— Ого, брат! В этом боевом костюме ты выглядишь просто супер! — Фан Минь кружила вокруг Фан Чэня, и её глаза так и сияли. — Говорят, он непробиваемый? А ну-ка, прими мой удар!
С этими словами девчушка со смехом занесла кулачок, собираясь в шутку стукнуть Фан Чэня по руке.
Фан Линь, увидев это, поспешил её остановить:
— Минь-эр! Не балуйся! Ты что, не слышала брата? Эта штука потребляет энергию... как их там... кристаллов духовной энергии! У неё есть износ!
Фан Чэнь лишь улыбнулся, позволяя кулаку сестры мягко коснуться ткани костюма. Раздался негромкий хлопок.
— Всё в порядке, пап, — объяснил он. — Энергия тратится, только если активировать кристалл на груди. В обычном состоянии материал сам по себе не уступает лёгкой броне. Очень прочный.
Он потрепал сестру по голове и поддразнил:
— К тому же, если бы Минь-эр могла одним ударом истощить активный энергетический щит, это значило бы, что её мастерство уже превзошло мастеров Стадии Истинных Боевых Искусств!
— Ого! Неужели он такой мощный! — Фан Минь высунула кончик языка, убрала руку и осторожно коснулась прохладной, гладкой ткани боевого костюма. На её личике отразилась смесь восторга и зависти. — Эх, всё-таки снаряжение за триста тысяч...
— Хе-хе, не завидуй, — Фан Чэнь посмотрел на сестру. — Брат накопит тебе денег, и когда придёт время твоего боевого экзамена, у тебя будет такой же!
— Правда? Ура! Брат, ты самый лучший! — Фан Минь радостно запрыгала на месте.
— Ладно, уже поздно, мне пора выдвигаться. — Фан Чэнь поправил рюкзак.
— Ага! Брат, вот, держи свой меч! — Минь-эр поспешно подала ему прислонённый к стене длинный меч с вмонтированным кристаллом.
Мать, Сун Цинмэй, державшая в руках узелок с вещами, с беспокойством подошла ближе:
— Чэнь-эр, может... возьмёшь ещё сухой паёк? Вдруг в дороге что... Тьфу-тьфу-тьфу! Мама хотела сказать – перекусишь, если проголодаешься.
Фан Чэнь похлопал по своему туго набитому рюкзаку, успокаивая её:
— Не волнуйся, мам, у меня целый рюкзак маньтоу. К тому же в школе точно подготовят еду – за такие взносы это меньшее, что они могут сделать. Ну, я пошёл.
— Счастливого пути, Чэнь-эр!
— Брат, пусть всё пройдёт гладко!
— Ждём хороших новостей!
Фан Чэнь махнул рукой на прощание и вышел за ворота двора.
Поскольку в школе их ждал общий сбор и отправка на автобусах, оставлять там велосипед надолго было небезопасно, поэтому Фан Чэнь решил дойти пешком. С его нынешней силой ног скорость его шага была весьма внушительной.
Едва дойдя до выезда из деревни, он увидел второго дядю, Ли Дэюаня. Тот ехал на подержанном мотоцикле, натужно тарахтящем под весом его сына, Ли Шаньцяна. Отец и сын то и дело притормаживали: стоило им завидеть знакомого односельчанина, как они тут же пускались в разговоры.
— О, третий дядя, ел уже? А я вот везу Шаньцяна на боевой экзамен!
— Да-да, скоро он поступит в академию боевых искусств!
— Ха-ха, пятьсот тысяч за регистрацию – дороговато, конечно, но что поделать, если наш Шаньцян такой талантливый?
— Вот обучится Шаньцян в академии настоящему мастерству, вернётся и наставит вашего сорванца... Да ладно, мы же односельчане, должны помогать друг другу!
Ли Дэюань с сыном постоянно останавливались, хвастаясь перед каждым встречным. Скорость их движения была настолько низкой, что Фан Чэнь, бежавший следом, быстро их нагнал.
— О, Фан Чэнь! — Голос второго дяди раздался сзади с нарочитым удивлением. — Ты тоже на боевой экзамен? Эта экипировка... должно быть, казённая, от департамента экзаменов?
Хотя боевой костюм по дизайну напоминал обычную одежду, стандартный длинный меч в руке Фан Чэня выдавал в нём снаряжение, выданное департаментом.
Фан Чэнь не замедлил шаг и, не оборачиваясь, бросил:
— Да.
