72-й этаж, квартира Чжэн Гэ
72-й этаж, квартира Чжэн Гэ
На семьдесят втором этаже вовсю кипела работа. Рабочие в аккуратных комбинезонах под руководством дизайнера и опытного прораба бережно перестраивали внутреннее пространство квартиры.
На семьдесят втором этаже вовсю кипела работа. Рабочие в аккуратных комбинезонах под руководством дизайнера и опытного прораба бережно перестраивали внутреннее пространство квартиры.
Чжэн Гэ огляделся вокруг. Основная часть работ уже близилась к завершению.
Чжэн Гэ огляделся вокруг. Основная часть работ уже близилась к завершению.
Европейский стиль здесь гармонично переплетался с постмодерном, не вызывая ощущения аляповатости или диссонанса. В потолке второго уровня прорубили огромное панорамное окно, открывающее прямой выход в сад на крыше.
Европейский стиль здесь гармонично переплетался с постмодерном, не вызывая ощущения аляповатости или диссонанса. В потолке второго уровня прорубили огромное панорамное окно, открывающее прямой выход в сад на крыше.
Разумеется, общий выход на крышу остался нетронутым, разве что на дверь установили кодовый замок. Если соседи захотят устроить наверху какую-нибудь вечеринку, они всегда смогут подняться по общему коридору — Чжэн Гэ совершенно не возражал против этого.
Разумеется, общий выход на крышу остался нетронутым, разве что на дверь установили кодовый замок. Если соседи захотят устроить наверху какую-нибудь вечеринку, они всегда смогут подняться по общему коридору — Чжэн Гэ совершенно не возражал против этого.
Честно говоря, обустраивая этот сад, он преследовал не только личные эгоистичные цели. Терраса на крыше должна была стать идеальным местом для неформального общения и завязывания полезных знакомств.
Честно говоря, обустраивая этот сад, он преследовал не только личные эгоистичные цели. Терраса на крыше должна была стать идеальным местом для неформального общения и завязывания полезных знакомств.
— Недурно, совсем недурно, — кивнул Чжэн Гэ, удовлетворенно осматривая помещения.
— Недурно, совсем недурно, — кивнул Чжэн Гэ, удовлетворенно осматривая помещения.
Стоявший рядом дизайнер незаметно перевел дух. Больше всего на свете люди его профессии боялись капризных клиентов, которые вечно ищут, к чему придраться, или заявляют что-то в духе: «Сделайте мне глубокий черный цвет, но только с радужным отливом». Такой оттенок даже самому Господу Богу не под силу сотворить!
Стоявший рядом дизайнер незаметно перевел дух. Больше всего на свете люди его профессии боялись капризных клиентов, которые вечно ищут, к чему придраться, или заявляют что-то в духе: «Сделайте мне глубокий черный цвет, но только с радужным отливом». Такой оттенок даже самому Господу Богу не под силу сотворить!
— Да, кстати, подберите мне хороший рояль и поставьте вон там, — Чжэн Гэ указал на просторную террасу.
— Да, кстати, подберите мне хороший рояль и поставьте вон там, — Чжэн Гэ указал на просторную террасу.
Эта лоджия площадью добрых пятьдесят квадратных метров уже сейчас выглядела потрясающе.
Эта лоджия площадью добрых пятьдесят квадратных метров уже сейчас выглядела потрясающе.
— Хорошо, запишу, — дизайнер тут же сделал пометку в блокноте. — Господин Чжэн, у вас есть предпочтения по бренду?
— Хорошо, запишу, — дизайнер тут же сделал пометку в блокноте. — Господин Чжэн, у вас есть предпочтения по бренду?
— В пределах миллиона юаней, — подумав, ответил Чжэн Гэ. — И телевизор замените. Повесьте стодюймовую панель. Марку выберите сами, главное, чтобы характеристики были топовыми.
— В пределах миллиона юаней, — подумав, ответил Чжэн Гэ. — И телевизор замените. Повесьте стодюймовую панель. Марку выберите сами, главное, чтобы характеристики были топовыми.
