Глава 105 Паутина лжи.
— Как ты ожидаешь, что я помогу тебе, если ты даже не помнишь, кто я? — спросила Хана, и на её лице отразилось недовольство.
Джун вздохнул и облокотился на прилавок, глядя ей прямо в глаза.
— Я знаю, что тебе кое-что известно, — медленно сказал он, задействуя техники манипуляции, которые использовал в прошлой жизни.
Он ни черта не знал о том, что произошло, но мог выудить из нее хоть какую-то информацию.
— И я уверен, ты понимаешь, что случится, если эта информация выплывет наружу.
Хана резко втянула воздух.
— Но я хочу, чтобы ты знала: мне можно доверять. Я не стану замешивать твое имя, если это все же просочится.
— И... и с какой стати мне тебе помогать? — заикаясь, спросила она.
— Потому что ты была моим другом, — мягко улыбнулся Джун. — Есть вещи, которые я не помню, — травмирующие события из моего прошлого. И я верю, что ты — единственная, кто может мне помочь.
— Не знаю, в курсе ли ты того, что происходит, — начал Джун, и его голос из мягкого превратился в жесткий. — Но я участвую в шоу под названием Восходящие звёзды.
— Я в курсе, — ответила Хана, посмотревшая вчера вечером пятый эпизод. — Я думала, ты забросил идею стать айдолом.
— Почти так и было, — блефанул Джун. — Но я не мог отказаться от своей мечты.
Лицо Ханы смягчилось, и Джун понял, что движется в правильном направлении.
— Однако я боюсь, что моя мечта снова будет растоптана из-за всего происходящего.
Хана нахмурилась, в ее глазах читалось любопытство. — Что случилось?
— Алекс и Хену пытаются очернить мое имя, обвиняя в издевательствах. Как я уже говорил, у меня заблокированы воспоминания из-за их эмоциональной тяжести... и одно из них касается того времени, когда я еще был стажером в Фениксе. Возможно, ты не была там до самого конца, но, может быть, ты поможешь мне собрать воспоминания воедино... просто чтобы на этот раз мне не пришлось сдаваться.
Решимость Ханы пошатнулась, когда она заглянула в глаза Джуну. — Ладно, — начала она. — Я расскажу тебе о нашем времени в Фениксе.
Хана принялась описывать картину их дней стажировки, начав с мрачного фона ранних лет Феникс Энтертэйнмент.
— Тогда Феникс был новой компанией, которая все еще пыталась встать на ноги, — пояснила Хана с ностальгией в голосе. — У них была всего одна известная группа, и они хотели добиться громкого успеха в индустрии айдолов, поэтому набирали много стажеров, включая нас.
Пока она говорила, слова Ханы ярко рисовали их общие трудности и мечты. Она рассказывала о долгих ночах репетиций, жестокой конкуренции и неустанном стремлении к совершенству. И посреди всего этого она поделилась своими наблюдениями о Джуне.
— Ты был самым милым парнем из всех, кого я встречала, — призналась Хана, глядя куда-то вдаль при воспоминании об их общении. — От тебя исходила аура человека, выросшего в очень любящей семье. Ты был уважителен, вежлив — пожалуй, самым уважительным среди всех стажеров.
Горьковато-сладкая улыбка тронула ее губы, когда она продолжила делиться теплыми воспоминаниями. — И у тебя было столько потенциала, Джун.
Джун был сбит с толку. Его характеристики не свидетельствовали о наличии огромного потенциала. Неужели он деградировал за те годы, что она уже не работала в Фениксе?
— Но стажировка была не просто тяжелой, — продолжала Хана. — Она была тяжелее всего, что мы могли себе представить. Мы видели, как наши друзья один за другим бросали все, не выдерживая давления.
Ее взгляд затуманился, когда она вспомнила тех, кто сошел с дистанции, чьи мечты были растоптаны под тяжестью этой индустрии. Но затем она снова перевела взгляд на Джуна, и ее глаза смягчились.
