Клуб «Гета», цокольный этаж, VIP-ложа для почетных гостей.
Мужчина лет сорока с небольшим, в темном костюме, лениво развалился в глубоком кожаном кресле.
Это был Чжао Тяньсюн, один из истинных теневых хозяев города Цзиньчуань. Клуб «Гета» во многом принадлежал именно ему.
Рядом с ним сидела женщина, чья грация приковывала взгляды.
Су Мань. На ней был строгий, но элегантный костюм цвета шампань, а на шее поблескивало жемчужное ожерелье – старинное и явно очень дорогое.
— Что это сегодня сестру Мань занесло ко мне? Неужто захотелось поглядеть, как эти мужланы мутузят друг друга?
Чжао Тяньсюн был старше Су Мань на несколько лет, но когда-то она помогла ему подняться, так что он по старой памяти звал её сестрой.
Су Мань подняла хрустальный бокал, слегка покачивая вино. Её улыбка была безупречной, но в ней не было прежней уверенности:
— Брат Тяньсюн шутит. Твой клуб «Гета» сейчас гремит на весь Цзиньчуань, как я могла не зайти поддержать? Ну и... вдруг увижу что-нибудь новенькое и захватывающее.
Чжао Тяньсюн усмехнулся и снова перевел взгляд вниз, на арену, где как раз закончился бой. Победитель вскинул руки в триумфе, а проигравшего уносили на носилках.
— Поддержать? Сестра Мань, мы столько лет знакомы, давай без этих экивоков. Слышал, у семьи Су дела нынче идут... не очень?
Улыбка на лице Су Мань на миг застыла, но она тут же взяла себя в руки. Поставив бокал, она слегка подалась вперед и понизила голос:
— Слухи доходят до тебя быстро. Действительно, возникли временные трудности, нужны средства для оборота. Не так много – двадцать миллионов. Проценты по всем правилам, в залог оставлю долю в отеле на востоке города.
Чжао Тяньсюн промолчал. Он неспешно стряхнул пепел с сигары, продолжая наблюдать за тем, что происходит внизу.
Лишь спустя долгое время он заговорил, и в его голосе послышалась усмешка:
— Сестра Мань, при наших-то отношениях говорить о процентах и залогах... Это как-то сухо, не находишь? Скучно.
Он повернулся к ней, впервые посмотрев в глаза по-настоящему, и уголок его рта пополз вверх:
— Давай так. Просто смотреть мордобой неинтересно, давай немного развлечемся, добавим азарта.
Су Мань поняла, что разговор переходит к делу, но и бровью не повела:
— И как же брат Тяньсюн хочет развлечься?
— Всё просто.
Чжао Тяньсюн указал на железную клетку внизу, где уже вовсю шла уборка. — Сейчас будет следующий бой. Выбирай любого из двух бойцов. Бросим кости – у кого больше, тот выбирает первым. Если выиграешь ты...
Он замолчал на секунду и поднял два пальца. — Я не только прощу тебе десять миллионов, но и дам еще десять сверху в долг. Проценты? Забудь. По рукам?
Сердце Су Мань на миг дрогнуло, но лицо осталось бесстрастным:
— А если выиграет брат Тяньсюн?
Чжао Тяньсюн откинулся на спинку кресла и развел руками. Улыбка не сходила с его лица, но взгляд стал острее:
— Если проиграешь, залог мне твой не нужен. Просто выпишешь мне долговую расписку на десять миллионов, идет? Это же просто игра, ради интереса.
Пальцы Су Мань на коленях невольно сжались.
Она прекрасно понимала, что это ловушка. Но положение семьи Су было критическим, и если шансы пятьдесят на пятьдесят, то почему бы не рискнуть?
Су Мань огляделась. В комнате они были только вдвоем, Чжао Тяньсюн не мог подать знак своим людям снаружи.
Правда, это был его клуб, и он наверняка знал возможности каждого бойца. В этом было его преимущество.
Но с другой стороны – на кону двадцать миллионов против расписки на десять...
Она молчала несколько секунд, лихорадочно взвешивая всё, и наконец на её лице появилась та самая светская улыбка. Она подняла бокал:
— Что ж, если у брата Тяньсюна такое игривое настроение, я в деле. Поиграем.
...
Кости гулко загремели в стаканчике и замерли на столе.
Крышку подняли. Пять и три.
— У сестры Мань больше, прошу, выбирай первой, — Чжао Тяньсюн сделал приглашающий жест, сохраняя полное спокойствие.
Су Мань посмотрела на клетку внизу, где разминались два бойца.
Один был горой мышц, двигался уверенно и тяжело.