Сидящий сзади Ли Шаньцян, завидев такое отношение, мгновенно вспыхнул и закричал во всё горло:
— Эй! Фан Чэнь! Мой отец с тобой разговаривает! Что за манеры – даже не обернуться? Тебя совсем не воспитывали?
Фан Чэнь по-прежнему не оборачивался. Его голос звучал ровно:
— Уже поздно. Если будете тащиться так медленно, боюсь, к полудню до школы не доберётесь.
— Пф! — Ли Шаньцян злобно сплюнул.
Ли Дэюань прищурился и снова крикнул:
— Фан Чэнь, а где твой велосипед?
Услышав это, Ли Шаньцян тут же сообразил, к чему клонит отец, и подхватил:
— И впрямь, где велосипед? Неужто твой отец, чтобы собрать денег на взнос, распродал в доме всё, что можно было продать? Хе-хе, будь я его сыном, мне бы совесть не позволила так с ним поступить!
Фан Чэнь остановился.
Он обернулся и перевёл взгляд на Ли Шаньцяна, на котором красовался такой же новенький боевой костюм.
— Надел костюм и решил, что шкура стала толще? — Спросил он будничным тоном, в котором сквозил холод. Он совершенно не собирался щадить чувства второго дяди.
Ли Дэюань мгновенно помрачнел.
Ли Шаньцян под взглядом Фан Чэня немного струхнул, но язык прикусывать не стал:
— Ты... О, я понял! Ты не только заставил отца всё распродать, ты наверняка ещё и у той красавицы-школьницы денег занял? Альфонс!
Фан Чэнь слегка приподнял бровь:
— Ну и что с того?
— Ты! — Ли Шаньцян не ожидал, что тот признается так легко. На мгновение он лишился дара речи, а затем волна зависти ударила ему в голову, и голос сорвался:
— Правда? Та красавица действительно одолжила тебе денег?! Она... она согласилась отдать за тебя такую сумму? С какой стати! Что за приворотное зелье ты ей подлил?! Как она вообще могла поглядеть на такого, как ты...
Горечь и неверие в его голосе буквально зашкаливали, а лицо исказилось от ревности.
Фан Чэнь же сохранял невозмутимый вид:
— Ничего не поделаешь, Ся Чу была так искренна в своих чувствах, специально пришла предложить помощь... Мне было бы неудобно ей отказать, понимаешь?
Он сменил тему и посмотрел на Ли Шаньцяна:
— А что касается тебя – разве ты не хвастался, что пробудил сверхспособность стихии второго ранга? Что же ты не пошёл в магическую академию? Припёрся толкаться с нами в академию боевых искусств?
Ли Шаньцян то бледнел, то краснел. Прошло немало времени, прежде чем он, выпятив шею, выдавил:
— Я... я!
— Ладно, — Фан Чэню надоело тратить на него время. — Некогда мне с тобой лясы точить, я пошёл.
С этими словами он перестал обращать внимание на парочку, резко оттолкнулся и стремительно ускорился.
Глядя вслед быстро удаляющемуся Фан Чэню, Ли Шаньцян, чья обида и ярость наконец вырвались наружу, с силой ударил по сиденью мотоцикла и закричал со слезами в голосе:
— Папа!! Почему ты не пустил меня в магическую академию! Если бы я пошёл туда...
Он не успел договорить – ладонь Ли Дэюаня звонко опустилась на его лоб!
— Шлеп!
— В магическую академию он захотел? — Ли Дэюань был так зол, что на его лбу вздулись вены. — Тогда почему ты, как этот Фан Чэнь, не нашёл себе богатую и красивую девчонку, которая сама бы за тобой бегала?! А?!
Ли Шаньцян потёр лоб, чувствуя себя крайне обиженным, и тихо пробормотал:
— Ты думаешь, я не хотел... я просто...
— Бестолочь! — Ли Дэюань, глядя на этот жалкий вид, разозлился ещё больше. — И как я только породил такое недоразумение!
Фан Чэнь прибыл к воротам Третьей школы за полчаса до сбора. Зрелище оказалось куда более оживлённым, чем он ожидал.
Автобусов для перевозки кандидатов ещё не было, но у входа уже копошилась толпа. Стоило Фан Чэню подойти ближе, как человек семь-восемь мужчин и женщин среднего возраста, совсем не похожих на родителей, разом обступили его, зажав в кольцо.
— Парень! Эй, парень! — Худощавый высокий мужчина, протиснувшийся вперёд всех, приглушённым голосом затараторил:
— Хочешь поработать байером?
Фан Чэнь остановился, слегка нахмурившись:
— Байером?

Комментарии

Загрузка...