бы вместе сидели и обсмеивали меня... Тьфу, аж тошно становится! — В сердцах произнес какой-то младший господин из толпы. — Линь Ян, я за тебя! Умой этого выскочку!
— Нет... Линь Ян, послушай, я всё объясню! — Вэнь Юэ в панике рванулась к нему, но ее прервал резкий звук. Пах-пах-пах. По залу разнеслись неспешные аплодисменты.
— Нет... Линь Ян, послушай, я всё объясню! — Вэнь Юэ в панике рванулась к нему, но ее прервал резкий звук. Пах-пах-пах. По залу разнеслись неспешные аплодисменты.
Из толпы вышла Жун Тянь. На ней был белоснежный вечерний костюм с глубоким V-образным вырезом, волосы разделены на прямой пробор, а от всей ее фигуры веяло ледяным изяществом. При ее появлении все мгновенно смолкли – перед ними была старшая дочь и наследница корпорации Жун.
Из толпы вышла Жун Тянь. На ней был белоснежный вечерний костюм с глубоким V-образным вырезом, волосы разделены на прямой пробор, а от всей ее фигуры веяло ледяным изяществом. При ее появлении все мгновенно смолкли – перед ними была старшая дочь и наследница корпорации Жун.
— Я считаю, что Линь Ян всё сказал верно, — произнесла она, вставая рядом с ним и открыто обозначая свою позицию. Затем она перевела взгляд на Шэнь Яня:
— Я считаю, что Линь Ян всё сказал верно, — произнесла она, вставая рядом с ним и открыто обозначая свою позицию. Затем она перевела взгляд на Шэнь Яня:
— А ты, значит, и есть тот незаконнорожденный сын семьи Шэнь. Помню, несколько дней назад ты вернулся из США с дипломом для вида, но, кажется, ума тебе это не прибавило.
— А ты, значит, и есть тот незаконнорожденный сын семьи Шэнь. Помню, несколько дней назад ты вернулся из США с дипломом для вида, но, кажется, ума тебе это не прибавило.
Ее слова не оставляли места для сомнений: Шэнь Янь и в подметки не годился Линь Яну. Теперь стало предельно ясно, кто здесь «ученый из захолустья». Шэнь Янь задрожал, в его глазах вспыхнуло пламя жгучей зависти. Жун Тянь! О такой женщине мечтали тысячи, но он, даже вернувшись в страну, не смог добиться и минутной встречи с ней. И теперь эта богиня защищала Линь Яна!
Ее слова не оставляли места для сомнений: Шэнь Янь и в подметки не годился Линь Яну. Теперь стало предельно ясно, кто здесь «ученый из захолустья». Шэнь Янь задрожал, в его глазах вспыхнуло пламя жгучей зависти. Жун Тянь! О такой женщине мечтали тысячи, но он, даже вернувшись в страну, не смог добиться и минутной встречи с ней. И теперь эта богиня защищала Линь Яна!
— Ты еще пожалеешь! — Бросил он Линь Яну напоследок и, схватив Вэнь Юэ за руку, поспешно скрылся. Когда зрелище закончилось, гости начали расходиться по залу, и на вечере восстановился порядок.
— Ты еще пожалеешь! — Бросил он Линь Яну напоследок и, схватив Вэнь Юэ за руку, поспешно скрылся. Когда зрелище закончилось, гости начали расходиться по залу, и на вечере восстановился порядок.
Жун Тянь пригласила Линь Яна за свой столик. Этот мужчина пробудил в ней любопытство, хотя бы потому, что носил то же имя, что и ее жених. Она задумчиво покачивала бокал с красным вином. С детства слабая здоровьем, она проводила почти всё время за книгами и редко играла с другими детьми, что сделало ее натурой созерцательной и глубокой.
Жун Тянь пригласила Линь Яна за свой столик. Этот мужчина пробудил в ней любопытство, хотя бы потому, что носил то же имя, что и ее жених. Она задумчиво покачивала бокал с красным вином. С детства слабая здоровьем, она проводила почти всё время за книгами и редко играла с другими детьми, что сделало ее натурой созерцательной и глубокой.

Комментарии

Загрузка...