На следующий день, во второй половине дня.
Поскольку воскресенье было для него единственным выходным, выдался редкий день, когда Су Чжуюнь находился дома.
Трое собрались в гостиной за уютным распитием молочного чая.
— М-м~ Этот молочный чай и цветочная выпечка и впрямь неплохи. Вкусно! — Чэнь Шуфэнь откинулась на спинку дивана, держа в одной чашку с молочным чаем, а в другой — пирожное, и смаковала каждый кусочек.
Су Чжуюнь тем временем горько пожалел о содеянном. Он глянул на чайные листья, которые Су Чэнь выбросил в мусорное ведро, и причмокнул.
— Сяочэнь, разве это не расточительство — использовать такой хороший чай для молочного чая? Как насчет того, чтобы оставить немного для меня?
Заметив страдальческое выражение на лице отца, Су Чэнь озадаченно моргнул.
— Что не так, пап? Этот чай стоил недорого. Почему у тебя такой вид, будто тебя по меньшей мере режут по живому?
Услышав это, Су Чжуюнь воодушевился. Он откашлялся, указал на чайные листья в урне и сказал: — Это черный чай из провинции Юньнань. Судя по качеству, его собрали во время первого урожая в году. Даже после варки он источает легкий аромата лугов и леса. Это первоклассный дяньхун. На рынке такой стоит несколько сотен!
— Посмотри на себя... Сколько чая ты перевел ради какого-то молочного чая. То, что пью я, обычно стоит всего несколько десятков юаней за фунт. Как тут не расстроиться?!
Су Чэнь опешил. Он смыслил в чае лишь поверхностно и различал разве что — вкусно или нет. Спроси его о сортах, и он бы честно признался, что знает только черный, зеленый, темный и белый чай!
— Кхм... Пап, в кладовой осталось еще несколько фунтов этого чая. Если он тебе так нравится, просто забери его!
Услышав это, Су Чжуюнь сорвался с дивана и зашагал к кладовой, бормоча себе под нос.
— Ах ты паршивец, совсем не ценишь хорошие вещи! Как можно было убрать столь драгоценный чай в подсобку?!
Вскоре Су Чжуюнь вернулся с большим пакетом, сияя от гордости. Он раздобыл где-то маленькие пластиковые пакетики с застежкой и теперь тщательно расфасовывал чай по одному на порцию.
Наблюдая за кропотливой работой отца, Су Чэнь наклонился к Чэнь Шуфэнь и тихо спросил: — Мам, что делает папа? Разве обязательно так заморачиваться ради обычного хранения чая?
Чэнь Шуфэнь взглянула на довольного Су Чжуюня. — Хранить? Он собирает его, чтобы похвастаться на работе. Парни из его автопарка просто обожают чай. Только представь, как твой отец достает это премиальное сырье... Ццц...
Су Чэнь живо представил эту сцену: толпа мужиков окружает Су Чжуюня и наперебой просит: «Брат Су, дай-ка попробовать твоего отменного чая!»
От одной этой мысли становилось приятно на душе.
Су Чэнь взглянул на Су Чжуюня, занятого фасовкой, и подумал: «И надо же папе увлекаться подобными вещами».
Тук-тук-тук.
Услышав стук, Су Чэнь решил, что это пришли второй и третий дяди. Он быстро поднялся и направился к двери.
Щелк.
Дверь отворилась, и перед ним возникли два слегка обветренных лица.
— Второй дядя, Третий дядя!
Су Чжици и Су Чжисинь тоже изумились. Они никак не ожидали, что дверь им откроет Су Чэнь.
— Сяочэнь, ты что дома забыл? Разве ты не в Шанхае? Когда успел вернуться? — ошеломленно спросил второй дядя Су Чжици.
Су Чжисинь же, стоявший за его спиной, при виде Су Чэня лишь удивленно прищурился.
— Я только вчера вернулся! — улыбнувшись, ответил Су Чэнь.
— Проходите в дом и там разговаривайте! Чего встали в проходе?! — раздался громовой голос Су Чжуюня.
Услышав это, Су Чжици не стал допытываться. Мужчины переобулись и прошли в гостиную.
— Старший брат, невестка!
