— Пращур, о чём вы говорите? Почему я ничего не понимаю? — озадаченно спросил Цин Юньчжоу.
Байли Лююнь с недовольством покосился на него:
— Ты заражен Техникой Разделения Души и Техникой Контроля Сердца, неужели сам ничего не почувствовал?
Цин Юньчжоу слегка качнулся, побледнел и замотал головой:
— Невозможно, абсолютно невозможно, вы должно быть ошиблись.
Юань Хао тихо фыркнул:
— Малыш Мо Юй никогда не ошибается.
Мин Цзюю бросил на Цин Юньчжоу презрительный взгляд, искренне ни во что его не ставя. Затем он перевел взгляд на Байли Лююня:
— Схватите Юй Жоу и допросите её.
Чжао Хуэй подхватил:
— Разве она станет говорить?
— Если не станет — применю сканирование души, в этом деле я мастер, — уверенно заявил Мин Цзюю.
— Нельзя, — нахмурившись, пригрозил низким голосом Цин Юньчжоу.
— Почему нельзя?
— Мин Цзюю, у тебя еще хватает совести спрашивать? После сканирования души человек превращается в дурака. Каковы ваши намерения? Просто до крайности жестоко!
Юань Хао шагнул вперед:
— Цин Юньчжоу, неужели ты сам не чувствуешь, что с тобой что-то не так?
— Что со мной не так? Я чувствую себя прекрасно.
Мо Юй вздохнул:
— Сначала посадите Цин Юньчжоу под домашний арест и никому не позволяйте приближаться к нему. А за Юй Жoу установите слежку: пусть лучше будет у всех на виду, чем искать её по всему миру.
Сюань Цин кивнул:
— Мо Юй прав, давай пока поступим так.
Байли Лююнь вздохнул:
— Заприте его в месте, где я уединяюсь для медитаций, туда, кроме меня, никто войти не может.
Все кивнули.
Сюань Цин указал на Цин Юньчжоу и спросил:
— Что делать с Техникой Разделения Души и Техникой Контроля Сердца, которые в него вселили?
Мо Юй слегка нахмурился:
— Я могу сварить для него несколько Пилюль Питания Души, но чтобы исцелить его полностью, тот, кто наложил заклятие, должен его снять.
— Значит, нужно выяснить, кто стоит за спиной Юй Жоу, — произнес Мин Цзюю.
Байли Лююнь тяжело вздохнул:
— Пока придется сделать именно так.
Он взмахнул рукой и вырубил Цин Юньчжоу:
— Возвращайтесь пока в мой двор, подождите меня немного.
Наклонившись, он подхватил Цин Юньчжоу под мышку и в мгновение ока исчез.
Мин Цзюю посмотрел на возвышающееся перед ними Древо Просветления и моргнул:
— Тьфу ты, этот старый хрыч Байли Лююнь — сидит под Древом Просветления, пьет чай, вот ведь умеет наслаждаться жизнью.
Вскоре Байли Лююнь вернулся, хмурый и вздыхающий.
Мин Цзюю презирал такой упаднический вид Байли Лююня:
— Старый ты хрыч, чего вздыхаешь? Беда придет — отразим, враг напасть — дадим отпор. В тот год столько Тёмных Демонов — и всех сослали за пределы нашего мира. Чего бояться парочки сбежавших рыб?
Байли Лююнь развел руками:
— А если они не парочка?
— Подумаешь! — Мин Цзюю закатил глаза. — И сколько бы их ни было — что с того? Просто переловим поодиночке. Совсем не понимаю, о чём думал этот ублюдок Тянь Цан. Тогда я был против изгнания, а он запретил их убивать. Как было бы здорово убить — и покончить со всем раз и навсегда.
Юань Хао похлопал Мин Цзюю по плечу и с усмешкой произнес:
— Ну и силен же ты, братец Цзюю, раз осмелился ругать самого Небесного Императора. Восхищаюсь, восхищаюсь.
Мин Цзюю скривил губы:
— Хм, по мне так давайте прекратим ломать голову. Тянь Цан принял решение об изгнании, пусть сам и расхлебывает эту кашу.
— А что, если они сбежали не из мест ссылки? — спросил Сюань Цин.
— Даже если и нет, всё равно считай, что оттуда, — сквозь зубы процедил Мин Цзюю.
Чжао Хуэй прыснул со смеху:
— Ну ты и перекладываешь ответственность, ловко же у тебя получается.
— А на кого ещё перекладывать, как не на него? Сам изображал великодушие и доброту, так пусть теперь заслуженно тащит этот груз.
— Может, стоит сказать об этом Тянь Цану? — спросил Байли Лююнь.
