— Странно, в Иокогама не должно быть никого сильнее нас, — пробормотал темноволосый мальчишка с глазами цвета увядших листьев. Он выглядел невероятно азартным. — Как только вернусь домой, велю семье навести справки о прошлом этой молодой леди...
Амуро Тору испугался.
В столь щекотливый момент, если какая-то третья сила примется расследовать дела сенатора, да еще об этом узнает Организация в черном...
Короче говоря, после долгих колебаний и препирательств Амуро Тору согласился на этот «выход по вызову», утешая себя тем, что его прежние сомнения не имеют никакого отношения к прошлому клиенту, а связаны лишь с тем, не упадет ли в будущем его собственная цена на рынке...
Неужели его провели?
Все более безлюдные улицы пугали.
Уличное освещение и вправду пропало.
Тонкая детская ручка протянулась и сжала его ладонь. Представленный ранее госпожой Каваками мальчик по имени Дадзай Осаму произнес тоном, каким успокаивают маленьких детей:
— Не бойся, не бойся, снаружи нет никаких призраков!
Амуро Тору застыл в растерянности:
— Я не боюсь.
Дадзай Осаму:
— Угу!
Всю дорогу мальчик задавал вопросы, притворяясь наивным, но уже собрал немало разрозненных сведений:
Искусство ведения беседы на высоте, мастерски умеет направлять тему разговора; акции, кофе, скачки... во всем разбирается; напускная искренность, особая манера располагать к себе людей так, что они незаметно теряют бдительность — и при этом странная забота о несовершеннолетних? Вдобавок к этому — едва ощутимые мозоли от постоянного обращения с оружием, которые он только что нащупал...
Преступный мир, полиция, детектив.
С ничтожно малой вероятностью — частый гость тиров, который слишком много всего знает.
Если же принять во внимание крайне приметную внешность и тот факт, что в обычном мире этого человека просто не существует...
...Тоже нет никакой возможности наверняка установить его личность.
И правда, «давнишний друг по переписке» Киёкадзу.
В желтоватом свете автомобильных фар в глазах мальчишки плясал огонек праздного любопытства.
Снова появились фонарные столбы.
На всякий случай Амуро Тору незаметно сунул руку в карман и вслепую набросал черновик письма, готовый отправить его в любую секунду, в то время как его глаза и мозг отчаянно старались запечатлеть дорогу.
Дадзай Осаму внезапно бросил:
— Кстати, а вороны не прилетят?
И это после того, как он специально полез в интернет искать способы отпугнуть ворон и купил лазерную указку!
Амуро Тору замер!!
Какие еще вороны?
Некий тайный агент уже мысленно просчитывал маршрут на случай прыжка из движущейся машины, когда госпожа Каваками произнесла:
— Нет.
Лицо Камисиро Киёкадзу оставалось невозмутимым.
Раз уж сегодня он вырядился столь «нарядно», его бессменный телохранитель Ода Сакуноскэ, разумеется, тоже не избежал участи облачиться в строгий костюм, и Сяо Ци, заметив поблизости людей в черных костюмах, ни за что бы сюда не совался. Сегодня был явно не тот вечер, чтобы устраивать битву кошки с птицей. К тому же он мог побиться об заклад, что котик Дадзай непременно запасся кое-каким реквизитом.
А вот старший товарищ Фуруя, с чего это он вдруг такой дерганый?
Заметив едва заметные колебания под маской спокойствия зажатого между ними шпиона, Камисиро Киёкадзу наблюдал за ним с живейшим интересом.
Довольно мило.
Не будь у старшего товарища Фуруи характера и внешности, больше подобающих собаке, его лицо вполне можно было бы счесть за мордашку сиамской кошки.
Погодите-ка.
Тот самый черный синдикат, в который внедрился старший товарищ Фуруя, вечно носит всё черное — неужели у них есть прозвище «Вороны»?
Хм.
Логика сходится.
Машина плавно сбавила скорость.
Ода Сакуноскэ:
— Приехали.
Бар Lupin.
Рандо сидел за стойкой, потягивая шампанское.
Во время ужина он получил письмо от Оды Сакуноскэ с вопросом, не найдется ли у него времени пропустить по стаканчику, а когда ответил утвердительно, тот добавил, что приведет с собой еще несколько человек, включая молодого господина Каваками.
Рандо на мгновение удивился.
Хотя они с Одой Сакуноскэ виделись всего пару раз, рыжеволосый юноша по своей сути был чист, как прозрачная вода, — насквозь видно с первого взгляда. И вот теперь такой простофиля вдруг решил поиграть в загадки, невольно пробудив в нем любопытство.
В этом спрятанном в глубине переулка баре всегда было мало посетителей, и даже после долгого сидения Рандо никто больше не пришел.