Рояль за миллион, стодюймовый экран... У дизайнера невольно дернулся уголок рта. Неужели все богачи сорят деньгами с такой легкостью?
Рояль за миллион, стодюймовый экран... У дизайнера невольно дернулся уголок рта. Неужели все богачи сорят деньгами с такой легкостью?
— Понял вас, сделаем. Но должен предупредить: такие модели обычно привозят под заказ, в наличии их мало.
— Понял вас, сделаем. Но должен предупредить: такие модели обычно привозят под заказ, в наличии их мало.
— Заказывайте, — Чжэн Гэ еще раз обвел взглядом комнату. — Гостиная огромная, маленький экран здесь просто затеряется и нарушит всю гармонию. Внесите всё это в смету, при окончательном расчете я всё оплачу.
— Заказывайте, — Чжэн Гэ еще раз обвел взглядом комнату. — Гостиная огромная, маленький экран здесь просто затеряется и нарушит всю гармонию. Внесите всё это в смету, при окончательном расчете я всё оплачу.
— Договорились, — кивнул дизайнер.
— Договорились, — кивнул дизайнер.
У стоявшей рядом Чэнь Сяоюй завистливо блеснули глаза. Ее собственный домашний инструмент стоил от силы пару десятков тысяч, да и купили его почти десять лет назад, когда она еще ходила в начальную школу.
У стоявшей рядом Чэнь Сяоюй завистливо блеснули глаза. Ее собственный домашний инструмент стоил от силы пару десятков тысяч, да и купили его почти десять лет назад, когда она еще ходила в начальную школу.
Ее семья не бедствовала, но отец держал дочь в строгости. Лао Чэнь всегда твердил: «Вещь должна быть практичной, а покупать дорогое ради понтов — пустая трата денег». Сяоюй в такие моменты лишь мысленно кривилась. Ей безумно хотелось съязвить в ответ: «Конечно, папа! Ты ведь спускаешь все свободные миллионы на свои древние черепки, откуда тут взяться деньгам на нормальный рояль!»
Ее семья не бедствовала, но отец держал дочь в строгости. Лао Чэнь всегда твердил: «Вещь должна быть практичной, а покупать дорогое ради понтов — пустая трата денег». Сяоюй в такие моменты лишь мысленно кривилась. Ей безумно хотелось съязвить в ответ: «Конечно, папа! Ты ведь спускаешь все свободные миллионы на свои древние черепки, откуда тут взяться деньгам на нормальный рояль!»
Еще какое-то время Чжэн Гэ бродил по комнатам, делясь с дизайнером своими соображениями по мелочам. Ему хотелось довести будущую квартиру до абсолютного личного идеала.
Еще какое-то время Чжэн Гэ бродил по комнатам, делясь с дизайнером своими соображениями по мелочам. Ему хотелось довести будущую квартиру до абсолютного личного идеала.
— Что ж, на этом пока всё. Остальное за вами, — подвел итог Чжэн Гэ.
— Что ж, на этом пока всё. Остальное за вами, — подвел итог Чжэн Гэ.
— Не волнуйтесь, господин Чжэн, мы всё сделаем в лучшем виде.
— Не волнуйтесь, господин Чжэн, мы всё сделаем в лучшем виде.
— Постарайтесь не затягивать. А то я сейчас, можно сказать, без крыши над головой остался, — добродушно пошутил он.
— Постарайтесь не затягивать. А то я сейчас, можно сказать, без крыши над головой остался, — добродушно пошутил он.
— Разумеется, приложим все усилия! — закивал дизайнер.
— Разумеется, приложим все усилия! — закивал дизайнер.
— Ладно, пойдем, — Чжэн Гэ улыбнулся притихшей девушке.
— Ладно, пойдем, — Чжэн Гэ улыбнулся притихшей девушке.
— Ага! — кивнула Сяоюй и послушно зашагала следом.
— Ага! — кивнула Сяоюй и послушно зашагала следом.
