]Ван Чжо посмотрел на медсестёр, сдерживавших смех за разговором, и возмутился:
]
Ван Чжо посмотрел на медсестёр, сдерживавших смех за разговором, и возмутился — именно так.
— У вас есть хоть капля профессиональной этики?
— У вас есть хоть капля профессиональной этики?
Одна из медсестёр, едва удерживаясь от смеха, поспешно подошла проверить приборы. Ей хотелось что-то сказать парню перед собой, но, подумав, она решила: да ну, лучше сделать вид, будто смотришь корейскую дораму.
Одна из медсестёр, едва удерживаясь от смеха, поспешно подошла проверить приборы. Ей хотелось что-то сказать парню перед собой, но, подумав, она решила: да ну, лучше сделать вид, будто смотришь корейскую дораму.
Вскоре машина скорой помощи прибыла в больницу – всё в ту же знакомую больницу.
Вскоре машина скорой помощи прибыла в больницу – всё в ту же знакомую больницу.
Как только каталку выгрузили, к ней тут же выбежала группа медиков из отделения экстренной помощи. Когда каталку отвезли внутрь, Ван Чжо тоже пошёл вслед за медсестрой перевязывать рану. Он был ранен несерьёзно – лишь порезал руку, когда отбирал нож, да и зимней одежды на нём было много, так что ранение оказалось чисто поверхностным.
Как только каталку выгрузили, к ней тут же выбежала группа медиков из отделения экстренной помощи. Когда каталку отвезли внутрь, Ван Чжо тоже пошёл вслед за медсестрой перевязывать рану. Он был ранен несерьёзно – лишь порезал руку, когда отбирал нож, да и зимней одежды на нём было много, так что ранение оказалось чисто поверхностным.
Перевязав руку, Ван Чжо поспешил обратно к процедурному кабинету. Прибежав, он обнаружил, что Цзян Юйнин там уже нет. Сердце сжалось: «Не может быть, только не это!» Пока он тревожно фантазировал, его отыскал полицейский, приехавший вместе с ними в больницу.
Перевязав руку, Ван Чжо поспешил обратно к процедурному кабинету. Прибежав, он обнаружил, что Цзян Юйнин там уже нет. Сердце сжалось: «Не может быть, только не это!» Пока он тревожно фантазировал, его отыскал полицейский, приехавший вместе с ними в больницу.
— Ищешь свою однокурсницу? Её только что осмотрели, ничего страшного – просто царапина, кожу проткнуло. Рану уже дезинфицировали.
— Ищешь свою однокурсницу? Её только что осмотрели, ничего страшного – просто царапина, кожу проткнуло. Рану уже дезинфицировали.
— А?
— А?
Ван Чжо никак не мог понять: как это – просто кожу проткнуло? И только дезинфицировали?
Ван Чжо никак не мог понять: как это – просто кожу проткнуло? И только дезинфицировали?
— Со стороны выглядело страшновато, да и девушка, наверное, сильно испугалась. Врач кое-что объяснил, но я толком не понял. Ты сначала дашь показания или сперва сходишь к однокурснице?
— Со стороны выглядело страшновато, да и девушка, наверное, сильно испугалась. Врач кое-что объяснил, но я толком не понял. Ты сначала дашь показания или сперва сходишь к однокурснице?
— Сперва схожу к однокурснице.
— Сперва схожу к однокурснице.
Молодой полицейский привёл Ван Чжо к палате. Через стеклянное окошко в двери Ван Чжо увидел Цзян Юйнин под капельницей – её лицо уже заметно порозовело.
Молодой полицейский привёл Ван Чжо к палате. Через стеклянное окошко в двери Ван Чжо увидел Цзян Юйнин под капельницей – её лицо уже заметно порозовело.
Раздался звук открываемой двери. Цзян Юйнин повернула голову, увидела входящего Ван Чжо и, вспомнив свои слова в карете скорой помощи, покраснела до ушей.
Раздался звук открываемой двери. Цзян Юйнин повернула голову, увидела входящего Ван Чжо и, вспомнив свои слова в карете скорой помощи, покраснела до ушей.
Тогда она и вправду думала, что умирает: крови вытекло так много, в груди так болело, а когда медсестра ещё и надела на неё кислородную маску, девушка решила, что ей конец. Однако после осмотра в больнице выяснилось, что нож лишь оставил ранку глубиной меньше сантиметра, а сделав КТ, врач сказал, что нужно лишь отдохнуть пару дней да сделать укол от столбняка.
