Если кто-то скажет, что Слизерин — лучший из четырёх факультетов Хогвартса, вряд ли кто-то, кроме самих слизеринцев, с этим согласится; но если заявить, что гостиная Слизерина — самая роскошная, полагаю, противников не найдется.
Совершенно не похожая на прежние мрачные и сырые подземелья, гостиная Слизерина представляла собой полупрозрачное помещение на дне озера. Стены здесь были сложены из черного готического мрамора, потолок представлял собой прозрачный свод из резного хрусталя, а на цепях висели светильники, излучавшие зеленоватое сияние и создававшие поистине сказочную атмосферу. В гостиной стоял камин с великолепно вырезанным каминным порталом, а рядом расположились резные кресла. Устроившись в кресле и подняв голову, сквозь хрустальный потолок слизеринцы то и дело могли наблюдать за гигантскими осьминогами и бесчисленными водными магическими существами, чьи названия трудно было и выговорить: не прошло и пары минут, как Лейла уже заметила нескольких келпи и редкого для Англии гиппокампа.
Мерлин мой, как они вообще додумались запустить келпи в озеро! Это же опаснейшее существо четвёртого уровня опасности!
Поначалу Лейла даже растерялась. Но стоило ей увидеть еще несколько водных созданий, о которых не упоминалось даже в книге Фантастические звери и места их обитания, как она окончательно онемела.
Да и ладно, в конце концов, это же Хогвартс...
Никаких предвкушаемых в прошлой жизни распределительных турниров для первокурсников, борьбы за звание тайного старосты, напутственных речей старост и даже расспросов об оценках Распределяющей Шляпы не последовало. Даже староста Том, проводивший их до места, быстро исчез, лишь указав расположение мужской и женской спален. Столкнувшись с подобным, Лейла, слегка удивившись, быстро ко всему привыкла. Пожелав Драко спокойной ночи, она вместе с Панси, Дафной, Милисентой и девочкой по имени Виши Митчелл отправилась в женскую спальню Слизерина.
Слизеринская спальня, под стать гостиной, поражала воображение роскошью, способной вызвать зависть у остальных трех факультетов (при условии, что те знали бы, как она выглядит). Стены были завешены средневековыми гобеленами с изображением знаменитых слизеринцев и их приключений, а потолок был усыпан серебристо-белыми фонарями. Зеленые шелковые портьеры с вышитыми гербами Основателей окружали пять больших кроватей, застеленных драгоценным серебристым шелком на резных деревянных ложах с серебряной отделкой — роскошь так и била в глаза. Доносившееся время от времени шуршание озера за окнами служило лучшей колыбельной.
С точки зрения учеников с других факультетов, эта спальня вполне могла бы сойти за особняк, но для слизеринцев, поголовно происходивших из знатных семей, она казалась всего лишь сносной. Панси протянула руку, пощупала матрас, кивнула и произнесла:
— Неплохо, я-то думала, придется везть постельное белье из дома, но теперь вижу, что в этом нет нужды. Только почему спальня на пять человек, неужели так сложно было сделать пять отдельных комнат?
— Ой, Панси, перестань ворчать! — Дафна подбежала сзади, обвила руками шею подруги и, положив голову ей на плечо, со смешком произнесла: — В конце концов, это Хогвартс, а не наш дом. К тому же, разве тебе не кажется, что жить большой компанией веселее? Правда ведь, Лейла?
Услышав это, Лейла кивнула, но не стала присоединяться к забавам подруг. Вместо этого она повернулась к Виши и, приветливо улыбнувшись, спросила:
— Ты ведь Виши Митчелл, верно? Давай познакомимся: меня зовут Лейла Малфой, можешь звать меня просто Лейла. Девочка со светлыми волосами — Дафна Гринграсс, та, что обнимает ее — Панси Паркинсон, а вон та — Милисента Булстроуд. Мы все из чистокровных семей, поэтому давно знаем друг друга. В Большом зале я заметила, что ты выглядишь незнакомо, не могла бы представиться?
При словах Лейлы Панси, Дафна и Милисента перевели взгляд на Виши. Их оценивающие, полные предвзятости взгляды испугали девочку, и лишь спустя долгое время она, набравшись смелости, пролепетала:
— Я Виши Митчелл... Моя мама происходит из чистокровного рода Борков, а папа — магл... Мама говорила, что очень хочет, чтобы я поступила в Слизерин, она утверждала, что это лучший факультет...
Она умолкла, не договорив, потому что Панси и Милисента уставились на нее крайне недоброжелательно — так смотрят на презренных паразитов. Милисента даже громко заявила:
— Я поняла! Твоя мать — дочь мистера Герберта Брока, та самая Ирэн, которую изгнали из рода за связь с маглом!
