Получив точные данные о движении судна, Гу Чэнъань смог легко отсечь лишние варианты из трех намеченных зон.
Побережье Дунцзяду лежало в стороне от основного фарватера, довольно далеко от маршрута сухогруза. Звук гудка, пройдя такое расстояние, сильно ослаб бы и донесся глухим и смазанным.
Участок Южного Банда находился выше по течению от моста Наньпу. Из-за плотной высотной застройки и направления ветра с реки звук там казался бы приглушенным.
На записи же гудок звучал чисто, звонко и без лишних помех. Это доказывало, что звонивший находился ниже моста по течению, в непосредственной близости от береговой линии.
Все ниточки сошлись в одну точку – набережная старого причала Шилюпу.
Зона поиска мгновенно сузилась до отрезка длиной менее двух километров. А если убрать оттуда отреставрированные современные променады и зеленые зоны, то старый квартал с утренними лавками и торговцами сжимался до крошечного пятачка длиной около четырехсот метров.
Здесь стояли невысокие плотные дома: в основном старые жилые пятиэтажки, дешевые хостелы и маленькие частные гостиницы. Шумный, запутанный район – идеальное укрытие, полностью соответствующее фоновым звукам с записи.
Гу Чэнъань прикинул в уме: радиус действия «Тяньчжу» всего десять метров, так что бродить вслепую по площади нельзя. Нужно сократить сектор поиска до предела и методично проверить каждый дом, метр за метром.
То, что у снайпера при себе была капсула с ядом, говорило о жестокости и крайней осторожности этой организации. Времени на поиски оставалось ничтожно мало. Малейшая заминка – и цель бесследно исчезнет.
Спрятав телефон, Гу Чэнъань сразу направился к старому причалу Шилюпу.
Метод его работы сильно отличался от обычных полицейских процедур, поэтому брать с собой кого-то он не стал. К тому же он полностью полагался на собственные силы.
Через пятнадцать минут Гу Чэнъань уже шел по улице Матоу Дунлу.
Из уличных палаток старого квартала поднимался густой пар, в чанах с кипящим маслом жарились пончики-ютяо.
Среди мелких гостиниц теснились шестиэтажные жилые дома с блеклой песочной краской на стенах. Из окон тянулись бельевые веревки с сохнущими простынями. На первых этажах ютились лавчонки, залы для игры в маджонг и ремонт обуви.
Гу Чэнъань не спешил. Он шел по южной стороне Матоу Дунлу в размеренном темпе, держась поближе к стенам первых этажей.
Вот первый шестиэтажный дом на три подъезда.
Он начал движение от крайнего западного подъезда, двигаясь вдоль фасада ровным шагом, изображая вышедшего на прогулку местного жителя.
Меньше чем за минуту он миновал все здание. Тишина.
Он зашел внутрь и поднялся до третьего этажа первого подъезда – прибор молчал. Проверил следующий подъезд – то же самое.
Второй дом, пятиэтажка на два подъезда – тихо.
Он двинулся дальше. Одно здание, второе, третье...
Миновав так штук восемь строений, он не получил ни одного сигнала.
Минут через двадцать он прошел все четыреста метров и уперся в перекресток с Матоу Чжунлу.
«Тяньчжу» молчал.
Гу Чэнъань остановился на углу.
Он развернулся и окинул взглядом пройденный путь.
Дома по обе стороны улицы стояли вразнобой. Южную сторону, по которой он только что прошел, он проверил полностью – там чисто.
Значит, упустил.
Он перевел взгляд на противоположную – северную сторону улицы.
Там высилось четырехэтажное здание с вывеской «Бизнес-отель Цзянцзин», а рядом стояли еще две старые жилые постройки.
Гу Чэнъань посмотрел на тротуар под ногами, а затем прикинул ширину проезжей части.
Четыре полосы движения плюс тротуары с обеих сторон – общая ширина улицы составляла от двенадцати до пятнадцати метров.
Все это время он шел по южному тротуару вплотную к зданиям. Расстояние от его траектории до фасадов на северной стороне как раз превышало двенадцать метров.
А радиус действия «Тяньчжу» – десять метров.
Если цель сидела в комнате на втором этаже или выше на северной стороне, расстояние через всю улицу просто не позволяло прибору ее засечь.
