— Анион на катоде принимает электроны, протекает реакция восстановления, Cu2...
— Старикан Уэйн, мы — ве — рну — лись!!!
Возглас, полный возбуждения, с тянущимся на конце звуком, донёсся издалека, пробился через длинный коридор, стены и влетел в уши.
Уэйн, который как раз изучал принципы химической и электрической энергии в сопоставлении с сильнейшим заклинанием одиночной атаки Нулевого ранга — Парализующая Рука, невольно перевёл взгляд на дверь спальни.
— Твою мать, вы двое балбесов, перестаньте пинать...
— Бац...
Уэйн проглотил припасённую на секунду позже фразу.
Глядя на то, как Ван Цзяньпань распахивает ударом ноги дверь и втаскивает уйму сумок и пакетов, Уэйн слегка дёрнул уголком глаза — на лице отразилась невыразимая усталость.
Пропащий ребёнок.
Дверь спальни 702 рано или поздно будет уничтожена руками этого парня.
— Старикан Уэйн, давай шевелись, не стой столбом, помоги затащить, я же до смерти устал, — ворвался в комнату Ван Цзяньпань и заголосил с лицом, залитым потом.
— Черт возьми, что-то, когда ты дверь пинал, недостатка сил не наблюдалось.
Уэйн покачал головой, подошёл, помог приподнять один из пакетов, заглянул внутрь и с некоторым недоумением произнёс: — Ого, с чего это ты накупил столько фруктов и снеков?
— Хе-хе, разве это много? Вон Лао Пань следом еще два огромных пакета приволок! — Ван Цзяньпань зашёл в комнату и швырнул закуски на стол.
Черт знает, какую дурь он сегодня съел, но стоило ему переступить порог, как он принялся подпрыгивать и отплясывать не пойми что, выписывая совершенно вырвиглазные па.
Вдобавок на его лице играла блудливая, возбуждённая улыбка, из-за чего он был похож на стоящего на задних лапах мелкого пуделя, готового наброситься на кого угодно.
Пританцовывая, он ещё и запел.
— Прыг-скок да бам-бам, прыг-скок да бам-бам, в одиночку вино я пью, с десятком девчонок в небеса лечу...
Помолчав с полминуты, Уэйн посмотрел на безумно пошлый брейк-данс Ван Цзяньпаня и всё же с недоверием спросил: — Послушай, ты... случайно не объелся каких-нибудь запрещённых пилюль?
— Да ну тебя, если и есть их, то только завтра! — Ван Цзяньпань хихикнул, подпёр подбородок рукой и состроил этакую физиономию (???)?: — Ццц, сказать по правде, завтра совместные посиделки с женским общежитием, к кому же из них подкатить...
Посиделки? С женским общежитием?
Уэйн на мгновение замер.
Тут он и вспомнил, что раньше Ван Цзяньпань до умопомрачения упирался и подбивал Пань И выступить ходатаем, чтобы устроить встречу с общежитием его девушки.
Эммм...
Однако Ван Цзяньпань вёл себя чересчур возбуждённо.
Неужели он всерьёз думал, что одни-единственные посиделки помогут ему успешно решить проблему с поиском девушки?!
Пока Уэйн пребывал в задумчивости, Пань И, запыхавшись, тоже затащил в комнату свои баулы.
Бросив вещи, он рухнул на стул и пожаловался: — Твою мать, Лао Ван, ты действительно не жалеешь денег. Дурриан «Колючая мань» за триста-четыреста юаней — захотел и купил. А этой кучи добра целая толпа девчонок за месяц не сожрёт!
— Ни черта ты не смыслишь, — Ван Цзяньпань закатил глаза. — Все эти фрукты и снеки я выбирал, предварительно расспросив твою благоверную.
Например, дуриан любит одна старшекурсница из их комнаты с пышной грудью и внешностью на семь баллов, а всё остальное я подобрал чётко под их вкусы!
К тому же я намеренно купил столько всего! Когда посиделки закончатся, я просто упакую всё по порциям в соответствии с личными предпочтениями и раздам, пусть старшекурсницы забирают с собой и едят потихоньку.
Подняв со стола стакан с водой, Лао Ван сделал жадный глоток, горделиво вздэнул подбородок и суперуверенно взмахнул рукой: — Хм, с моим столь тщательным и заботливым подходом посмеют ли старшекурсницы в следующий раз отказаться от встречи?! Если так закрутить романтику пару раз, не верю я, что не зацеплю девичье сердце!
