— Ранта! Один у тебя на пути!
Предупреждение от Харухиро.
— Знаю! Не нужно говорить мне!
Немедленный ответ Ранты.
Могзо и Манато находились впереди, в то время как Юме и Шихору сражались издали. Один из трех гоблинов, с которым сражались Манато и Могзо, проскочил мимо них и направился к Юме и Шихору. Ранта был ближе всего к нему; он и Харухиро поддерживали переднюю линию, оставаясь позади и атакуя врагов со спины и по бокам. Они находились здесь для защиты двоих сзади. Ранта пошел на перехват.
Даже если Ранта иногда нарушал построение, убегал и действовал по-своему, их командная работа улучшилась по прошествии 13 дней, с тех пор, как они впервые пришли в Дамроу и начали охотиться на гоблинов. И сегодня он действовал в ногу с остальными.
Ранта испустил боевой клич «[Anger Thrust*]!» и атаковал.
Или нет. Ранта атаковал своим длинным мечом гоблина с помощью недавно изученного навыка, но гоблин был вне зоны атаки. Разумеется он промахнулся.
— Я промахнулся?! Это невозможно для обычного гоблина! — заявил Ранта.
— Конечно это обычный гоблин! — перебил его Харухиро, переглянувшись с Манато.
Манато и Могзо наверняка могли справиться с двумя врагами, поэтому Харухиро, маневрируя, рванул вперед и подкрался к гоблину, атакующего Ранту своим ржавым мечом.
— Черт! — выругался Ранта, наблюдая, как Харухиро отразил атаки гоблина.
Хватит смотреть на меня! подумал Харухиро, пытаясь сконцентрироваться на цели.
Не только Ранта изучил новые техники. Все вернулись в свои гильдии и пришли с новым навыком. Однако они были все на том же уровне, на котором они только теоретически понимали, как использовать навык; ни у кого из них пока не было уверенности на практике использовать новые техники в бою. Но если не пытаться активно использовать навыки в бою, то они никогда не достигнут практического уровня мастерства.
Так как он заплатил гильдии приличную сумму, чтобы научиться новой технике, Харухиро был полон решимости использовать ее.
Проще сказать, чем сделать. Гоблин как-то подозревал его и часто оборачивался назад, неуклюже размахивая мечом на Харухиро, в попытках предотвратить любые скрытые атаки. Ему трудно было найти любое окно для атаки. Если бы Ранта мог привлечь внимание гоблина... но не стоит слишком много ожидать от такого парня, как он. Ранта не был тем, кто бросался на врага с головой, и Харухиро тоже.
Они оба боялись столкнуться с врагом напрямую, предпочитая атаки со спины или хотя бы сбоку. И поэтому, что Харухиро, что Ранта, кружились вокруг гоблина, пытаясь зайти ему за спину. Гоблин, конечно же, не хотел врага за спиной, поэтому тоже кружился. Вскоре никто не имел ни малейшего представления, что происходит.
— Кто-нибудь, сделайте хоть что-то! — Юме достала кукри и прыгнула на гоблина.
Гоблин, которого застали врасплох, на секунду остановился. И Юме резко ударила его крест-накрест с помощью кукри.
— [Перекрестный разрез*]!
Гоблин вскрикнул и быстро отступил, держась за порез от плеча до груди. Теперь он повернулся спиной к Харухиро.
Сейчас! И пока он думал, его тело начало двигаться. В одно мгновение он сократил расстояние до гоблина и вонзил кинжал ему в спину; [Backstab*]. На гоблине была только мягкая кожаная броня, поэтому кинжал Харухиро легко вошел в него на 4 дюйма. Кряхтя от усилия, он вытащил кинжал обратно и отступил, пока гоблин вертелся.
Гоблин кашлял кровью и выглядел так, будто готовится к чему то. Затем он внезапно упал, задергавшись. Он все еще был жив, но уже готов. Если нет, то он бы продолжил сражаться.
