На следующий день, ровно в полдень, на улице перед дверями агентства появилась высокая фигура.
На следующий день, ровно в полдень, на улице перед дверями агентства появилась высокая фигура.
Это был крупный мужчина с густой растрепанной шевелюрой, одетый в камуфляжную штормовку и начищенные до блеска чёрные высокие ботинки. На его широком, обветренном лице выделялся прямой нос, а глаза скрывались за тёмными очками.
Это был крупный мужчина с густой растрепанной шевелюрой, одетый в камуфляжную штормовку и начищенные до блеска чёрные высокие ботинки. На его широком, обветренном лице выделялся прямой нос, а глаза скрывались за тёмными очками.
В руке он сжимал поводок, на котором сидела огромная белоснежная собака с пушистой шерстью. Её глаза щурились, создавая иллюзию радостной улыбки.
В руке он сжимал поводок, на котором сидела огромная белоснежная собака с пушистой шерстью. Её глаза щурились, создавая иллюзию радостной улыбки.
Мужчина поднял голову, прочитал вывеску: «Агентство Культивации Семьи Юэ», и решительно толкнул дверь.
Мужчина поднял голову, прочитал вывеску: «Агентство Культивации Семьи Юэ», и решительно толкнул дверь.
— Добро пожаловать...
— Добро пожаловать...
— Чжао Синъэр дремала за стойкой, но, подняв взгляд, мгновенно расплылась в улыбке.
— Чжао Синъэр дремала за стойкой, но, подняв взгляд, мгновенно расплылась в улыбке.
— Ой, какая милая собачка!
— Ой, какая милая собачка!
— Следи за языком! — рявкнул мужчина.
— Следи за языком! — рявкнул мужчина.
Чжао Синъэр, девушка с характером, тут же нахмурилась:
Чжао Синъэр, девушка с характером, тут же нахмурилась:
— А чего вы кричите?
— А чего вы кричите?
— Это не собака, — чеканя каждое слово, произнёс мужчина.
— Это не собака, — чеканя каждое слово, произнёс мужчина.
— Это гигантский зверь доисторических времен, наследие древности — Воющий на Луну Небесный Волк!
— Это гигантский зверь доисторических времен, наследие древности — Воющий на Луну Небесный Волк!
Чжао Синъэр перевела взгляд с пушистой «улыбающейся» собаки на свирепого, лохматого мужика и пришла к выводу, что демоническим зверем скорее выглядит он сам.
Чжао Синъэр перевела взгляд с пушистой «улыбающейся» собаки на свирепого, лохматого мужика и пришла к выводу, что демоническим зверем скорее выглядит он сам.
Внезапно вспомнив кое-что, она повернулась к лестнице и крикнула:
Внезапно вспомнив кое-что, она повернулась к лестнице и крикнула:
— Босс, кажется, пришёл тот человек с питомцем!
— Босс, кажется, пришёл тот человек с питомцем!
— Иду!
— Иду!
— Юэ Вэнь, услышав шум, уже спускался вниз.
— Юэ Вэнь, услышав шум, уже спускался вниз.
Он подбежал к мужчине:
Он подбежал к мужчине:
— Вы, должно быть, старший Ху Цзюи, исследователь Дикой Зоны? Много наслышан!
— Вы, должно быть, старший Ху Цзюи, исследователь Дикой Зоны? Много наслышан!
— Да, это я, — кивнул гость.
— Да, это я, — кивнул гость.
Юэ Вэнь опустил взгляд на огромного белого пса:
Юэ Вэнь опустил взгляд на огромного белого пса:
— А этот самоед... то есть, легендарный Воющий на Луну Небесный Волк? Много наслышан!
— А этот самоед... то есть, легендарный Воющий на Луну Небесный Волк? Много наслышан!
— ... — взгляд Ху Цзюи за тёмными очками стал колючим. Он собирался было вспылить, но заколебался, не до конца уверенный, издевается ли этот сопляк или говорит всерьез.
— ... — взгляд Ху Цзюи за тёмными очками стал колючим. Он собирался было вспылить, но заколебался, не до конца уверенный, издевается ли этот сопляк или говорит всерьез.
— Присаживайтесь, старший, — Юэ Вэнь указал на диван.
— Присаживайтесь, старший, — Юэ Вэнь указал на диван.
