Выйдя из комнаты Су Юйнян, Су Сяосяо встретила старого господина Су и Су Цзиньнян.
Старый господин Су занимался сведением счетов в главном зале, а Су Цзиньнян в сторонке готовила для него чай.
У старой семьи Су было много полей, и они не могли засеять их все, поэтому часть из них сдавалась в аренду, получая от арендаторов ренту по десять-двадцать таэлей в год.
Как появилась у них эта земля, Су Сяосяо специально не расспрашивала, но слышала, как об этом говорили люди в деревне.
Это было тридцать лет назад отец старого господина Су обменял свой родовой нефритовый кулон на зерно, чтобы помочь односельчанам, а взамен деревня согласилась выделить большой участок земли для старой семьи Су.
Не говоря уже о том, что два му* земли семьи Су были куплены у старого господина Су.
Увидев Су Сяосяо, они оба выказали ... непритворную неприязнь.
Прошел не день и не два, как люди из старой семьи Су стали смотреть на семью Су свысока, и Су Сяосяо также не спешила надевать дружелюбное лицо в ответ на их неприязнь.
Су Сяосяо не поприветствовала этих двоих.
Точнее, она даже не удостоила их взглядом.
Старый господин Су нахмурился.
В этот момент из деревни Цяньшуй вернулись отец и старший брат Су Юйнян, вероятно, они хотели что-то сказать старому господину Су, но из-за присутствия Толстушки Су говорить было сложно.
"Собери счетные книги". Старый господин Су дал указание Су Цзиньнян и вышел с серьезным выражением лица.
В главном зале остались только Су Сяосяо и Су Цзиньнян.
Су Цзиньнян послушно убирала со стола счетные книги одну за другой. Все эти дни она вместе с дедушкой усердно училась читать эти книги, поскольку у нее имелись на этот счет некоторые мелкие мыслишки.
Раз Толстушка Су умеет читать, а я намного умнее Толстушки Су, то мне, конечно, тоже надо уметь это делать!
И вот уже более полумесяца она занималась с дедушкой, однако без особого прогресса.
Старый господин Су не особо тратил время и силы на обучение внучки чтению, и это была первая причина отсутствия видимого результата.
Кроме того, у самой Су Цзиньнян тоже не было способностей к обучению, и это была вторая причина.
Однако Су Цзиньнян не хотела признавать себя глупой.
Она жалела только о том, что не вышла замуж за хорошего мужа, иначе она давно бы узнала больше слов, чем Толстушка Су.
"Не приходи в мой дом, если тебе нечего делать!" - холодно сказала Су Цзиньнян.
Су Сяосяо с улыбкой ответила: "Ты очень властна. Сначала ты жалуешься на мою одежду, а теперь еще и указываешь, куда мне ходить. Кем ты себя возомнила? Думаешь, ты можешь меня контролировать?"
Су Цзиньнян холодно ответила: "Это мой дом, я не приемлю твое присутствие здесь!"
Су Сяосяо усмехнулась: "Я уже здесь, что ты можешь сделать?"
Когда-то Су Цзиньнян любила, когда Толстушка Су крутилась перед ней, потому что Толстушка Су была толстой и уродливой, она подражала ее манере одеваться, манере ходить и так далее, что на ее фоне делало саму Су Цзиньнян похожей на фею.
Теперь же все было иначе.
Толстушка Су стала красивее и больше не подражала ее манере одеваться, и теперь уже многие люди в деревне стали делать прически, как у Толстушки Су, и носить головное украшение, как Толстушка Су.
Толстушка Су завязывала один пучок, они тоже завязывали один пучок.
Толстушка Су заплетала две косы, они тоже заплетали две косы.
Раньше, когда Су Цзиньнян ходила к колодцу за водой, все говорили о ее одежде и украшениях, а теперь ... только и слышно: Толстушка Су, у тебя очень красивая одежда! Где ты ее купила? В следующий раз я поеду в город и куплю такую же!
Хотя Су Цзиньнян не хотела этого признавать, она испытывала огромный стресс.
Как только Су Цзиньнян находилась рядом с Толстушкой Су, ее обуревала необъяснимая ревность, казалось бы, без всякой причины.
"Ты положила счетные книги вверх ногами". Су Сяосяо любезно напомнила ей об этом.
Су Цзиньнян была неграмотной и не поняла, что некоторые счетные книги перевернуты.
"Я знаю! Не нужно мне напоминать!" Су Цзиньнян покраснела и перевернула одну из счетных книг.
Су Сяосяо покачала головой и ответила: "Не та".
Судя по ее навязчивым мыслям, она просто не могла вынести вида этого!
"Третья книга!"
Су Цзиньнян шлепнул счетные книги на стол и сердито посмотрела на Су Сяосяо: "Разве это такое уж большое достижение - знать несколько слов? Ты даже проделала весь этот путь, чтобы покрасоваться передо мной!"