— А? — Харухиро взглянул на лежавшего гоблина. Тот взглянул на него. — Я... попал в нужную точку? Или нет?
— Должен убить его! — Ранта прыгнул к гоблину и рубанул ему мечом по горлу. — ДАААА! Я получил Вайс!
Юме свела брови.
— Юме каждый раз думает, что Рыцари Страха действительно дикари.
— Я не дикий! Я великодушно жестокий! Мы, Рыцари Страха, делаем подношения Богу Скалхейлу. ‘Бесчеловечные мы, бессердечные мы; мы рыцари бескровные, бесслезные, враги наши умрут от клинков’.
— Оом рел ект — зачитала заклинание Шихору, рисуя посохом символ элементаля. — Вел дас!
Маги использую силу магических существ, называемых элементалями. Шихору призвала прямо перед собой что-то похожее на вьющиеся черные нити водорослей — теневого элементаля. Это заклинание, [Shadow Echo*], полетело вперед со своеобразным звуком ‘вшух!’.
Шихору могла выбрать для изучения Алев, магию огня, Канон, магию льда, и даже Пфатлз, магию света. Но вместо этого, она выбрала Дас, магию тени. У Харухиро было ощущение, что возможно, так проявлялась личность Шихору.
Теневой элементаль ударил в затылок гоблина, с которым сражался Манато. Однако, удар оказал эффект не только на голову; все тело гоблина начало дрожать.
— Гах! Гах! — закричал гоблин странным голосом.
[Shadow Echo] не было магией, которая сжигает, замораживает или бьет током. Она повреждала за счет высокочастотных волн. Как и ожидалось от Манато, он выполнил удар своим коротким посохом, затем пинком свалил гоблина на землю.
— [Удар ненависти]!
Ранта злобно напал на упавшего гоблина.
Атака кого-то, кто уже упал, была «особой» способностью Ранты. Здравый смысл подсказывал, что не обязательно использовать их атакующие техники на уже ослабленных или почти приконченных врагах, но этот факт ускользал от него. Длинный меч Ранты рассек воздух и... не прикончил гоблина. Удар отразился, попав по твердой части головы гоблина. Ранта немедленно разозлился.
— УБЛЮДОК!! Кем ты себя возомнил! Получи! Получи! Получи! — кричал Ранта, ударяя снова и снова.
Пока Ранта донимал умирающего гоблина, Могзо все еще сражался с последним оставшимся. Они должны были прикончить его. Но не похоже, что требовалась помощь Харухиро. Гоблин атаковал с диким ревом, замахнувшись на Могзо ржавым мечом. Могзо идеально перехватил эту атаку своим полуторным мечом, заблокировав лезвием, и остановив движение гоблина.
Тут у Могзо преимущество. У него хороший запас сил, и он использовал изученную технику. С ворчанием, Могзо выбил меч гоблина с помощью кругового движения, затем порезал кончиком своего меча лицо гоблина; [Spiral Slash*]. У Могзо не было скорости, но он был очень ловким. Гоблин поморщился и отступил назад.
Харухиро ободряюще крикнул:
— Вперед, Могзо!
И Могзо пошел.
Он шагнул вперед, затем махнул по диагонали со всей силой, крича «СПАСИБО!!».
Техника Могзо [Rage Cleave]* — основа основ обучения Воинов сразу после их вступления в гильдию Воинов. Она казалась легкой для освоения, если просто наблюдать и повторять движения, но этим навыком не так-то просто попасть. Причина, по которой Могзо кричал ‘спасибо’, используя [Rage Cleave] заключалась в том, что оно было сокращением от фразы “спасибо, что позволил тебя убить” используемой среди Воинов.
Но за таким, казалось бы, безобидным словом таилась грозная сила. Полуторный меч Могзо разрезал гоблина от плеча до центра груди. Он крутанулся и поднял гоблина в воздух с помощью огромного меча, все еще находившегося в груди гоблина. Затем, с огромными усилиями, Могзо достал меч, откинув гоблина.