Мужчина по имени Ху Цзюи развалился на диване, закинул ногу на ногу и, критически оглядевшись, произнёс:
Мужчина по имени Ху Цзюи развалился на диване, закинул ногу на ногу и, критически оглядевшись, произнёс:
— Условия у вас так себе.
— Условия у вас так себе.
— Ваша правда, — улыбнулся Юэ Вэнь.
— Ваша правда, — улыбнулся Юэ Вэнь.
— Я как раз хотел об этом поговорить. Как видите, мы — контора скромная, вдруг не сможем достойно содержать столь благородного духовного питомца? Может, вы просто немного накинете цену и продадите киноварь без условия с опекунством?
— Я как раз хотел об этом поговорить. Как видите, мы — контора скромная, вдруг не сможем достойно содержать столь благородного духовного питомца? Может, вы просто немного накинете цену и продадите киноварь без условия с опекунством?
— Исключено, — отрезал Ху Цзюи, взмахнув рукой.
— Исключено, — отрезал Ху Цзюи, взмахнув рукой.
— Если бы я не хотел найти ему дом именно в Цзянчэне, то отвёз бы киноварь в Город Лунду. Там бы у меня её с руками оторвали по цене в три раза выше. Если вы не в состоянии о нём позаботиться, я просто уйду.
— Если бы я не хотел найти ему дом именно в Цзянчэне, то отвёз бы киноварь в Город Лунду. Там бы у меня её с руками оторвали по цене в три раза выше. Если вы не в состоянии о нём позаботиться, я просто уйду.
Юэ Вэнь снова покосился на «улыбающегося» пса и резко сменил пластинку:
Юэ Вэнь снова покосился на «улыбающегося» пса и резко сменил пластинку:
— Раз так, я уверен, что мы справимся. Не судите по нашей скромной обстановке, старший. На самом деле мы очень любим животных и давно мечтали завести духовного питомца.
— Раз так, я уверен, что мы справимся. Не судите по нашей скромной обстановке, старший. На самом деле мы очень любим животных и давно мечтали завести духовного питомца.
— Это точно, — подхватила Чжао Синъэр.
— Это точно, — подхватила Чжао Синъэр.
— Правда, я больше хотела косулю.
— Правда, я больше хотела косулю.
Причиной, по которой Юэ Вэнь передумал, стала не только твердолобость гостя, но и внешний вид самого питомца.
Причиной, по которой Юэ Вэнь передумал, стала не только твердолобость гостя, но и внешний вид самого питомца.
Поначалу он был уверен, что без лицензии от БУСС не обойтись. Но, глядя на этого огромного самоеда, ему показалось, что никакое «Разрешение на разведение демонических зверей» тут не нужно — обычная собачья справка прокатит за милую душу.
Поначалу он был уверен, что без лицензии от БУСС не обойтись. Но, глядя на этого огромного самоеда, ему показалось, что никакое «Разрешение на разведение демонических зверей» тут не нужно — обычная собачья справка прокатит за милую душу.
— Для начала озвучу свои требования, — Ху Цзюи откинулся на спинку дивана.
— Для начала озвучу свои требования, — Ху Цзюи откинулся на спинку дивана.
— Как вам известно, я исследую Дикие Зоны. На днях я видел ваш стрим. По сравнению с настоящими вылазками в Дикие Зоны — это просто детские игры.
— Как вам известно, я исследую Дикие Зоны. На днях я видел ваш стрим. По сравнению с настоящими вылазками в Дикие Зоны — это просто детские игры.
— Само собой, — поддакнул Юэ Вэнь.
— Само собой, — поддакнул Юэ Вэнь.
Так называемые исследователи Диких Зон — это каста людей, чьей профессией стал риск. Охота на демонических зверей, сбор духовных растений, поиск сокровищниц... Если обычные культиваторы совались туда лишь по крайней необходимости, то эти смельчаки зарабатывали там на жизнь.
Так называемые исследователи Диких Зон — это каста людей, чьей профессией стал риск. Охота на демонических зверей, сбор духовных растений, поиск сокровищниц... Если обычные культиваторы совались туда лишь по крайней необходимости, то эти смельчаки зарабатывали там на жизнь.
И высокие риски, разумеется, компенсировались космической прибылью.
И высокие риски, разумеется, компенсировались космической прибылью.
Одно удачно найденное сокровище могло обеспечить безбедное существование до конца дней.
Одно удачно найденное сокровище могло обеспечить безбедное существование до конца дней.
