— Так ты... ты говоришь, что ты журналист? — Вилли наконец очнулся от секундного оцепенения и с явным изумлением на лице уставился на Ли Линя.
— Так ты... ты говоришь, что ты журналист? — Вилли наконец очнулся от секундного оцепенения и с явным изумлением на лице уставился на Ли Линя.
— Ты это серьезно?
— Ты это серьезно?
С таким самообладанием, тактическими навыками, стрельбой, умением скрываться и бойцовской техникой он утверждает, что всего лишь журналист? Это же не комиксы какие-нибудь!
С таким самообладанием, тактическими навыками, стрельбой, умением скрываться и бойцовской техникой он утверждает, что всего лишь журналист? Это же не комиксы какие-нибудь!
Ли Линь усмехнулся:
Ли Линь усмехнулся:
— А что не так с журналистами?
— А что не так с журналистами?
— Я говорю чистую правду. Как бы ты ни копал, я всего лишь независимый журналист, который год назад окончил Колумбийский университет.
— Я говорю чистую правду. Как бы ты ни копал, я всего лишь независимый журналист, который год назад окончил Колумбийский университет.
Вилли опешил:
Вилли опешил:
— Колумбийский?
— Колумбийский?
Вспомнив прошлые слова Ли Линя, он изумленно воскликнул:
Вспомнив прошлые слова Ли Линя, он изумленно воскликнул:
— А я-то думал, это какое-то секретное спецподразделение! Черт подери!
— А я-то думал, это какое-то секретное спецподразделение! Черт подери!
Ли Линь лишь улыбнулся и ничего не ответил.
Ли Линь лишь улыбнулся и ничего не ответил.
Но тут же Вилли нахмурился:
Но тут же Вилли нахмурился:
— Ты говорил, что участвуешь в каком-то шоу... Неужели это «В бегах»?
— Ты говорил, что участвуешь в каком-то шоу... Неужели это «В бегах»?
При упоминании шоу «В бегах» в голове Вилли наконец начала складываться мозаика:
При упоминании шоу «В бегах» в голове Вилли наконец начала складываться мозаика:
— Вот оно что! Так поэтому ты был так уверен, что сюда придут зачищать свидетелей?
— Вот оно что! Так поэтому ты был так уверен, что сюда придут зачищать свидетелей?
— И ты не побоялся, что я предам тебя? Не думал, что я мог бы сговориться с Робби?
— И ты не побоялся, что я предам тебя? Не думал, что я мог бы сговориться с Робби?
— Будь ты настолько глуп, то умер бы еще в машине, — ответил Ли Линь. — В таком случае мне не пришлось бы так надрываться... Но тогда все дальнейшие действия стали бы намного сложнее, а уровень опасности возрос бы в разы.
— Будь ты настолько глуп, то умер бы еще в машине, — ответил Ли Линь. — В таком случае мне не пришлось бы так надрываться... Но тогда все дальнейшие действия стали бы намного сложнее, а уровень опасности возрос бы в разы.
Ход мыслей Ли Линя был слишком стремительным, и Вилли потребовалось несколько секунд, чтобы осознать сказанное.
Ход мыслей Ли Линя был слишком стремительным, и Вилли потребовалось несколько секунд, чтобы осознать сказанное.
Однако он быстро уловил главное:
Однако он быстро уловил главное:
— Еще опаснее? То есть опаснее, чем то, что было только что?!
— Еще опаснее? То есть опаснее, чем то, что было только что?!
— Что за чертовщина? — Его глаза округлились от шока. — Ты... ты что, собрался совершить покушение на президента?
— Что за чертовщина? — Его глаза округлились от шока. — Ты... ты что, собрался совершить покушение на президента?
Ли Линь рассмеялся:
Ли Линь рассмеялся:
— У тебя отличное чувство юмора.
— У тебя отличное чувство юмора.
Но Вилли посмотрел на этот смех с явным недоверием. Впрочем, вскоре он отогнал эту мысль – в конце концов, Ли Линь наверняка не стал бы заходить так далеко.
Но Вилли посмотрел на этот смех с явным недоверием. Впрочем, вскоре он отогнал эту мысль – в конце концов, Ли Линь наверняка не стал бы заходить так далеко.
Вилли поспешил сменить тему:
Вилли поспешил сменить тему:
— А про Джонатана... ты тоже знал заранее?
— А про Джонатана... ты тоже знал заранее?
— Я был начальником службы безопасности Джонатана... и понятия не имел, что он скрывает какой-то секрет, тем более настолько важный. Откуда об этом узнал ты?
— Я был начальником службы безопасности Джонатана... и понятия не имел, что он скрывает какой-то секрет, тем более настолько важный. Откуда об этом узнал ты?
Ли Линь на мгновение замялся:
Ли Линь на мгновение замялся:
— Я же журналист.
— Я же журналист.
Вилли приподнял бровь:
Вилли приподнял бровь:
— И что?
— И что?
Что с того, что он журналист? Разве это дает возможность раскопать тайны самого Джонатана?
Что с того, что он журналист? Разве это дает возможность раскопать тайны самого Джонатана?
Вилли действительно был проницателен. На самом деле информацию о Джонатане Ли Линь раздобыл еще в тюрьме. Будучи журналистом, он смог докопаться лишь до Пенланд-стрит, но на него открыли охоту еще до того, как он успел выйти на настоящего хозяина этой улицы.
