Только что она объявила эти вещи одеждой из грядущей коллекции, и тут же добавила, что они эксклюзивные. Разве не противоречие?
Особенно тёклым летним вечером... Прогулочные лодки, лёгкий ветерок, старинные здания и неоновые огни!
К сожалению, на дворе уже стоял октябрь. Погода похолодала, и на воде было куда меньше туристов.
Су Чэнь облокотился на перила, наблюдая за катающимися на озере туристами. Стоило ему услышать их беззаботный смех, как на губах заиграла слабая улыбка.
Стоявший рядом Цзян Хуэй заметил улыбку на лице Су Чэня. Решив, что хозяин и сам хочет прокатиться, он тут же осведомился: — Сэр, не отправиться ли нам тоже на прогулку по озеру?
Су Чэнь обернулся и бросил на него раздраженный взгляд: — Только взгляни на те лодки. Разве в каждой из них не сидят мужчина и женщина? Когда они катаются вдвоем, это зовется романтикой. А как назовешь это, если прокатимся мы?!
— Э-э... — Цзян Хуэй лишился дар речи.
«Парочка катается на лодке — это романтика... А как называется, когда на лодке плывут двое парней?!»
«Братская любовь?!»
...
Наконец, Шичахай уже много лет оставался популярным туристическим местом, так что инфраструктура здесь была развита на славу.
Прогулявшись по Яньдай Сецзе, Су Чэнь накупил всякой всячины. Он брал по чуть-чуть у каждого встречного лавочника, не глядя, аппетитно ли выглядит еда. Главная цель заключалась в том, чтобы попробовать всего понемножку!
Сделав круг, Су Чэнь терял интерес. Виной всему толпа: он даже глазеть по сторонам не успевал, как его подхватывал и уносил людской поток.
На краю Шичахая он приметил ресторанчик с бараниной в горшочках, окинул его оценивающим взглядом от самого входа и шагнул внутрь.
С тех самых пор, как прошлым вечером они с Сяо Чэнем отведали баранину из Учжумуциня, Су Чэнь только о ней и думал.
Особенно те три тарелки, что им принесли накануне. Он заявлял, будто они предназначаются для Цзян Хуэя, но стоило тому приняться за еду, как в Су Чэне проснулся зверский аппетит. Он схватил палочки, уселся за стол и в итоге умял половину сам.
Особых хобби у Су Чэня не водилось, но к еде он питал особую страсть.
Возможно, из-за того, что они заявились пораньше и избежали вечернего наплыва посетителей, в ресторане было не слишком людно.
Он выбрал столик у окна — идеальное место, чтобы наслаждаться красивыми видами прямо во время трапезы.
Делая заказ, он специально поинтересовался у официанта, откуда родом здешняя баранина.
Тот ответил, что мясо хоть и из Внутренней Монголии, но вовсе не из Учжумуциня. Немного разочарованный, Су Чэнь всё же захотел узнать, какова на вкус другая разновидность.
Он заказал четыре тарелки, по полдзина в каждой.
Стоило тарелкам оказаться на столе, как Су Чэнь свалил в котелок целую порцию.
Чмок. Он закинул в рот несколько ломтиков мяса.
— Хм? — после пары жевков Су Чэнь нахмурился.
Заметив перемену в лице хозяина, Цзян Хуэй поспешно спросил: — Сэр, с мясом что-то не так?
— Пустяки. Ешь давай, — Су Чэнь покачал головой и проглотил кусок.
Он возлагал большие надежды, но до учжумуциньской баранины этому вкусу было далеко как до луны.
Су Чэню казалось, будто он жует свечной воск...
В итоге он осилил всего пару кусочков с четырёх тарелок. Львиная доля баранины благополучно очутилась в желудке Цзян Хуэя.
«Я забыл этот день, не помню уж года, знаю лишь, что бродил с тобою рядом в полудреме...»
Стоило ему выйти из ресторана, как телефон в кармане Су Чэня зазвонил.
Увидев, что вызывают из Имперской Столицы, он ответил.
— Здравствуйте, господин Су. Вас беспокоит Мили, директор Луи Виттон в Имперской Столице. У вас сейчас найдется свободная минутка?
Услышав, кто это, Су Чэнь сразу догадался, в чем дело.
Погода похолодала, и, сообразив, что с осенним и зимним гардеробом у него туговато, Су Чэнь черкнул Эмме пару строк с просьбой прислать кого-нибудь снять мерки и сшить одежду на заказ.