Идеальное место для дружеских посиделок, куда не сунутся незнакомцы.
Дверь бара отворилась.
Первым внутрь просунул голову юркий мальчишка, по фирменным бинтам Рандо сразу узнал его личность: Дадзай Осаму, ученик личного врача босса Мори Огая. Следом за ним вошел Ода Сакуноскэ — сегодня на нем был довольно строгий черный костюм, однако мафиози в нем по-прежнему угадывалось с трудом. За ними последовали длинноволосая девушка в черном платье и смазливый молодой человек со светлыми волосами и смуглой кожей...
Погодите-ка — именно так.
Рандо слегка опешил и широко раскрыл глаза, уставившись на «девушку» с черными волосами и темными глазами.
Это же явственно был молодой господин Каваками.
Верно, позади никого больше не было — блондин закрыл дверь бара и по-джентльменски придерживая черноволосую «девушку», помог ей спуститься по лестнице в тесное подземелье бара.
Если только молодой господин не решил пойти на поводу у сиюминутной прихоти, значит, этот незнакомец принял «ее» за женщину...
Или это объект, у которого необходимо добыть информацию?
Хотя Рандо и страдал амнезией, логика профессионального разведчика позволил ему мгновенно сделать предварительные выводы, однако верным оставалось и другое: информационный разрыв смертелен.
Впрочем, этот вывод тоже нельзя было назвать ошибочным.
Амуро Тору действительно был тем источником информации, который требовался Дадзаю для разгадки его головоломок.
Камисиро Киёкадзу улыбнулся:
— Рандо-кун, давно не виделись.
Услышав мягкий и странно чарующий голос «девушки», Рандо невольно тронул губы улыбкой:
— Госпожа Каваками, сегодня вы выглядите поистине незабываемо.
— Тогда постарайтесь не забывать.
Камисиро Киёкадзу сел рядом с Рандо, Амуро Тору тут же устроился по другую руку от «нее», а Ода Сакуноскэ привычно занял место по другую сторону от Рандо...
Дадзай Осаму:
— ...
Темноволосый мальчишка надул щеки и ткнул Амуро Тору локтем, требуя освободить место.
Амуро Тору послушно подвинулся.
Камисиро Киёкадзу с совершенно невозмутимым видом произнес:
— Рандо-кун, позволь представить. Оду-куна ты, должно быть, помнишь, это мой младший брат Дадзай Осаму, можешь звать его просто Дадзай, а это...
Он слегка замялся.
— Амуро Тору, для вас просто Амуро.
Смуглый блондин выглядел несколько скованно.
— В настоящее время подрабатываю в хост-клубе.
В японском обществе репутация хостов традиционно оставляла желать лучшего. Заметив, что Рандо уставился на него с некоторым удивлением, Амуро Тору решил, что тот презирает его профессию, и даже не подозревал, что Рандо выражает языком тела совсем иное мнение: а парень мастак развлекаться.
Умеющий отлично развлекаться Камисиро Киёкадзу: «............»
С такими-то свободными взглядами и любовью к шампанскому, Рандо-кун, да ты часом не француз?
— Мяу~
Под тихий кошачий вопль из угла под стойкой бара выползла трехцветная кошка и изящно прыгнула на пустой барный стул.
Глаза Камисиро Киёкадзу вспыхнули:
— Тут есть...
!!!
Стоило ему лишь бросить взгляд на кота, как черноволосую «девушку» будто молнией поразило — она вся окаменела, окаменела и преисполнилась скорби.
Ради наблюдения за состоянием Рандо Камисиро Киёкадзу держал запущенной «голографическую сетевую игру».
На светло-голубом экране красовалась новая карточка персонажа:
[Имя: Нацумэ Сосэки
Пол: Мужской
Возраст: 49
День рождения: 29
Статус: Легендарный эспер
Способность: «Я — кот»
Описание: Очаровательная сверхспособность, позволяющая обладателю свободно переключаться между человеческим обличем и кошачьей формой — та-да-да-дам! Появилась суперредкая трехцветная кошка-мальчик! Чудо с шансом тридцать тысяч к одному, в прошлый раз ушедшее с аукциона за баснословные двадцать миллионов! — Интересно, почему эту способность называют сильнейшей, уж не опечатка ли?
P.S. Вы храните в избранном длинный роман «Сердце». Как книжный фанат, не испытываете ли вы трепета при первой встрече с любимым автором? Особенно в столь специфическом наряде.]
Первая встреча... Специфический... Наряд...
Камисиро Киёкадзу ощутил, как его сердце превратилось в пепел.
Трехцветный кот склонил голову набок:
— Мяу — именно так.
Дадзай Осаму с любопытством ткнул пальцем расстающегося с душой товарища и тоже склонил голову:
— Мяу — именно так.