Второй выглядел поджарым, жилистым, а в глазах читалась звериная свирепость.
Чжао Тяньсюн, видя её замешательство, усмехнулся, будто только что вспомнил:
— Ах, виноват, сестра Мань давно у нас не была, наверное, лица новые, незнакомые.
Он принялся лениво комментировать:
— Тот, что покрупнее, по прозвищу Рука Громового Раската. Удары тяжелые, любит переть напролом. А тот, что посуше, зовется Небесный Волк. Быстрый, дерется грязно.
Слушая его, Су Мань подметила одну деталь.
У того, кого звали Рукой Громового Раската, правое запястье и предплечье были плотно замотаны бинтами. И хотя он старался этого не показывать, в некоторых движениях при разминке чувствовалась едва заметная скованность.
«Хорошо, что я выбираю первой».
Она окончательно определилась.
— Что ж, брат Тяньсюн, — Су Мань очаровательно улыбнулась и указала вниз. — Я ставлю на победу Небесного Волка.
Улыбка на лице Чжао Тяньсюна не дрогнула. Он кивнул:
— Ха-ха, у сестры Мань глаз алмаз. Что ж, тогда мне остается Рука Громового Раската.
Бой начался.
Однако всё пошло совсем не так, как рассчитывала Су Мань!
Этот Рука Громового Раската будто и не замечал своей травмы. Его атаки были сокрушительными и яростными. Хваленый Небесный Волк просто не мог реализовать свое преимущество в скорости под таким напором. Не прошло и двух минут, как мощнейший боковой удар отправил его в глубокий нокаут, из которого он так и не поднялся.
— Ха-ха, сестра Мань, твоя взяла, — Чжао Тяньсюн затянулся сигарой. Голос его был ровным, без тени злорадства.
Лицо Су Мань осталось бесстрастным:
— Что ж, долг платежом красен.
— Я сейчас же выпишу расписку.
— Э-э, не спеши.
Чжао Тяньсюн жестом остановил её. Он вдруг подался к ней, и его ладонь как бы невзначай легла ей на колено, обтянутое капроном, слегка поглаживая его.
Тело Су Мань на мгновение одеревенело, но она тут же расплылась в кокетливой, чуть вызывающей улыбке. Она аккуратно, но твердо отвела его руку:
— Что такое? Неужто брату Тяньсюну надоели молоденькие и звонкие, и он вдруг засмотрелся на такую старуху, как я?
Чжао Тяньсюн не обиделся на отпор. Напротив, он откинулся на диван и уставился на неё горящим взглядом. В его голосе зазвучали почти нежные нотки:
— Сестра Мань, что ты такое говоришь? Для меня ты всё та же блистательная наследница семьи Су, что десять лет назад покорила весь город. Твоя красота не увяла. За все эти годы... я ни на день не забывал о тебе.
С этими словами его рука снова потянулась к ней.
— Не спеши так... — голос Су Мань стал чуть громче. — Брат Тяньсюн, сегодня я проиграла всего лишь расписку на десять миллионов. Не слишком ли ты торопишься? Неужели я в твоих глазах стою так мало?
Чжао Тяньсюн замер. В глубине его глаз на миг сверкнула холодная злоба, но он тут же рассмеялся и убрал руку:
— Ха-ха, виноват. Увидел тебя – и чувства взяли верх.
Он сменил тему, и его предложение прозвучало как невинная забава, за которой, впрочем, чувствовалось давление:
— Эх, похоже, сегодня удача не на твоей стороне. Может... продолжим?
— Давай в следующем раунде поднимем ставки?
Су Мань, заметив его настрой, ответила с притворным интересом:
— Ого, неужто брат Тяньсюн хочет, чтобы я расплатилась собой? Приятно, что ты еще ценишь меня, но какова же будет ставка?
— Ха-ха.
Чжао Тяньсюн поднялся. — В следующем бою, сестра Мань, если ты выиграешь – я прощаю те двадцать миллионов и даю еще двадцать без процентов. А если проиграешь... Ну, долг в десять миллионов остается, и плюс к нему...
Он не договорил, а просто взял бокал и сделал жест, имитирующий брудершафт.
Су Мань не ответила сразу, вглядываясь в экран, где высветились имена следующих бойцов.
«Фэн Юйсю против Железной Руки».
«Сорок миллионов! Что ж, Чжао Тяньсюн в последние годы идет в гору. Для семьи Су... это может быть выходом».
В её глазах на миг промелькнула тоска, но она тут же спрятала её за улыбкой. Подняв бокал, она чокнулась с Чжао Тяньсюном.
— Что ж, благодарю за столь лестное предложение.

Комментарии

Загрузка...