Су Сяосяо с необъяснимым видом сказала: "Су Цзиньнян, ты больна? Похвастаться перед тобой? Разве это должно дать мне хоть какое-то чувство удовлетворения?"
Су Цзиньнян почувствовала, что ее недооценивают, и ее самооценка сильно пострадала.
Раздраженная, она воскликнула: "Ты всего лишь поношенная туфля**, которую осквернил посторонний мужчина, какое у тебя есть право сравнивать себя со мной?"
"Кто тебя сравнивает ..."
Погодите-ка.
Оскверненная?
Посторонний мужчина?
Глаза Су Сяосяо мгновенно остановились на лице Су Цзиньнян.
Су Цзиньнян поняла, что проговорилась, и, подхватив счетные книги, поспешила уйти.
Су Сяосяо легонько постучала по столу и сказала: "Су Цзиньнян, остановись и объясни прямо, что за посторонний мужчина? Что за осквернение?"
У нее был только один мужчина, и это был Вэй Тин.
Хотя она и Вэй Тин были мужем и женой по имени, но даже если бы они действительно имели сексуальные отношения, это все равно называлось бы отношениями между мужем и женой, семейным счастьем, и это абсолютно точно не назвалось бы осквернением.
Так что этот посторонний мужчина не должен быть Вэй Тином.
Су Сяосяо пристально посмотрела на Су Цзиньнян и спросила: "Дело Фэн Гуайцзы, это ты сделала?"
Тело Су Цзиньнян напряглось.
Не оборачиваясь, она торопливо пошла на внутренний двор, держа в руках счетные книги.
По ее виноватому виду даже глупец мог понять, что здесь что-то нечисто.
Я же сказала, что пойду копать дикие овощи, так как же я могла столкнуться с Фэн Гуайцзы?
К тому же Фэн Гуайцзы поднялся на гору с пустыми руками ...
Никто бы не пошел туда гулять, если только Фэн Гуайцзы не собирался специально преградить мне путь.
Только я всегда полагала, что Фэн Гуайцзы пошел за мной по своей прихоти, и никогда не думала, что в этом участвовала Су Цзиньнян.
Да, верно, перед тем как подняться на гору, я встретила Су Цзиньнян на кухне семьи Су, и Су Цзиньнян знала, куда я направилась.
Су Сяосяо сделала три шага, чтобы последовать за ней.
Су Цзиньнян услышала позади себя шаги и в панике обернулась, сжимая в руках счетные книги: "Толстушка Су, что ты делаешь?!"
Су Сяосяо посмотрела на нее с легким укором: "Это ты".
Глаза Су Цзиньнян вспыхнули: "Что значит "это я"? Я не понимаю, о чем ты говоришь!"
Су Сяосяо усмехнулась: "Не понимаешь, потому что у тебя плохо слышат уши или плохо работает мозг? Хорошо, я помогу тебе понять ситуацию".
"Ты ... ах ..."
Не успела Су Цзиньнян закончить фразу, как Су Сяосяо схватила ее за шею и макнула ее в стоящий перед ней бак с водой!
С громким звуком Су Цзиньнян, как маленького цыпленка, окунули в холодную воду!
Ее руки затряслись, а счетные книги, которые она держала в руках, посыпались во все стороны!
Она боролась изо всех сил, но против Су Сяосяо ее сил просто не хватало!
Су Сяосяо подняла ее голову и сказала: "Су Цзиньнян, посмотри мне в глаза, ты думаешь, я тебя боюсь?"
Су Цзиньнян впервые ощутила на себе силу маленькой хулиганки семьи Су. Она не понимала, как Су Юйнян в детстве осмелилась драться с такой задиристой девчонкой.
Она внутренне ужаснулась, не зная, от холода или от испуга, но все ее тело дрожало.
"Дедушка ... отец ..."
Она издала свиноподобный крик о помощи.
"Ах".
Су Сяосяо снова макнула ее в воду!
Су Цзиньнян чуть не утонула в баке с водой!
В глазах Су Сяосяо не было ни капли жалости.
В обычные дни эта Су Цзиньнян-зеленый чай постоянно бегала перед глазами Вэй Тина, чтобы подчеркнуть свое присутствие. В любом случае, это были всего лишь небольшие женские уловки, и Вэй Тин не стал бы вестись на это.
А вот с Фэн Гуайцзы она смогла провернуть несколько из своих трюков!
Фэн Гуайцзы был родственником старой семьи Су, разве Су Цзиньнян не знала, какой он человек?
Хотя она не боялась Фэн Гуайцзы, и даже если таких как он было десять, она бы все равно могла расправиться с ними, но ей был противен злой умысел Су Цзиньнян!
"Толстушка Су, что ты делаешь! Отпусти мою сестру!"
Примечание:
* - 1 му – приблизительно 0,07 га или 7 соток;
** - поношенная туфля – метафора – о гулящей женщине;
*** - зелёный чай - девушка, которая внешне ведет себя мило и наивно, но на самом деле очень коварна.
Перевод: Флоренс

Комментарии

Загрузка...