В лифте Сяоюй робко предложила:
В лифте Сяоюй робко предложила:
— Брат Чжэн, уже вечер почти... Может, зайдешь к нам поужинать?
— Брат Чжэн, уже вечер почти... Может, зайдешь к нам поужинать?
— Ну, не знаю, удобно ли это? — с сомнением улыбнулся он.
— Ну, не знаю, удобно ли это? — с сомнением улыбнулся он.
— Да брось! Что тут неудобного? Обычный визит к соседям. Папа только рад будет. Пойдем!
— Да брось! Что тут неудобного? Обычный визит к соседям. Папа только рад будет. Пойдем!
Сяоюй без лишних слов ухватила его за локоть и решительно нажала кнопку семьдесят первого этажа. Чжэн Гэ не стал сопротивляться.
Сяоюй без лишних слов ухватила его за локоть и решительно нажала кнопку семьдесят первого этажа. Чжэн Гэ не стал сопротивляться.
Лифт мягко звякнул, открывая двери на нужном этаже. Сяоюй не утруждала себя стуком — просто провернула ключ в замке и с порога звонко крикнула:
Лифт мягко звякнул, открывая двери на нужном этаже. Сяоюй не утруждала себя стуком — просто провернула ключ в замке и с порога звонко крикнула:
— Пап, я дома! Смотри, кого я привела!
— Пап, я дома! Смотри, кого я привела!
— Ах ты егоза! У нас дядя Лю в гостях, а ты кричишь как на базаре. Никаких манер! — раздался из глубины квартиры недовольный голос Чэнь Шаня. Но стоило главе семейства завидеть гостя, как его лицо мгновенно расплылось в улыбке. — О, братец Чжэн! Какими судьбами? Проходи, проходи скорее!
— Ах ты егоза! У нас дядя Лю в гостях, а ты кричишь как на базаре. Никаких манер! — раздался из глубины квартиры недовольный голос Чэнь Шаня. Но стоило главе семейства завидеть гостя, как его лицо мгновенно расплылось в улыбке. — О, братец Чжэн! Какими судьбами? Проходи, проходи скорее!
— Приветствую, старина Чэнь, — улыбнулся в ответ Чжэн Гэ, мысленно посмеиваясь над их странной семейной путаницей с поколениями. Сам он звал Чэнь Шаня «стариной» и «братом», а дочка этого «брата» бегала за ним хвостиком, называя «братцем Чжэн». Кавардак, да и только!
— Приветствую, старина Чэнь, — улыбнулся в ответ Чжэн Гэ, мысленно посмеиваясь над их странной семейной путаницей с поколениями. Сам он звал Чэнь Шаня «стариной» и «братом», а дочка этого «брата» бегала за ним хвостиком, называя «братцем Чжэн». Кавардак, да и только!
— Заходи, не стесняйся! Ну и повезло же сегодня: и старина Лю заглянул, и ты зашел. Наконец-то мы нормально посидим за бутылочкой! — так и засиял хозяин дома.
— Заходи, не стесняйся! Ну и повезло же сегодня: и старина Лю заглянул, и ты зашел. Наконец-то мы нормально посидим за бутылочкой! — так и засиял хозяин дома.
Сяоюй рядом тихонько надулась. Отец переменился в лице так молниеносно, что ей стало даже немного обидно. Своя ли она дочь вообще, или так, мимо проходила?
Сяоюй рядом тихонько надулась. Отец переменился в лице так молниеносно, что ей стало даже немного обидно. Своя ли она дочь вообще, или так, мимо проходила?
— Добрый вечер, старина Лю, — кивнул Чжэн Гэ, войдя в гостиную.
— Добрый вечер, старина Лю, — кивнул Чжэн Гэ, войдя в гостиную.
Там на диване сидел худощавый мужчина лет сорока пяти. Чжэн Гэ краем уха слышал, что этот сосед занимает какой-то пост в городских властях, но подробностей не знал.
