То ли мерзкий, режущий слух писк лопастей беспилотника, то ли густой, пьянящий аромат свежей крови, исходивший от привязанной гигиенической прокладки, сделали свое дело. Зомби-работяга, до этого безуспешно штурмовавший дверь на третьем этаже, мгновенно утратил к ней интерес и с диким воем ринулся вверх по лестнице.
Ловко лавируя между перилами, дрон с окровавленной приманкой начал неспешно подниматься, увлекая за собой разъяренного монстра. Промчавшись мимо приоткрытой двери Юй Дуна, зомби даже не повернул головы в его сторону, полностью загипнотизированный парящей над ним кровавой тряпкой. Шаги стихали, пока не превратились в едва различимое эхо где-то на верхних этажах.
Спустя несколько напряженных минут со стороны улицы раздался глухой, влажный хлопок, похожий на звук лопнувшего переспелого арбуза!
Осознав, что произошло, Юй Дун метнулся обратно в квартиру и приник к стеклу противоположного балкона, вглядываясь вниз. Зомби-работяга успешно покинул здание, но отнюдь не через парадную дверь. Его переломанное тело превратилось в бесформенную груду плоти на асфальте, щедро обрызгав декоративные кусты смесью багровой крови и серого вещества. Тварь была мертва окончательно и бесповоротно.
Жужжание лопастей вернуло Юй Дуна к реальности — беспилотник грациозно опустился прямо к его заклеенному пленкой окну. Зависнув в воздухе на пару секунд, дрон сверкнул объективом камеры, делая серию снимков сквозь тонировку, после чего плавно спланировал вниз. Проводив его взглядом, Юй Дун увидел, как аппарат скрылся в приоткрытом окне третьего этажа.
«Работа Лю Еэ...»
Хотя Юй Дун не присутствовал при финальной сцене на крыше, его аналитический ум мгновенно восстановил всю цепочку событий. На каждом лестничном пролете первого корпуса были установлены небольшие вентиляционные окна, и большинство из них были открыты настежь для циркуляции воздуха.
«Она выпустила дрон через своё окно, направила его в открытую форточку на лестничной клетке, а затем, используя жужжание винтов и запах собственной крови как идеальную приманку, заставила безмозглого зомби карабкаться за ней на самый верх... скорее всего, до тридцать второго этажа».
«Достигнув вершины, она вывела дрон наружу через такое же открытое окно, и ослепленный кровавой яростью монстр просто шагнул в пустоту следом за ним, и...»
«Бабах!»
Свободное падение с высоты тридцати двух этажей не оставляло шансов даже мутантам. Зомби-работяга разбился в лепешку. Это была первая смерть зараженного, которую Юй Дун зафиксировал в этом новом мире. И убила его Лю Еэ. Хладнокровно, расчетливо и не замарав рук.
«Она услышала утреннюю трансляцию... поняла, что они реагируют на звук и кровь... и мгновенно разработала эту изящную тактику...»
В этот момент в сознании Юй Дуна произошёл тектонический сдвиг. Он стер свой прежний, поверхностный портрет испуганной студентки в традиционном платье. Эта хрупкая девчонка не была слабой овечкой.
Опустив марганцевое копье, Юй Дун задумался о том, зачем дрон фотографировал его окна.
«Она собирает разведданные по всему первому корпусу...»
Беспилотник давал колоссальное преимущество — возможность абсолютно безопасно заглянуть в каждую квартиру, где жильцы по глупости не задернули шторы. Это было в тысячу раз эффективнее и безопаснее, чем бредовая идея Юй Дуна спускаться и прочесывать этажи пешком.
«А ведь умно... черт возьми, как я сам не додумался до такого способа сбора информации?»
— М-да, кругозор человека действительно ограничен рамками его социального опыта, — с горькой усмешкой произнес Юй Дун.
Подобно тому, как нищий крестьянин мечтает лишь о золотой мотыге, Юй Дун, привыкший всю жизнь считать каждую копейку и выживать на стипендию, даже не рассматривал такие высокотехнологичные игрушки для мажоров как инструмент выживания.
«Снимаю шляпу».
Отбросив снисходительное желание «помочь слабой девочке», Юй Дун мысленно перевел Лю Еэ в категорию потенциальных, равных по силе союзников.
«Кажется, у меня появился новый, чертовски умный друг». А умных людей Юй Дун уважал.
...
— Слушайте... нам надо придумать, как завалить тех тварей снаружи, иначе мы здесь просто сдохнем от голода и жажды в этой бетонной коробке.
Голос здоровяка Лян Мяня гулко разносился по тесному помещению мониторной, пока он сидел на корточках, прижавшись спиной к холодным шкафам с серверами.
— О, какой герой! Раз такой крутой, бери дубину и иди руби их в капусту! — огрызнулся съежившийся рядом хулиган Цзян Сюйпэн, брызгая слюной. — Ты вчера от одной тварьки чуть в штаны не наложил, а теперь строишь из себя Рэмбо! Сиди тихо, здесь мы хотя бы живы!
