На самом деле Линь Лоянь была немного удивлена. Цзи Хуайсун не из тех, кто раздает кому-либо обещания. И тем не менее она получила его обещание — причем он предложил его сам.
Хотя она и не знала, что именно Цюй Ян ему наговорил, Линь Лоянь пару дней серьезно обдумывала, как это использовать.
В конце концов, у молодого господина запросы высокие, надо ведь соответствовать его ценности.
Закончив выполнять задание по базовому предмету, Линь Лоянь сохранила эскиз, и как только музыка в телефоне прервалась, ей позвонил Цюй Ян.
То заведение, алмаз для которого ты просила меня купить в прошлом месяце, доставило товар. Завезти его тебе? — спросил Цюй Ян. — Вот чего я не понимаю, так это почему ты покупаешь бриллиант так, будто состоишь в подпольной организации? Причем просишь меня помочь, хотя и сама можешь купить.
Линь Лоянь ответила неторопливо:
— Чтобы не привлекать внимания, конечно.
Ювелирными брендами под эгидой Корпорации Линь в настоящее время занимались тетя и дядя, поэтому она не могла просто так брать продукцию со склада и в то же время должна была лично контролировать линейку товаров под собственной торговой маркой.
У нее был второй тайный аккаунт, о котором, кроме дедушки, никто не знал.
Если бы она совершила хоть какие-то крупные расходы, как бы тетя и дядя этого не заметили? Это же равносильно самоубийству еще до того, как она раскрыла себя, а ей нужно продержаться хотя бы до окончания университета, чтобы получить законный доступ к группе компаний.
Корпорация Линь слишком велика, ей одной не проглотить этот кусок. Да и сама Корпорация Линь не так уж ей важна — лишь ювелирный бизнес, который дедушка поднял с нуля, был тем самым сокровищем, которое она непременно обязана взять в свои руки в будущем.
— Ну еще бы, наша старшая мисс — наследница первой очереди, — со смешком произнес Цюй Ян. — Я выдвигаюсь, всё по старой схеме — проход по лицу?
Баскетбольная площадка гудела от звуков ударов мяча оземь, скрипа подошв и голосов играющих.
Неспешно подойдя, Линь Лоянь прислонилась боком к зеленой металлической сетке у входа, скрестив руки на груди. В ее выражении не было недовольства, скорее она заняла позицию стороннего наблюдателя.
Линь Лоянь внезапно все поняла.
Они не понимали стремления к совершенству и тем более не ценили вложенный дедушкой труд.
Секунду назад она хотела заполучить вичат красавчика, а в следующую — подумала, какая же это прекрасная пара!
Девушка моргнула, на ее лице промелькнуло сожаление, но она все равно не собиралась сдаваться:
— У старшекурсника есть девушка?
И надо же было так намеренно.
Заметив, что Цзи Хуайсун неторопливо закручивает крышку бутылки и молчит, девушка робко позвала его по имени.
Она не могла просто так сидеть сложа руки и смотреть, как ювелирный бизнес разрушают слепые до чужого добра корыстолюбцы. Если бы не ее собственный суббренд, который последние два года держался на плаву, репутацию Линьских драгоценностей уже давно бы окончательно угробили тетя с дядей из-за того бардака, что творился в цепочке поставок.
Линь Лоянь подсказала:
— Если не хочешь светить лицом, можешь зайти в обход через Южный переулок, там нет пропускной системы.
— Да не я, честное слово, кореш мой запал, — с чувством правоты объяснял Цюй Ян. — Помнишь прошлогоднюю баскетбольную лигу? Я тогда записал видео с Хуай-гэ. На трибунах в первых рядах перед сектором C сидела такая прохладная на вид девчонка, длинные волосы, в юбке и ботинках на шнуровке. Очень симпатичная, вот тот приятель на нее и запал.
А.
Едва она добралась до перекрестка у края баскетбольной площадки, как издалека увидела Цзи Хуайсуна, а перед ним — девушку, которая крепко сжимала в руках телефон с напряженным и застенчивым лицом.
