Утром Гарри получил письмо от Хагрида с приглашением в гости.
Он согласился без раздумий. К тому же за последние дни накопилось столько всего, что ему отчаянно хотелось выговориться.
И вот Гарри, Рон и Гермиона подошли к маленькой хижине на опушке Запретного леса.
У дверей стоял арбалет и пара гигантских резиновых галош.
— Ого, Гарри, вот это размер! Но воняют они просто жутко! — Рон с любопытством сунул нос в один из ботинков и тут же скривился так, что на него стало страшно смотреть.
Гарри и Гермиона расхохотались. Этот смех наконец–то немного развеял мрачное настроение Гарри, заработанное после того, как Снегг в очередной раз высмеял его и снял баллы на зельеварении.
— Гав–гав–гав!
Из хижины раздался густой собачий лай.
Гарри подошёл к двери и постучал:
— Хагрид, это я, Гарри!
— Назад, Клык, назад! — послышался из–за двери голос Хагрида. — Вот так, хороший мальчик, сиди смирно!
Дверь распахнулась, явив заросшее бородой лицо Хагрида. Он широко улыбнулся:
— Гарри, наконец–то! О, ты ещё и друзей привёл!
Троица зашла внутрь и сразу увидела огромного чёрного пса, которого Хагрид крепко держал за ошейник.
Рон испуганно отпрыгнул за спину Гарри и вытаращил глаза:
— Ничего себе псина!
Гермиона же посмотрела на Клыка совершенно спокойно:
— С виду он большой, но ручаюсь, трус страшный.
— С чего ты взяла? — не понял Рон.
— Он пытается казаться грозным, но сам весь трясётся, — уверенно заявила девочка.
Она шагнула к псу и скорчила рожицу, которая, как ей казалось, была очень пугающей, но на деле вышла довольно милой.
Клык взвизгнул, отскочил назад и забился за ноги Хагрида, даже не смея поднять взгляд на Гермиону.
Девочка хихикнула и скрестила руки на груди:
— Вот видите? Что я говорила?
Гарри и Рон уставились на дрожащего пса. Вот это да! Ну и трус!
Хагрид смутился. Ему стало стыдно за своего питомца. Он–то знал, что пёс не отличается храбростью, но чтобы испугаться маленькой девочки? Какой позор!
— Клык, сегодня останешься без мяса! — буркнул Хагрид и выдворил пса за дверь.
В хижине была всего одна комната. И для великана вроде Хагрида она казалась совсем уж крохотной, даже тесной.
С потолка свисали окорока и тушки фазанов. В очаге над огнём кипел медный чайник. В углу стояла огромная кровать, застеленная лоскутным одеялом.
Оглядевшись, Гарри почувствовал лёгкую грусть. Он знал, что Хагрид не особо следит за модой, но не думал, что тот живёт настолько бедно. В его взгляде появилась нежность и искреннее дружеское сочувствие.
— Хагрид, знакомься. Это Гермиона, а это Рон. Мои лучшие друзья, — представил он ребят.
Хагрид налил кипяток в большой заварочный чайник и поставил на стол тарелку с каменными кексами.
— Рыжие волосы, веснушки... Ты из Уизли, что ли? — прищурился он. — Фред и Джордж тебе кем приходятся?
Услышав это, Хагрид нахмурился и пустился в жалобы:
— Ох и несносные же близнецы! Вечно норовят пробраться в Запретный лес. Столько сил уходит, чтобы их оттуда выгнать!
Рон хитро усмехнулся:
— Это мои братья. Знаешь, Хагрид, если хочешь, можешь хорошенько отходить их сковородкой пониже спины. Может, тогда поумнеют. Моя мама именно так и делает.
Гарри рассмеялся:
— Рон, признавайся, тебе от мамы тоже так доставалось?
Рон неловко кашлянул. О таких воспоминаниях он предпочитал не распространяться.
— Ой! — пискнула Гермиона.
Заинтересовавшись каменными кексами, она взяла один, покрутила в руках и отважно откусила. И тут же пожалела об этом. Зубы отозвались тупой болью.
— Это самые твёрдые кексы в моей жизни! Кажется, если их зажарить на сковородке, они станут мягче, чем сейчас.
Гарри и Рон с сомнением покосились на выпечку, но любопытство взяло верх.
Вскоре все трое сидели, страдальчески держась за челюсти.
Хагрид смущённо кашлянул. Для полувеликана с его мощными зубами эти кексы были отличным, в меру хрустящим лакомством. Но для обычных детей они оказались настоящими булыжниками.
Чтобы замять неловкость, Гарри перевёл тему и начал рассказывать о первых днях в школе.
Когда Хагрид обозвал Филча, этого мрачного и властного завхоза, «старым дураком», ребята радостно рассмеялись.
Филч был человеком скверного нрава и обожал портить студентам жизнь. А ещё у него была кошка, миссис Норрис, такая же противная и вездесущая, как её хозяин.
Потом Гарри рассказал об уроках Снегга.
— Гарри, не бери в голову. Просто у него характер такой. Если не будешь нарушать правила, он тебе ничего не сделает, — попытался успокоить его Хагрид.
Но Гарри упрямо потёр шрам:
— Но я чувствую, что он меня ненавидит. На приветственном пиру он посмотрел на меня, и у меня жутко заболела голова.
— Тебе просто показалось, Гарри. С чего бы ему тебя ненавидеть? — мягко улыбнулся лесничий.
И тут же, словно спеша перевести разговор, обратился к Рону:
— Как там Чарли? Славный парень. Отлично ладит с животными, всегда найдёт к ним подход.
— С ним всё отлично, изучает драконов, — гордо ответил Рон.
— Драконов! — глаза Хагрида мечтательно блеснули. — Эх, знал бы ты, как я мечтаю завести дракона...
Гарри смотрел на Хагрида и Рона, болтающих о Чарли, и понимал: Хагрид намеренно уходит от темы Снегга.
Почему — Гарри не знал. Но в одном он был уверен абсолютно: та боль в шраме не была случайностью или галлюцинацией.
Снегг был настроен к нему враждебно. И это факт.

Комментарии

Загрузка...