Когда дядя Ян немного пришел в себя, мы втроем – я, Железный Лоб и мастер Чжан – снова проводили его во двор.
Там уже соорудили временный погребальный алтарь. На четырех поставленных на ребро лавках покоился ярко-красный гроб, висящий в полуметре от земли.
Крупный иероглиф «Шоу», нарисованный на боковой стенке гроба, болезненно резал глаза в сгущающихся сумерках.
Вэй Дунтин, заложив руки за спину и помрачнев пуще тучи, руководил приготовлениями к заколачиванию крышки.
─ Куда спешите? ─ крикнул я издалека, приближаясь со стариком и остальными.
─ Это вы опять? ─ Вэй Дунтин повернулся и окинул нас холодным взглядом. ─ Чего вам надо?
─ Родной отец ещё слова не сказал, а вы уже гроб заколачиваете? ─ парировал я.
Вэй Дунтин презрительно фыркнул: ─ Я терплю тебя только из уважения к нашему ремеслу, но не испытывай моё терпение!
─ С чего бы это терпение испытывать? Похоже, порог твоего терпения расположен ниже некуда, ─ усмехнулся я и, не дожидаясь ответа, окликнул мужиков с гвоздями наперевес: ─ Отставить! Вы что, глухие? Прекратите немедленно!
Те смущенно замялись и перевели растерянные взгляды на Лю Хао.
─ Ты опять за своё? ─ поморщился Лю Хао.
Я пропустил его слова мимо ушей и кивнул дяде Яну: ─ Подойдите, дядя.
─ Хорошо. ─ Стоило старику приблизиться к гробу, как по щекам снова покатились слёзы. Захлебываясь рыданиями, он протянул дрожащие руки и стал отводить в стороны спутанные пряди волос на лице мертвицы.
Мало кто рискнул бы даже приблизиться к столь жуткому трупу, не говоря уже о том, чтобы касаться его руками. Но для любящего отца не существовало преград – каким бы жутким ни стало тело его ребенка, оно оставалось частью его сердца.
Долго всматриваясь в застывшие черты, дядя Ян сдержал рыдания, опустился на колени и принялся закатывать левую штанину покойницы. Добравшись до колена, он пригляделся – и вдруг исступленно заголосил.
Мы с мастером Чжаном и Железным Лбом бросились к нему. Дядя Ян вцепился в меня мертвой хваткой и закричал сквозь слезы: ─ Она… это она! Шрам на ноге… остался ещё когда ей исполнилось шесть… случайно обожглась… совпало, всё совпало!..
Я тоже заглянул под задраную штанину – да, как и говорил старик, на колене действительно виднелся застарелый рубец.
Лица мастера Чжана и Железного Лба помрачнели от горя, а Железный Лоб со злости саданул себя кулаком по бедру.
─ Дядя, зажгите три палочки благовоний, ─ я присел рядом, утешая старика, и протянул ему ароматические палочки.
Сдерживая боль, старик машинально принял их.
─ Погодите-ка, эти палочки… ─ мастер Чжан удивленно приоткрыл рот и вопросительно глянул на меня.
Я попросил у него огонек для старика.
─ Без проблем, ─ мастер Чжан кивнул и полез в карман за зажигалкой.
Поддерживаемый Железным Лбом, дядя Ян с благовониями в руках подошел вплотную к гробу.
Чиркнув зажигалкой, мастер Чжан поднес пламя к фитилям.
Эти три благовонные палочки разительно отличались от тех, что продаются повсюду. При ближайшем рассмотрении становилось ясно, что они скручены из обычной жёлтой бумаги.
Собственно, так оно и было – я сам скрутил их из бумаги.
─ Дядя, держите палочки обеими руками, опуститесь на колени перед гробом и побейте три поклона, ─ тихонько проинструктировал я.
Мастер Чжан и Железный Лоб уставились на меня во все глаза.
─ Опять за старое? Какую дурь на этот раз затеваешь? ─ не выдержал Вэй Дунтин.
Однако дядя Ян, пребывая в полном полумраке рассудка, не стал спорить: он безвольно рухнул на колени перед гробом.
В этот миг во дворе внезапно взметнулся резкий вихрь, а зажатые в его руках бумажные палочки начали сгорать с невероятной, неестественной скоростью.
