【Сегодняшняя сводка 01】:
【Сегодняшняя сводка 01】:
Сегодня, когда вы помогали Ма Дунмэй с переездом, ваш путь пролегал через зону сноса в районе Байгэчжуан.
Сегодня, когда вы помогали Ма Дунмэй с переездом, ваш путь пролегал через зону сноса в районе Байгэчжуан.
Получена соответствующая информация:
Получена соответствующая информация:
В глубине руин, в одном из предназначенных под снос домов, находится старик-собиратель. Он заблокирован там уже двое суток и находится на грани полного истощения.
В глубине руин, в одном из предназначенных под снос домов, находится старик-собиратель. Он заблокирован там уже двое суток и находится на грани полного истощения.
Оказав ему помощь, вы сможете получить элитный чай стоимостью 30 000 юаней и ящик водки «Фэйтянь Маотай» стоимостью 17 000 юаней.
Оказав ему помощь, вы сможете получить элитный чай стоимостью 30 000 юаней и ящик водки «Фэйтянь Маотай» стоимостью 17 000 юаней.
【Сегодняшняя сводка 02】:
【Сегодняшняя сводка 02】:
Сегодня в больнице Цзишуйтань, когда вы навещали Хэ Фан, вы разминулись в коридоре с заведующим онкологическим отделением Тан Юнхуа.
Сегодня в больнице Цзишуйтань, когда вы навещали Хэ Фан, вы разминулись в коридоре с заведующим онкологическим отделением Тан Юнхуа.
Получена соответствующая информация:
Получена соответствующая информация:
В процессе закупки оборудования для ПЭТ-КТ Тан Юнхуа получил от поставщика взятку в виде красного автомобиля BMW X5 стоимостью 780 000 юаней.
В процессе закупки оборудования для ПЭТ-КТ Тан Юнхуа получил от поставщика взятку в виде красного автомобиля BMW X5 стоимостью 780 000 юаней.
— «Старик-собиратель, застрявший на двое суток и дошедший до крайней степени истощения?»
— «Старик-собиратель, застрявший на двое суток и дошедший до крайней степени истощения?»
— «Чай за тридцать тысяч, "Маотай" почти за двадцать...»
— «Чай за тридцать тысяч, "Маотай" почти за двадцать...»
— «Эти вещи вообще вяжутся с образом старого собирателя утиля?»
— «Эти вещи вообще вяжутся с образом старого собирателя утиля?»
Глядя на первую строчку обновившейся информации, Цзян Тао почувствовал, как в голове роится множество вопросов.
Глядя на первую строчку обновившейся информации, Цзян Тао почувствовал, как в голове роится множество вопросов.
В привычном представлении Цзян Тао собиратели мусора — это всегда бедные люди в оборванной одежде, ведущие тяжелую жизнь и экономящие на каждой крошке хлеба.
В привычном представлении Цзян Тао собиратели мусора — это всегда бедные люди в оборванной одежде, ведущие тяжелую жизнь и экономящие на каждой крошке хлеба.
Но согласно данным «Системы», вознаграждение за спасение этого старика в общей сложности тянуло почти на 50 000 юаней!
Но согласно данным «Системы», вознаграждение за спасение этого старика в общей сложности тянуло почти на 50 000 юаней!
— «Интересно, как он там застрял».
— «Интересно, как он там застрял».
— «Спасти чью-то жизнь — благое дело. Даже если бы награды не было, нельзя просто пройти мимо и оставить человека умирать».
— «Спасти чью-то жизнь — благое дело. Даже если бы награды не было, нельзя просто пройти мимо и оставить человека умирать».
Прочитав первую новость, Цзян Тао уже принял решение. Он перевел взгляд ниже, на вторую запись.
Прочитав первую новость, Цзян Тао уже принял решение. Он перевел взгляд ниже, на вторую запись.
— «Красный BMW X5 за 780 тысяч... Какое отношение это имеет ко мне?»
— «Красный BMW X5 за 780 тысяч... Какое отношение это имеет ко мне?»
— «Система, ты подкинула это, чтобы я позавидовал этому заведующему Таню?»
— «Система, ты подкинула это, чтобы я позавидовал этому заведующему Таню?»
Цзян Тао почувствовал легкое раздражение. Если честно, он действительно завидовал. У него глаза на лоб полезли! 780 000 юаней — в его родном уезде Пинсянь за эти деньги можно купить квартиру, причем сразу выплатив всю сумму!
Цзян Тао почувствовал легкое раздражение. Если честно, он действительно завидовал. У него глаза на лоб полезли! 780 000 юаней — в его родном уезде Пинсянь за эти деньги можно купить квартиру, причем сразу выплатив всю сумму!
Впрочем, зависть завистью, а некоторые вещи просто так не даются.
Впрочем, зависть завистью, а некоторые вещи просто так не даются.
Закончив изучать сводку и вдоволь «позавидовав» доктору Таню, Цзян Тао хотел было закрыть интерфейс и отправиться на спасение старика. Судя по информации, тот был заблокирован уже два дня и вот-вот мог испустить дух — дело не терпело отлагательств.