Тогда она и вправду думала, что умирает: крови вытекло так много, в груди так болело, а когда медсестра ещё и надела на неё кислородную маску, девушка решила, что ей конец. Однако после осмотра в больнице выяснилось, что нож лишь оставил ранку глубиной меньше сантиметра, а сделав КТ, врач сказал, что нужно лишь отдохнуть пару дней да сделать укол от столбняка.
И как ей теперь смотреть в глаза Ван Чжо? Как смотреть в глаза Чжоу Яо? Ведь это парень её лучшей подруги, а она собственными губами призналась, что он ей нравится!
И как ей теперь смотреть в глаза Ван Чжо? Как смотреть в глаза Чжоу Яо? Ведь это парень её лучшей подруги, а она собственными губами призналась, что он ей нравится!
«Хоть сквозь землю провались», – Цзян Юйнин отвернулась, избегая взгляда Ван Чжо.
«Хоть сквозь землю провались», – Цзян Юйнин отвернулась, избегая взгляда Ван Чжо.
Заметив её движение, Ван Чжо понял, как ей было неловко, поэтому лишь подоткнул ей одеяло и сел рядом, не произнося ни слова.
Заметив её движение, Ван Чжо понял, как ей было неловко, поэтому лишь подоткнул ей одеяло и сел рядом, не произнося ни слова.
После недолгого молчания дверь в палату снова отворилась – вошли Лю Пэнфэй и остальные.
После недолгого молчания дверь в палату снова отворилась – вошли Лю Пэнфэй и остальные.
В лишнем весе всё же были свои плюсы: пройдя лишь простой осмотр, парни отправились давать показания. Лю Цянь с подругой особо не пострадали внешне, удар пришёлся в основном по психике, поэтому под присмотром своего куратора они уже официально подали заявление в местное отделение полиции.
В лишнем весе всё же были свои плюсы: пройдя лишь простой осмотр, парни отправились давать показания. Лю Цянь с подругой особо не пострадали внешне, удар пришёлся в основном по психике, поэтому под присмотром своего куратора они уже официально подали заявление в местное отделение полиции.
Университет проявил к делу особое внимание. Узнав, что студенты могли оказаться втянуты в групповую драку, руководство сразу же велело обеим девушкам обратиться в полицию и одновременно связалось с отделами по работе со студентами Чжэньдань и Шанхайского университета Цзяотун, чтобы с самого начала добиваться квалификации произошедшего как необходимой обороны.
Университет проявил к делу особое внимание. Узнав, что студенты могли оказаться втянуты в групповую драку, руководство сразу же велело обеим девушкам обратиться в полицию и одновременно связалось с отделами по работе со студентами Чжэньдань и Шанхайского университета Цзяотун, чтобы с самого начала добиваться квалификации произошедшего как необходимой обороны.
Дав показания, Чжоу Яо наконец встретила в участке своего дядю. Поддавшись нахлынувшим чувствам, страшась за безопасность подруги и находясь в ужасе от всего пережитого за день, она не сдержалась и расплакалась.
Дав показания, Чжоу Яо наконец встретила в участке своего дядю. Поддавшись нахлынувшим чувствам, страшась за безопасность подруги и находясь в ужасе от всего пережитого за день, она не сдержалась и расплакалась.
Ли Сяньпин, заметив испуг на лице племянницы, поспешил её утешить:
Ли Сяньпин, заметив испуг на лице племянницы, поспешил её утешить:
— Всё в порядке, всё хорошо. Твоя однокурсница и тот твой паренёк тоже не пострадали.
— Всё в порядке, всё хорошо. Твоя однокурсница и тот твой паренёк тоже не пострадали.
Услышав от дяди, что всё обошлось, Чжоу Яо перестала плакать.
Услышав от дяди, что всё обошлось, Чжоу Яо перестала плакать.
— Дядя только что звонил в больницу: все целы, не переживай.
— Дядя только что звонил в больницу: все целы, не переживай.
Выяснив причины случившегося и убедившись, что с племянницей всё в порядке, Ли Сяньпин повёз Чжоу Яо в больницу.
Выяснив причины случившегося и убедившись, что с племянницей всё в порядке, Ли Сяньпин повёз Чжоу Яо в больницу.
Только приехав в больницу, Чжоу Яо вспомнила о словах дяди про «паренька». В участке, из-за волнения за Цзян Юйнин, она не обратила на это внимания, но теперь, зная, что все в порядке, вспомнила выражение лица дяди и смутилась.
Только приехав в больницу, Чжоу Яо вспомнила о словах дяди про «паренька». В участке, из-за волнения за Цзян Юйнин, она не обратила на это внимания, но теперь, зная, что все в порядке, вспомнила выражение лица дяди и смутилась.
