Это был старый книжный магазин.
Красная кирпичная кладка стен местами облупилась, деревянные полки с потертыми краями хранили следы долгих лет, а на прилавке стояла выцветшая картина, изображавшая порт Иокогамы в момент его открытия для внешней торговли.
Камисиро Киёкадзу со спутниками неспешно прогуливались между стеллажами, пропитанными ароматом бумаги. Ранее Дадзай Осаму согласился с предложением друга и позволил ему первому выбрать место. Поразмыслив, Камисиро решил отправиться в книжный.
Черноволосый юноша скользнул взглядом по новинке детективного жанра от Кудо Юсаку, выставленной на самом видном месте, и направился вглубь зала. Его цель была ясна: он уверенно нашел секцию с произведениями Нацумэ Сосэки. Его глаза, скрытые за цветными линзами, вспыхнули янтарным блеском.
Да.
Несмотря на то что позавчера вечером в баре Люпен он пережил серьезное потрясение, за сутки отдыха Камисиро Киёкадзу почувствовал, что снова готов к жизни.
Господин Нацумэ того стоит!
Здесь стоит сделать небольшое отступление.
Хотя Нацумэ Сосэки считался сильнейшим эспером, до позапрошлого вечера Камисиро Киёкадзу ни капли не интересовался его способностями.
В то время он был просто преданным фанатом его книг.
Из тех, кто любит всё, что связано с объектом обожания.
Именно поэтому первое впечатление Камисиро о Мори Огае было столь отвратительным.
Одно дело — извращенец со способностью Виа Сексуалис, и совсем другое — извращенец, который не только обладает этой способностью, но и является учеником господина Нацумэ.
К последнему Камисиро был куда строже, и неприязнь его была сильнее.
Он считал, что ничуть не оклеветал Мори Огая.
Хотя природа способностей до сих пор не была до конца изучена, общепризнанным фактом считалось, что дар — это воплощение души владельца или, по крайней мере, отражение её части. Звучит немного метафизично, но если заменить слово душа на суть, всё становится более научно.
Какой ты человек? Во что веришь? Как смотришь на мир?
Множество вещей формируют суть личности, и Камисиро Киёкадзу, пересмотрев всех известных эсперов Иокогамы и изучив карточки персонажей в голографической сетевой игре, впервые увидел настолько прямолинейную и пошлую способность, как Виа Сексуалис, которая совершенно не вписывалась в японскую сдержанность.
Господин Нацумэ, вы действительно знаете, как называется способность вашего ученика по фамилии Мори?
Это было похоже на то, как если бы любимый учитель, всегда безупречный, вдруг оказался запятнанным из-за непутевого ученика. Это было невозможно принять.
У-у.
Камисиро Киёкадзу разочарованно присел на корточки.
Ода Сакуноскэ принес три табуретки.
Камисиро сел и, не обнаружив новых книг, потер лицо. Пытаясь привлечь двух новых читателей для невинно пострадавшего господина Нацумэ, он предложил:
— Дадзай, Ода-кун, вы читаете книги в свободное время? Можете ознакомиться с Сердцем или с Вашим покорным слугой котом. Работы господина Нацумэ великолепны. На мой взгляд, его можно назвать первым писателем современной японской литературы.
Дадзай Осаму с любопытством вытянул тоненький томик Вашего покорного слуги кота, пролистал его, а затем перевел взгляд на волосы Камисиро.
Сидячее положение сократило разницу в росте в пятнадцать сантиметров почти до нуля, позволяя Дадзаю отчетливее разглядеть тонкую границу у корней волос юноши.
Мальчик с глазами цвета охры моргнул.
Ода Сакуноскэ вытянул с полки книгу и произнес с ноткой ностальгии:
— А продолжения у этой книги всё еще нет.
Свет и тьма.
Тоже произведение Нацумэ Сосэки.
То самое, которое так и не было закончено.
Камисиро Киёкадзу на мгновение отвел взгляд. Не зная, как объяснить привычку любимого автора оставлять сюжетные дыры, он попытался оправдаться:
— Возможно, господину Нацумэ просто не хватило вдохновения.