Су Чжуюнь жестом пригласил их присесть и налил обоим по чашке молочного чая.
— Попробуйте. Сяочэнь привез из Лицзяна. Очень даже неплохо!
Те не стали церемониться. Усевшись рядом с Су Чжуюнем, они взяли чашки с молочным чаем и сделали по глотку.
Для этих двоих мужчин средних лет молочный чай был в диковинку — наконец, они пробовали его впервые.
— М-м... А ведь вкусно. Чайный вкус чувствуется особенно ярко!
Когда оба утолили жажду, Су Чжуюнь откашлялся. Он посмотрел на сидящих рядом Су Чжици и Су Чжисиня и заговорил: — Я позвал вас сегодня, чтобы кое-что обсудить.
— Старший брат, что случилось? Зачем понадобилось тащить нас сюда? — озадаченно спросил младший брат Су Чжици.
Су Чжуюнь не стал отвечать сразу. Вместо этого он повернулся к молчаливому Су Чжисиню: — Твоя дочь ведь звонила тебе, верно?
Су Чжисинь кивнул, а в его глазах, обращенных на Су Чэня, читалось восторженное изумление.
— Старший брат, Третий брат, о чем вы вообще говорите? — Су Чжици чувствовал себя полным глупцом, не понимая происходящего.
— Предковые могилы нашего рода Су дымятся столбом! — Су Чжуюнь больше не мог сдерживать улыбку.
— Могилы предков дымятся? — Су Чжици посмотрел на старшего брата, а затем на третьего, который выглядел невозмутимым, как удав. Выходило, что он один оставался в неведении.
— Старший брат, хватит ходить вокруг да около, выкладывай... Что происходит?
Су Чжуюнь взглянул на Су Чэня, сидевшего на диване. — Сяочэнь поднял кучу денег в Шанхае, — сказал он. — И в этот раз он вернулся, чтобы поднять семейный бизнес Су.
Не давая им вставить и слова, Су Чжуюнь продолжил: — Мы с Сяочэнем все обсудили: мы планируем открыть сеть супермаркетов. У каждой из наших трех семей будет своя доля! В последние годы Фучжоу развивается стремительными темпами, вокруг возводят массу новых жилых комплексов. Мы откроем супермаркеты прямо в этих новостройках!
В этом году Фучжоу наконец официально избавился от статуса бедного города. Все сферы быстро развивались, и, возможно, они еще успевали заскочить в этот уходящий поезд возможностей.
— Старший брат, открывать супермаркет — дело рискованное. Главная проблема — аренда. Поначалу убытков не избежать, а если дело прогорит, все инвестиции вылетят в трубу! — Су Чжици знал, о чем говорит, ведь сейчас сам боролся с арендной платой.
— Мы не собираемся арендовать. Мы выкупим помещения, — неожиданно вставил Су Чэнь.
— Выкупим? Да сколько это будет стоить? Сяочэнь, ты... — Су Чжици замолчал на полуслове, словно до него наконец дошло.
Он посмотрел на старшего и третьего братьев. Оба выглядели совсем спокойными, словно знали всё заранее.
«То, что старший брат был в курсе, еще куда ни шло, но почему у третьего такое же лицо?»
Вспомнив слова старшего брата, сказанные третьему по их приходе, он понял, что нужно быть круглым идиотом, чтобы ничего не сообразить.
«Да Сяочэнь просто озолотился в Шанхае!»
Дальше всё пошло как по маслу. Три брата принялись обсуждать супермаркет, даже слегка поспорив из-за распределения долей.
Изначально Су Чжуюнь предлагал разделить доли поровну между тремя семьями. Но Су Чжици и Су Чжисинь решительно воспротивились. Они заявили, что уже само по себе чудо, что разбогатевший Сяочэнь вспомнил о них, а принимать такую щедрую долю они просто не имеют права.
Наконец они пришли к соглашению: семья Су Чжуюня забирает шестьдесят процентов акций, а второй и третий братья — по двадцать.
Стоило Су Чэню запланировать на ближайшие дни поиски подходящего места для первого супермаркета, как один телефонный звонок перечеркнул все его планы.

Комментарии

Загрузка...