— Черт, какие отвратительные жуки, не подноси их ближе! — я заерзал на месте, изо всех сил стараясь отползти подальше от двух зловонных, непрерывно извивающихся тварей.
— Именно эти жуки, — произнес Фан Цжэнь, запихивая насекомых в банку, доверху наполненную водой. — Мы с Сяо Энем вытащили вас и обнаружили по одной такой штуке у тебя и у Фан Юя на ногах. Я предполагаю, что именно из-за этой дряни ты и потерял сознание.
— Я видел таких, они точь-в-точь как те жуки в гробу.
Эта тварь определенно была непростой, и я подозревал, что если тот мертвец снова поднимется на ноги, это будет как-то связано с ней. Только вот жаль, что труп уже разлетелся на куски от взрыва.
— Что до тебя и Фан Юя, вы оба находились слишком близко к тому трупу и гробу, поэтому они и залезли на вас, — добавил он.
Я посмотрел на всё еще не пришедшего в себя Фан Юя, и у меня скребнуло на сердце. Подумать только, Фан Юй контактировал с этой мерзостью дольше всех, да к тому же та тварь выжила в трупном масле — впившись в человека, она точно ничего хорошего не сулит.
— Нам нужно срочно в больницу, Фан Юй до сих пор не очнулся, я боюсь, как бы не случилось беды! — выпалил я.
Внезапно я вспомнил, что машина осталась на каменоломне, к тому же до рассвета еще далеко, а пешком идти туда не меньше получаса.
— Конец, что же теперь делать? Нашей машины здесь нет, а среди ночи никто не ездит. Кстати, здесь есть связь, можно ли связаться со старшим дядей? — я посмотрел на Фан Эня и Фан Цжэня, чувствуя, что выражения их лиц выглядели как-то подозрительно.
Я торопливо протянул руку к лицу Фан Юя, чтобы проверить дыхание, и лишь почувствовав, как изо рта выходит и входит воздух, немного успокоился.
— Вы оба чуть до инфаркта меня не довели, судя по вашим лицам, я уж подумал, что Фан Юй умер. Быстро говорите, удастся ли связаться со старшим дядей?
Фан Энь взглянул на меня и произнес:
— Фан Сян, мы уже вышли на людей старшего дяди, они скоро должны прибыть, давай поговорим в машине.
Я перевел взгляд на Фан Цжэня и заметил, что его выражение лица было еще более сложным, чем у Фан Эня. Они наверняка что-то от меня скрывали, но что такого могло быть, чего мне знать нельзя? Или они не хотели, чтобы я знал?
У меня уже не оставалось сил размышлять об этом: события сегодняшнего дня вымотали мои нервы и тело до предела.
Вдобавок меня цапнула эта букашка; хоть я только что и мельком глянул — ранка оказалась неглубокой, — от одной мыслей о внешнем виде того жука меня выворачивало наизнанку.
Единственное, что оставалось делать сейчас, — это находиться рядом с Фан Юем, чтобы, если он вдруг перестанет дышать, кто-то оказался рядом.
Фан Энь зажигал зажигалкой костер, а Фан Цжэнь созванивался с подручными старшего дяди, прося их поторопиться.
Я повернул голову к тому дереву гинкго: в лунном свете казалось, что оно всё еще источает слабое сияние — зловещее и прекрасное.
Вскоре вдалеке мелькнули два луча света. Я взвалил Фан Юя на спину и направился навстречу фарам, а Фан Энь и Фан Цжэнь пошли позади нас, неся наши рюкзаки.
Автомобильные фары приближались, пока машина не остановилась прямо перед нами.
Двое людей выскочили из салона и помогли усадить Фан Юя внутрь. Мы с Фан Энем и Фан Цжэнем уселись на втором ряду, а Фан Юй лежал на третьем, пристегнутый ремнем безопасности.
В машине стояла тишина, нарушаемая лишь звуками дыхания.
— Что ты только что говорил насчет поговорить в машине? — внезапно нарушил молчание я.
— Да вообще-то тебе необязательно знать...
— Хватит, Фан Энь, давай я скажу: старший дядя умирает.
Закончив говорить, Фан Энь отвернулся и больше на меня не смотрел.
В голове у меня громко зазвенело, и на мгновение меня полностью оглушило. Человек, который еще недавно был полон сил и энергии, как вдруг мог начать умирать?
— Его отвезли в больницу? Что говорят врачи? В гробнице что-то случилось?
Сразу после этого я почувствовал, как в конечностях пропала сила, мозг лихорадочно пытался сообразить, а в голове образовалась звенящая пустота.
— Те люди ничего толком не объяснили, лишь велели нам чуть позже зайти в палату старшего дяди, у него есть что нам поручить.
Выслушав слова Фан Эня, я подумал про себя: раз он еще может говорить, значит, должно быть, проживет еще.
Атмосфера в салоне царила давящая, больше никто не произнес ни слова.
Спустя тридцать минут езды мы прибыли в уездную больницу. У входа нас уже ждала медсестра. Передав ей Фан Юя, мы втроем направились в палату старшего дяди.
Добравшись до двери, я мысленно приказал себе сохранять хладнокровие, каким бы ни предстал перед нами старший дядя, после чего одним решительным рывком толкнул ее вперед.
Внутри оказалось темно, света не было, и в полумраке смутно угадывалась сидящая на кровати фигура. Я неуверенно позвал:
— Старший дядя? Почему свет не зажгли?
