Чэнь Чжиюань помнил, как мгновение назад сидел в вышедшем из-под контроля самолете, а вновь открыв глаза, очутился в совершенно незнакомом месте.
Чэнь Чжиюань помнил, как мгновение назад сидел в вышедшем из-под контроля самолете, а вновь открыв глаза, очутился в совершенно незнакомом месте.
Тесная комната, отсыревшая, позеленевшая местами штукатурка на стенах, и целая коллекция бутылок Эрготоу на прикроватной тумбочке – воздух был насквозь пропитан резким запахом алкоголя, от которого мутило и подташнивало.
Тесная комната, отсыревшая, позеленевшая местами штукатурка на стенах, и целая коллекция бутылок Эрготоу на прикроватной тумбочке – воздух был насквозь пропитан резким запахом алкоголя, от которого мутило и подташнивало.
Почувствовав, как желудок выворачивает наизнанку, Чэнь Чжиюань резко поднялся с кровати, и вместе с приступом головокружения из его рта хлынула рвота.
Почувствовав, как желудок выворачивает наизнанку, Чэнь Чжиюань резко поднялся с кровати, и вместе с приступом головокружения из его рта хлынула рвота.
— Где это я? — Пробормотал он, торопливо вытирая рот, и босиком направился к окну.
— Где это я? — Пробормотал он, торопливо вытирая рот, и босиком направился к окну.
Резко отдернув шторы и распахнув старое деревянное окно, он ощутил на лице легкое дуновение прохладного ветерка. Внизу, на улице, дети резвились под солнечными лучами, а вокруг дерева османтуса сидели, болтая, старики и бабушки. Подняв взгляд, Чэнь Чжиюань увидел бескрайнее голубое небо, а яркий солнечный свет так ослеплял, что приходилось жмуриться.
Резко отдернув шторы и распахнув старое деревянное окно, он ощутил на лице легкое дуновение прохладного ветерка. Внизу, на улице, дети резвились под солнечными лучами, а вокруг дерева османтуса сидели, болтая, старики и бабушки. Подняв взгляд, Чэнь Чжиюань увидел бескрайнее голубое небо, а яркий солнечный свет так ослеплял, что приходилось жмуриться.
— Тц! — Мозг внезапно распух, и воспоминания, словно кадры фильма, со скоростью, умноженной в десять, а то и в сто раз, пронеслись в сознании.
— Тц! — Мозг внезапно распух, и воспоминания, словно кадры фильма, со скоростью, умноженной в десять, а то и в сто раз, пронеслись в сознании.
Мир изменился, я что, переместился?
Мир изменился, я что, переместился?
Чэнь Чжиюань, мужчина, тридцать пять лет, выпускник сельскохозяйственного университета, увлекался искусством, а после окончания вуза сменил семь-восемь работ, так и не скопив денег. Позднее он занялся бизнесом, и, неожиданно попав в струю, за несколько лет обрел финансовую свободу. Но во время первой же заграничной поездки он попал в авиакатастрофу...
Чэнь Чжиюань, мужчина, тридцать пять лет, выпускник сельскохозяйственного университета, увлекался искусством, а после окончания вуза сменил семь-восемь работ, так и не скопив денег. Позднее он занялся бизнесом, и, неожиданно попав в струю, за несколько лет обрел финансовую свободу. Но во время первой же заграничной поездки он попал в авиакатастрофу...
Очнувшись, он стал нынешним двадцатичетырехлетним Чэнь Чжиюанем, который два года назад окончил университет и теперь работал, как вол, в одной интернет-компании.
Очнувшись, он стал нынешним двадцатичетырехлетним Чэнь Чжиюанем, который два года назад окончил университет и теперь работал, как вол, в одной интернет-компании.
«Да чтоб тебя, мама, снова нищета?»
«Да чтоб тебя, мама, снова нищета?»
— Тук-тук~
— Тук-тук~
Стук в дверь вернул Чэнь Чжиюаня в реальность, он покачал все еще тяжелой головой, подошел и открыл дверь.