Едва он коснулся лбом земли в третий раз, как благовония догорели дотла, опалив ему пальцы.
Но старик, казалось, даже не почувствовал боли – он так и замер на коленях с остекленевшим взором.
Я поднял его на ноги и шепнул: ─ Пойдемте, дядя, вернемся в комнату.
Мастер Чжан и Железный Лоб поспешили нам на помощь, подхватив старика под руки.
Отойдя на безопасное расстояние, я обернулся и крикнул: ─ Гроб не сметь заколачивать! Если заколотите – с меня спросите!
─ Заколачивать! ─ незамедлительно приказал ледяным тоном Вэй Дунтин.
Мы без остановок добрались до нашей комнаты.
─ Похоже, в том гробу вовсе не Сююй, ─ заявил я с порога.
Дядя Ян, едва державшийся на ногах от потрясений, услышав это, широко распахнул глаза и бросился ко мне: ─ Что… что вы сказали?
Я плеснул в чашку воды и протянул ему: ─ Скажите, разве не странно выглядело то, что отец кланялся дочери?
─ Да-да! Я сам чуть рассудком не тронулся от удивления! ─ закивал Железный Лоб.
В глазах мастера Чжана мелькнула догадка: ─ Постой-ка… неужто в этом кроется какой-то тайный смысл?
─ Всё дело в тех трёх палочках. Если бы отцу пришлось кланяться собственному ребенку, они непременно переломились бы пополам, ─ объяснил я.
─ Но они не сломались, а догорели до конца! Выходит, женщина в гробу – вовсе не Сююй?! ─ мгновенно сообразил мастер Чжан.
─ Именно так, ─ подтвердил я.
Скрученные из желтой бумаги благовония лишь с виду казались простыми, но на деле относились к чистейшей тайной технике нашей школы Врата Духа.
Мост Соединения с Инь.
Суть этой техники заключалась в использовании бумажных благовоний в качестве медиума для объединения миров живых и мертвых.
Будь в гробу обычное тело, этот фокус не сработал бы. Но покойница излучала столь мощную, пропитанную обидой и злобой Инь-энергию, что идеально соответствовала всем условиям обряда.
Я намеренно заставил дядю Яна преклонить колени с палочками в руках, чтобы проверить, связывали ли его с мертвицей узы истинной кровной связи.
Если бы Мост не сработал, палочки остались бы прежними. Однако налетевший вихрь и стремительно сгоревшие благовония доказали: обряд удался на славу, но отцовской крови в покойнице не было и в помине.
Конечно, метод не давал абсолютной гарантии, но точность его приближалась к ста процентам.
─ Братец, напряги память, ты точно ничего подозрительного не заметил? ─ мастер Чжан толкнул дядю Яна в плечо. ─ В нынешние времена не то что лицо – шрамы подделать пара пустяков!
─ Точно, как же мы сразу не подумали! ─ хлопнул себя по лбу Железный Лоб.
Дядя Ян перепугался и обрадовался одновременно: ─ Дайте подумать… дайте вспомнить… Точно! Когда я разглядывал ноги моей девочки… то есть той девицы в гробу, мне показалось, пальцы на ногах какие-то не такие. Я же сам её мыл, когда она была маленькой, я бы непременно узнал…
─ Вы уверены, дядя? ─ встрепенулся мастер Чжан.
─ Я… я просто увидел шрам, обрадовался, что он сошелся, и решил, что это моя Сююй, вот и не стал присматриваться… Но теперь и правда кажется, что что-то не так, ─ с дрожью в голосе проговорил старик.
─ Плохо дело! Мы пока шли сюда, этот хмырь Вэй уже наверняка гроб запечатал! ─ спохватился Железный Лоб. ─ Может, сходим вскроем его да осмотрим всё как следует?
Дядя Ян и мастер Чжан уставились на меня, ожидая решения.
─ С этим повременим. Скажите-ка, ваши медные монеты при вас? ─ внезапно сменил я тему.
Все опешили, но дружно кивнули.
Из четырех заготовленных палочек у меня осталась последняя. Я воткнул её в стол и чиркнул спичкой.
─ Собирайтесь. Как только палочка догорит до половины, бегите со всех ног на восток, перелезайте через стену и убирайтесь отсюда подальше. И не оглядывайтесь.

Комментарии

Загрузка...