Сюань Цин кивнул:
— Стоит предупредить.
Мин Цзюю отпил чаю:
— Хотите — идите сами, хотите — пользуйтесь Камнем Передачи Голоса, только меня в это не впутывайте, видеть его не могу, аж тошно.
— Вы что, враги? — с любопытством спросил Чжао Хуэй.
— Не упоминай его, только настроение портить.
Мо Юй улыбнулся:
— Мин Цзюю много раз разыскивал Тянь Цана, надеясь добиться хоть капли света для Мира Преисподней. Ха-ха, а Тянь Цан ответил, что тогда это будет уже не Мир Преисподней.
— Этот скупой ублюдок! Я же не просил осветить весь Мир Преисподней, неужели нельзя было сделать так, чтобы свет горел хотя бы в одном-двух местах? Получается, Мир Преисподней обречен вечно жить в серых сумерках.
Чжао Хуэй утешил Мин Цзюю:
— Раз Мир Преисподней нельзя изменить, раз вам там надоело — выходите да развлекайтесь. Когда наиграетесь — вернетесь обратно, никто же не запрещает вам уходить.
Мин Цзюю со вздохом покачал головой:
— Всё не так просто.
Чжао Хуэй озадаченно посмотрел на Мо Юя, взглядом спрашивая: что не так?
Мо Юй чуть приподнял уголки губ, но ничего не ответил.
Мин Цзюю махнул рукой:
— Хватит об этом, тошно.
Затем он снова посмотрел на Байли Лююня:
— Эта двуличная Юй Жоу сейчас чем занимается?
— Ци Ся заставила её уйти в затворничество: пока не достигнет уровня Бессмертного Пути, не смеет покидать свой двор.
Мин Цзюю поднял большой палец вверх:
— Отличный ход! Как Ци Ся додумалась до такого? Умно. Хм, с её-то талантами, да при нехватке Врожденной Духовной Энергии, она и через сто тысяч лет не сможет подняться до Бессмертного Пути.
Байли Лююнь прищурился:
— Чем сильнее ей запрещают выходить, тем сильнее она будет нервничать. А как начнет нервничать — потеряет рассудок и выдаст себя.
Мин Цзюю повеселел, обнажив ряд ослепительно белых зубов:
— Старый хрыч, а в твоей голове, кроме культивации, оказывается, еще что-то есть.
Байли Лююнь с досадой покосился на Мин Цзюю:
— Думаешь, ум есть только у тебя?
— Он-то у меня есть, да только у тебя маловато. Со мной и сравнивать нечего, далеко тебе до меня, — парировал Мин Цзюю.
Байли Лююнь тихо хмыкнул:
— Уступаю тебе лишь потому, что ты старше меня, пожалею тебя на этот раз.
Остальные двое, что сидели рядом, пили чай и наблюдали за пикировкой, не выдержали слов Байли Лююня и расплескали чай изо рта.
Мин Цзюю в невероятном изумлении вытаращил глаза и с ног до головы окинул Байли Лююня пристальным взглядом:
— Тебя что, какой-то древний демон переродил?
— Нет, это я у тебя научился. Ну как, неплохо получается?
Юань Хао, сдерживая смех, произнес:
— Мало того что неплохо, ты превзошел учителя!
Байли Лююнь одарил Мин Цзюю самодовольным взглядом:
Ну что, съел? Думал, я умею только медитировать?
В этот момент Камень Передачи Голоса у Сюань Цина ярко вспыхнул.
— Тянь Цан ответил.
Активировав камень, они услышали ясный, чистый мужской голос:
— Загляните во Дворец Цянькунь.
Мин Цзюю скривил губы и недовольно пробурчал:
— Привык всеми командовать, ни за что не пойду.
Юань Хао свистнул:
— Сделай одолжение, братец Сюань Цин, сбегай туда.
Остальные дружно сложили руки в приветственном жесте перед Сюань Цином, и смысл был предельно ясен: никто из них идти не хотел.
Сюань Цин обреченно вздохнул:
— Да я и сам не гори желанием идти.
Мин Цзюю с улыбкой налил Сюань Цину чашку чаю:
— Братец Сюань Цин, уважь нас, сходи разок. Если пойду я, то мы, пожалуй, прежде чем успеем о деле поговорить, драться начнем.
Сюань Цин сделал глоток чая и поднялся на ноги:
— Эх, ладно, пойду. А если Тянь Цан спросит про вас, что ему ответить?
— Да что хочешь, говори правду или придумай причину. Говори всё, что заблагорассудится.
Сюань Цин погрозил им пальцем:
— Ну и вредные же вы. Как ни крути, а он всё-таки Небесный Император.

Комментарии

Загрузка...