Стук в дверь вернул Чэнь Чжиюаня в реальность, он покачал все еще тяжелой головой, подошел и открыл дверь.
В проеме стояла девушка по имени Чжао Сысы – бывшая девушка Чэнь Чжиюаня, если быть точным.
В проеме стояла девушка по имени Чжао Сысы – бывшая девушка Чэнь Чжиюаня, если быть точным.
В марте этого года она успешно прошла собеседование на государственную службу и вскоре должна была выйти на работу. Еще когда появились результаты письменного экзамена, Чэнь Чжиюань понял, что Чжао Сысы намеренно дистанцируется от него, но не сдавался. Их отношения начались на втором курсе университета и длились уже пять лет, и Чэнь Чжиюань считал, что эти чувства слишком сильны, чтобы так просто разорвать их.
В марте этого года она успешно прошла собеседование на государственную службу и вскоре должна была выйти на работу. Еще когда появились результаты письменного экзамена, Чэнь Чжиюань понял, что Чжао Сысы намеренно дистанцируется от него, но не сдавался. Их отношения начались на втором курсе университета и длились уже пять лет, и Чэнь Чжиюань считал, что эти чувства слишком сильны, чтобы так просто разорвать их.
Однако вчера вечером Чжао Сысы сама предложила расстаться.
Однако вчера вечером Чжао Сысы сама предложила расстаться.
А еще она сообщила Чэнь Чжиюаню нечто более жестокое: после собеседования Семья нашла ей нового парня – тоже из государственной структуры. Он превосходил Чэнь Чжиюаня по финансовому положению, способностям и перспективам.
А еще она сообщила Чэнь Чжиюаню нечто более жестокое: после собеседования Семья нашла ей нового парня – тоже из государственной структуры. Он превосходил Чэнь Чжиюаня по финансовому положению, способностям и перспективам.
Теперь они встречаются.
Теперь они встречаются.
Чэнь Чжиюань отчаянно умолял не расставаться, но Чжао Сысы была непоколебима и даже вечером того же дня удалила и заблокировала все его контакты.
Чэнь Чжиюань отчаянно умолял не расставаться, но Чжао Сысы была непоколебима и даже вечером того же дня удалила и заблокировала все его контакты.
Именно поэтому на прикроватной тумбочке у Чэнь Чжиюаня, который обычно почти не пьет, стояло так много бутылок.
Именно поэтому на прикроватной тумбочке у Чэнь Чжиюаня, который обычно почти не пьет, стояло так много бутылок.
— Ты кто? — Спросил он, глядя на Чжао Сысы, от которой несло алкоголем, и изображая незнакомца. Девушка внутренне вздохнула: он и впрямь совсем не повзрослел, значит, расставание было правильным решением.
— Ты кто? — Спросил он, глядя на Чжао Сысы, от которой несло алкоголем, и изображая незнакомца. Девушка внутренне вздохнула: он и впрямь совсем не повзрослел, значит, расставание было правильным решением.
— Не притворяйся, — холодно сказала Чжао Сысы. — Я пришла только, чтобы вернуть тебе все, что ты мне когда-то подарил.
— Не притворяйся, — холодно сказала Чжао Сысы. — Я пришла только, чтобы вернуть тебе все, что ты мне когда-то подарил.
Она протянула ему черный пластиковый пакет, внутри которого лежали подарки, преподнесенные Чэнь Чжиюанем за время их романа: куклы, пойманные вместе в автомате с игрушками, девятьсот девяносто девять звездочек, сложенных из цветной бумаги, парные шарфы, купленные на прогулке, и парные браслеты, приобретенные в путешествии...
Она протянула ему черный пластиковый пакет, внутри которого лежали подарки, преподнесенные Чэнь Чжиюанем за время их романа: куклы, пойманные вместе в автомате с игрушками, девятьсот девяносто девять звездочек, сложенных из цветной бумаги, парные шарфы, купленные на прогулке, и парные браслеты, приобретенные в путешествии...
Конечно, это была лишь часть подарков. Цветы, косметика, духи – все это давно закончилось.