Ранта побежал за гоблином, громко крича от триумфа, затем начал резать гоблина своим длинным мечом. Юме не показалось: Ранта действительно был диким. То, что он делал, было абсолютно варварским. И когда он закончил рубить тело гоблина, он использовал нож, чтобы отрезать одно из заостренных ушей.
— Три Вайса за раз! — он засмеялся от ликования. — В целом выходит 11, плюс усиление моих демонических сил! Если он почувствует это, то он будет шептать что-нибудь на ухо врагам, чтобы отвлечь их! Круто!
— Что ты подразумеваешь под ‘Если он почувствует это’? — вздохнул Харухиро. — Значит демон Рыцаря Страха в самом деле бесполезен.
— Эй! Я слышал, Харухиро! — быстро ответил Ранта. — Открыто не оскорбляй моего Зодиака! Иначе я прикажу ему наложить на тебя проклятие!
По-видимому, Ранта дал своему демону имя ‘Зодиак’. Было ли это настоящим именем? Может кличкой животного? Харухиро этого не знал, но это не имело значения. Это не меняло того факта, что демон был бесполезным.
— Я все же прав. Ты даже не можешь призвать его днем, — сказал Харухиро.
— Идиот! После того, как я собрал 11 Вайсов, он поднимет уровень! Теперь я смогу призвать его на рассвете или закате!
— Мы возвращаемся в Алтану на закате и никто не просыпается на рассвете.
— Именно. Но, — присоединилась Юме; ее щеки надулись от раздражения, но ее глаза сверкали. Сложно понять это выражение лица. — Даже если хозяин полностью безмозглый, питомец может оказаться милым.
— Я не его хозяин! Демоны не питомцы! Скорее Зодиак владеет мной. В конце концов, он демон!
— Так это значит, что... — сказала Шихору, тихо посмеиваясь и избегая взгляд Ранты, — Перед тем как ты сможешь использовать проклятие на Харухиро, ты проклянешь себя.
— Да, думаю это так. Стой, ЧТО?! Серьезно?! Зодиак, это правда? Ответь мне, Зодиак! О, сейчас все еще день, так что он не слышит меня...
— Хорошая работа, ребята, — сказал Манато, глядя на всех с улыбкой. — Никто не ранен? Вроде бы нет, но я вылечу любого. Если все в порядке, то поглядим в мешочки гоблинов.
— Я! Я я я! Я сделаю это! Позвольте мне! — мгновенно вызвался Ранта.
Внутри 3 гоблинских мешочков оказалось 7 серебряников, 2 камня, похоже, драгоценных, 3 клыка и кости (о которых никто не мог сказать, ценные они или нет), несколько кусков мусора, которые определенно ничего не стоили. В зависимости от того, за сколько будут проданы камни, они заработали примерно 10 серебряников, или, в худшем случае, 8 серебряников.
Они покинули Алтану в 7 утра, прибыли в Дамроу около 8, а сейчас был уже полдень. Они закопали трупы гоблинов в неглубокие могилы, затем сели перекусить в районе неподалеку. У каждого был упакованный обед, состоящий из хлеба, сушеного мяса и т. п., который они принесли собой в сумках и рюкзаках. Это было приятное время для всех.
— Надо сказать спасибо, — Юме отрезала несколько тонких полосок сушеного мяса и положила их на землю. Закрыв глаза и сложив руки вместе, она начала молиться. — Спасибо, Элдритч. Вот подношение за то, что продолжаешь защищать нас.
— Молитва и подношение, — спросил Харухиро, кусая хлеб, — перед каждым приемом пищи — это какое-то требование в гильдии Охотников?
Он купил хлеб в Булочной Таттана, снаружи Нишимачи. Хлеб был тверд как камень, но дешевый и вкусный.