Виши едва не расплакалась. Еще в поезде до Хогвартса соседки по купе предупреждали ее о том, с чем сталкиваются полукровки на Слизерине, но ради исполнения материнского желания она все равно выбрала этот факультет и никак не ожидала, что насмешки начнутся так быстро. Виши опустила голову, спрятав глаза за длинной челкой, чтобы никто не увидел ее слез. И тогда заговорила Лейла:
— Панси, Милисента, прекратите этот бесцеремонный взгляд! С сегодняшнего дня я не желаю видеть, чтобы кто-то из вас придирался к однокурсникам из-за происхождения! Запомните раз и навсегда: происхождение ничего не решает. Чистокровность не означает благородства, а полукровка — не значит презренный. Среди чистокровных семей полно сквибов, неспособных сотворить и заклинание, в то время как среди полукровок рождаются столь могущественные волшебники, как Темный Лорд!
Лейла всегда была негласным лидером среди девочек, и возразить ей никто не смел. Милисента послушно закрыла рот и отошла к своей кровати; Панси, казалось, была не до конца согласна со словами подруги, но у нее не было причин подводить Лейлу, поэтому она тоже промолчала.
— Ну а теперь, Виши — я ведь могу так тебя называть? — дождавшись робкого кивка ошеломленной девочки, Лейла продолжила с ласковой улыбкой: — Вытри слезы и расскажи нам о жизни в мире маглов — пусть эти девочки, презирающие маглов, наконец узнают, каких невероятных успехов те достигли за последние годы.
Виши Митчелл, будущий директор больницы Святого Мунго, создатель мощнейшего светлого заклинания Искупление и кавалер Ордена Мерлина второй степени, вспоминая в старости свою первую встречу с Лейлой Малфой, говорила: В тот момент я увидела свет!
Первая ночь в Хогвартсе пролетела за рассказами Виши, скептическими замечаниями Панси с Милисентой и примирительными речами Лейлы и Дафны. За один вечер девочки кое-как притерлись друг к другу, чем старшая подруга осталась вполне довольна. Однако вскоре Лейла поняла, что ориентироваться в лабиринтах Хогвартса куда сложнее, чем улаживать межличностные конфликты. В Хогвартсе насчитывалось ровно сто сорок две лестницы. Одни были широкими и просторными; другие — узкими, шаткими и ненадежными; третьи по пятницам вели совсем в другие места; а на некоторых середина пролета могла внезапно исчезнуть, так что приходилось помнить, где нужно перепрыгнуть провал. Кроме того, здесь было множество дверей: стоило забыть вежливо попросить их открыться или точно тлкнуть в нужное место, как они намертво запирались. Другие же двери и вовсе оказывались фальшивкой — массивными глухими стенами, искусно замаскированными под проходы. Запомнить, что и где находится, было непросто, ведь казалось, что здесь все постоянно движется. Портреты беспрестанно ходили друг к другу в гости, и Гарри был готов поклясться, что даже рыцарские доспехи умели передвигаться. Вдобавок ко всему, немало хлопот доставляли Пивз, Филч и Миссис Норрис.
По сравнению с этими докучливыми переходами, предметы, вызывавшие такой ужас у учеников Гриффиндора и Пуффендуя, казались слизеринцам сущим пустяком. На уроке травологии, который они делили с пуффендуйцами, мастерство Лейлы при пересадке прыгучей ряби принесло Слизерину десять очков; на уроке профессора Макгонагалл и Лейла, и Дафна с легкостью превратили спички в игольницы, заработав на двоих тридцать очков; профессор Флитвик потратил целый урок на объяснение принципов чар Левитации, но это не помешало Лейле блестяще ответить на вопрос и получить еще десять баллов; астрономия была самым нелюбимым предметом Лейлы, и если бы не обязательные экзамены СОВ, она бы наверняка забросила учебу, однако составленная ими с Панси звездная карта принесла каждой по пять дополнительных очков; и лишь на уроке защиты от темных искусств Лейла не проявила себя никак — да в этом и не было необходимости. Квиррелл превратил свой предмет в цирк, где оставалось только посмеиваться. Драко вовсю насмехался над тюрбаном Квиррелла, и по мнению Лейлы, это было верхом безрассудства — впрочем, можно сделать скидку на то, что избалованный с пеленок и ничего не умеющий юный господин Драко, во всем превзойденный младшей сестрой, просто нуждался в ком-то для сброса пара... Посвященная в тайну Лейла поглядывала на Квиррелла с известной долей осторожности, хотя и без лишней тревоги — Волдеморт сейчас был занят разве что мелкими пакостями Гарри и его компании, а попытка перейти дорогу ей закончилась бы для него плачевно.