Там на диване сидел худощавый мужчина лет сорока пяти. Чжэн Гэ краем уха слышал, что этот сосед занимает какой-то пост в городских властях, но подробностей не знал.
— О, Чжэн Гэ! Рад видеть, присаживайся, — Лао Лю поднялся навстречу. — В прошлый раз моя благоверная над душой стояла, толком и выпить не дали. Зато сегодня оторвемся как следует!
— О, Чжэн Гэ! Рад видеть, присаживайся, — Лао Лю поднялся навстречу. — В прошлый раз моя благоверная над душой стояла, толком и выпить не дали. Зато сегодня оторвемся как следует!
— Что, супруги сегодня объявили вам бойкот? — усмехнулся Чжэн Гэ.
— Что, супруги сегодня объявили вам бойкот? — усмехнулся Чжэн Гэ.
— Ха-ха! Моя благоверная вместе с женой Чэня уехала проведать тещу. Так что у нас с ним официальный увольнительный на все выходные! — весело рассмеялся Лао Лю.
— Ха-ха! Моя благоверная вместе с женой Чэня уехала проведать тещу. Так что у нас с ним официальный увольнительный на все выходные! — весело рассмеялся Лао Лю.
Чжэн Гэ только покачал головой. Похоже, каков бы ни был статус мужчины в обществе, дома он все равно остается под мягким каблуком. Хотя, пожалуй, это не страх, а просто уважение и любовь к своим половинкам.
Чжэн Гэ только покачал головой. Похоже, каков бы ни был статус мужчины в обществе, дома он все равно остается под мягким каблуком. Хотя, пожалуй, это не страх, а просто уважение и любовь к своим половинкам.
Вскоре Чэнь Шань принес с кухни несколько нехитрых, но аппетитных закусок. Мужчины разлили по стопкам спиртное, и за столом завязался неторопливый разговор.
Вскоре Чэнь Шань принес с кухни несколько нехитрых, но аппетитных закусок. Мужчины разлили по стопкам спиртное, и за столом завязался неторопливый разговор.
— Кстати, братец Чжэн, а чем ты вообще занимаешься, если не секрет? — как бы между прочим спросил Чэнь Шань, отправляя в рот соленый арахис.
— Кстати, братец Чжэн, а чем ты вообще занимаешься, если не секрет? — как бы между прочим спросил Чэнь Шань, отправляя в рот соленый арахис.
Жильцы их элитного седьмого корпуса прекрасно знали, что Чжэн Гэ без труда выложил за пентхаус больше ста миллионов юаней, но его источник доходов оставался для всех загадкой. Из-за этого за внешней доброжелательностью соседей всегда крылась легкая настороженность.
Жильцы их элитного седьмого корпуса прекрасно знали, что Чжэн Гэ без труда выложил за пентхаус больше ста миллионов юаней, но его источник доходов оставался для всех загадкой. Из-за этого за внешней доброжелательностью соседей всегда крылась легкая настороженность.
Чжэн Гэ аккуратно положил палочки на подставку и улыбнулся:
Чжэн Гэ аккуратно положил палочки на подставку и улыбнулся:
— Я занимаюсь венчурными инвестициями.
— Я занимаюсь венчурными инвестициями.
— О как! Инвестор, значит? И фирма здесь, в Шанхае? — оживился Лао Лю.
— О как! Инвестор, значит? И фирма здесь, в Шанхае? — оживился Лао Лю.
— Юридическое лицо пока в процессе создания, до этого я работал как частный инвестор. Сейчас как раз собираю документы для регистрации компании, даже офис уже присмотрел.
— Юридическое лицо пока в процессе создания, до этого я работал как частный инвестор. Сейчас как раз собираю документы для регистрации компании, даже офис уже присмотрел.
— Ха-ха! Ну, парень, тебе крупно повезло! — громогласно расхохотался Чэнь Шань. — Если нужно зарегистрировать бизнес в Шанхае, лучшего помощника, чем наш старина Лю, тебе во всем городе не сыскать!