— Я, Ху Цзюи, полжизни скитался и ни к кому не привязывался. Но несколько месяцев назад в Дикой Зоне я оказался на волосок от гибели. Получив тяжелые раны, я сорвался со скалы и упал прямо в скрытое измерение, где находилось волчье логово. Там была самка Воющего на Луну Небесного Волка на сносях. Она не разорвала меня на куски, а наоборот, дала мне духовную траву для исцеления.
— Я, Ху Цзюи, полжизни скитался и ни к кому не привязывался. Но несколько месяцев назад в Дикой Зоне я оказался на волосок от гибели. Получив тяжелые раны, я сорвался со скалы и упал прямо в скрытое измерение, где находилось волчье логово. Там была самка Воющего на Луну Небесного Волка на сносях. Она не разорвала меня на куски, а наоборот, дала мне духовную траву для исцеления.
Вспоминая пережитое, этот суровый мужчина не смог скрыть эмоций — его лицо дрогнуло.
Вспоминая пережитое, этот суровый мужчина не смог скрыть эмоций — его лицо дрогнуло.
— Но запах моей крови привлёк других хищников. На логово напали демонические звери. В момент смертельной опасности волчица передала мне своего детёныша и велела бежать, а сама пожертвовала собой, чтобы задержать врагов.
— Но запах моей крови привлёк других хищников. На логово напали демонические звери. В момент смертельной опасности волчица передала мне своего детёныша и велела бежать, а сама пожертвовала собой, чтобы задержать врагов.
— Как же я себя ненавижу!
— Как же я себя ненавижу!
— Ху Цзюи со всей силы ударил себя кулаком по бедру.
— Ху Цзюи со всей силы ударил себя кулаком по бедру.
— Зачем я свалился в то логово? Разбился бы насмерть у подножия скалы, и она осталась бы жива!
— Зачем я свалился в то логово? Разбился бы насмерть у подножия скалы, и она осталась бы жива!
— Но раз она доверила мне дитя, я не мог отплатить чёрной неблагодарностью за своё спасение.
— Но раз она доверила мне дитя, я не мог отплатить чёрной неблагодарностью за своё спасение.
Ху Цзюи погладил пса по пушистой макушке:
Ху Цзюи погладил пса по пушистой макушке:
— Я принес этого малыша в Цзянчэн. Он ещё слишком мал, чтобы таскаться со мной по Диким Зонам. Всё это время, пока я залечивал раны, я пытался найти ему надёжный дом.
— Я принес этого малыша в Цзянчэн. Он ещё слишком мал, чтобы таскаться со мной по Диким Зонам. Всё это время, пока я залечивал раны, я пытался найти ему надёжный дом.
— Но ни одна из крупных сект не захотела его брать. Все советовали выпустить его обратно в Дикую Зону. Ему же и трёх месяцев нет! Выбросить его туда сейчас — всё равно что подать на блюдечке хищникам.
— Но ни одна из крупных сект не захотела его брать. Все советовали выпустить его обратно в Дикую Зону. Ему же и трёх месяцев нет! Выбросить его туда сейчас — всё равно что подать на блюдечке хищникам.
— И тут я узнал, что Секта Таинственного Ветра ищет Киноварь Глубинного Пламени Тайцзи. Думал — вот он, шанс. Кто же знал, что они старались ради вашей шарашкиной конторы.
— И тут я узнал, что Секта Таинственного Ветра ищет Киноварь Глубинного Пламени Тайцзи. Думал — вот он, шанс. Кто же знал, что они старались ради вашей шарашкиной конторы.
В голосе Ху Цзюи сквозило глубокое разочарование.
В голосе Ху Цзюи сквозило глубокое разочарование.
Словно он надеялся пристроить ребенка в семью миллионеров, а в итоге отдал в трущобы.
Словно он надеялся пристроить ребенка в семью миллионеров, а в итоге отдал в трущобы.
...
...
— Вы поистине благородный человек, старший, — с серьёзным лицом произнёс Юэ Вэнь.
— Вы поистине благородный человек, старший, — с серьёзным лицом произнёс Юэ Вэнь.
— Раз так, даю слово: мы позаботимся об этом са... Воющем на Луну Небесном Волке.
— Раз так, даю слово: мы позаботимся об этом са... Воющем на Луну Небесном Волке.
— Я повторяю ещё раз: он не собака! В его жилах течёт кровь божественных зверей глубокой древности! — рявкнул Ху Цзюи.