Дни текли чередой, и наконец наступила пятница. Сегодняшний день был особенным для слизеринцев: спустя почти неделю после начала учебы им впервые предстояло переступить порог класса зельеварения, которым руководил легендарный, запредельно предвзятый декан Снейп, и что самое приятное — вместе с ними урок должны были посещать извечные соперники с Гриффиндора.
Позавтракав, первокурсники Слизерина и Гриффиндора поспешили в подземелье, где располагался кабинет зельеварения. Как было известно всем и каждому, профессор Снейп терпеть не мог опозданий, и если только вы не носили фамилию Малфой, лучше было этого не проверять. Драко был явно возбужден: это был единственный предмет, в котором сестра не превосходила его на голову, к тому же ему не терпелось посмотреть, как крестный отец Северус отчитывает ненавистного Поттера — он ни капли не сомневался, что дело этим и ограничится, ведь о том, что крестный на дух не переносит гриффиндорцев, Драко знал с трехлетнего возраста. Поэтому он впервые позволил себе предложить Лейле компанию:
— Лейла, идем вместе на зельеварение? Я уже заждался!
— Прости, Драко, у меня еще есть дела. Можешь идти с Панси. — Лейла, мысленно занятая повторным утверждением плана по улучшению репутации, без колебаний отвергла предложение брата.
— Вот как, тогда не опаздывай. — Драко слегка разочаровался, бросил короткое напутствие и ушел со своими телохранителями, полностью проигнорировав полный надежды взгляд Панси. Выражение лица девочки на секунду помрачнело, но, попрощавшись с Лейлой, она все же позвала за собой Дафну, Виши и Милисенту.
Лейла лишь тихо вздохнула про себя. Панси была влюблена в Драко с малых лет, и в кругу чистокровной молодежи это уже давно стало секретом Полишинеля. К сожалению, Драко упорно игнорировал ее чувства, предпочитая младшую сестру Дафны — Асторию Гринграсс, которая вечно ластилась к нему и звала братиком. Поистине неисповедимы пути судьбы, но...
Этот Драко и впрямь заядлый любитель младших сестричек!
При этой мысли Лейла зябко передернула плечами и решила усилить меры предосторожности в отношении брата. Впрочем, дорогая девушка, задумывалась ли ты о том, что Драко как раз и тянется к девочкам, называющим его старшим братом, именно потому, что рядом с тобой ему вечно не хватает этого ощущения старшинства...
Кабинет зельеварения находился в подземелье, и здесь было куда холоднее, чем в верхних этажах замка. Расставленные вдоль стен стеклянные банки с плавающими в них образцами живности заставляли невольно ежиться — по крайней мере, Гарри с Роном уже успели испугаться их по дороге.
— Привет, Гарри, Рон!
Сладкий голос прозвучал прямо над ухом, и мальчики, издерганные жутковатой атмосферой подземелья до состояния испуганных птенцов, подскочили с воплем. Лишь когда Лейла достала волшебную палочку и быстрой вспышкой наложила на каждого по успокаивающему заклинанию, они пришли в себя и поняли, что это была всего лишь она.
— Ты что творишь, Лейла! Мы чуть со страху не померли! — Рон, очевидно сообразив, что его недавняя паника выглядела жалко, решил перейти в наступление и принялся жаловаться.
— Простите, я не думала, что вы так впечатлительны. — В этот момент мозг Лейлы заработал на предельной скорости, выдавая заготовленную заранее речь: — Выглядите вы неважно. Наверное, в последнее время проблемы со сном? Можете попросить у профессора Спроут немного порошка корня асфоделя, добавить его в настойку полыни — и получится капля живой смерти. Это сильнейшее снотворное, очень советую попробовать.
— О, спасибо, Лейла, но мы вряд ли...
Гарри не успел договорить, как Лейла перебила его:
— Только будьте осторожны, когда пойдете к профессору Спроут. Она недавно сушила там много клубней аконита и волчьей ягоды — это родственники, только выглядят по-разному. Если случайно дотронетесь до этих ядовитых растений, придется нанимать людей, чтобы добыть безоар из желудка коровы, а это мощнейшее противоядие. Ладно, мне пора, увидимся позже.
Не успели мальчики опомниться, как Лейла растворилась в толпе.
— Что это с ней? — в глазах Рона читалось полное недоумение. — Точно так же помешана, как Гермиона!