— Ха-ха! Ну, парень, тебе крупно повезло! — громогласно расхохотался Чэнь Шань. — Если нужно зарегистрировать бизнес в Шанхае, лучшего помощника, чем наш старина Лю, тебе во всем городе не сыскать!
— Вот как? — Чжэн Гэ удивленно приподнял бровь, в его голове мгновенно сложился пазл.
— Вот как? — Чжэн Гэ удивленно приподнял бровь, в его голове мгновенно сложился пазл.
— Ага! Дядя Лю у нас — большая шишка в Шанхайском управлении торгово-промышленной администрации! — с улыбкой вставила свои пять копеек Сяоюй.
— Ага! Дядя Лю у нас — большая шишка в Шанхайском управлении торгово-промышленной администрации! — с улыбкой вставила свои пять копеек Сяоюй.
— Теперь понятно, — Чжэн Гэ понимающе кивнул.
— Теперь понятно, — Чжэн Гэ понимающе кивнул.
— Да ладно тебе, Чэнь, не преувеличивай. Обычный госслужащий, просто при должности, — добродушно отмахнулся Лао Лю. — Но если у тебя, Чжэн Гэ, все документы в порядке, то посодействовать и немного ускорить процесс я, конечно, смогу. Без лишней волокиты.
— Да ладно тебе, Чэнь, не преувеличивай. Обычный госслужащий, просто при должности, — добродушно отмахнулся Лао Лю. — Но если у тебя, Чжэн Гэ, все документы в порядке, то посодействовать и немного ускорить процесс я, конечно, смогу. Без лишней волокиты.
— В таком случае заранее благодарен, директор Лю, — улыбнулся Чжэн Гэ.
— В таком случае заранее благодарен, директор Лю, — улыбнулся Чжэн Гэ.
— Да брось ты эти чины! Мы ведь соседи, бок о бок, может, еще лет тридцать проживем. Зови меня просто Лао Лю, — отмахнулся чиновник и тут же спросил: — Так какой планируется уставной капитал? И в какие сферы целишься?
— Да брось ты эти чины! Мы ведь соседи, бок о бок, может, еще лет тридцать проживем. Зови меня просто Лао Лю, — отмахнулся чиновник и тут же спросил: — Так какой планируется уставной капитал? И в какие сферы целишься?
— На первое время планирую задействовать около семисот-восьмисот миллионов юаней, — прикинул в уме Чжэн Гэ. — Основные направления — интернет-технологии и фармакология.
— На первое время планирую задействовать около семисот-восьмисот миллионов юаней, — прикинул в уме Чжэн Гэ. — Основные направления — интернет-технологии и фармакология.
— Восемьсот миллионов?! — ахнула Сяоюй.
— Восемьсот миллионов?! — ахнула Сяоюй.
Даже видавшие виды Лао Лю и Чэнь Шань на секунду застыли с рюмками в руках.
Даже видавшие виды Лао Лю и Чэнь Шань на секунду застыли с рюмками в руках.
— Послушай, Чжэн... Ты точно не из золотой молодежи? — озадаченно прищурился Чэнь Шань.
— Послушай, Чжэн... Ты точно не из золотой молодежи? — озадаченно прищурился Чэнь Шань.
— Да бог с вами, самый обычный парень из простой семьи, — рассмеялся Чжэн Гэ.
— Да бог с вами, самый обычный парень из простой семьи, — рассмеялся Чжэн Гэ.
— Ничего себе... Неужели инвестиции приносят столько денег? А почему мой двоюродный брат тогда прогорел до нитки? — тихонько пробормотала Сяоюй.
— Ничего себе... Неужели инвестиции приносят столько денег? А почему мой двоюродный брат тогда прогорел до нитки? — тихонько пробормотала Сяоюй.
— Твой брат не бизнес строил, а родительские деньги по ветру пускал! — строго прикрикнул на нее отец. Судя по его лицу, упоминание этого племянника до сих пор вызывало у него изжогу.