Не хватило каких-то двух метров.
Гу Чэнъань без колебаний перешел дорогу.
Входная дверь отеля «Цзянцзин» оказалась старой стеклянной конструкцией, которую нужно было толкать руками.
За стойкой сидела немолодая женщина в цветастой блузке. Она лениво подняла голову от экрана телефона.
— Номер нужен?
— У меня здесь друг остановился, я к нему.
Женщина равнодушно откинулась на спинку стула, потеряв к нему всякий интерес.
Гу Чэнъань сразу направился к лестнице.
На втором этаже слева располагались номера 201 и 202, справа – 203 и 204. Всего четыре комнаты, а в конце коридора виднелось пожарное окно.
Гу Чэнъань замедлил шаг и затаил дыхание.
У дверей 201 и 202 телефон молчал.
У 203-го номера по правой стороне – тоже тишина.
Он прошел дальше.
Номер 204.
Едва он поравнялся с дверью, как телефон в кармане резко завибрировал.
Гу Чэнъань мгновенно замер.
Не делая лишних движений, он прямо перед дверью открыл приложение «Тяньчжу».
[Имя: Сюй Цин / Асада Сатоко]
[Гражданство: Дунда]
[Номер телефона: +86 199xxxx xx5]
[Номер удостоверения личности: 3101xxxx xxxx xx48]
[Текущий статус: старший переводчик иностранных материалов / шпион]
Гу Чэнъань помрачнел, глядя на экран.
Гражданка Дунда. Еще одна продажная шкура – такие твари вызывали у него особое омерзение.
Гу Чэнъань убрал телефон.
Он внимательно осмотрел дверь.
Обычное гостиничное полотно из дешевого дерева с круглой ручкой-замком старого образца. Из щели под дверью пробивалась полоска света – цель внутри и явно не спит.
Гу Чэнъань глубоко вздохнул, расслабил плечи и слегка ссутулился, мгновенно растеряв военную выправку и превратившись с виду в самого обычного человека.
Он поднял руку и трижды постучал.
Тук-тук-тук.
Из-за двери донесся довольно молодой женский голос:
— Кто там?
Определив по звуку ее положение в комнате, Гу Чэнъань отбросил всякую маскировку. Правой рукой он выхватил из кобуры модифицированный пистолет Тип 92, перенес вес на левую ногу и с силой вбил подошву прямо в область дверного замка.
С глухим треском дверь распахнулась, с размаху ударившись о стену.
Гу Чэнъань ворвался внутрь.
Женщина явно не ожидала такого дерзкого штурма, в ее глазах на долю секунды промелькнуло замешательство.
Но как руководитель подпольной ячейки, прошедшая суровую школу спецслужб, она обладала железной выдержкой. Секундная слабость мгновенно сменилась холодной решимостью.
Уворачиваться было поздно. Сжав кулаки, она резко и технично атаковала Гу Чэнъаня, целясь ему в лицо.
Однако после генетической оптимизации физические возможности Гу Чэнъаня вышли на пик человеческих лимитов. Попытка Сюй Цин дать сдачи была похожа на попытку остановить поезд голыми руками.
Он убрал пистолет, легким движением корпуса ушел от удара, левой рукой перехватил ее запястье и жестко заломил сустав. Одновременно с этим он сделал шаг вперед, подставил подножку и рванул ее вниз.
Все заняло доли секунды.
Сюй Цин почувствовала резкую боль в руке. Против этой сокрушительной физической силы она ничего не могла поделать. Ее мгновенно прижали лицом к стене, вывернув руку за спину.
Она отчаянно задергалась, но хватка Гу Чэнъаня была подобна стальным тискам.
Не давая ей опомниться, он свободной рукой, сделав вид, будто лезет в карман, вытащил из пространственного хранилища наручники.
Раздался двойной металлический щелчок – запястья Сюй Цин оказались надежно скованы за спиной.
Оказавшись в ловушке, шпионка не унималась. Она начала громко кричать, пытаясь привлечь внимание постояльцев отеля, и яростно извиваться всем телом.
Гу Чэнъань не собирался церемониться с дамой и коротко приложил кулак к ее челюсти сбоку.
Сюй Цин мгновенно обмякла и потеряла сознание.

Комментарии

Загрузка...