Гарри тоже был озадачен, но слова запомнил. Выступление Лейлы в Хогвартс-экспрессе внушило ему глубокое уважение, и он интуитивно чувствовал, что за этими советами скрывается нечто важное.
Очень скоро им предстояло узнать, какой именно смысл крылся в словах Лейлы...
Профессор Снейп, как и Флитвик, начал с переклички, причем на имени Гарри тоже задержался.
— Да, — тихо произнес он. — Гарри Поттер. Наша новая... знаменитость.
Драко со своими прихвостнями Крэббом и Гойлом захихикали, прикрывая рты руками, но стоило Лейле незаметно толкнуть Драко локтем в бок, как тот мгновенно умолк. Закончив перекличку, профессор обвел взглядом весь класс. Его холодные, пустые глаза напоминали два темных туннеля.
— Вы прибыли сюда, чтобы изучить точную науку и строгую дисциплину приготовления зелий, — начал он тихим, едва слышным шепотом, но каждое его слово отчетливо долетало до каждого ученика. Как и профессор Макгонагалл, Снейп обладал той удивительной властью над классом, которая не требовала повышения голоса. — Поскольку здесь не машут глуцкими палочками, многие из вас едва ли поверят, что это настоящая магия. Я не жду, что вы оцените всю прелесть медленно кипящего котла с клубящимся белым дымом и источающего тончайшие ароматы, вы не поймете истинную силу жидкости, проникающей в человеческие вены, ту чарующую силу, что способна затуманить разум и лишить воли... Я могу научить вас, как завоевать славу, как прославить свое имя и даже как остановить смерть — но лишь при одном условии: если вы не являетесь теми тупицами, с какими мне обычно приходится иметь дело.
После этой короткой вступительной речи в классе воцарилась абсолютная тишина. Гарри и Рон переглянулись, приподняв брови. Гермиона же почти сползла со стула, подавшись вперед — было видно, что она во что бы то ни стало жаждет доказать, что не является тупицей. Драко по-прежнему сохранял самоуверенное выражение лица, за что тут же удостоился от Лейлы нескольких выразительных взглядов.
— Поттер! — внезапно бросил профессор Снейп. — Что получится, если смешать порошок корня асфоделя с настойкой полыни?
Порошок корня асфоделя с настойкой полыни? Гарри посмотрел на Рона — тот выглядел таким же ошеломленным; рука Гермионы взлетела высоко над головой.
И когда всем в обоих потоках показалось, что он понятия не имеет об ответе, Гарри произнес:
— Капля живой смерти, профессор. Это сильнейшее снотворное.
Профессор скривил губы, словно ответ пришелся ему не по вкусу.
— Удача помогает однажды, но не всю жизнь. Попробуем еще раз, Поттер: если мне понадобится безоар, где вы его будете искать?
Гермиона тянула руку так высоко, как только могла, не вставая со стула. В глазах Гарри и Рона снова мелькнуло неверие, но на этот раз Гарри ответил без запинки:
— В желудке коровы, профессор. Это мощнейшее противоядие.
— Я не спрашивал вас о том, о чем вы не хотите отвечать! Неужели вы думаете, что знаете больше меня, Поттер! — Профессор вышел из себя и повысил голос: — Ну а теперь скажите мне, Поттер, в чем разница между клобуком монаха и волкобоем?
На этот раз Гермиона руку не подняла, решив, что Гарри наверняка знает и это.
— Это одно и то же растение, профессор, просто у них разные названия!
— Садитесь, — профессор Снейп был явно раздосадован тем, что ему не удалось поставить Гарри в тупик, и выплеснул накопившееся раздражение на весь класс: — Почему вы все не записываете? Или думаете, что вам тоже улыбнется удача Поттера?
По классу тут же зашуршали перья по пергаменту. На фоне общего галаса прозвучал голос профессора:
— За то, что вы ответили без должного уважения, Поттер, с Гриффиндора снимается один балл.
Гриффиндорские львята были возмущены таким исходом: по их мнению, правильный ответ Гарри заслуживал как минимум десяти баллов, а никак не штрафа. Впрочем, сами Гарри и Рон отнеслись к этому философски и молча стерли обиду.