— Да, — Юме открыла глаза и посмотрела в сторону Харухиро. — Белая Богиня Элдритч — гигантский волк. Она враждует с Черным Богом Ригелом, тоже гигантским волком. Только благодаря защите Эдритч мы можем ежедневно охотиться и возвращаться целыми.
— Другими словами, Охотники поклоняются ей, так? — Сказал Харухиро. — Богине Элдритч. Все ли хорошо, если молиться так неформально и подносить так мало?
— Все в порядке, — засмеялась Юме. — Элдритч очень великодушна. Не думаю, что она разозлится на что-то подобное... Не то чтобы тут было что-то, за что можно разозлиться.
— Я думаю... — Шихору держала в руках бублик или другой пончикоподобный деликатес. — Богиня Элдритч понимает чувства Юме. Или, хотя бы, я надеюсь на это...
Манато сделал глоток из кожаной фляжки и кивнул в согласии.
— Уверен, слова очень важны, но гораздо важнее чувства за этими словами. Когда мы, Жрецы, используем магию света, заклинание не сработает, если произнесено неправильно, но это совсем не тоже самое, что молитва Юме к Элдритч.
— Юме вкладывает все свои чувства, — произнесла Юме, широко раскинув руки. — Когда Юме спит по ночам, Элдритч приходит к ней во сне. Юме просит покататься на Элдритч, и та соглашается. Юме забирается ей на спину, и Элдритч начинает быстро бежать! Это невероятно!
— Итак, — нахмурившись сказал Ранта, шумно жуя полоску вяленого мяса. — В чем тут изюминка? Я полностью послушал эту глупую историю, ожидая услышать изюминку. Так где она? Если ты не приготовила хорошую изюминку, то обещаю, что ударю тебя!
— Изюминка? — моргнула Юме, наклонив набок голову. — Тут нет изюминки.
— Что?! — Ранта драматично свалился. — Дура! Какой толк в такой длинной истории без изюминки?! Что ты будешь делать, когда я утону в водовороте разбитых ожиданий?
— Разве это плохо? — очень тихо произнесла Шихору. — Если ты просто утонешь и умрешь.
— Эй! — Ранта указал на нее пальцем. — Эй! Эй! Я тебя слышал! Я слышал, что ты сказала, Шихору! Ты хочешь, чтобы я умер!
— Я говорила в целом. Что плохого в том, если ты умрешь утонув?
— Если ты согласна с такой смертью, это не значит, что ты сказала это вежливо! Ты ужасна! Ужаснейший человек! Ужасно гнилая злодейка в истории!
— Просто игнорируй его, Шихору, — сказала Юме, обняв Шихору и ласково погладив ее по голове. — Не стоит слушать что-либо от самой низшей формы жизни. Шихору не сделала чего-то неправильного. Плохой тут только это низшее существо. Он настолько низок, что даже не может называться человеком.
— Я человек!
— Кудрявый человек? — сказал Харухиро, и Ранта согласился с ним.
— Да, кудрявый...
Затем уставился на Харухиро, когда до него дошло.
— Кудрявые волосы тут не причем! — сказал Ранта, запустив руки в волосы. — На самом деле, кудрявые люди — хорошие люди! Люди без кудрей — вообще не люди, так что вот!
— В таком случае, — Могзо проглотил кусок хлеба, размером с кулак. — Хорошо, что я не человек.
— Юме тоже, — сказала Юме.
— ...Я тоже, — добавила Шихору.
— Тоже, — согласился Харухиро.
— Подождите, — сказал Манато. Его выражения лица было почти торжественным. — Давайте подумаем об этом логически. Разве проблема в кудрявых волосах? Я так не думаю. Нет абсолютно ничего плохого в самих кудрявых волосах. На самом деле, кудрявые волосы тут могут быть даже жертвой...
— Да? — Ранта потянул волосы. — Жертвой? Мои волосы? Это значит, что я преступник?! И это из-за меня кудрявые волосы становятся плохими!?
— Ранта, я просто шучу.
