Сюй Сяовань стиснула зубы и помрачнела, лихорадочно соображая. На самом деле она действительно всю ночь не находила себе места!
Ведь Линь Чуань требовал вернуть огромную для неё сумму. Двести тысяч — её семья копила бы такие деньги года три-четыре!
Родителям каждый юань доставался тяжёлым трудом. С какой стати они будут их возвращать? Да и не с чего было возвращать.
Поэтому, посовещавшись с подругой, они решили нанести удар первыми.
План был прост: разыграть из себя невинную жертву и втоптать репутацию Линь Чуаня в грязь. Если все начнут показывать на него пальцем и презирать, он же не сможет закрыть глаза на общественное мнение! Да его просто затравят!
Вот почему они специально подошли к нему на перемене, при полном кабинете. Им нужно было, чтобы все узнали, какой Линь Чуань мерзавец. Пусть походит под давлением.
И поначалу всё шло как по маслу. Если бы не внезапное появление Цзян Вэй, их план бы сработал!
Лицо Сюй Сяовань потемнело. Она покачнулась, словно вот-вот упадёт в обморок.
Ещё недавно она чувствовала лёгкую вину перед Линь Чуанем и даже надеялась после расставания остаться друзьями, сохранить лицо. Но вчера вечером, рыдая в объятиях Чжао Цзинъяна и узнав о том, как подло с ним поступили, она отбросила последние сантименты.
Су Лоло первой пришла в себя:
— Хватит ломать комедию! Кто такая Цзян Вэй, и кто такой ты?! Какое между вами может быть общее дело? Да если она узнает, что ты вообще смеешь на неё слюни пускать, её стошнит! Спорим, она просто не в курсе, что ты тот самый урод, который требует с бывших деньги?
Линь Чуань медленно поднялся. Он и так был высоким, а сейчас, нависая над двумя миниатюрными девушками, казался ещё крупнее. Лицо его было каменным.
— Ещё одно слово, и я вышвырну вас обеих за дверь. Не надейтесь, что я сделаю скидку на ваш пол. — Он перевёл ледяной взгляд на картинно страдающую Сюй Сяовань: — И ты. Я не собирался доводить всё до крайности, но если хочешь, чтобы весь универ узнал, какая ты дрянь на самом деле — продолжай в том же духе.
Сюй Сяовань заметно напряглась.
— Ты опять несёшь какой-то бред... Я столько раз пыталась тебе всё объяснить, но ты слышишь только свои параноидальные фантазии!
Линь Чуань усмехнулся.
Сюй Сяовань прикусила губу:
— Что у тебя с Цзян Вэй? Хватит смелости сказать правду?
По правде говоря, Линь Чуаню смелости не хватало. Но...
— А твоё какое дело?
Сюй Сяовань побледнела. Она заметила, что взгляды окружающих изменились. Вместо сочувствия в них читались сомнение и неприкрытая насмешка.
В ней взыграл комплекс неполноценности. Ей казалось, что все смотрят на неё как на пустое место, как на посмешище.
Кто-то из студенток не выдержал:
— Что она вообще от него хочет? Всё же и так предельно ясно!
— Жесть, вот это у неё самомнение. С чего она взяла, что он всё ещё по ней сохнет? Откуда такая уверенность в собственной неотразимости?
— Ха-ха-ха, она всерьёз думает тягаться с главной красавицей универа?
— Грубо говоря, это как сравнивать принцессу с дворняжкой. Если бы Линь Чуань променял такую богиню на неё, я бы решила, что он ослеп.
— Блин, вспомнить, что они тут минуту назад несли — просто смех! Сами себя прилюдно унизили!
— Это не просто наглость, это наглость космического масштаба!
Сюй Сяовань в отчаянии топнула ногой, бросив на Линь Чуаня полный обиды взгляд. Она не могла понять, как человек, который ещё пару дней назад пылинки с неё сдувал, мог так внезапно охладеть.
Его сердце стало каменным!
— Лоло, уходим!
***
В это же время в университетской кофейне.
Лю Синьюэ листала ленту в телефоне. Сообщения от парней сыпались одно за другим. Как у лучшей подруги местной богини, у неё в контактах была целая армия верных поклонников Цзян Вэй.
От них-то она и узнала, что её подружка, оказывается, бегала к какому-то парню.
Но... Цзян Вэй ведь неприступная крепость! Что это за парень такой, ради которого она сама сделала первый шаг?
Пока она размышляла, появилась сама виновница переполоха и опустилась на стул напротив.
Губы Лю Синьюэ расплылись в хитрой улыбке. Подперев подбородок рукой, она уставилась на подругу:
— Слышала, за тобой тут некий Линь Чуань приударил? И что, зацепил?
— Он за мной не ухаживает, — невозмутимо ответила Цзян Вэй, откинувшись на спинку стула и заказав кофе. На её лице не дрогнул ни один мускул.
Лю Синьюэ недоверчиво прищурилась:
— Да ладно? Если бы не ухаживал, ты бы не пошла возвращать ему одежду лично. Даже не пытайся отнекиваться — об этом уже пол-универа гудит! Ты же у нас звезда, каждый твой шаг под микроскопом рассматривают.
— Я сказала правду.
— Только не говори, что это ты за ним бегаешь! — Лю Синьюэ возмущённо нахмурилась.
— Размечталась.
Увидев, что подруга абсолютно спокойна и не демонстрирует никаких признаков любовной лихорадки, Лю Синьюэ выдохнула с облегчением.
— Фух, а то я уже испугалась, что ты запала на какого-то простака. Слава богу, это просто недоразумение. Я так и знала! С чего бы тебе влюбиться в такого посредственного типа?
Цзян Вэй недовольно сдвинула брови и бросила на подругу холодный взгляд:
— Следи за языком. Мы с ним вообще-то расписались.
— ...Бред! — Лю Синьюэ чуть не поперхнулась. — Ты же никогда не шутишь! И вообще, такие шутки — это уже перебор! В смысле расписались? В ведомости за студенческие билеты?!
— В ЗАГСе. За свидетельство о браке.
Лю Синьюэ схватилась за сердце. Ей показалось, что у неё сейчас будет инфаркт. А когда она выслушала всю историю, у неё и вовсе потемнело в глазах.
Она дружила с Цзян Вэй не просто так. Семья Лю тоже была не из простых — выходцы из потомственной интеллигенции, они давно и близко общались с матерью Цзян Вэй.
Поэтому Лю Синьюэ прекрасно знала, кто такие Цзян. Пусть дедушка с бабушкой и жили в деревне, они давно сколотили огромное состояние и обладали очень специфическим статусом.
Отец Цзян Вэй был до неприличия богат. Достаточно было вбить его имя в поисковик, чтобы увидеть его в списке Forbes.
А про мать и говорить нечего — знаменитый профессор-блогер из аспирантуры Университета А.
Лю Синьюэ приходила в себя добрых пять минут, прежде чем смогла задать самый главный вопрос:
— Твоя семья уже в курсе? И они ещё не убили Линь Чуаня?
Официант принёс заказ. Цзян Вэй задумчиво размешивала ложечкой дымящийся кофе, словно речь шла о чём-то совершенно обыденном:
— Они отреагировали спокойно. Мама даже обрадовалась. А отец с братом... сама знаешь, у них вечный покерфейс, по ним не поймёшь.
— А ты сама-то что думаешь?
— Я? — Цзян Вэй внезапно замолчала, глубоко задумавшись. И взгляд её был далеко не таким равнодушным, как её слова.

Комментарии

Загрузка...