Хань Фэй находился здесь уже два дня. Он дважды поужинавал с этим мужчиной и построил дом, который ещё не был до конца готов. Шёл странный дождь, и его пригласили попить чай с этим парнем?
Хань Фэй был озадачен. Почему-то ему казалось, что его чему-то учат.
Молча подойдя к зелёному камню, Хань Фэй устроился на каменном стуле.
Затем он опустил взгляд и обнаружил, что чашка наполнена искрящимся красным чаем.
Подняв чашку, он сделал глоток и поморщился: чай оказался самым обычным, безо всяких изысков, на которые он рассчитывал.
Сидевший напротив мужчина подул на чай и медленно поднял голову. — Осмысление очень важно для культиваторов. Каким бы безумцем ты ни был во время тренировок, время от времени необходимо оглядываться назад, переваривая знания и силу из прошлого.
Хань Фэй не выдержал и спросил: — Старший, почему я попал на четвёртый уровень Тюрьмы Рассеянных Звёзд?
Мужчина средних лет снова подул на чай и отпил глоток. — Разве ты сам не просил сюда прийти?
Хань Фэй подумал, что вовсе не предполагал оказаться на четвёртом уровне, или что этот уровень будет таким, или что на нём объявится столь крупная шишка!
Хань Фэй переспросил: — Выходит, вы обучаете меня, старший?
Мужчина средних лет непринуждённо улыбнулся: — Можешь считать и так.
— Почему?
Хань Фэй испытывал немалое любопытство. Неужели каждый обладает привилегией заполучить Золотую арфу восьми хвостов или Мистического Дракона?
Он невольно покосился на кухню и вспомнил другие ингредиенты в Проглатывающей Море Раковине, которые успел заметить. Если бы он получил их все, то, пожалуй, достиг бы самого пика уровня Парящего Рыбака всего за месяц, а в любой момент мог бы стать Скрытым Рыбаком.
Хань Фэй не верил, что кто-то станет помогать ему просто так — это выглядело совсем неразумно! Он планировал искупить свои поступки очками вклада, а также провести здесь какое-то время за тренировками и учебой.
Другим его планом было попытаться разобраться с назначением Тюремного Жетона, а также с тем, почему он оказался у Шестиугольной Морской Звезды и в итоге достался ему самому.
Сейчас у Хань Фэя имелась догадка, но он не был в ней до конца уверен.
Мужчина средних лет улыбнулся. — Не расспрашивай об этом до самого выхода.
Хотя Хань Фэй жутко любопытствовал, ему удалось подарить нетерпение. Раз тот сказал, что спрашивать не нужно до выхода, значит, у него появится шанс выбраться на волю и получить ответ.
Закончив чаепитие, мужчина средних лет поставил чашку и сказал: — Завтра обустрой свой дом. А потом будешь рисовать вместе со мной.
— А?
Хань Фэй на мгновение остолбенел. Значит, тот занимался вовсе не каллиграфией, а живописью?
Кивнув, он внезапно спросил: — Старший, почему в этом месте идет дождь?
Мужчина средних лет поднял голову и неторопливо бросил: — Стоп!
Хань Фэй: «???»
К ужасу Хань Фэя, дождь прекратился. Он мгновенно оцепенел. Что это вообще было? Вы что, повелитель драконов, отвечающий за осадки?
Мужчина средних лет непринужденно обронил: — Время от времени дождь необходим, чтобы оросить землю.
Хань Фэй: «???»
— Гуду!
Хань Фэй сглотнул слюну. Ладно, хозяин-барин, вам здесь и карты в руки.
У Хань Фэя ушел день на то, чтобы построить свой домик, а также смастерить кровать и прочую необходимую мебель.
На следующее утро Хань Фэй сквозь сон услышал шуршание кисти. Он тут же проснулся и вышел наружу.
Как он и ожидал, мужчина средних лет уже трудился перед каменным столом.
Мужчина заговорил с прежней непринужденностью: — Притащи сюда каменный стол.
Услышав это, Хань Фэй приволок ему каменный стол. На этот раз он наконец разглядел, что именно рисует мужчина средних лет.
К удивлению Хань Фэя, тот действительно занимался живописью. Сейчас он выписывал дракона.
Дракон получался живым и выглядел столь грозно, будто на рыбью кожу действительно запечатали настоящего монстра.
С каждым взмахом кисти мужчина средних лет проводил линию. Хань Фэй даже заметил мерцающий свет на штрихах. Когда появлялась новая линия, казалось, будто она оживает, становясь частью живого дракона.
Завершив мазок, мужчина средних лет остановился. Затем он взмахнул рукой, и на столе Хань Фэя материализовались кисть, рыбья кожа и картина с изображением омара.
Мужчина средних лет бросил небрежно: — Начни с копирования.
Хань Фэй глубоко вздохнул и поднял кисть.
Для культиватора не составляло труда передать любой образ во всех подробностях. Благодаря неординарным чувствам и полному контролю над разумом и пальцами они могли изобразить удивительно живого омара.