Конечно, это была лишь часть подарков. Цветы, косметика, духи – все это давно закончилось.
Воспоминания быстро восстанавливались в сознании, и Чэнь Чжиюань медленно вспоминал все эти прошлые события.
Воспоминания быстро восстанавливались в сознании, и Чэнь Чжиюань медленно вспоминал все эти прошлые события.
«Ха. Это и есть так называемый „Первый меч, сойдя на берег, рубит возлюбленного“?»
«Ха. Это и есть так называемый „Первый меч, сойдя на берег, рубит возлюбленного“?»
Чэнь Чжиюань бросил взгляд на содержимое пакета, а затем швырнул его обратно на пол. — Зачем мне все это?
Чэнь Чжиюань бросил взгляд на содержимое пакета, а затем швырнул его обратно на пол. — Зачем мне все это?
— Ты! — Взгляд, а также тон его голоса, внезапно заставили Чжао Сысы почувствовать незнакомое в этом до боли знакомом парне.
— Ты! — Взгляд, а также тон его голоса, внезапно заставили Чжао Сысы почувствовать незнакомое в этом до боли знакомом парне.
Вчера вечером он еще плакал, обнимая ее и умоляя не расставаться, а сегодня что с ним? За одну ночь разлюбил?
Вчера вечером он еще плакал, обнимая ее и умоляя не расставаться, а сегодня что с ним? За одну ночь разлюбил?
«Как такое возможно?»
«Как такое возможно?»
Чжао Сысы встала на цыпочки, заметив бутылки на тумбочке, и успокоилась. — Чжиюань, мы изначально не подходили друг другу. Это расставание – к лучшему для нас обоих.
Чжао Сысы встала на цыпочки, заметив бутылки на тумбочке, и успокоилась. — Чжиюань, мы изначально не подходили друг другу. Это расставание – к лучшему для нас обоих.
— У тебя еще что-нибудь есть? — Спросил Чэнь Чжиюань.
— У тебя еще что-нибудь есть? — Спросил Чэнь Чжиюань.
— Мм? — Чжао Сысы резко подняла голову, вновь ощутив незнакомое чувство, но, вспомнив, что уже рассталась с Чэнь Чжиюанем и ее ждет лучшая жизнь, она не стала зацикливаться на этом и быстро изложила истинную причину своего визита. — Раз уж мы разошлись, то те фотографии, что мы делали раньше...
— Мм? — Чжао Сысы резко подняла голову, вновь ощутив незнакомое чувство, но, вспомнив, что уже рассталась с Чэнь Чжиюанем и ее ждет лучшая жизнь, она не стала зацикливаться на этом и быстро изложила истинную причину своего визита. — Раз уж мы разошлись, то те фотографии, что мы делали раньше...
Ее новый знакомый еще не знал, что у нее был парень, и она боялась, что Чэнь Чжиюань однажды свихнется и выложит фотографии, сделанные во время их романа...
Ее новый знакомый еще не знал, что у нее был парень, и она боялась, что Чэнь Чжиюань однажды свихнется и выложит фотографии, сделанные во время их романа...
«Раз уж расставаться, то расставаться чисто.»
«Раз уж расставаться, то расставаться чисто.»
Чэнь Чжиюань не стал тратить слова попусту, просто распахнул дверь, отошел в сторону и принял позу, говорящую: «Делай что хочешь».
Чэнь Чжиюань не стал тратить слова попусту, просто распахнул дверь, отошел в сторону и принял позу, говорящую: «Делай что хочешь».
Как только Чжао Сысы вошла, она почувствовала резкий запах. Зажав нос, она подошла к письменному столу, открыла ящик и вынула оттуда фотоальбом. Это был толстый альбом, в котором хранились не только их совместные фото, но и сотни железнодорожных билетов.
Как только Чжао Сысы вошла, она почувствовала резкий запах. Зажав нос, она подошла к письменному столу, открыла ящик и вынула оттуда фотоальбом. Это был толстый альбом, в котором хранились не только их совместные фото, но и сотни железнодорожных билетов.