Черноволосый юноша приводил доводы с таким серьезным видом, что его рыжеволосый подчиненный не мог заметить подвоха.
— Книги господина Нацумэ всегда описывают саму жизнь, его персонажи кажутся живыми. Именно поэтому ему было так трудно продолжать историю.
Ода Сакуноскэ понимающе кивнул.
Камисиро Киёкадзу: ...
Как же легко тебя убедить, Ода-кун. Впрочем...
— Ода-кун тоже читает Нацумэ?
— Да. Честно говоря, я только сейчас обратил внимание на имя автора.
Ода Сакуноскэ улыбнулся, и уголки его губ приподнялись:
— До того как вступить в Портовую Мафию, я прочитал первую и вторую части этой книги. Тогда мне очень хотелось узнать, что будет дальше.
Рыжеволосый юноша замолчал. Выражение его лица стало сложным, в нем смешались грусть, растерянность и смирение. Казалось, он о чем-то умолчал.
— На самом деле, я даже думал сам написать концовку, но за столько лет так и не решился взяться за перо.
Это связано с тем, что ты больше не убиваешь?
Вспомнив, что в Свете и тьме тоже есть убийца, который завязал с прошлым, Камисиро догадался об этом, но не стал спрашивать. Вместо этого он сказал:
— Отличная идея. Почему не пишешь?
— У меня... нет уверенности. Я не знаю, как продолжить историю, — с досадой ответил Ода.
— Слишком расплывчато, — рассудительно заметил Камисиро. — Нужно найти корень проблемы. Если дело в стиле письма, начни с коротких рассказов. Если в нехватке жизненного опыта — набирайся его. Если совсем не понимаешь, как быть, спроси совета у тех, кто прошел этот путь раньше. Как только я стану боссом, дам тебе отпуск, Ода-кун.
Если захочешь перейти в Отдел по делам одаренных, этот отпуск может длиться всю жизнь.
Впрочем, будет ли у Ода-куна тогда время на писательство?
Подождите.
Не стоит равняться на Анго, который пашет как проклятый. В Отделе по делам одаренных есть сотрудники, которые работают по обычному графику. Например... я.
Хотя, кажется, только я?
Камисиро Киёкадзу погрузился в раздумья.
Да ну их. Нужно жить настоящим.
Белые облака плывут по небу, в море книг царит покой, а если добавить к этому чашечку кофе — разве это не блаженство?
Ода Сакуноскэ ушел за кофе, а Камисиро повернулся к молчаливому Дадзаю и помахал рукой перед его лицом:
— Дадзай? Что с тобой? Ты с самого начала смотришь на меня и молчишь.
Дадзай Осаму отложил книгу и подался вперед, к черноволосому юноше.
??
Камисиро с недоумением посмотрел на него и, повинуясь легкому толчку, слегка прислонился к стеллажу, позволяя тому приблизиться.
Слишком близко.
Настолько близко, что он чувствовал дыхание другого человека.
Подождите, а вдруг он заметит линзы?!
Хотя черный цвет менее заметен, чем другие, следы всё равно можно разглядеть!
Воистину, кошачья сущность — и дар, и проклятие.
Камисиро слегка напрягся, раздумывая, не оттолкнуть ли Дадзая, но решил, что это будет выглядеть как признание вины. В глубине души он лихорадочно размышлял: если бы он не считал Дадзая котенком, он бы ни за что не позволил кому-то другому подойти так близко...
Их внимание было полностью сосредоточено друг на друге, и никто не заметил, как хозяин магазина, проходя между рядами, остановился неподалеку и застыл, наблюдая за этой сценой с расширенными от шока глазами.
*
Амуро Тору сменил конспиративную квартиру.
Иокогама — крупнейший портовый город Японии, через который проходят бесчисленные международные торговые пути, а в гавани кипит жизнь, и перевозятся огромные богатства.
Организация в черном, конечно, хотела расширить свое влияние в Иокогаме, но подземный мир города был перенасыщен и враждебен к чужакам. Здесь могли закрепиться только группы эсперов, поэтому после нескольких неудачных попыток Организация временно отступила.