Камисиро Киёкадзу вырубил эту бесячую способность и порывисто обнял Дадзая.
В этом холодном мире лишь котик Дадзай дарил ему крошечную искру тепла.
Эх.
Штаб-квартира Портовой Мафии. Кабинет босса.
— Кхе, кхе-кхе-кхе-кхе...
После серии надрывных кашлей голос старого босса вновь обрел ровное звучание, хриплое и веское:
— Каваками снова ушел?
— Да. — Подчиненный в ужасе стоял посреди разгромленной комнаты. — На этот раз молодой господин...
— Ну?
— ...Заказал того хоста по вызову.
— Бац!
Звук разбитой настольной лампы на прикроватной тумбочке.
Оставшаяся одними костями грудная клетка старого босса тяжело вздымалась, в глазах пылал багровый, словно кровь, блеск. Наконец старый босс глухо произнес:
— Как только Каваками вернется, пусть явится ко мне. — Он злобно заскрежетал зубами. — А затем убейте этого хоста.Дадзай Осаму огляделся по сторонам, поднял руку и бодрым голосом произнес:
— Хозяин, у вас найдется газировка с добавлением моющего средства?
Камисиро Киёкадзу с интересом посмотрел на своего маленького друга.
Остальные тоже обратили на них внимание.
— Нет.
После короткой паузы ответил бармен.
Взгляд Дадзая Осаму был полон искренности:
— Тогда наверняка найдется моющее средство, в которое подмешана металлическая мочалка для посуды?
— Нет.
— Точно нет?
— Нет.
— А-ай... ну как же так...
Дадзай Осаму свесился с барной стойки, катачая голову из стороны в сторону и громко вздыхая. Камисиро Киёкадзу не удержался и потрепал его пушистые волосы, успокаивая:
— Ничего не поделаешь, раз нет.
В следующую секунду мягкая старшая сестричка мгновенно превратилась в деспотичного родителя:
— Будь добр, стакан горячего молока для него.
— Не хочу...
— Подумай о своем росте, — прохладным тоном произнес Камисиро Киёкадзу. — Как ты думаешь, какого роста ты будешь, когда станешь совершеннолетним, если продолжишь расти такими темпами?
«Девушка» с темными волосами и глазами выразительно перевела взгляд на взрослых мужчин в баре: Амуро Тору, Ода Сакуноскэ и Рандо — все до единого обладали длинными ногами при росте метр восемьдесят.
— Чуть не забыл, Ода-куну ведь девятнадцать.
— И рост у него вызывает такую же тревогу, как у Анго.
Дазай Осаму: «......»
Эх.
«Девушка» с темными волосами и глазами виновато улыбнулась бармену:
— У вас найдется молоко?
Бармен перевел взгляд на двух постоянных клиентов, затем на трех новых и кивнул.
Амуро Тору снова оглядел бар.
Поскольку заведение располагалось в подвале, окон в помещении не было. В этом тихом, напоминающем морские глубины баре барная стойка со стульями, висящие на стенах картины и доносившаяся из патефона ностальгическая музыка — всё было пропитано атмосферой ушедших эпох.
И правда отличное место, чтобы расслабиться и душой, и телом.
Взгляд Амуро Тору снова упал на Рандо, одетого слишком тепло.
Иностранца со столь яркими и запоминающимися чертами лица должно быть легко отыскать... Прошло всего два дня, и осторожный агент Общественной безопасности, разумеется, не забыл смертельную угрозу, исходившую из темного угла в позапроздравый день, при их первой встрече с госпожой Каваками.
Это был пистолет.
При таком расстоянии и в такой обстановке это мог быть только пистолет.
Хотя в таком городе, как Иокогама, выходить на улицу с оружием в определенном смысле вполне обычно, почему госпожа Каваками наставила на него пистолет?
Чтобы исключить случайную ошибку, Амуро Тору уже навел справки о даме, на которую в тот день тоже был направлен дуло пистолета, однако та оказалась самой заурядной домохозяйкой, унаследовавшей состояние покойного мужа. Таких женщин в Японии слишком много, поэтому... целью в тот день мог быть только он сам.
Спросить напрямую?
Сделав небольшой глоток оранжево-красного коктейля, Амуро Тору как раз размышлял об этом, как вдруг услышал голос госпожи Каваками:
— Рандо-кун, ты в последнее время сильно занят на работе? Не изменился ли характер и объем обязанностей?
Камисиро Киёкадзу подумал: кто знает, не решится ли мелочный старый босс отомстить даже Рандо.
— Нет.
Рандо чутко уловил нечто в ее словах: — А что такое?
— Ничего страшного, — «девушка» с темными волосами и глазами покачала головой и с улыбкой произнесла. — Если Рандо-кун захочет перевестись на другую должность, относящуюся к низам организации, можешь подать заявление напрямую господину Хироцу.