— ...
— Лао Ван, ты уверен, что раньше никогда не был в отношениях?
— Кхе-кхе, всему этому я научился в одной книжке под названием «Путешествие сквозь донат». Ладно, хорош болтать, лучше помоги примерить и оцени, какой наряд завтра лучше подчеркнёт мою неотразимость?
— Ты уверен, что то, что от тебя исходит — это неотразимость, а не пошлость?
— Даю тебе десять секунд на то, чтобы переформулировать ответ на этот вопрос...
...
Глядя на брата Цзяньпаня, который относился к делу с такой же серьёзностью, как к смотринам невесты, и примерял один костюм за другим,
Уэйн не удержался и поморщился.
Скажите на милость, неужели поиск девушки — это и впрямь такое волнительное событие?
И вообще, если ты подбираешь одежду, чтобы выглядеть привлекательно в глазах девчонок, разве не логичнее спросить мнение представительниц противоположного пола?
Какого чёрта спрашивать у Пань И...
Уэйн решил, что ему этого не понять, отвернулся и продолжил свои изыскания в области химической и электрической энергии.
Однако не успел он и глазом моргнуть, как Пань И, навалившись ему на плечо, завёл разговор:
— Эй, старик Уэйн, а ты в чём завтра пойдёшь на посиделки? Поможешь мне определиться с выбором?
— Я? — Уэйн ткнул себя пальцем в грудь и почесал в затылке. — Я же не говорил, что собираюсь завтра на посиделки!
— Нани, ты что, не идёшь завтра? — лицо Пань И застыло.
— Не иду, — с совершенно невозмутимым видом кивнул Уэйн.
— Ну не будь таким, старик Уэйн, это же первые совместные посиделки на всю нашу комнату!
Ван Цзяньпань тоже подскочил к нему и с дьявольской улыбкой принялся искушать: — Только представь: целых шесть, — хм, если вычесть девчонку Лао Паня, — ровно пять умных и красивых старшекурсниц, с длинными белыми ножками, нежными голосками, составят тебе компанию среди горных пейзажей под ароматы цветов... Рискни представить эту картину, неужели у тебя совсем ничего не ёкает?
— Ой, — бесстрастно отозвался Уэйн, оставшись в душе абсолютно равнодушным.
Девчонки?
Ха, неужели они могут быть интереснее высшей математики и физики или увлекательнее магии?
— Ты ответил всего лишь «ой»!
Увидев соседа, сидевшего с невозмутимостью старого буддийского монаха, Ван Цзяньпань решил сыграть на жалости и жалобно замигал глазами:
— Старик Уэйн, если ты не пойдёшь завтра, я же останусь там единственным одиноким парнем, без поддержки и прикрытия — это же такой испанский стыд!
Ради моих двадцати лет одиночества, ради счастья нижней половины тела моего брата, неужели в твоём сердце не шевельнётся ни капли жалости?
— Ой, ни капли, — честно и прямо ответил Уэйн.
— Черт побери, по фамилии Уэйн, ты... неужели ты такой бессердечный?
Раз уж жалость не сработала, Лао Ван перешёл в режим полной беспардонности:
— Ах, я столько сил отдал нашей комнате, я проливал кровь за всех нас, я даже покупал тебе прокладки во время военной подготовки, приносил коробочки с едой посреди ночи, жертвовал вазелин в минуты нужды...
Я же для партии, тьфу, я же заслуженный человек нашего общежития, старик Уэйн, ты не можешь так со мной поступать...
...
В конце концов, после долгих уговоров и мольбы со стороны Ван Цзяньпаня, Уэйн всё же согласился пойти завтра на эту встречу.
Деваться было некуда: ради поиска подружки этот парень начисто отбросил всякие понятия о стыде.
Дошло до того, что в самом конце он пригрозил: если Уэйн откажется, он среди ночи голышом залезет к нему под одеяло и станет пробивать его сочувствие ценой собственной чести...
...
...
Я обнаружил в своих путешествиях, что жители западного побережья Южного материка и значительная часть обитателей Срединных Земель, живущих у [Багдадское море], ругаясь, обычно говорят: «Чтоб тебе провалиться в туманное море вечности, где никогда не увидеть ни солнца, ни луны».
— Из книги «Занимательные путевые заметки Соро по всему миру — Приложение: Искусство ругани в разных уголках планеты»

Комментарии

Загрузка...