— Твой брат не бизнес строил, а родительские деньги по ветру пускал! — строго прикрикнул на нее отец. Судя по его лицу, упоминание этого племянника до сих пор вызывало у него изжогу.
Сяоюй лишь виновато вжала голову в плечи.
Сяоюй лишь виновато вжала голову в плечи.
— Погоди-ка, Чжэн Гэ... Чжэн Гэ... — Лао Лю на секунду задумался, а потом резко хлопнул ладонью по столу. — Послушай, а ты случайно на днях не летал в Пэнчэн? Тот загадочный молодой инвестор, который влил кучу денег в «Фармацевтику Чэнхуа»... Это ведь твоих рук дело?
— Погоди-ка, Чжэн Гэ... Чжэн Гэ... — Лао Лю на секунду задумался, а потом резко хлопнул ладонью по столу. — Послушай, а ты случайно на днях не летал в Пэнчэн? Тот загадочный молодой инвестор, который влил кучу денег в «Фармацевтику Чэнхуа»... Это ведь твоих рук дело?
Чжэн Гэ опешил.
Чжэн Гэ опешил.
— Ну да, я. Неужели слухи докатились и до вас, Лао Лю?
— Ну да, я. Неужели слухи докатились и до вас, Лао Лю?
Он действительно не понимал, почему рядовая сделка на несколько сотен миллионов вызвала такой ажиотаж.
Он действительно не понимал, почему рядовая сделка на несколько сотен миллионов вызвала такой ажиотаж.
— Ну надо же, точно он! — Лао Лю удовлетворенно кивнул.
— Ну надо же, точно он! — Лао Лю удовлетворенно кивнул.
Заметив недоумение на лицах Чэнь Шаня и его дочери, чиновник вкратце обрисовал им суть недавней сделки в Пэнчэне. Когда он закончил, хозяева дома переглянулись в немом изумлении.
Заметив недоумение на лицах Чэнь Шаня и его дочери, чиновник вкратце обрисовал им суть недавней сделки в Пэнчэне. Когда он закончил, хозяева дома переглянулись в немом изумлении.
— Брат Чжэн, ты просто космос! — Сяоюй уставилась на него круглыми от восторга глазами.
— Брат Чжэн, ты просто космос! — Сяоюй уставилась на него круглыми от восторга глазами.
— Пустяки. Учись прилежно, и у тебя всё получится не хуже, — с улыбкой подмигнул ей Чжэн Гэ.
— Пустяки. Учись прилежно, и у тебя всё получится не хуже, — с улыбкой подмигнул ей Чжэн Гэ.
Личико девушки тут же скисло. Для выпускницы школы фраза «учись прилежно» звучала как самое страшное проклятие на свете.
Личико девушки тут же скисло. Для выпускницы школы фраза «учись прилежно» звучала как самое страшное проклятие на свете.
— В общем, так, Чжэн Гэ, — Лао Лю придвинул к себе рюмку, его тон стал куда более деловым и дружеским. — Как только соберешь пакет документов, передай мне лично. Обещаю, через неделю всё будет готово.
— В общем, так, Чжэн Гэ, — Лао Лю придвинул к себе рюмку, его тон стал куда более деловым и дружеским. — Как только соберешь пакет документов, передай мне лично. Обещаю, через неделю всё будет готово.
— Договорились, — с благодарностью кивнул Чжэн Гэ.
— Договорились, — с благодарностью кивнул Чжэн Гэ.
Всё-таки полезные связи решают всё. Иди он по стандартному бюрократическому кругу, даже при самом благоприятном раскладе на все согласования ушел бы минимум месяц беготни по кабинетам. А уж если бы в бумагах нашли хоть малейшую помарку — процесс затянулся бы на неопределенный срок.
Всё-таки полезные связи решают всё. Иди он по стандартному бюрократическому кругу, даже при самом благоприятном раскладе на все согласования ушел бы минимум месяц беготни по кабинетам. А уж если бы в бумагах нашли хоть малейшую помарку — процесс затянулся бы на неопределенный срок.

Комментарии

Загрузка...