Однако конспиративных квартир у них было немало.
Возможно, потому, что грузы Организации проходили через Иокогаму, или потому, что они никогда не забывали об этом лакомом кусочке.
Амуро Тору чистил пистолет.
Вчерашняя погоня заставила его быть еще осторожнее. Короткие перерывы на отдых позволяли его мышцам оставаться в тонусе. Услышав стук в дверь — похоже, это были люди Мафии — он затаил дыхание, притворяясь, что в квартире никого нет.
Шаги постепенно удалились.
Амуро внимательно прислушивался, ожидая долгое время, и только убедившись, что незваные гости не вернутся, принялся за сухие пайки.
Ему нужно было потреблять достаточно пищи и воды, чтобы поддерживать силы и попытаться ночью прорваться сквозь оцепление Мафии.
Агент Общественной безопасности не сомневался, что эти мафиози расставили людей на всех ключевых дорогах.
Снова шаги.
Амуро замедлил дыхание, припав к двери, словно дикий кот.
Тук. Тук. Тук.
После вежливого стука раздался знакомый голос:
— Здравствуйте, есть кто-нибудь? Это Сакагути Анго.
Амуро Тору: !!!
— Фуруя-сэмпай? Вы помните нашу встречу год назад? Тогда я использовал свою способность на вашем подчиненном, господине Кадзами...
Амуро Тору: — именно так.
Да уж, помню прекрасно.
*
Если в этом мире и был человек, которому Фуруя Рэй мог доверять всей душой, то это был его друг детства, однокурсник по полицейской академии и товарищ по внедрению в Организацию в черном... Морофуси Хиромицу.
Позывной — Скотч.
Год назад Сакагути Анго по заданию руководства Столичного полицейского управления прибыл в отдел Общественной безопасности Токио, чтобы с помощью своей способности провести расследование, и случайно обнаружил крота, засланного в полицию некой черной организацией. Сакагути Анго тут же доложил об этом, а после завершения задания вернулся в Иокогаму.
Этот донос спас жизнь Морофуси Хиромицу.
После допроса в отделе Общественной безопасности выяснилось, что этот крот был из Организации в черном и уже заподозрил, что Скотч — полицейский агент. Он успел доложить о своих подозрениях Организации и пытался собрать доказательства.
Связной немедленно предупредил Морофуси Хиромицу, и они подготовили пути отхода.
Оглядываясь назад, можно сказать, что это было сделано вовремя.
Потому что если бы крот не вышел на связь в назначенное время, это означало бы, что подозрения в отношении Скотча подтвердились.
Амуро Тору тогда чуть не поседел от страха.
Бог свидетель, что он чувствовал, когда друг детства сказал ему: Я раскрыт.
Не говоря уже о напряженной игре умов, когда волна после побега Скотча улеглась, Амуро удалось встретиться с Кадзами Юей и узнать все подробности. Разумеется, он был бесконечно благодарен Сакагути Анго.
Когда Сакагути Анго однажды приехал в служебную командировку в полицейское управление, Амуро специально пришел, чтобы лично поблагодарить его. Кадзами тоже был там, и, видя, что начальник не против, он, будучи крайне любопытным до способностей, упросил Сакагути применить дар на нем.
Это было удивительно.
Стоило лишь коснуться его, как Сакагути Анго узнал обо всем, что происходило с Кадзами в последнее время. Амуро был впечатлен, но лица Кадзами и Сакагути... они выглядели не лучшим образом.
Возможно, тот случайно прочитал что-то личное из жизни Кадзами.
Амуро, конечно, не знал, что Кадзами Юя вспомнил свои жалобы на начальника, а Сакагути Анго был шокирован образом жизни и странными привычками кое-кого.
*
Учитывая, что они в Иокогаме, а способности так удивительны, приход Сакагути Анго был вполне логичен.
Амуро Тору, понаблюдав некоторое время в дверную щель, открыл дверь.

Комментарии

Загрузка...