— Черт возьми, Манато! Ты всегда улыбаешься, поэтому я не знаю, когда ты шутишь, а когда серьезен! Ты замаскированный чернобрюхий предатель!
— О-о-он не такой! — Внезапно поднялась Шихору. Ее лицо было ярко-красным. Она выглядела настолько смущенной, что казалось, сейчас из ее головы пойдет пар. — Манато не чернобрюхий и не предатель! Немедленно возьми свои слова назад!
Ранта вздрогнул.
— Э-эй, у меня своя точка зрения, не так ли? Если ты думаешь, что я должен забрать слова, то у меня есть право высказывать свое мнение.
— Возьми свои слова назад! — потребовала Шихору.
— Хорошо, хорошо! Я понял. Я беру свои слова назад. Манато не чернобрюхий. Его живот белый. Я вижу его в бане каждый день, поэтому я точно знаю, что он белый. Серьезно. Белый. Для парня. Даже для девушки, он очень белый.
— Белый... — Шихору немного качнулась взад и вперед. — Живот...Манато... баня...
— Белее чем у девушки, да? — Манато поднял мантию жреца и затем рубашку под ней. — Мне так не кажется. Харухиро, мой живот действительно белый?
— Эмм, ну... — Харухиро перевел взгляд с Шихору на Манато, затем на Шихору, затем снова на Манато.
В самом деле, его живот был белым, но кожа Шихору была светлее. Но не в этом суть. Харухиро уже что-то подозревал, но теперь он знал наверняка. Шихору влюблена в Манато. Манато делает вид, что не замечает? Если так, тогда Харухиро жаль ее; однако, у него было ощущения, что это не его дело.
— Раз ты это упомянул, полагаю, что он очень белый. Да, белый. И твоя кожа тоже очень гладкая. — Сказал Харухиро.
— Гладкая...кожа... — казалось, она в любой момент может упасть. — Кожа...гладкая...
— Шихору... ты в порядке? — Юме двинулась поддержать неустойчивую Шихору. — Очень плохо фантазировать слишком много за раз. Лучше фантазировать понемножку. Шихору? Шихору?
Шихору тяжело вздохнула и облокотилась на Юме в полном оцепенении.
Упс, подумал Харухиро. Похоже я перестарался... Но в этот момент, он внезапно заметил, как интересна, точнее сказать, мила, была Шихору.
Ранта с отвращением усмехнулся и отвернулся. Он начал есть свой обед, создавая атмосферу незаинтересованности. Возможно ли, что Ранте нравится Шихору? И кажется, Ранту расстраивает то, что ей нравится Манато?
Если так, то Ранте нужно много чего переосмыслить. Он до сих пор не сделал ничего, что помогло бы понравиться девушке. На самом деле, все, что он делал, скорее, заставляло девушек его ненавидеть.
— Мы действительно стали хорошей командой, — прошептал Манато.
— О? — ответил Харухиро.
— Мы можем одолеть без проблем трех гоблинов одновременно, при этом никто из нас не пострадает. Это означает, что мы можем с легкостью победить их. Юме лучше владеет кукри, чем луком; на самом деле, она довольно неплоха в этом. Если мы будем тщательнее планировать, то, вероятно, сможем одолеть четырех гоблинов одновременно».
— Понятно... — Харухиро подумал над этим на мгновение.
Могзо и Манато могут взять на себя по одному, в то время как он, Ранта и Юме будут сдерживать двух других. Шихору может мгновенно вырубить одного своим навыком [Shadow Echo], и если они смогут быстро закончить, то он чувствовал, что точно смогут одолеть четверых.
— Да, мы, наверно, сможем одолеть четверых, — согласился Харухиро.
— Могзо стал незаменимым для нас. Он настолько большой, что его присутствие в бою запугивает врагов. Кроме того, он бьет мечом довольно точно, поэтому, когда он взмахивает мечом, то, как правило, попадает».
— Я тоже так думаю, — сказал Харухиро. — У Могзо очень искусные навыки владения меча.