— Я повторяю ещё раз: он не собака! В его жилах течёт кровь божественных зверей глубокой древности! — рявкнул Ху Цзюи.
— Считая его псиной, вы оскорбляете его благородное происхождение!
— Считая его псиной, вы оскорбляете его благородное происхождение!
Огромный белый пёс, казалось, уловив гнев хозяина, согласно гавкнул:
Огромный белый пёс, казалось, уловив гнев хозяина, согласно гавкнул:
— Вуф-гав!
— Вуф-гав!
— Лает он тоже как собака, — тихонько пробормотала Чжао Синъэр.
— Лает он тоже как собака, — тихонько пробормотала Чжао Синъэр.
— Я же сказал, это Воющий на Луну Небесный Волк! — взревел Ху Цзюи.
— Я же сказал, это Воющий на Луну Небесный Волк! — взревел Ху Цзюи.
— И чтобы он не забывал о своих корнях, я дал ему поистине грандиозное имя, достойное его вида — Сяотянь!
— И чтобы он не забывал о своих корнях, я дал ему поистине грандиозное имя, достойное его вида — Сяотянь!
— Да это же типичная собачья кличка! — не выдержала Чжао Синъэр.
— Да это же типичная собачья кличка! — не выдержала Чжао Синъэр.
— Он — Воющий на Луну Небесный Волк! — в ярости стукнул по столу Ху Цзюи.
— Он — Воющий на Луну Небесный Волк! — в ярости стукнул по столу Ху Цзюи.
— Всё, всё, поняли, — Юэ Вэнь и Чжао Синъэр закивали, синхронно замахав руками.
— Всё, всё, поняли, — Юэ Вэнь и Чжао Синъэр закивали, синхронно замахав руками.
— Волк, это волк.
— Волк, это волк.
— Хм, — Ху Цзюи сидел, скрестив руки на груди.
— Хм, — Ху Цзюи сидел, скрестив руки на груди.
— Хоть я и постоянно пропадаю в Диких Зонах, каждый раз, возвращаясь в Цзянчэн, я буду навещать Сяотяня. И если только я замечу, что вы его обижаете...
— Хоть я и постоянно пропадаю в Диких Зонах, каждый раз, возвращаясь в Цзянчэн, я буду навещать Сяотяня. И если только я замечу, что вы его обижаете...
Гуууу!
Гуууу!
За спиной Ху Цзюи внезапно материализовался золотой фантом, упирающийся в потолок. Его тело покрывали узоры Дао, а черты лица точь-в-точь повторяли внешность мужчины.
За спиной Ху Цзюи внезапно материализовался золотой фантом, упирающийся в потолок. Его тело покрывали узоры Дао, а черты лица точь-в-точь повторяли внешность мужчины.
Юэ Вэнь остолбенел.
Юэ Вэнь остолбенел.
Этот похожий на бродягу мужик оказался экспертом пятого Царства!
Этот похожий на бродягу мужик оказался экспертом пятого Царства!
Пятая ступень культивации называлась Царством Фазы. Достигшие её могли материализовать Аватар Божественного Дворца, обладающий невероятными мистическими свойствами.
Пятая ступень культивации называлась Царством Фазы. Достигшие её могли материализовать Аватар Божественного Дворца, обладающий невероятными мистическими свойствами.
Таких мастеров на весь Цзянчэн набралась бы горстка. Захоти он, мог бы с лёгкостью основать собственную школу, открыть секту и набирать учеников. А пожелай он присоединиться к какой-нибудь фракции, будь то БУСС, бессмертная секта или аристократический клан — его бы с распростёртыми объятиями приняли на должность Почётного мастера.
Таких мастеров на весь Цзянчэн набралась бы горстка. Захоти он, мог бы с лёгкостью основать собственную школу, открыть секту и набирать учеников. А пожелай он присоединиться к какой-нибудь фракции, будь то БУСС, бессмертная секта или аристократический клан — его бы с распростёртыми объятиями приняли на должность Почётного мастера.
С такой силой можно было открывать ногой любую дверь.
С такой силой можно было открывать ногой любую дверь.
Чжао Синъэр, выросшая в знатной семье, к подобному привыкла и не особо впечатлилась. Но Юэ Вэнь впервые воочию столкнулся с мощью Царства Фазы. В момент появления Аватара его сердце судорожно сжалось, а душу словно придавило невидимым прессом.