Он что, в университет не ходит?
Девушка чуть не взвизгнула, изо всех сил сдерживая уголки рта, бегала глазами туда-сюда между ними двумя, а потом тихонько отошла подальше, не забыв отписать подруге о происходящем.
Линь Лоянь поняла: похоже, они частенько собирались побросать мяч, играли вместе и были хорошо знакомы.
В следующий момент он скривил губы в улыбке, и его хрипловатый голос наполнился тягучим, густым подтекстом:
— Детка.
Опустив взгляд, он выждал пару секунд, прежде чем слегка повернуть голову и приподнять веки, уставившись на ту, что стояла в каких-то трех-четырех метрах от него:
— Все еще любуешься спектаклем?
— Не нужно было специально ехать, я не спешу, через пару дней сама заеду к тебе и заберу, — сказала Линь Лоянь.
Линь Лоянь отлично слышала весь их разговор и, не ожидав, что он так резко обернется, на секунду растерялась.
Бросив взгляд на сбежавшую девушку, Линь Лоянь перевела прямой взгляд на Цзи Хуайсуна:
— Детка — именно так.
Только после этого Цзи Хуайсун принялся перекидывать из руки в руку бутылку минеральной воды, в которой оставалось еще полнаполовину:
— Месяц назад — определенно отдал бы, но сейчас нет.
Заметив Линь Лоянь, девушка на мгновение замерла, пораженная ее красотой, а услышав, как Цзи Хуайсун назвал ее деткой, мгновенно все поняла.
Цюй Ян ответил:
— Да мне все равно делать нечего.
— В моем паршивом универе все равно толком не учат, — в трубке Цюй Яна послышался шорох — он явно собирал вещи. — К тому же, один мой кореш запал на девчонку из вашего вуза.
Цзи Хуайсун при этом тихонько усмехнулся:
— Разве она из нашего?
Это была хозяйка той радостной собаки, которую она встретила у студенческого общежития, кажется, ее звали... Цзян Лай?
Она неторопливо отозвалась, поддразнивая его:
— Ого, оказывается, ты приехал вовсе не для того, чтобы привезти мне бриллиант, а чтобы помочь другу свести мосты.
Линь Лоянь уточнила:
— Это сериал из цикла «у меня есть один друг»?
Хоть в Университете Цин и не было секретов, но все же не каждый случай становился известен каждой дворовой собаке. К тому же, эта девчонка вполне могла оказаться из соседнего института напротив, поэтому и понятия не имела, что у этого писаного красавца уже есть девушка.
Девушка покачала головой:
— Я учусь в институте напротив, пришла сюда повидаться с подругой.
Это описание казалось смутно знакомым, но Линь Лоянь не могла сразу вспомнить, откуда.
Выражаясь чужими словами — он ведь Цзи Хуайсун, обладатель внешности, способной с первого же взгляда вызвать мощнейший визуальный удар. Мужчина, пробуждающий жажду покорить его или же, напротив, покориться самой.
Линь Лоянь не стала спорить, но все же поинтересовалась:
— Чего это ты такой свободный?
— Идет, — отозвался Цюй Ян. — Увидимся через полчаса.
Неторопливо кивнув, Цзи Хуайсун всё понял.
Использовать ее в качестве живого щита — пусть это и выглядело вполне логично.
Повесив трубку, Линь Лоянь пощелкала по клавиатуре ноутбука, отправила работу старосте группы, переоделась и вышла на улицу.
Цзи Хуайсун играл в баскетбол на площадке в Восточном районе вместе с Сян Яньнанем, а также Юй Вэем и его соседом по комнате.
Цюй Ян добавил еще одну фразу:
— У тебя вроде бы есть точно такое же платье, как у той девчонки? Мне вечно кажется, что я видел тебя в нем.