Лян Мянь, только начавший собираться с духом, мгновенно сник, представив, как за тонкой дверью коридора их поджидает целая толпа окровавленных чудовищ. Его взгляд рефлекторно метнулся в дальний угол комнаты, где бесформенной грудой мяса покоилось стокилограммовое тело сестры Чжан с размозженным в кашу черепом. По спине пробежал ледяной озноб, и он перевел глаза на фигуру мужчины, неподвижно сидящего в офисном кресле спиной к ним.
Даже спустя сутки Лян Мянь не мог до конца поверить в то, что видел своими глазами. Этот человек словно сорвал маску, открыв под ней лик дьявола.
Вчера, в девятнадцать ноль-ноль.
Когда обезумевшая сестра Чжан внезапно бросилась на него, Лян Мянь, движимый инстинктами тренированного атлета, в последний момент успел оттолкнуть её тушу обеими руками и бросился наутек. Влетев в мониторную, он увидел, как две симпатичные девушки-администратора с ресепшена, уже обернувшиеся плотоядными тварями с вывернутыми челюстями, несутся прямо на него. В панике он с силой захлопнул тяжелую дверь комнаты охраны прямо перед их оскаленными мордами.
Отброшенная сестра Чжан не растерялась и мгновенно переключилась на замешкавшегося Цзян Сюйпэна. Местный криминальный авторитет, привыкший брать на понт, попытался отмахнуться от неё, как от назойливой мухи, но стокилограммовая масса сбила его с ног как кеглю. Зомби-менеджер придавила его к полу, разинув окровавленную пасть, целясь прямо в сонную артерию. Щуплый хулиган бился под ней, как пойманная рыба, не в силах сбросить этот вес.
— На помощь! Помогите! А-а-а!
Пока Лян Мянь стоял в оцепенении, судорожно решая, стоит ли рисковать жизнью ради этого отморозка, тихий, ничем не примечательный оператор видеонаблюдения Линь Сяоцзюнь неспешно поднялся со своего места. Подойдя к шкафчику, он извлек оттуда цельнометаллическую бейсбольную биту и, не дрогнув ни единым мускулом на лице, с тошнотворным хрустом опустил её на затылок сестры Чжан. Проломив черепную коробку, удар отбросил обмякшее тело монстра в сторону.
Бам! Бам! Бам!
На глазах у онемевших свидетелей Линь Сяоцзюнь методично, удар за ударом, превращал голову женщины в кровавое месиво, пока от нее не остались лишь осколки костей, смешанные с серым мозговым веществом и лужами густой крови, забрызгавшими экраны мониторов. Убедившись, что тварь мертва, он брезгливо отбросил биту, вернулся в свое потертое кресло и, как ни в чем не бывало, щелкнул зажигалкой, прикуривая дешевую сигарету марки «Красная Пагода».
И Лян Мяня, и поднявшегося на ватных ногах Цзян Сюйпэна тут же вырвало прямо на линолеум. Опустошив желудки, они с ужасом смотрели на этого неприметного мужичка за тридцать, которого раньше считали просто странным молчуном-аутистом. А Цзян Сюйпэн, вспомнив, как всего полчаса назад грозился намотать кишки этого человека ему же на шею, почувствовал, как по внутренней стороне бедра потекла теплая струйка.
Докурив сигарету, Линь Сяоцзюнь выпустил густое облако дыма и небрежно указал на дрожащую парочку:
— Вы двое. Вылизать этот кабинет до блеска.
Стуча зубами, они принялись оттирать кровь и собственную блевотину, хотя их желудки сводило от голода. Наблюдая за экранами камер, залитыми синеватым светом, Линь Сяоцзюнь глухо произнес:
— С этого момента вы беспрекословно выполняете любые мои приказы. Будет у меня кусок хлеба — получите свои крохи. Всё уяснили?
С этими словами он вытащил из ящика стола две пачки лапши быстрого приготовления и бросил их на пол, как собакам.
Так прошла их первая ночь в аду.
Сегодня труп сестры Чжан начал источать сладковато-тошнотворный запах разложения. В замкнутом помещении мониторной без вентиляции дышать становилось физически больно, и терпение Лян Мяня лопнуло. Даже визгливые протесты Цзян Сюйпэна не могли его переубедить.
— У нас же есть брат Линь! С его битой и моими кулаками мы пробьемся сквозь этот заслон!
Цзян Сюйпэн затравленно перевёл взгляд на фигуру в кресле. Лицо Линь Сяоцзюня освещалось бледным, мертвенным свечением десятков мониторов, а его фигура тонула в густых тенях.
Щелк. Вспыхнул огонек зажигалки. Глубоко затянувшись дымом «Красной Пагоды», Линь Сяоцзюнь произнес голосом, похожим на скрежет металла по стеклу:
— Время ещё не пришло...

Комментарии

Загрузка...