Хань Фэй настроился очень серьёзно. Когда он начал копировать рисунок с омаром, на кончике его кисти блеснула духовная энергия. Однако сразу после первого же мазка он осознал, что ошибся.
Это была всего лишь одна линия, но он заметил, что его черта сильно отличалась от линии на рисунке — в ней совсем не ощущалось жизни и силы.
Хань Фэй надолго оцепенел. Мужчина средних лет небрежно обронил: — Сначала дорисуй.
В итоге на четвёртом уровне Тюрьмы Рассеянных Звёзд развернулась странная картина: два человека увлечённо рисовали за каменными столами. Окажись здесь Чжан Тэн, он бы от изумления слова не смог вымолвить.
Омар у Хань Фэя был готов уже наполовину, и он как раз перешёл к туловищу.
Внезапно Хань Фэй охнул.
Он перевёл взгляд с мужчины средних лет на рисунок с омаром. Казалось, от рыбьей кожи исходила едва уловимая сила.
— А? Рисунок-формации?
Хань Фэй наконец догадался: омар был вовсе не простым рисунком, а самой настоящей формацией.
Ему вспомнилась Книга Океана и те гигантские схемы формаций, на освоение которых у него всё не хватало времени.
В Книге Океана каждая черта соответствовала отдельной формации. Само собой, он не знал, какая именно линия отвечать за ту или иную формацию, но понимал: стоит соединить их вместе — и получится единый узор.
Линии и формации...
Линии и формации...
Хань Фэй пробормотал про себя: «Линии — это и есть формации. Набор линий образует множество формаций. Выходит, рисуя этими чертами, я создаю сложнейшие цепные формации!»
— Ш-ш-ш!
Когда всё прояснилось, Хань Фэй ощутил целую бурю эмоций. Ему казалось, будто он прикоснулся к невероятной сути формаций...
— Сосредоточься.
Мужчина средних лет обыденным тоном окликнул его, и Хань Фэй тут же взял себя в руки. Он закончил срисовывать омара прежним способом, потратив на это около четырёх часов.
Едва омар был завершён, перед Хань Фэем на долю секунды возник призрак маленького омара, после чего тут же рассеялся.
Хань Фэй больше не мог сдерживаться и спросил: — Старший, что это значит?
Мужчина средних лет даже не поднял головы, сказав как бы между прочим: — Это значит, что ты рисуешь из рук вон плохо. Рисуй ещё одного.
Хань Фэй озадаченно застыл, хотя в душе был поражён. Я ведь едва не вдохнул жизнь в этот рисунок, и после этого всё ещё плохо рисую?
Хань Фэю стало безумно любопытно: если он сам сумел почти оживить омара, что же произойдёт, когда мужчина рядом дорисует своего дракона? Неужели тот действительно создаст живого дракона?
Впрочем, Хань Фэй не стал задавать вопросов. Раз уж в прошлый раз он ошибся, стоит попробовать ещё раз.
На этот раз в голове Хань Фэя всплыли образцы из Книги Океана. Он решил нанести линии в точности так, как было показано там, и посмотреть, что из этого выйдет.
Стоило Хань Фэю провести первый штрих по образцу из Книги Океана, как мужчина средних лет резко поднял голову и взглянул на него.
Хань Фэй выпрямился: — Что-то не так?
Мужчина средних лет улыбнулся: — Продолжай.
Хань Фэй не стал долго раздумывать и продолжить работу. В этот раз он полностью доверился линиям из Книги Океана, и всего через два часа на рыбьей коже вырисовался омар.
Когда опустился последний мазок, из ниоткуда вырвалась бушующая сила.
Будто поднялся ураганный ветер, загремел гром, заревело цунами, а вокруг закружились сокрушительные ауры мечей и копий...
Словом, омара уже не было видно — вокруг бушевала невероятно жуткая, всепоглощающая мошь.
Треск!
БАМ!
В то же мгновение каменный стол перед Хань Фэем разлетелся на куски. Всё в радиусе тысячи метров разнесло в щепки, кроме стола и дома мужчины средних лет. «Вилла», на постройку которой Хань Фэй убил целых три дня, тоже не уцелела.
Хань Фэй полностью опешил. Он стоял с кистью в руке, выглядя как законченный дурак.
В этот момент ему оставалось лишь завыть от досады. Я же ничего такого не делал! Я просто рисовал омара! Как вообще всё к этому пришло?
При этом он чётко осознавал: не сдержи эта сила невидимым барьером, разрушения выплеснулись бы далеко за пределы тысячи метров.
Мужчина средних лет неторопливо отложил кисть и посмотрел на Хань Фэя: — Каждая линия обозначает формацию, но они не должны располагаться хаотично. Ты провёл 1 245 линий, и только 47 из них оказались действующими формациями. Притом они относились к абсолютно разным типам и вступали в конфликт друг с другом. Реально сработали только тринадцать...
Взглянув на лужайку, которую Хань Фэй превратил в руины, мужчина средних лет добавил: — Чтобы подчинить себе формации, ты должен сначала понять, чем они являются и какую именно силу в себе несут.

Комментарии

Загрузка...