Могзо проглотил еще один кусок хлеба.
— П-правда? Я не знал об этом, но мне действительно нравится работа, в которой требуется точность.
— Это тебе не подходит! — без всякой причины, сердито крикнул Ранта, заставив Могзо вздрогнуть. — По крайней мере, я так думаю.
Харухиро мягко взглянул на Ранте.
— Это хорошо. Могзо полезен, в отличие от кое-кого.
— О? — быстро ответил Ранта. — Ты говоришь обо мне? Ты ведь знаешь мое прозвище ‘Меткая вихрь-машина’, не так ли?
Юме, которая ободряюще похлопывала Шихору по спине, холодно взглянула на Ранту.
— Юме уверена, что Ранту так никто не называл, даже ни разу.
— Ранта удивителен, — торжественное выражение лица Манато указывало на то, что он не шутит. — Он всегда в наступлении, атакует всех. Он не боится неудачи, поэтому он, наверно, быстрее чем кто-либо осваивает навыки. Все мы, в том числе я, избегаем риска. Если бы не Ранта, мы бы никогда не продвинулись так.
— Это так? — лицо Ранты выглядело неопределенным. — В таком случае, мое прозвище ‘Циклон-машина продвижения’?
— Что случилось с ‘Меткой вихрь-машиной’? — отметил Харухиро, сыграв в цуккоми.
— И Шихору... — Манато сделал паузу. Харухиро предположил, что он тщательно подбирает слова о Шихору. — Шихору хорошо понимает картину в целом. Большинство заклинаний Даса запутывают или останавливают врагов, поддерживают команду в бою. Она выбрала для изучения теневую магию, поэтому она может помочь нам в решающий момент. Так, Шихору?
Шихору выглядела завороженной на мгновение, затем тихо, но решительно кивнула. Харухиро думал, что это был подходящий выбор для Шихору, а специализацию Дас гораздо легче понять, чем огненную, ледяную или электрическую магию. Может быть, это не совсем устраивало ее, но Шихору не просто так взяла и выбрала что хотела. На самом деле перед выбором она действительно очень много думала о пользе для команды.
Какой же я идиот, подумал Харухиро. Я совсем не знаю ее.
Манато переместил свой взгляд на Юме.
— Юме храбрая. Она, наверно, мужественнее, чем кто-либо из нас. Как целитель, иногда я думаю, что ей нужно быть осторожнее, но если что-то случится, Юме не раздумывая придет на помощь.
— Юме, не раздумывая? — Юме указала на себя. Ее выражение лица смягчилось. — Юме действительно не чувствует страх в боях, но Юме никогда раньше не называли храброй. Может ты прав. Простите, что плоха в обращении с луком, несмотря на то, что Юме Охотник.
— У каждого есть то, в чем они слабы и что у них плохо получается, — сказал Манато скорее самому себе, чем кому-то другому. — Настанет время, когда одна из таких вещей станет фатальной ошибкой для такого человека, но мы команда. Мы прикрываем слабости друг друга.
— Правда, — Юме кивнула несколько раз. — Совершенно верно. С этого момента Юме постарается изо всех си-сил, чтобы не тянуть команду вниз.
Ранта усмехнулся:
— Ты имела в виду ‘сил’. Не ‘сисил’, так ведь? ‘Сисилы’, звучит как особый тип груди.
Юме скрестила руки на груди:
— Юме задается вопросом, что такое сисилы. Наверно, они совершенно отличаются от маленькой груди Юме.
Это была слишком хорошая возможность, чтобы не вмешиваться, поэтому Харухиро сказал:
— Может быть это подтип.
Юме посмотрела на Харухиро. Ее лицо выглядело совершенно серьезным.
— Хару, ты действительно так думаешь?
— Эмм...наверно. Кто знает?
— Что за подтип? Сисилы. Звучит мило.