Цзи Хуайсун прислонился спиной к сетке как раз рядом с ней, открутил крышку бутылки с минеральной водой и сделал глоток. Заметив подбежавшую девушку, которая вытащила телефон и принялась выпрашивать у него вичат, он на мгновение нахмурил брови.
— Старшекурсник?
— Не нравится? — с игривой улыбкой переспросил Цзи Хуайсун. — Хочешь, поменяем? Что бы тебе хотелось услышать?
Линь Лоянь усмехнулась и оставила его реплику без ответа:
— Ты что, за спиной у меня на курсы ускоренной подготовки по мужской добродетели ходил? А я-то думала, удастся поймать с поличным.
При этом она нарочито легко вздохнула, изобразив на лице самое глубокое разочарование.
Цзи Хуайсун нашел это забавным:
— Поймать, а потом бросить меня?
Линь Лоянь слегка задрала подбородок, чуть изогнув кончики бровей — ее вид был таким изящным и живым, что даже крошечные пушинки на лице казались пропитанными торжеством:
— Хорошо же я все рассчитала, да?
Глядя на ее милую гримаску, Цзи Хуайсун счел ее очаровательной и, покладисто подыгрывая, глухо протянул:
— И вправду хорошо, только недальновидно.
Он изогнул губы, глядя на нее:
— Ну как, заришься на меня — может, мне тебя поучить, Янь-янь?
Последние два немного пониженных в тоне слога прозвучали очень мягко и плавно опустились в слух Линь Лоянь.
Она недоуменно моргнула:
— Обязательно коверкать мое имя?
Цзи Хуайсун ответил:
— Проверяю, что тебе больше по душе.
Не успела она ответить, как зазвонил телефон — это был Цюй Ян.
— Где ваше общежитие? Черt побери, мне кажется, я опять заблудился.
— Откуда ты зашел?
— Через Южный переулок.
Линь Лоянь терпеливо принялась объяснять дорогу:
— Тогда иди прямо, увидишь баскетбольную площадку. Я стою у того дерева, рядом с огромным османтусом.
— С османтусом? — озадаченно переспросил Цюй Ян. — Цветы давно облетели, откуда мне знать, какое именно...
Голос резко, на полуслове оборвался, сменившись мертвой тишиной.
Линь Лоянь подождала пару секунд и нахмурилась:
— Цюй Ян?
В ответ — ни звука.
Она поднесла телефон к глазам: на экране высвечивалось, что вызов все еще идет.
И в тот момент, когда она уже собралась заговорить снова, звонок сбросили.
Не раздумывая, Линь Лоянь перезвонила. Гудки прошли всего один раз, после чего Цюй Ян просто отклонил вызов.
Если бы дело не происходило в Университете Цин и не среди бела дня, она бы точно решила, что он угодил в какую-то передрягу, как в сериалах.
— Можешь не перезванивать, — донесся голос Цзи Хуайсуна. Линь Лоянь невольно подняла голову — он смотрел на дорогу неподалеку, слегка приподняв подбородок.
Линь Лоянь проследила за его взглядом и замерла.
В груди мгновенно взметнулся целый рой эмоций, но в конце концов ей оставалось лишь смиренно моргнуть и принять суровую реальность.
— Конец.
Она понятия не имела, когда Су Цянь заявилась в Университет Цин — та ведь ни словом не обмолвилась, — да еще и вела на поводке дедушкину собаку.
Цюй Ян долго смотрел на сидевшую на скамейке девушку, не сдвинувшись с места.
Та держала на поводке белого померанского шпица.
Он узнал эту собаку — песик принадлежал дедушке Линь Лоянь и был на редкость ласковым.
Перед глазами словно кружились милльоны бабочек, или, может, это опадавшая с деревьев листва тихо шуршала над головой, а редкие прохожие расплывались в туманные силуэты.
Четко виден был лишь один человек на скамейке.
Прошло несколько минут, прежде чем к нему вернулась способность соображать, и он все еще не мог понять: сон это или явь.
Человек, который должен был находиться на другом конце Тихого океана, сейчас стоял прямо перед ним.