С этими словами я нащупал у входа выключатель, и комната сразу же залилась ярким светом.
Глядя на фигуру на постели, я обнаружил, что старший дядя сидит абсолютно прямо, уставившись на нас.
— Черт, старший дядя, как это ты приподнялся? — воскликнул Фан Цжэнь и подбежал к кровати, оглядывая старшего дядю с ног до головы.
— Фан Сян, закрой дверь, — стоило старшему дяде заговорить, как я на мгновение опешил, а затем, оглядевшись по сторонам у входа, затворил створки.
Подойдя к постели, я и вовсе не мог разглядеть в старшем дяде человека, которому приходит конец.
— Сядьте все сначала. Как там Фан Юй? — глядя на нас, спросил старший дядя.
Я устроился на табурете и ответил:
— Только что доставили, он еще не приходил в себя, состояние пока неизвестно.
Старший дядя кивнул и промолвил:
— Я уже пустил слух, будто при смерти. Позвал вас сюда, потому что хочу кое о чем распорядиться.
Старший дядя сделал паузу и, посмотрев на меня, продолжил:
— Фан Сян, о твоем спуске в гробницу уже знают практически все в околотке — это я слил информацию. Если хочешь выжить в дальнейшем, тебе нельзя больше вести дела спустя рукава. Все мои дела я буду постепенно передавать тебе, вскоре прибудут люди для приема дел.
И еще: кто-нибудь обязательно заявится сюда создавать проблемы. Ты должен проявить авторитет главы семьи, чтобы никому и в голову не пришло, будто наш род Фан катится к закату!
Покажи тем, кто точит зубы на семью Фан, что мы не лыком шиты! Если нужно нанести удар наотмашь, не раздумывай о том, как остаться хорошеньким парнем — сейчас самое время заявить о себе. Это касается и моих людей: кто бы тебя ни презирал, он презирает всю семью Фан.
Всё произошло так внезапно, что мой мозг еще не успел переварить услышанное, как слова уже сами сорвались с губ:
— Я понял, старший дядя, я сберегу семью Фан!
Внезапно мне показалось, что старший дядя произносит прощальную речь, и от этого на душе стало необъяснимо грустно.
Старший дядя кивнул и продолжил:
— Фан Энь, я знаю, сколько всего ты за столько лет сделал для семьи Фан, не требуя ничего взамен. Но я хочу попросить тебя об одной услуге.
Не дай Фан Сяну умереть. Сможешь?
Фан Энь без колебаний ответил:
— Старший дядя, семья Фан — мой дом, а Фан Сян и остальные мне как родные братья. Я справлюсь.
Мне вдруг стало так неловко на душе: Фан Энь ведь младше меня, а старший дядя просит его защищать меня... Впрочем, справедливости ради, среди нас всех я действительно самый никчемный...
— Ладно, Фан Сян, Фан Энь, ступайте пока навестить Фан Юя, а ты, Фан Цжэнь, останься, у меня тоже кое-что есть тебе сказать.
Как только старший дядя договорил, двое стоявших у двери крепких мужчин выставили нас вон.
Мы с Фан Энем шагали плечом к плечу.
— Что значит — старший дядя разговаривает как перед смертью? Разве он не просто разыгрывает болезнь? Он же не навсегда уезжает, — поинтересовался я.
Фан Энь одарил меня презрительным взглядом и бросил:
— Фан Сян, включи уже мозги. Похоже, старший дядя все эти годы слишком сильно тебя опекал.
С этими словами он стал спускаться по лестнице.
— Подумаешь, притворяется, — мысленно фыркнул я.
Фан Энь бросил на меня взгляд:
— Фан Сян, давай обсудим всё дома, здесь слишком много глаз и ушей.
Услышав его слова, я огляделся по сторонам и, то ли из-за разыгравшегося воображения, то ли на самом деле, почувствовал, что за нами кто-то наблюдает.
— Фан Энь, давай пойдем побыстрее.
— Угу.
Ускорив шаг, мы добрались до регистратуры. Узнав у сотрудников номер палаты Фан Юя и выяснив, что он уже вышел из операционной, мы двинулись наверх, как вдруг Фан Энь резко схватил меня за руку и потащил в противоположном направлении.
— Не оглядывайся, за нами следят. Тот тип в черной шляпе.
Следуя его указаниям, я выпрямился в струнку и боялся даже повернуть голову.
Наконец, после того как мы с Фан Энем закрутили с десяток кругов вверх и вниз по больнице, мы добрались до палаты Фан Юя. Толкнув дверь и войдя внутрь, мы тут же заперли ее на задвижку.
Оглянувшись, мы увидели, что Фан Юй уже очнулся и лежит на кровати, глядя телевизор.
Я подошел ближе и спросил:
— Что сказал врач? Всё в порядке?
Фан Юй, откусывая яблоко и не отрывая глаз от экрана, ответил:
— Всё нормально, врач сказал, что рана — это просто отравление от укуса жука. Хоть яду и накопилось немало, но он не смертельный, так что мне сделали пару уколов и всё продезинфицировали.
С этими словами он приподнял ногу: ступня была в несколько слоев обмотана марлей, выглядело несерьезно.
— Кстати, вы куда это отлучались? Я вас уже жду-пожду...
Стоявший у двери и молчавший всё это время Фан Энь вдруг кашлянул и сделал жест рукой.
— За дверью кто-то есть.

Комментарии

Загрузка...