Старик Хироцу наверняка уважит такую просьбу.
Рандо кивнул.
Тишина разливалась по тесному пространству. Дать волю мыслям здесь, где люди, обычно перегруженные думами, могут полностью отключить голову — прекрасный способ отдохнуть.
Долгое время никто не произносил ни слова, даже кошка тихонько сидела, не издавая ни звука. Амуро Тору едва не погрузился в дремоту, пока допивший молоко Дадзай Осаму не начал крутить в руках пустой стакан и вытворять всякие пакости:
— Как скучно~ А не случалось ли у Рандо-куна в последнее время какой-нибудь интересной работы? Например, заказных убийств?
Рандо машинально бросил взгляд на «девушку» с темными волосами и, заметив, как «она» с досадой покосилась на Дадзая, мягко произнес:
— Амуро-кун — человек, которому можно доверять.
Раз так —
— Ничего подобного. Всё как обычно: уборка трупов и зачистка хвостов, — бесстрастно произнес Рандо. — По сравнению со мной, у Оды прежняя работа была куда разнообразнее.
Дадзай Осаму: «Э-э-э?»
Ода Сакуноскэ: «Разнообразнее, но не интереснее».
Дадзай Осаму: «Например?»
— Посредничество в делах чиновника из связанной компании, который застрял в любовном треугольнике между женой и любовницей, — Ода Сакуноскэ вспомнил одно дело, которое особенно врезалось ему в память. — А после этого пришлось еще разбираться с незаряженной бомбой, которую прислала любовница номер два.
Рыжеволосый парень выглядел крайне озасаченным: — В итоге из-за существования любовницы номер два об этом узнали и жена, и первая любовница, и этот чиновник угодил в новый любовный многоугольник...
Глаза Дадзая Осаму загорелись: «Звучит потрясающе!»
Амуро Тору: «............»
Ха, ха-ха.
Почему тема внезапно перескочила в какой-то другой мир?!
Амуро Тору посмотрел на невозмутимое выражение лица бармена и на мгновение почувствовал себя чужаком в этом месте.
Камисиро Киёкадзу на секунду тоже заинтересовался невозмутимостью бармена, но тут же списал это на превосходные качества жителя Иокогамы. В неплохом настроении он понаблюдал за микромимикой старшего товарища Фуруя, испытывая зудящее желание создать стикер с надписью: «Полицейская собака в шоке.jpg».
Да ну.
Лицо старшего Фуруя всё же лучше по возможности ограждать от публичного внимания.
Амуро Тору изобразил растерянность и терпеливо дождался окончания этого чрезвычайно насыщенного информацией диалога, после чего, слегка испуганно моргая, произнес:
— Эм... Я ведь не услышал ничего секретного, да?
— Не переживай~
Дадзай Осаму словно по-доброму похлопал его по плечу: — Это просто будничные дела низов Портовой Мафии.
Амуро Тору: «......» — именно так.
Так вот почему ему не нужно было опасаться «влиятельной и богатой барышни»?
Если здесь практически сплошь члены Мафии... Агент Общественной безопасности мгновенно перестроился на лад Организации в черном и уже собирался мысленно занести это место в список баз Мафии, как «девушка» с темными волосами и глазами произнесла:
— Не волнуйся, Амуро-кун. Хотя мы и состоим в Мафии, мы ничем не отличаемся от большинства граждан этой страны.
Поводов придраться было предостаточно.
В окружении, подозрительно напоминающем членов Портовой Мафии — ну хорошо, исключая Дадзая Осаму как малолетнего работника среди малолетних работников, — мыслительные процессы Амуро Тору протекали с невероятной эффективностью. Он услышал, как произносит тем самым сладко-нежным голосом хост-клуба:
— Госпожа Каваками, вообще-то у меня уже давно есть один вопрос к вам...
Под ободряющим взглядом «девушки» Амуро Тору продолжил:
— Скажите... почему вы относитесь ко мне так... по-особенному?
И впрямь.
Отбросив неопределенные факторы и судя по уже случившемуся, «девушка» с темными волосами и глазами неизменно благоволила к златокудрому хосту с смуглой кожей, тратя на него баснословные суммы денег и практически ничего не требуя взамен.
Эту странность можно было считать изъяном в логике, а можно было и не считать.
В конце концов, в делах сердечных трудно разобраться, а если заявить о любви с первого взгляда, никто не сможет возразить.
Однако при всем при этом Камисиро Киёкадзу писал сценарий сам.
«Девушка» с темными волосами и глазами опустила веки, ее длинные ресцы слегка задрожали, а на лице проступила легкая тень печали:
— ...Об этом можно рассказать.
«Она» подняла взгляд на златокудрого хоста и, словно бы взвесив что-то в уме, невнятно произнесла:
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...