Если сон — то до боли издевательский.
Он видел подобные сны бесчисленное множество раз.
Тело словно онемело, он так и стоял на месте, пока кто-то случайно не задел его по пути, извиняясь на ходу — только тогда он опомнился и бесстрастно бросил: «Ничего страшного».
Пальцы рук, опущенных вдоль тела, сжались в кулаки, напряглись, а затем расслабились.
Сжавшись снова, Цюй Ян шагнул вперед.
Погруженная в телефонСу Цянь боковым зрением заметила остановившиеся перед ней кроссовки, подняла голову и от изумления едва не потеряла контроль над лицом.
Сердце в груди заколотилось как безумное, гулко и яростно, снова и снова твердя ей об одном.
То, от чего она так долго бежала, наконец свершилось, а она оказалась совершенно к этому не готова.
Глядя ей в глаза, Цюй Ян сглотнул слюну. Пальцы по бокам снова сжались с такой силой, что на тыльной стороне ладоней вздулись вены.
Голос, сорвавшийся с его губ, звучал низко и глухо, почти невесомо, с едва заметной дрожью:
— Су Цянь.
Это было и имя, и немое подтверждение.
Су Цянь опустила взгляд, прочистила горло и ничего не ответила.
Цюй Ян резко разжал ладони и глубоко вздохнул:
— Когда вернулась?
— Пару дней назад.
Бросив взгляд на Кики, а затем обратно на нее, Цюй Ян всё понял. Линь Лоянь наверняка знала о ее возвращении, но ему ни слова не сказала.
Ему не хотелось гадать, какими соображениями руководствовалась Линь Лоянь, скрывая это — ради нее самой или ради него; все, о чем он хотел спросить, сводилось к одному:
— Прошел уже год с лишним, неужели тебе совсем нечего мне сказать?
На некотором расстоянии от них Линь Лоянь молча наблюдала за этой парочкой, сохраняя совершенно отрешенное выражение лица.
Строго говоря, оба они были ее друзьями, и раз уж она не знала всех подноготных деталей, то не могла и не должна была вмешиваться — поэтому с самого начала оставалась лишь молчаливой сторонней наблюдательницей.
Расстояние было небольшим, и вскоре оба заметили их с Цзи Хуайсуном.
В следующий миг она увидела, как Кики, зажав в зубах изящно упакованный бархатный подарочный пакет, бегом припустила прямо к ним.
Они что, собрались как следует поговорить?
Добежав до них, Кики стремглав бросилась к Цзи Хуайсуну и уже собиралась поставить передние лапы ему на колени, как Линь Лоянь на лету подхватила ее на руки.
Она заметила, что по дороге сюда собака вляпалась лапами в грязь на клумбе.
Кики слегка забавно заерзала, умоляюще глядя на Цзи Хуайсуна.
Линь Лоянь приподняла одну ее переднюю лапку:
— Кики, пачкать грязью других людей нехорошо, знаешь ли.
Цзи Хуайсун опустил взгляд на этот маневр.
Она разговаривала с ней точь-в-точь как с маленьким ребенком.
Интересно, почему ее тон при разговоре с собакой так разительно отличался от манеры общаться с людьми? Селф-коннекта с ним в таком ключе он еще не слышал.
На мгновение Цзи Хуайсуну показалось, что статус парня ценится у нее куда ниже собачьего.
Словно уловив суть сказанного, Кики послушно свернулась клубочком у нее на руках, время от времени поднимая мордочку и заискивающе тыкаясь носом.
Цзи Хуайсун воочию наблюдал, как крошечный грязный след от собачьей лапы оставил отметку на ее одежде.
И тут он беззвучно усмехнулся.
Обычно она донельзя капризна: под дождь не выйдет даже на каплю, новую красивую обувь бережет от пыли, а тут — пожалуйста, ни капли не возражает, когда грязные собачьи лапы топчутся по вещи стоимостью в несколько тысяч юаней.