Чжао Синъэр, выросшая в знатной семье, к подобному привыкла и не особо впечатлилась. Но Юэ Вэнь впервые воочию столкнулся с мощью Царства Фазы. В момент появления Аватара его сердце судорожно сжалось, а душу словно придавило невидимым прессом.
«Так вот каково давление эксперта Царства Фазы?»
«Так вот каково давление эксперта Царства Фазы?»
— Я скинул вам его рацион питания, — Ху Цзюи мгновенно развеял Аватар.
— Я скинул вам его рацион питания, — Ху Цзюи мгновенно развеял Аватар.
— Изучите. И чтоб ни на йоту не отступали расписания все семь дней в неделю.
— Изучите. И чтоб ни на йоту не отступали расписания все семь дней в неделю.
Юэ Вэнь открыл телефон и принялся зачитывать:
Юэ Вэнь открыл телефон и принялся зачитывать:
— Куриная грудка, лосось, отборная свежая говядина, элитное молоко духовных зверей, морские ушки, австралийские омары, камчатские крабы, кордицепс, киндер-сюрпризы, императорский суп «Прыжок Будды»...
— Куриная грудка, лосось, отборная свежая говядина, элитное молоко духовных зверей, морские ушки, австралийские омары, камчатские крабы, кордицепс, киндер-сюрпризы, императорский суп «Прыжок Будды»...
— Эй, — возмутилась Чжао Синъэр.
— Эй, — возмутилась Чжао Синъэр.
— Это уж слишком! Мы сами на обед трескаем лапшу с улитками. Во сколько же нам обойдётся кормить его по такому меню?
— Это уж слишком! Мы сами на обед трескаем лапшу с улитками. Во сколько же нам обойдётся кормить его по такому меню?
— Ему хватит и пары килограммов парной говядины или баранины, да ведра качественного молока духовных зверей в день, — процедил Ху Цзюи с ледяным спокойствием.
— Ему хватит и пары килограммов парной говядины или баранины, да ведра качественного молока духовных зверей в день, — процедил Ху Цзюи с ледяным спокойствием.
— Если не потянете, говорите сразу, пока я не вышел из себя, узнав, что он голодает...
— Если не потянете, говорите сразу, пока я не вышел из себя, узнав, что он голодает...
— Потянем!
— Потянем!
— Юэ Вэнь стиснул зубы.
— Юэ Вэнь стиснул зубы.
— Раз старший доверяет его нам, мы обеспечим ему лучший уход.
— Раз старший доверяет его нам, мы обеспечим ему лучший уход.
Меню выглядело пугающе дорогим, но содержание демонического зверя само по себе удовольствие не из дешёвых, и он это предвидел. Денег, сэкономленных на покупке киновари, хватит, чтобы кормить пса очень долго.
Меню выглядело пугающе дорогим, но содержание демонического зверя само по себе удовольствие не из дешёвых, и он это предвидел. Денег, сэкономленных на покупке киновари, хватит, чтобы кормить пса очень долго.
Ху Цзюи, увидев его решительный взгляд, замялся на секунду, а затем произнёс чуть мягче:
Ху Цзюи, увидев его решительный взгляд, замялся на секунду, а затем произнёс чуть мягче:
— Если возникнут проблемы, обращайтесь.
— Если возникнут проблемы, обращайтесь.
С этими словами он снова с грустью потрепал белого пса по голове:
С этими словами он снова с грустью потрепал белого пса по голове:
— Сяотянь очень умный. Я тренировал его всего три месяца, а он уже всё умеет. Сяотянь, сидеть!
— Сяотянь очень умный. Я тренировал его всего три месяца, а он уже всё умеет. Сяотянь, сидеть!
Не успел он договорить, как пёс разинул пасть и со смачным хрустом вцепился хозяину в запястье.
Не успел он договорить, как пёс разинул пасть и со смачным хрустом вцепился хозяину в запястье.
— А-а-а! Отпусти! Отпусти!
— А-а-а! Отпусти! Отпусти!
— Ху Цзюи принялся неистово трясти рукой, сбрасывая собачью пасть, после чего гордо посмотрел на Юэ Вэня и Чжао Синъэр.
— Ху Цзюи принялся неистово трясти рукой, сбрасывая собачью пасть, после чего гордо посмотрел на Юэ Вэня и Чжао Синъэр.
— Видели?
— Видели?
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...