Закончив изучать сводку и вдоволь «позавидовав» доктору Таню, Цзян Тао хотел было закрыть интерфейс и отправиться на спасение старика. Судя по информации, тот был заблокирован уже два дня и вот-вот мог испустить дух — дело не терпело отлагательств.
Внезапно в мозгу Цзян Тао вспыхнули три иероглифа: «Онкология»!
Внезапно в мозгу Цзян Тао вспыхнули три иероглифа: «Онкология»!
— «Онкология? Онкология!!»
— «Онкология? Онкология!!»
— «Невестка Хэ Фан лежит именно в отделении онкологии!»
— «Невестка Хэ Фан лежит именно в отделении онкологии!»
В это мгновение вторая новость в его сознании намертво связалась с Хэ Фан! Он вспомнил сегодняшний день: образ Ван Ляньмина, беспомощно всхлипывающего из-за того, что никак не удается назначить дату операции.
В это мгновение вторая новость в его сознании намертво связалась с Хэ Фан! Он вспомнил сегодняшний день: образ Ван Ляньмина, беспомощно всхлипывающего из-за того, что никак не удается назначить дату операции.
У простых людей нет денег, нет власти, нет связей. Даже если у тебя рак и тебе срочно нужна операция, приходится покорно стоять в очереди и проходить через бесконечное ожидание!
У простых людей нет денег, нет власти, нет связей. Даже если у тебя рак и тебе срочно нужна операция, приходится покорно стоять в очереди и проходить через бесконечное ожидание!
— «Заведующий Тан... BMW за 780 тысяч...»
— «Заведующий Тан... BMW за 780 тысяч...»
Глаза Цзян Тао азартно блеснули. В голове проносились разные мысли. В итоге он решил использовать этот компромат, чтобы помочь Ван Ляньмину и Хэ Фан.
Глаза Цзян Тао азартно блеснули. В голове проносились разные мысли. В итоге он решил использовать этот компромат, чтобы помочь Ван Ляньмину и Хэ Фан.
А получится ли у него — будет зависеть от завтрашних переговоров с доктором Танем.
А получится ли у него — будет зависеть от завтрашних переговоров с доктором Танем.
— «Сейчас уже слишком поздно. С Танем разберусь завтра».
— «Сейчас уже слишком поздно. С Танем разберусь завтра».
— «Главное сейчас — спасти того застрявшего старика».
— «Главное сейчас — спасти того застрявшего старика».
Цзян Тао мысленно закрыл интерфейс системы и начал одеваться. Он и представить не мог, что когда-нибудь станет «тимуровцем» на выезде.
Цзян Тао мысленно закрыл интерфейс системы и начал одеваться. Он и представить не мог, что когда-нибудь станет «тимуровцем» на выезде.
Приодевшись, он схватил со стола ключи от машины и мощный фонарь. Вспомнив, что старик не ел и не пил двое суток, Цзян Тао прихватил несколько булочек, которые ему раньше дала Хэ Фан, и свой термос.
Приодевшись, он схватил со стола ключи от машины и мощный фонарь. Вспомнив, что старик не ел и не пил двое суток, Цзян Тао прихватил несколько булочек, которые ему раньше дала Хэ Фан, и свой термос.
Через пять минут он уже был у грузовика, припаркованного на въезде в деревню. Запрыгнул в кабину, завел мотор и направился в сторону Байгэчжуана, мимо которого проезжал днем.
Через пять минут он уже был у грузовика, припаркованного на въезде в деревню. Запрыгнул в кабину, завел мотор и направился в сторону Байгэчжуана, мимо которого проезжал днем.
На часах было за полночь. Дороги были пусты, лишь изредка пролетала случайная легковушка. Путь был свободен.
На часах было за полночь. Дороги были пусты, лишь изредка пролетала случайная легковушка. Путь был свободен.
За тринадцать минут Цзян Тао доехал до тех самых руин, которые видел, когда помогал Ма Дунмэй с переездом. Припарковав машину у синего жестяного забора, ограждающего стройку, он вышел наружу.
За тринадцать минут Цзян Тао доехал до тех самых руин, которые видел, когда помогал Ма Дунмэй с переездом. Припарковав машину у синего жестяного забора, ограждающего стройку, он вышел наружу.
Мысленным усилием он открыл систему. Всё внимание сосредоточилось на первой информации.
Мысленным усилием он открыл систему. Всё внимание сосредоточилось на первой информации.
Прямо перед глазами возникла трехмерная карта навигации. На карте пульсировала заметная красная точка. Расстояние по прямой — 548 метров.
Прямо перед глазами возникла трехмерная карта навигации. На карте пульсировала заметная красная точка. Расстояние по прямой — 548 метров.
Старый поселок Байгэчжуан был практически полностью разрушен, деревенские улочки завалены строительным мусором. Проехать на транспорте было невозможно — только пробираться пешком.
Старый поселок Байгэчжуан был практически полностью разрушен, деревенские улочки завалены строительным мусором. Проехать на транспорте было невозможно — только пробираться пешком.
Ночь выдалась пасмурной: ни луны, ни звезд. Тьма и завывающий ветер. Вокруг — сплошные обломки и пугающая тишина.