— Да. Привозите людей. Адрес — северный берег Шичахая... — Су Чэнь назвал адрес и сбросил вызов.
Стоявший неподалеку Цзян Хуэй мысленно отчитал себя: «Как профессиональный дворецкий, я даже об этом не подумал. Чистой воды служебная халатность!»
— Сэр, это моя вина. Я вовремя не заметил, что вам пора сменить гардероб к сезону. Прошу меня наказать!
Су Чэнь лишь улыбнулся и отмахнулся: — За что тут наказывать? Просто запомни на будущее.
Он не принадлежал к числу людей, которых нужно одевать и с ложечки кормить, да и важничать не умел.
— Мили, что происходит? Ты даже притащила главного корпоративного портного!
Мили взглянула на говорившего и холодно бросила: — Всё, что вам нужно знать — это ВИП-клиент. Право на ошибку у нас сегодня нет. Если кто-то оплошает... Завтра может не выходить на работу.
Услышав это, лица всех присутствующих мгновенно окаменели.
Три минивэна «Эльфа» плавно затормозили у ворот традиционного сыхэюаня.
Из машин высыпало человек десять. Каждый продавец держал в руках внушительную стопку одежды, а из одного фургона вытащили складную вешалку.
Разглядывая раскинувшийся перед ними сыхэюань, они переглядывались со сложными выражениями на лицах.
Мили подошла к немолодому иностранцу и тихо сказала: — Тикки, наш сегодняшний клиент необычайно важен. Пожалуйста, следите за манерами.
Будучи первоклассным итальянским портным, Тикки не знал себе равных; иначе разве стал бы он главным мастером Луи Виттон в регионе Большого Китая?
Вот только нравом он обладал вспыльчивым и запросто мог сорваться на крик и обложить подчиненных трехэтажным матом.
— Знаю я! — кивнул Тикки.
«Раз уж региональный директор так трясется перед клиентом, вряд ли тот простак. Характер у него может быть скверным, но не дурак же он».
«Лезть на рожон — себе дороже».
Увидев это, Мили мысленно перевела дух. Она одернула одежду и направилась к главным воротам усадьбы.
В сыхэюане имелся звонок. Если бы они стучали в дверь... Услышать их смогли бы разве что духи.
Скрип... Главные ворота распахнулись, явив взору Цзян Хуэя, облаченного в строгий черный сюртук дворецкого.
Он окинул прибывших взглядом и отчеканил: — Заходите. И запомните: никаких громких звуков.
Войдя во двор, гости боялись даже дышать полной грудью. Но стоило им миновать лунную арку и ступить в центральный двор, как все они дружно ахнули, пораженные открывшейся картиной.
Шдший впереди Цзян Хуэй тут же нахмурился. Он резко обернулся и прожил процессию яростным взглядом.
Все до единого вздрогнули, полностью сломленные его грозным видом.
Даже их предводительница, Мили, сглотнула ком в горле и подумала: «Да у этого дворецкого авторитета больше, чем у меня!»
И это говорилось о Мили — региональном директоре, под чьим началом находился весь северный рынок.
Миновав крытую галерею, они увидели молодого человека, который с закрытыми глазами лениво рассиживался в плетёном кресле и напевал себе под нос мотивчик.
Цзян Хуэй подошел к Су Чэню и негромко доложил: — Сэр, они прибыли.
— Мм, — едва заметно кивнул Су Чэнь.
Тогда Цзян Хуэй знаком велел Мили и ее команде подойти ближе.
Мили с помощниками живо собрали вешалку и развесили на ней наряды. Затем двое продавцов подкатили рейк прямо к креслу Су Чэня.
— Господин Су, — начала Мили, стоя чуть в стороне. — Это все новинки из нашей грядущей осенне-зимней коллекции. Каждая вещь существует в единственном экземпляре — это абсолютный эксклюзив!
Услышав это, Су Чэнь улыбнулся краешком рта. Та, что представляла коллекцию, оказалась не промах.
Она только что утверждала, что это одежда на грядущие осень и зиму, но тут же добавила, что она лимитированная. Разве это не противоречие?
Но на деле всё обстояло с точностью до наоборот...
Какой бы фасон ни приглянулся Су Чэню, он никогда не поступит в продажу — эта вещь станет его и только его!
Наконец, одеться в то же самое, что и кто-то другой — еще полбеды. Настоящая неловкость возникает лишь тогда, когда выглядишь в этом наряде хуже соседа.

Комментарии

Загрузка...