— Это я забираю, а что касается твоего телефона... — сказала она.
— Это я забираю, а что касается твоего телефона... — сказала она.
— Я все удалю и больше не буду тебя беспокоить, — ответил Чэнь Чжиюань.
— Я все удалю и больше не буду тебя беспокоить, — ответил Чэнь Чжиюань.
Чжао Сысы не ожидала, что Чэнь Чжиюань будет так сговорчив. Она инстинктивно снова взглянула на бутылки из-под байцзю, и на душе стало вдруг как-то не по себе.
Чжао Сысы не ожидала, что Чэнь Чжиюань будет так сговорчив. Она инстинктивно снова взглянула на бутылки из-под байцзю, и на душе стало вдруг как-то не по себе.
Эти пять лет отношений, возможно, были лучшими годами в ее жизни. Если бы она не устроилась на работу, возможно, они могли бы и пожениться.
Эти пять лет отношений, возможно, были лучшими годами в ее жизни. Если бы она не устроилась на работу, возможно, они могли бы и пожениться.
«Но ничего не поделаешь, всегда нужно смотреть вперед. Ты же не можешь помешать мне стремиться к лучшему будущему.»
«Но ничего не поделаешь, всегда нужно смотреть вперед. Ты же не можешь помешать мне стремиться к лучшему будущему.»
Чжао Сысы тихонько вздохнула и мягко произнесла:
Чжао Сысы тихонько вздохнула и мягко произнесла:
— Чжиюань, я надеюсь, ты возьмешь себя в руки, ты еще встретишь...
— Чжиюань, я надеюсь, ты возьмешь себя в руки, ты еще встретишь...
— Довольно! — Чэнь Чжиюань, еще не оправившийся от перемещения в параллельный мир, совсем не желал слушать лицемерные слова Чжао Сысы.
— Довольно! — Чэнь Чжиюань, еще не оправившийся от перемещения в параллельный мир, совсем не желал слушать лицемерные слова Чжао Сысы.
Чжао Сысы хотела еще что-то сказать в утешение, но, услышав такой тон Чэнь Чжиюаня, передумала. Она положила фотоальбом в сумку, решив выкинуть его в ближайший мусорный бак, когда будет уходить.
Чжао Сысы хотела еще что-то сказать в утешение, но, услышав такой тон Чэнь Чжиюаня, передумала. Она положила фотоальбом в сумку, решив выкинуть его в ближайший мусорный бак, когда будет уходить.
Именно в этот момент он произнес:
Именно в этот момент он произнес:
— Красные конверты, которые я переводил тебе все эти годы, и деньги, потраченные на тебя за два года твоей подготовки к экзаменам, – как ты собираешься мне это вернуть?
— Красные конверты, которые я переводил тебе все эти годы, и деньги, потраченные на тебя за два года твоей подготовки к экзаменам, – как ты собираешься мне это вернуть?
Чжао Сысы замерла, недоверчиво повернувшись к Чэнь Чжиюаню. Из воспоминаний он уже знал всю их историю. Старый Чэнь Чжиюань, возможно, не стал бы сводить счеты, но нынешний Чэнь Чжиюань не собирался так просто это оставлять. Если не обсуждать чувства, то пусть обсуждают деньги.
Чжао Сысы замерла, недоверчиво повернувшись к Чэнь Чжиюаню. Из воспоминаний он уже знал всю их историю. Старый Чэнь Чжиюань, возможно, не стал бы сводить счеты, но нынешний Чэнь Чжиюань не собирался так просто это оставлять. Если не обсуждать чувства, то пусть обсуждают деньги.
В конце концов, сейчас он очень нуждался в деньгах.
В конце концов, сейчас он очень нуждался в деньгах.
— Что ты так на меня смотришь? — Спокойно сказал Чэнь Чжиюань. — Это ты предложила расстаться, а теперь пришла возвращать подарки и забирать фотографии. Неужели ты думаешь, что мои траты на тебя – это нечто само собой разумеющееся?
