Облачённая в священные одежды веры русалка поражала изысканностью черт.
Лицо всё ещё принадлежало Линь Юаню, но черты его неуловимо и мягко изменились.
Прежде внешность Линь Юаня тянула лишь на восемь баллов из десяти, и лишь харизма поднимала её до девятки.
Теперь же его облик заслуживал безупречной десятки — как для мужчины, так и для женщины.
Простыми словами вроде «красивый» или «привлекательный» эту красоту описать было нельзя.
Такой образ пробуждал в душе лишь глубокое благоговение и трепетный восторг.
Линь Юань в упор смотрел на Белого Словена, чьё лицо исказилось от предельного неверия.
Его длинные волосы из чистой энергии веры взметнулись в воздух, и густое сияние вновь затопило всю топь и прилегающие земли.
Мощь веры Белого Словена казалась жалкой — словно слабый младенец колотил в защитный щит, сотканный из веры в сокровенном святилище души Линь Юаня.
Окинув взглядом облик Линь Юаня и ощутив окутывавшую его ауру веры, Белый Словен пробормотал: — Т-Тело веры? Владыка Диктатор!
Аура Белого Словена мгновенно увяла, однако в глазах по-прежнему плескалась тоска, когда он косился на разлетевшиеся у ног Линь Юаня белые чешуйки.
Как бы сильно ни разрывалось его сердце от боли, он не смел сделать и движения против Линь Юаня.
Для Апостолов Диктаторы стояли наравне с богами, и эта абсолютная власть была заложена в них самой природой.
Хотя Белый Словен был убежден, что Линь Юань расправился с его сыном, он поневоле смиренно опустил голову.
Впрочем, объяснялось это еще и тем, что Белый Словен отродясь не сталкивался с другими Диктаторами лицом к лицу.
В пространственном мире правители извечно скрывались во тьме и почти никогда не пересекались друг с другом.
Заметь Линь Юаня любой другой Апостол, обласканный милостью Диктатора, и раскуси он фальшь — непременно бросился бы в атаку.
Тогда бы мигом раскрылось, что перед ним пустышка, а никакой не Диктатор. Глаза Линь Юаня сверкнули, когда он вновь посмотрел на Белого Словена.
Почувствовав идущую от зверя волну восхищения, он отвел руку от Предельного Жетона.
Казалось, Белый Словен был полностью повержен в ступор. Обладая колоссальным опытом скитаний по пространственному миру, этот зверь слыл настоящей ходячей энциклопедией болотных тайн.
Стоило Линь Юаню и Тёмно-Синему слиться воедино через Применение Веры, как в нем проснулась невероятная, сверхъестественная чуткость к водной стихии.
Благодаря этому он почти мгновенно уловил присутствие Белого Злого Болотного Крокодила, затаившегося среди густых ветвей Ива-Демона Водной Поддержки.
Голова крокодила глубоко увязла в илистом дне, и всем своим существом зверь выдавал животный ужас.
Линь Юань недомеренно перевел взгляд на Белого Словена: скорбь в глазах того при виде расколотой чешуи выглядела абсолютно искренней.
Неужели Белый Злой Болотный Крокодил так сильно дрожал от страха лишь потому, что Белый Словен держал его в ежовых рукавицах?
Линь Юань не мог позволить зверю и дальше прятаться в укрытии.
Пусть Белый Словен и принимал его за Диктатора, диалог вряд ли заладился бы, оставайся крокодил в засаде.
Линь Юань тотчас повысил голос: — Белый Злой Болотный Крокодил, а ну вылазь! Я только что возвысил тебя до Апостола, чего ты прячешься?
Белый Злой Болотный Крокодил 2-го класса услышал зов Линь Юань и почувствовал притяжение его энергии веры.
Забыв о страхе перед родителем, он высунул голову из воды прямо у ног Линь Юаня и забавно замахал хвостом, испуская из горла кроткое урчание — словно выпрашивая ласку.
Стоило Белому Словену узреть своего подросшего отпрыска, как вся скорбь испарилась из его глаз, сменившись изумлением и яростью.
Впрочем, гнев быстро взял верх над удивлением. Если бы Линь Юань не присутствовал при этом лично, Белый Словен уже принялся бы лупить Белого Злого Болотного Крокодила.
Он извечно был недоволен этим одаренным чадом. Сам Белый Словен вел себя легкомысленно и слыл писаным красавцем среди сородичей — перед его шармом не устоял ни один болотный крокодил.
Однако за всю жизнь он произвел на свет лишь одного наследника с мутировавшей кровью, причем куда более чистой, чем его собственная.
Поначалу Белый Словен души не чаял в малыше, но вскоре заметил неладное.
Сын вечно вертелся волчком и при первой же возможности ускользал из поля зрения, а порою и вовсе прятался среди стаи сородичей при помощи врожденного камуфляжа.
Эту детскую шалость еще можно было стерпеть, но больше всего Белого Словена бесило то, что отпрыск наотрез отказывался развивать свою мощь.
Белый Словен гонял его в хвост и в гриву, уповая на светлое будущее упрямца.
И надо же такому случиться: этого самого лоботряса взял да возвысил до Апостола сам Диктатор!
Какая невероятная, чудесная удача! Обретя милость Диктатора, сын взлетел по статусу выше самого Белого Словена, и гнев тут же сменился гордостью.
Исполненный трепета и благодарности, Белый Словен уставился на Линь Юаня, а сообразив, что всё еще парит в воздухе перед лицом самого Диктатора, пулей рухнул на колени.
Склонив гордую голову до самой земли, он провозгласил: — Приветствую, Владыка Диктатор! Увиденное воочию лишний раз напомнило Линь Юаню, какому безумному почитанию предают Диктаторов.
Перед Линь Юанем Белый Словен стоял совершенно беззащитный.
Правда, будучи фальшивым Диктатором, сам Линь Юань понятия не имел, как на его месте повел бы себя настоящий властитель.
Не дождавшись ответа, Белый Словен покрылся холодным потом, гадая, не пал ли он в глазах великого владыки.
Сам Белый Словен вышел из обычных болотных крокодилов, но после мутации крови переродился в Белого Злого Болотного Крокодила.
Держался он всегда с невероятной спесью, словно ему было плевать на родословную, хотя на деле происхождение оставалось его самой больной мозолью.
В прошлом, странствуя по Восточному Обширному Великому Озеру, ему доводилось встречать Апостолов на службе у Диктаторов: у тех и вера-то была пожиже, но задирали нос они так высоко, что смотрели на Белого Словена с нескрываемым презрением.

Комментарии

Загрузка...