Войдя в палату, они увидели, что там уже собралось немало народу: куратор их университета, преподаватели из отдела по работе со студентами и ещё множество незнакомцев.
Войдя в палату, они увидели, что там уже собралось немало народу: куратор их университета, преподаватели из отдела по работе со студентами и ещё множество незнакомцев.
— Ректор Ван, как же это вас потревожили?
— Ректор Ван, как же это вас потревожили?
Войдя, Ли Сяньпин увидал ректора Чжэньдань, ректора Вана, и поспешно протянул ему обе руки.
Войдя, Ли Сяньпин увидал ректора Чжэньдань, ректора Вана, и поспешно протянул ему обе руки.
— Разве дело, касающееся безопасности студентов, может быть мелочью?
— Разве дело, касающееся безопасности студентов, может быть мелочью?
Ректор Ван тоже протянул руку и пожал её этому выдающемуся выпускнику Чжэньдань.
Ректор Ван тоже протянул руку и пожал её этому выдающемуся выпускнику Чжэньдань.
Затем он представил Ли Сяньпину находившегося рядом начальника отдела по работе со студентами Шанхайского университета Цзяотун.
Затем он представил Ли Сяньпину находившегося рядом начальника отдела по работе со студентами Шанхайского университета Цзяотун.
Обменявшись приветствиями, они подошли к койке Цзян Юйнин. Так как пострадала студентка престижного вуза, больница, получив звонки из нескольких университетов, сразу же предоставила отдельную палату.
Обменявшись приветствиями, они подошли к койке Цзян Юйнин. Так как пострадала студентка престижного вуза, больница, получив звонки из нескольких университетов, сразу же предоставила отдельную палату.
Цзян Юйнин смотрела на собравшихся и не знала, что сказать, лишь молча принимала заботу со стороны руководства.
Цзян Юйнин смотрела на собравшихся и не знала, что сказать, лишь молча принимала заботу со стороны руководства.
Поскольку инцидент затронул нескольких студентов – причём из таких известных шэньчэнских вузов, как Чжэньдань и Шанхайский университет Цзяотун, – под пристальным вниманием руководства учебных заведений вся суть произошедшего прояснилась очень быстро.
Поскольку инцидент затронул нескольких студентов – причём из таких известных шэньчэнских вузов, как Чжэньдань и Шанхайский университет Цзяотун, – под пристальным вниманием руководства учебных заведений вся суть произошедшего прояснилась очень быстро.
Уличные хулиганы приставали к студентам на вечеринке; их товарищи, заметив это, предприняли меры крайней необходимости, однако оказались в меньшинстве, да ещё и бандиты пустили в ход нож. Вывод очевиден: есть видеозапись, есть раненые и потерпевшие. Действия студентов являлись необходимой обороной, а вот хулиганы не только совершили домогательства, но и устроили вооружённое нападение с ножом, причинив телесные повреждения, – за это их необходимо сурово наказать.
Уличные хулиганы приставали к студентам на вечеринке; их товарищи, заметив это, предприняли меры крайней необходимости, однако оказались в меньшинстве, да ещё и бандиты пустили в ход нож. Вывод очевиден: есть видеозапись, есть раненые и потерпевшие. Действия студентов являлись необходимой обороной, а вот хулиганы не только совершили домогательства, но и устроили вооружённое нападение с ножом, причинив телесные повреждения, – за это их необходимо сурово наказать.
К тому моменту, когда Ван Чжо в сопровождении куратора вернулся в палату после дачи показаний, руководящий состав вузов уже уточнил все детали и окончательно квалифицировал произошедшее.
К тому моменту, когда Ван Чжо в сопровождении куратора вернулся в палату после дачи показаний, руководящий состав вузов уже уточнил все детали и окончательно квалифицировал произошедшее.
Оглядев палату, полную солидных руководителей, Ван Чжо по подсказке куратора подошёл к мужчине среднего возраста.
Оглядев палату, полную солидных руководителей, Ван Чжо по подсказке куратора подошёл к мужчине среднего возраста.
— Ты ведь Ван Чжо?
— Ты ведь Ван Чжо?
— Это ректор Ян нашего университета, он же секретарь партийного комитета нашего института.
— Это ректор Ян нашего университета, он же секретарь партийного комитета нашего института.
Ян Шаньшань представила его, стоя рядом.
Ян Шаньшань представила его, стоя рядом.
— Здравствуйте, ректор Ян. Я Ван Чжо.
— Здравствуйте, ректор Ян. Я Ван Чжо.