— Что ты так на меня смотришь? — Спокойно сказал Чэнь Чжиюань. — Это ты предложила расстаться, а теперь пришла возвращать подарки и забирать фотографии. Неужели ты думаешь, что мои траты на тебя – это нечто само собой разумеющееся?
— Чэнь Чжиюань, ты вообще мужчина?
— Чэнь Чжиюань, ты вообще мужчина?
— Нет, я подкаблучник, но я не хочу остаться ни с чем.
— Нет, я подкаблучник, но я не хочу остаться ни с чем.
— Ты изменился, ты не тот Чэнь Чжиюань, которого я знала.
— Ты изменился, ты не тот Чэнь Чжиюань, которого я знала.
Чэнь Чжиюань покачал головой и усмехнулся:
Чэнь Чжиюань покачал головой и усмехнулся:
— Меньше притворяйся. Я не буду много требовать, но за эти два года я потратил на тебя не меньше сорока-пятидесяти тысяч. Я предлагаю тебе половину – верни двадцать тысяч, а остальное я считаю выброшенным псу.
— Меньше притворяйся. Я не буду много требовать, но за эти два года я потратил на тебя не меньше сорока-пятидесяти тысяч. Я предлагаю тебе половину – верни двадцать тысяч, а остальное я считаю выброшенным псу.
Едва Чэнь Чжиюань закончил говорить, как слезы хлынули из глаз Чжао Сысы. Чэнь Чжиюань молчал, спокойно наблюдая за ее представлением.
Едва Чэнь Чжиюань закончил говорить, как слезы хлынули из глаз Чжао Сысы. Чэнь Чжиюань молчал, спокойно наблюдая за ее представлением.
Возможно, ей надоело притворяться, или она не хотела раздувать скандал, который мог нарушить ее нынешнюю жизнь, но Чжао Сысы неохотно взяла телефон и перевела Чэнь Чжиюаню двадцать тысяч из красных конвертов, полученных от родственников после успешной сдачи экзаменов.
Возможно, ей надоело притворяться, или она не хотела раздувать скандал, который мог нарушить ее нынешнюю жизнь, но Чжао Сысы неохотно взяла телефон и перевела Чэнь Чжиюаню двадцать тысяч из красных конвертов, полученных от родственников после успешной сдачи экзаменов.
Затем она вытерла слезы и громко произнесла:
Затем она вытерла слезы и громко произнесла:
— Чэнь Чжиюань! Я больше никогда не хочу тебя видеть!
— Чэнь Чжиюань! Я больше никогда не хочу тебя видеть!
Увидев, как Чжао Сысы быстро убегает, Чэнь Чжиюань немедленно достал телефон и, убедившись, что она действительно перевела ему двадцать тысяч, облегченно выдохнул. Теперь это уже не было началом полного краха.
Увидев, как Чжао Сысы быстро убегает, Чэнь Чжиюань немедленно достал телефон и, убедившись, что она действительно перевела ему двадцать тысяч, облегченно выдохнул. Теперь это уже не было началом полного краха.
Перед блокировкой экрана в верхней части телефона внезапно появилось еще одно уведомление.
Перед блокировкой экрана в верхней части телефона внезапно появилось еще одно уведомление.
[Доуинь: Ваша заявка на участие в «Острове Сердец 2026» будет рассмотрена сегодня в 9:00 утра. Случайным образом будет выбран один счастливый участник из восьми миллионов зарегистрированных. Этот счастливый участник вместе с девятью тщательно отобранными программой мужчинами и женщинами примет участие в записи нового шоу знакомств, созданного группой Доуинь с инвестициями в 500 миллионов юаней. Желаем вам удачи.]
[Доуинь: Ваша заявка на участие в «Острове Сердец 2026» будет рассмотрена сегодня в 9:00 утра. Случайным образом будет выбран один счастливый участник из восьми миллионов зарегистрированных. Этот счастливый участник вместе с девятью тщательно отобранными программой мужчинами и женщинами примет участие в записи нового шоу знакомств, созданного группой Доуинь с инвестициями в 500 миллионов юаней. Желаем вам удачи.]
...
...

Комментарии

Загрузка...