— С-си... — начал говорить Могзо. Внимание всех внезапно переключилось на него. Внезапно пот появился у него на лбу, и он вытер его рукой. — Ох... Не берите в голову. Правда, забудьте.
— Теперь мне любопытно, — сказала Шихору. Ее глаза не отрывались Могзо.
Могзо перевел взгляд на землю и спустя некоторое время произнес:
— П-простите.
С его извинениями больше никто не преследовал эту тему, но... что, черт возьми, он хотел сказать? Не только Шихору было любопытно...
Болтовня продлилась еще немного, пока они не закончили обедать. Затем началась дневная порция поисков гоблинов. Только после того, как они начали, Харухиро кое-что понял. Манато похвалил всех остальных, но не сказал ни слова о Харухиро. Может быть, Манато просто забыл о нем. Или может быть, его не за что было хвалить.
Манато был невысокого мнения о нем? Несмотря на то, что они часто разговаривали, Манато не видел в этом ничего больше, кроме как простое общение? Это его очень расстроило. Но он не мог просто подойти сейчас к Манато и сказать ‘Эй, что насчет меня?’. Охота за комплиментами была просто очень жалкой.
Забудь об этом, сказал он про себя.
Манато либо просто забыл, либо направление разговора изменилось, прежде чем Манато дошел до него. Это могла быть одна из двух причин, решил Харухиро. Он почувствовал себя немного, совсем чуть-чуть, лучше.
Сконцентрироваться. Ему нужно сконцентрироваться на текущей задаче.
Харухиро поднял руку, просигналив команду.
— Что-то есть...
Сначала нужно было провести разведку, поэтому все быстро спрятались в укрытие, в то время как Харухиро, как обычно, пошел в одиночку. В редких случаях Ранта шел с ним, но, если честно, проще было идти одному, так как единственный, о ком ему следует беспокоиться, это он сам.
Конечно, он изо всех сил старался не шуметь при ходьбе, но когда у него будет достаточно денег, то он хотел бы изучить навык Воров [Stealth Walk]. Наверняка есть несколько трюков, чтобы тихо передвигаться, и он хотел их изучить. Он хотел, что учитель Барбара обучила его.
Гоблины были внутри разрушенного двухэтажного каменного здания. Балкона на втором этаже уже почти не существовало, а часть стен на первом этаже была разрушена. На втором этаже находился гоблин в пластинчатом доспехе с мечом, привязанным к спине. Второй гоблин сидел на полу первого этажа. Он был очень большим для гоблина.
Обычные гоблины были ростом с человеческого ребенка и, чаще всего, достигают примерно 125 см. Любой гоблин который достиг 140 см считался гигантом для данного вида. Гоблин, сидевший на первом этаже, был, каким-то другим. Сложно сказать с такого расстояния, но, похоже, он был раза в два больше гоблина на втором этаже.
Впервые Харухиро увидел такого гоблина. И он не мог увидеть, какое у него оружие, хотя он был одет в кольчужный доспех. Харухиро продолжил разведывать район вокруг здания, но больше не обнаружил гоблинов. Таким образом, были только гоблин в пластинчатом доспехе и великан. Харухиро вернулся к остальным.
— Плохие новости, — сообщил он. — Там только два гоблина, но один из них огромный. Ростом почти с нас.
Манато слегка выпучил глаза.
— Хобгоблин. Разновидность гоблинов, но больше и сильнее, чем обычный гоблин. Они дикие, но не очень умные. Гоблины иногда используют их как слуг.
Ранта облизнул губы.
— Если у него есть слуга, то он должно быть богат. Он, безусловно, должен носить кучу ценностей.
Харухиро почесал подбородок кончиком пальца.
— Может ты прав. У него пластинчатый доспех и хобгоблин в кольчужном доспехе со шлемом. Шлем для нас слишком большой.