— А потом появились Алекс и Хену, — продолжила она, и в ее тоне проскользнули мрачные нотки. — Они были эталоном стажеров «с гарантированным дебютом» — внешность, талант. Но вскоре стало ясно, что с отношением к делу у них большие проблемы.
Напряжение повисло в воздухе, когда Хана вспомнила поворот событий, разрушивший их первоначальные иллюзии. — Мы начинали как друзья, вчетвером. Но со временем увидели их истинное лицо. За закрытыми дверями Алекс и Хену вели себя совсем иначе.
Взгляд Джуна оставался твердым, но в его глазах читалось скрытое понимание.
— Они были манипуляторами, контролерами, — добавила Хана, и в ее голосе послышалось возмущение. — Они использовали свою внешность и талант, чтобы идти по головам, совсем не считаясь с людьми, которых топтали.
— Я пыталась призвать их к ответу, — усмехнулась она. — Но ты всегда пытался меня остановить. Однако в итоге именно ты бегал на побегушках, делал всё за других и брал на себя всю вину — и всё это без малейших колебаний. Ты был бескорыстным сердцем среди нас.
Джун невольно нахмурился, слушая ее рассказ.
Выходит, Чхве Джун Хо был тряпкой?
— Затем наступил самый мрачный год — 2018-й. К-поп находился на пике, а конкуренция стала ожесточенной как никогда. Наша компания запаниковала и начала вышвыривать айдолов налево и направо, чтобы остаться на плаву.
Тень скользнула по ее глазам, когда она вспомнила потрясения того года. Это было время, когда рушились мечты и проверялись на прочность узы. Но затем ее лицо смягчилось, когда она заговорила о новом участнике их группы.
— Хару, — сказала Хана. — Он присоединился к нам в том году, и нам потребовалось совсем немного времени, чтобы подружиться.
Хару... это было новое имя — человек, о котором Джун никогда раньше не слышал.
— Мы тренировались вместе, надеясь скоро дебютировать... ведь мы тренировались дольше всех. Однако после этого Феникс изменился. Нас стали перегружать работой, доводя до пределов возможного. Алекс и Хену остались прежними — всё те же манипуляторы, использующие свои грязные приемы ради продвижения.
Ее взгляд встретился со взглядом Джуна, и она понизила голос, рассказывая самую душу раздирающую часть их общего прошлого. — А ты... ты пережил нечто невообразимое. Твои родители погибли в автокатастрофе, и ты остался совсем один, чтобы справиться с этим.
Хана на мгновение замолкла, оценивая реакцию Джуна. Однако Джун сохранял невозмутимость, побуждая ее продолжить.
Глаза Ханы блестели от непрошеных слез, когда она описывала всю глубину боли Джуна. — Ты изо всех сил старался не отставать от репетиций, совмещать всё подряд. Бывали дни, когда ты не мог прийти на тренировку из-за работы, а издевательства... они только усилились, дойдя уже до рукоприкладства.
Челюсти Джуна сжались. Из всего этого следовал один вывод: Алекс и Хену лгали.
Он вовсе не был задирой в этой истории.
— И мне до сих пор так жаль, что я ушла в том году, — прошептала Хана со срывающимся голосом. — Мне предложили место актрисы в моей нынешней компании, и я была в отчаянном положении. Я не хотела оставлять тебя и Хару одних, но чувствовала, что у меня нет выбора. Мне правда, правда очень жаль.
— Тебе не за что извиняться, — спокойно сказал Джун. — Ты не сделала ничего плохого.
Хана посмотрела на прилавок, все еще чувствуя вину. — После этого я перестала следить за делами в Фениксе. Я начала учиться на актрису и была уверена, что ты делаешь то же самое в качестве стажера-айдола.
— А этот парень Хару? — не удержался от вопроса Джун. — Где он сейчас?
— Я не знаю, — нахмурилась она. — Последнее, что я слышала: Хару ушел из компании, Алекс и Хену остались, но их выгнали из дебютной группы, а ты...
Джун приподнял одну бровь.
— Ты покончил с собой.

Комментарии

Загрузка...