Урок зельеварения продолжался, но положение гриффиндорцев не улучшалось. Снейп разделил их на пары и велел приступить к варке простого зелья от прыщей. Шагая между рядами в своем неизменном длинном черном плаще, он следил за тем, как ученики отвешивают сушеную крапиву и измельчают змеиные клыки. Критике подверглись практически все, кроме Драко и Лейлы — в конце концов, когда твой крестный отец ведет урок, трудно остаться без привилегий. Как раз в тот момент, когда профессор демонстрировал классу, насколько безупречно Лейла справляется с подготовкой рогатых слизней, в подземелье раздался резкий шипящий звук, и из котла Невилла брызнула едкая зеленая жижа. Зелье прожгло каменный пол, проделав дыры в ботинках стоявших рядом учеников. Секунду спустя все вскочили на скамьи; Невилл, с ног до головы облитый зельем, корчился от боли, покрывшись ярко-красными фурункулами.
— Тупица! — взревел профессор Снейп, взмахом палочки ликвидируя лужу на полу. — Вы, должно быть, догадались бросить иглы дикобраза, не сняв котел с огня, верно?
Невилл зарыдал, и на его носу тут же высыпала новая порция волдырей.
— Живо отправьте его в больничное крыло! — приказал профессор Сему. Затем он приблизился к столу Гарри и Рона, сидевших рядом с пострадавшим. — Поттер, почему вы не подсказали ему? Решили, что на его фоне будете выглядеть выгоднее? Еще минус один балл с Гриффиндора.
Гарри промолчал в ответ, покорно выслушав упреки, после чего профессор наконец удалился.
Наконец сдвоенные уроки, ставшие настоящим праздником для Слизерина и сущим адом для Гриффиндора, подошли к концу. Гарри натерпелся столько за эти два часа, что даже забыл расспросить Лейлу о ее даре предвидения. К счастью, вернувшись из хижины Хагрида, он обнаружил письмо от Лейлы, доставленное Хедвиг, в котором нашел часть ответов:
Дорогой Гарри!
Не удивляйся тому, что я знала вопросы профессора Снейпа — я его крестница и слишком хорошо изучила его характер. Мне искренне жаль, что профессор Северус доставляет тебе столько неприятностей, но я бессильна это изменить. Из-за событий прошлых лет профессор Северус питает глубокую неприязнь к факультету Гриффиндор, и даже мне не под силу заставить его относиться к гриффиндорцам мягче. И все же поверь мне: возможно, на свете нет человека, который ненавидел бы тебя сильнее профессора Северуса... но в то же время нет и человека, который любил бы тебя преданнее — из-за твоей внешности и твоих глаз...
Твоя подруга, Лейла Малфой.
Примечание 1: упомянутые в тексте водные магические существа взяты из книги Фантастические звери и места их обитания. Поскольку они не играют ключевой роли в сюжете, заинтересованные читатели могут погуглить их самостоятельно.
Примечание 2: описание слизеринской гостиной и спален взято с официального сайта Pottermore, так что не спрашивайте, откуда там взялись фонари — я понятия не имею...
Примечание 3: Виши — персонаж оригинальный, однако ее дед и мать действительно принадлежали к роду Борк из числа священных двадцать восьми семей. Разумеется, замужество с маглом — моя выдумка... Просто Роулинг всегда выступает за гендерное равенство (соотношение учителей, учеников и деканов в книге составляет один к одному), а на этом курсе в Слизерине оказалось аж пять мальчиков, вот я и придумала Виши.
Примечание 4: сегодня в разделе рецензий некий гость оставил резкий комментарий вроде того, что книги с попаданками читать не станет. Отвечаю на это всем сразу. Во-первых, главная героиня выходит замуж, юри не планируется. Таков сюжетный каркас, и переписать его по щелчку пальцев нельзя — изначально я вообще планировал сделать главного героя парнем, но при утверждении синопсиса сюжет пришлось перекроить. Во-вторых, фанфикшн-разделы бесплатны (сейчас появилась возможность монетизации, но я не собираюсь ею пользоваться — как говорится, не отлучать же себя от народа?), это чистый альтруизм, так что извольте не привередничать. Мы просто делимся с читателями миром, который создали в воображении, и я никого не неволю. Знает ли этот уважаемый гость, сколько труда уходит на то, чтобы постоянно сверяться с каноном, перелопачивать справочники и специально раздобыть Энциклопедию Гарри Поттера и Книгу о монстрах? Редакторы с других сайтов даже предлагали мне контракт (честно говоря, сам не понимаю, с чего бы им так носиться с новичком), на что я ответил: за деньги радость не купишь, а фанфики пишут для души. Мнения читателей мы иногда учитываем, поскольку именно интерес аудитории подпитывает вдохновение. Но реплики в стиле читать не буду — просто оставляю без внимания. И напоследок: если уж оставляете подобные комментарии, извольте авторизоваться. Во-первых, это проявление элементарного уважения, а во-вторых, мне хоть просмотр лишний добавится. Спасибо.

Комментарии

Загрузка...