Могзо громко вздохнул. Для Воинов, которые сражаются лицом к лицу с врагами, защитная экипировка очень важна. Однако, доспехи дорого стоят. О покупке новой экипировки даже не может быть и речи, поэтому был только вариант купить подержанный доспех нужного размера, который был очень редким, либо пойти к кузнецу, чтобы подогнать размер брони. Поэтому все, включая Могзо, использовали подержанную экипировку своих гильдий.
— Два гоблина, — Манато опустил взгляд вниз, глубоко задумавшись.
Глаза Юме смотрели немног оввысь, и она сказала:
— Если только двое, то Юме думает, что мы можем справиться с ними.
— Если я смогу попасть в одного моей магией, — сказала Шихору, сменив хватку на посохе. — Это будет проще простого.
— Юме тоже попробует атаковать их из своего лука. Если Юме промахнется, это все равно привлечет внимание гоблинов, поэтому Юме думает, что мы справимся.
Манато взглянул на товарищей по команде. Может это потому, что они ранее получили от него похвалу, но у боевой дух у всех был на высоте, и они рвались в бой. Напряжение в воздухе была плотнее чем обычно. Сам Харухиро особо не разделял это чувство, но он не хотел вводить кого-либо в уныние.
— Мы собираемся пойти на это? — спросил он у Манато, и тот кивнул.
— Сделаем это.
План боя быстро придумали. Харухиро, Юме и Шихору пойдут первыми, атакуют с дистанции. После того, как враг поймет, что его атакуют, Могзо и Манато займут позиции впереди. Пока Могзо будет разбираться с хобгоблином, Манато нападет на гоблина в пластинчатом доспехе. Харухиро, Ранта и Юме будут атаковать по бокам, в то время как Шихору поддержит их магией издалека.
Вся команда встала в круг, повернувшись лицом к лицу, и выставила руки в центр.
— В бой! — тихо сказал Манато, которому остальные хором ответили: «Все или ничего!» такими же тихими голосами.
Они начали этот небольшой предбоевой ритуал совсем недавно, но внутренне, Харухиро всегда находил его немного странным.
— Почему слова ’В бой! Все или ничего!’ ? — вслух подумал он.
Шихору наклонила голову набок.
— Не знаю... Но по каким-то причинам это звучит знакомо.
— У Юме такие же ощущения, — произнесла Юме. — Но Юме не знает почему. Странно.
Харухиро повел Юме и Шихору к двухэтажному зданию. Манато, Могзо и Ранта шли за ними на расстоянии примерно в 7-8 метров. Лук Юме имел высокую дальность атаки, но магия Шихору — примерно 10 метров. Смогут ли они подойти к гоблинам на 10 метров и остаться незамеченными?
Будет непросто, и может даже невозможно, учитывая, что у здания нет стены. Между стеной и самим зданием было примерно 15 метров открытого пространства. Как только они пересекут стену, гоблины наверняка заметят их.
Харухиро приблизился к Шихору. Слабый запах чего-то сладкого попал в нос. Он прошептал ей на ухо:
— Шихору, ты пользуешься духами?
— ...Ах? Ты о чем? — сказала Шихору.
— Эмм, ни о чем. Прости. Немного далековато, но ты сможешь попасть в гоблина отсюда?
— Не уверена.... но попробую
Шихору прижала руку к груди и сделала глубокий вдох. Юме подняла свой лук, натянув стрелу. Гоблины не смотрели в их направлении. Юме и Шихору одновременно вышли из укрытия, и Шихору начертила символ стихии своим посохом.
— Оом рел ект вел дас!
Вьющийся, черный, шарообразный элементаль вылетел из кончика посоха со звуком вшух! В то же время Юме выпустила стрелу. Стрела пролетела над головой гоблина в пластинчатом доспехе, удивив его, в то время как теневой элементаль ударил хобгоблина в левую руку. Хобгоблин заворчал и все его тело задрожало.
Гоблин в латном доспехе повернулся и взглянул в их сторону.
— Они нас заметили! — прокричал Харухиро.
— Вперед! — скомандовал Манато.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...