— Боишься, что заставишь меня возмещать ущерб? — спросил он Линь Лоянь, протянув руку и потрепав Кики по макушке.
— Хоть я и могу себе это позволить, тратить деньги впустую не хочется, — ответила Линь Лоянь. — Лучше приберегу на старость.
Сказав это, она скосила глаза на перекресток неподалеку: Су Цянь с Цюй Яном там уже не было.
Цзи Хуайсун бросил на нее взгляд и, решив, что она переживает за тех двоих, проявил невиданное для себя терпение, попытавшись ее успокоить:
— В чужие отношения соваться бесполезно, ты поступила абсолютно правильно.
Линь Лоянь была изумлена.
От него — и такие слова.
— Надо же, а я думала, в твоей ветреной голове нет места для подобных размышлений.
— Это ты меня сейчас отчитала? — усмехнулся Цзи Хуайсун. — А я вот только об учебе и думаю.
Линь Лоянь склонила голову набок, моргая:
— А не обо мне?
Рука Цзи Хуайсуна переместилась к ее груди, поигрывая прядкой волос, а в голосе послышался смех:
— Пользуешься тем, что вокруг полно народу, и снова меня дразнишь?
Линь Лоянь звонко протянула:
— Да!
— Задам тебе вопрос, — произнесла она.
После такого вступления Цзи Хуайсун решил, что она снова начнет допытываться про статус девушки или что-то в этом духе, и остановил руку, накручивающую ее локон.
Но вместо этого она нахмурилась и вполне серьезно спросила:
— Если мы вечером пойдем в кино, ты не против, если я возьму Кики с собой?
Судя по всему, сегодня вечером Су Цянь было не до собаки, да и кто знает, не дойдет ли новость о ее возвращении до родителей уже сегодня.
— Нельзя сначала отвезти ее домой? — поинтересовался Цзи Хуайсун.
В ответ Линь Лоянь приподняла Кики прямо перед его лицом, глядя на него жалобным, мягким и просительным голосом:
— Посмотри ей в глаза, разве у тебя хватит духу отказать? Она ведь так сильно тебя любит.
Цзи Хуайсун лишь мельком взглянул на собаку, но все его внимание уже было приковано к стоявшей за ней Линь Лоянь.
Ее глаза блестели влажным блеском, брови слегка сходились на переносице, уголки губ печально опустились — такая жалкая и в то же время невероятно милая.
Гораздо более милая, чем круглоглазая псина, смотрящая на него.
Прямо-таки воплощение капризной девчонки.
Пристально глядя на нее, Цзи Хуайсун нарочито протянул:
— Хватит.
Линь Лоянь тут же сбросила с лица жалобное выражение и прижала собаку к груди:
— Ну и ладно, тогда сначала отвезем ее домой.
Мало того, что выражение лица сменилось мгновенно, так и голос стал ледяным.
Веселье в глазах Цзи Хуайсуна разлилось шире, и он не удержался — протянул руку и потрепал ее по голове, то ли утешая, то ли балуя.
— Раз уж тебе так хочется — ладно, бери.
Ощутив мягкое тепло его ладоней на макушке, Линь Лоянь тихо посмотрела на него:
— Цзи Хуайсун.
— Мм?
— До чего же ты со мной терпелив.
Слегка взлетевшие нотки в голосе явно выдавали насмешку.
Уголки губ Цзи Хуайсуна изогнулись в улыбке. Он смотрел на нее взглядом, от которого даже телеграфный столб растаял бы от нежности, а его ленивый, низкий голос оседал у нее в слухе:
— Потому что я люблю тебя.
В тот миг ей показалось, что в его глазах отражается лишь она одна.
Слова, в которых невозможно было отделить правду от игры, подняли в ее душе легкий ветер. На секунду потеряв дар речи, она отчетливо почувствовала, как что-то внутри нее затрепетало и качнулось. Остепенилась или нет — кто знает.

Комментарии

Загрузка...