Ночь выдалась пасмурной: ни луны, ни звезд. Тьма и завывающий ветер. Вокруг — сплошные обломки и пугающая тишина.
Хорошо, что Цзян Тао был парнем не из трусливых. Будь на его месте Лю Чжиюань или кто-то из их троицы, они бы вряд ли осмелились сюда сунуться.
Хорошо, что Цзян Тао был парнем не из трусливых. Будь на его месте Лю Чжиюань или кто-то из их троицы, они бы вряд ли осмелились сюда сунуться.
Закурив сигарету для храбрости, Цзян Тао включил фонарь и, спотыкаясь на неровностях, двинулся вглубь руин.
Закурив сигарету для храбрости, Цзян Тао включил фонарь и, спотыкаясь на неровностях, двинулся вглубь руин.
Пятьсот метров по обычной дороге — это семь-восетм минут ходьбы. Но здесь, среди завалов и при плохом освещении, всё было иначе. Иногда приходилось возвращаться из тупиков и делать крюк.
Пятьсот метров по обычной дороге — это семь-восетм минут ходьбы. Но здесь, среди завалов и при плохом освещении, всё было иначе. Иногда приходилось возвращаться из тупиков и делать крюк.
Только через полчаса Цзян Тао добрался до места, где мигала красная точка.
Только через полчаса Цзян Тао добрался до места, где мигала красная точка.
Луч фонаря выхватил из темноты фигуру. Недалеко от него, прислонившись к обломкам, сидел старик. Его нога была придавлена куском бетонного перекрытия. Одежда на нем была в лохмотьях — точно, тот самый старик-собиратель, о котором говорила система!
Луч фонаря выхватил из темноты фигуру. Недалеко от него, прислонившись к обломкам, сидел старик. Его нога была придавлена куском бетонного перекрытия. Одежда на нем была в лохмотьях — точно, тот самый старик-собиратель, о котором говорила система!
Цзян Тао первым делом достал телефон и включил запись видео. «В сердце не должно быть умысла причинить вред, но и осторожность по отношению к другим не помешает». Видеозапись — лучшее доказательство, которое поможет избежать многих проблем в будущем.
Цзян Тао первым делом достал телефон и включил запись видео. «В сердце не должно быть умысла причинить вред, но и осторожность по отношению к другим не помешает». Видеозапись — лучшее доказательство, которое поможет избежать многих проблем в будущем.
— Спасите... Спасите... — раздался слабый голос.
— Спасите... Спасите... — раздался слабый голос.
Старик обнаружил присутствие Цзян Тао и начал звать на помощь. Он продержался здесь двое суток без еды и воды и всё еще не потерял сознание — конституция у него была крепкая.
Старик обнаружил присутствие Цзян Тао и начал звать на помощь. Он продержался здесь двое суток без еды и воды и всё еще не потерял сознание — конституция у него была крепкая.
Видя, что старик в сознании и может просить о помощи, Цзян Тао немного успокоился. Если бы человек был в коме, всё было бы гораздо сложнее.
Видя, что старик в сознании и может просить о помощи, Цзян Тао немного успокоился. Если бы человек был в коме, всё было бы гораздо сложнее.
— Дедушка, не волнуйтесь, я сейчас вам помогу!
— Дедушка, не волнуйтесь, я сейчас вам помогу!
Цзян Тао специально произнес это так, чтобы фраза попала на видео, после чего выключил запись, убрал телефон в карман и принялся за дело.
Цзян Тао специально произнес это так, чтобы фраза попала на видео, после чего выключил запись, убрал телефон в карман и принялся за дело.
Бетонная плита, придавившая ногу, была площадью примерно в квадратный метр и толщиной около десяти сантиметров, внутри торчала арматура. Весу в ней было, как минимум, сто-полтораста килограммов. Самому старику выбраться из-под такого груза было нереально.
Бетонная плита, придавившая ногу, была площадью примерно в квадратный метр и толщиной около десяти сантиметров, внутри торчала арматура. Весу в ней было, как минимум, сто-полтораста килограммов. Самому старику выбраться из-под такого груза было нереально.
К счастью, когда Цзян Тао начал осмотр, он понял, что нога не раздроблена всмятку — плита легла не всей тяжестью. Иначе за двое суток нога бы превратилась в омертвевший кусок мяса.
К счастью, когда Цзян Тао начал осмотр, он понял, что нога не раздроблена всмятку — плита легла не всей тяжестью. Иначе за двое суток нога бы превратилась в омертвевший кусок мяса.
Цзян Тао, работая на перевозках, часто сам занимался погрузкой и разгрузкой, так что силушкой обижен не был. Он наклонился, покрепче ухватился за края плиты и, резко выдохнув, одним мощным рывком откинул её в сторону.
Цзян Тао, работая на перевозках, часто сам занимался погрузкой и разгрузкой, так что силушкой обижен не был. Он наклонился, покрепче ухватился за края плиты и, резко выдохнув, одним мощным рывком откинул её в сторону.
Спасение удалось!
Спасение удалось!

Комментарии

Загрузка...