Узнав, что этот импозантный мужчина зрелых лет, уступающий в привлекательности разве что ему самому, – секретарь их института и ректор университета, Ван Чжо поспешил поздороваться.
Узнав, что этот импозантный мужчина зрелых лет, уступающий в привлекательности разве что ему самому, – секретарь их института и ректор университета, Ван Чжо поспешил поздороваться.
— Ты молодец, умеешь брать на себя ответственность.
— Ты молодец, умеешь брать на себя ответственность.
Ректор Ян с улыбкой посмотрел на Ван Чжо и, заметив его перевязанную руку, добавил:
Ректор Ян с улыбкой посмотрел на Ван Чжо и, заметив его перевязанную руку, добавил:
— Лечись и набирайся сил, об остальном не переживай. Я предупрежу твоего классного руководителя и преподавателей.
— Лечись и набирайся сил, об остальном не переживай. Я предупрежу твоего классного руководителя и преподавателей.
— Хорошо, ректор Ян. Спасибо вам.
— Хорошо, ректор Ян. Спасибо вам.
Поняв, что проблемы в этом семестре ему больше не грозят, Ван Чжо поспешно выразил благодарность.
Поняв, что проблемы в этом семестре ему больше не грозят, Ван Чжо поспешно выразил благодарность.
Вскоре руководители покинули палату. Проходя мимо Ван Чжо, Ли Сяньпин остановился.
Вскоре руководители покинули палату. Проходя мимо Ван Чжо, Ли Сяньпин остановился.
— Как-нибудь заглядывай к нам домой на обед вместе с Яояо.
— Как-нибудь заглядывай к нам домой на обед вместе с Яояо.
— Хорошо, дядя.
— Хорошо, дядя.
Услышав обращение «дядя», Ли Сяньпин ничего не сказал, а лишь похлопал его по плечу и ушёл.
Услышав обращение «дядя», Ли Сяньпин ничего не сказал, а лишь похлопал его по плечу и ушёл.
— Уф-ф.
— Уф-ф.
Когда в палате осталось всего трое, Чжоу Яо тяжело перевела дух: похоже, дядя совсем не против того, чтобы она встречалась с парнем.
Когда в палате осталось всего трое, Чжоу Яо тяжело перевела дух: похоже, дядя совсем не против того, чтобы она встречалась с парнем.
— Как ты, Юйнин?
— Как ты, Юйнин?
Чжоу Яо взяла Цзян Юйнин за руку и тихо спросила.
Чжоу Яо взяла Цзян Юйнин за руку и тихо спросила.
Цзян Юйнин сейчас больше всего на свете боялась вопроса о том, как она себя чувствует. Ведь она уже приготовилась ко всему и перед «смертью» даже призналась Ван Чжо в любви, а в итоге ей всего-то требовался укол от столбняка да пару дней наблюдения в больнице.
Цзян Юйнин сейчас больше всего на свете боялась вопроса о том, как она себя чувствует. Ведь она уже приготовилась ко всему и перед «смертью» даже призналась Ван Чжо в любви, а в итоге ей всего-то требовался укол от столбняка да пару дней наблюдения в больнице.
— Ладно, не будем мешать ей отдыхать. Пойдём лучше навестим Ян Пэна, всё-таки он тоже ранен.
— Ладно, не будем мешать ей отдыхать. Пойдём лучше навестим Ян Пэна, всё-таки он тоже ранен.
Догадавшись, насколько сложно сейчас у Цзян Юйнин на душе, Ван Чжо поспешил выручить её.
Догадавшись, насколько сложно сейчас у Цзян Юйнин на душе, Ван Чжо поспешил выручить её.
— Угу. Ой, точно, дай-ка я скорее посмотрю на твою руку!
— Угу. Ой, точно, дай-ка я скорее посмотрю на твою руку!
Раньше, при Ли Сяньпине, Чжоу Яо стеснялась разглядывать руку Ван Чжо, но теперь наконец могла нормально осмотреть рану.
Раньше, при Ли Сяньпине, Чжоу Яо стеснялась разглядывать руку Ван Чжо, но теперь наконец могла нормально осмотреть рану.
Глядя, как они вдвоём выходят из палаты и Чжоу Яо заботливо расспрашивает его, сильно ли болит, Цзян Юйнин застыла в оцепенении. Затем она натянула одеяло на самое лицо: вот же грех какой...
Глядя, как они вдвоём выходят из палаты и Чжоу Яо заботливо расспрашивает его, сильно ли болит, Цзян Юйнин застыла в оцепенении. Затем она натянула одеяло на самое лицо: вот же грех какой...

Комментарии

Загрузка...