Вилли действительно был проницателен. На самом деле информацию о Джонатане Ли Линь раздобыл еще в тюрьме. Будучи журналистом, он смог докопаться лишь до Пенланд-стрит, но на него открыли охоту еще до того, как он успел выйти на настоящего хозяина этой улицы.
Ли Линь не стал отвечать на расспросы Вилли и перевел разговор в другое русло:
Ли Линь не стал отвечать на расспросы Вилли и перевел разговор в другое русло:
— Хватит расспросов, давай о другом.
— Хватит расспросов, давай о другом.
— Мы в одной лодке, — возразил Вилли. — Ты уверен, что вообще ничего не хочешь мне рассказывать?
— Мы в одной лодке, — возразил Вилли. — Ты уверен, что вообще ничего не хочешь мне рассказывать?
Ли Линь покосился на него:
Ли Линь покосился на него:
— Если твой вопрос звучит как «в чем же секрет Джонатана», то могу сказать – скоро мы все узнаем.
— Если твой вопрос звучит как «в чем же секрет Джонатана», то могу сказать – скоро мы все узнаем.
— Думаю, после всего пережитого он выложит нам все как на духу.
— Думаю, после всего пережитого он выложит нам все как на духу.
— ...
— ...
Вилли пожал плечами:
Вилли пожал плечами:
— И что ты планируешь делать дальше?
— И что ты планируешь делать дальше?
Ли Линь не ответил, а вместо этого спросил сам:
Ли Линь не ответил, а вместо этого спросил сам:
— А ты? Что планируешь делать ты?
— А ты? Что планируешь делать ты?
— Я буду слушать тебя, — твердо произнес Вилли.
— Я буду слушать тебя, — твердо произнес Вилли.
Ли Линь удивился:
Ли Линь удивился:
— Уверен?
— Уверен?
Вилли с вызовом посмотрел на него:
Вилли с вызовом посмотрел на него:
— Ты ведь не убил меня именно потому, что рассчитывал на это?
— Ты ведь не убил меня именно потому, что рассчитывал на это?
— Мои связи и ресурсы – как раз то, что тебе сейчас нужно.
— Мои связи и ресурсы – как раз то, что тебе сейчас нужно.
Ли Линь щелкнул пальцами:
Ли Линь щелкнул пальцами:
— Умница.
— Умница.
— Раз уж решил слушаться, тогда не задавай лишних вопросов и делай то, что я скажу.
— Раз уж решил слушаться, тогда не задавай лишних вопросов и делай то, что я скажу.
От этих слов Вилли невольно бросило в дрожь. Ему стало не по себе при мысли о том, как Ли Линь раз за разом использовал его в качестве пешки.
От этих слов Вилли невольно бросило в дрожь. Ему стало не по себе при мысли о том, как Ли Линь раз за разом использовал его в качестве пешки.
Он тут же поспешил добавить:
Он тут же поспешил добавить:
— Я готов подчиняться, но только если буду понимать суть происходящего. Думаю, тебе лучше прояснить для меня всю картину.
— Я готов подчиняться, но только если буду понимать суть происходящего. Думаю, тебе лучше прояснить для меня всю картину.
— Тогда я действительно поверил, что ты сбежал... Если бы не чудо, я бы остался лежать там мертвецом!
— Тогда я действительно поверил, что ты сбежал... Если бы не чудо, я бы остался лежать там мертвецом!
Ли Линь покачал головой:
Ли Линь покачал головой:
— Я не мог поступить иначе.
— Я не мог поступить иначе.
— В тот момент мне было нужно, чтобы ты на все сто процентов поверил в то, что тебя предали.
— В тот момент мне было нужно, чтобы ты на все сто процентов поверил в то, что тебя предали.
— Что касается опасности... Ну да, риск определенно был. Но я полагал, что с твоей подготовкой это не станет для тебя смертным приговором.
— Что касается опасности... Ну да, риск определенно был. Но я полагал, что с твоей подготовкой это не станет для тебя смертным приговором.
Услышав это, все еще немного растерянный Вилли на секунду задумался, и вдруг в его сознании будто вспыхнула молния!
Услышав это, все еще немного растерянный Вилли на секунду задумался, и вдруг в его сознании будто вспыхнула молния!
В его ушах эхом отозвались слова, которые Ли Линь произнес тогда по рации.
В его ушах эхом отозвались слова, которые Ли Линь произнес тогда по рации.
— Разве мы не договаривались перебить их всех?
— Разве мы не договаривались перебить их всех?
Вилли внезапно понял, зачем нужно было вести этот диалог на общем канале!
Вилли внезапно понял, зачем нужно было вести этот диалог на общем канале!
Это было сделано исключительно для того, чтобы наемники из «Защитника» поверили, будто его бросили! Только тогда они решились бы выйти из укрытий и устроить за ним смертельную погоню!
Это было сделано исключительно для того, чтобы наемники из «Защитника» поверили, будто его бросили! Только тогда они решились бы выйти из укрытий и устроить за ним смертельную погоню!
Если бы Ли Линь не обманул его самого, Вилли не стал бы отступать, рискуя жизнью, а значит, бойцы из отряда «Альфа» никогда не бросились бы за ним вдогонку.
Если бы Ли Линь не обманул его самого, Вилли не стал бы отступать, рискуя жизнью, а значит, бойцы из отряда «Альфа» никогда не бросились бы за ним вдогонку.
А если бы отряд «Альфа» не покинул позиции, то Ли Линь, при всем его мастерстве, просто не смог бы ничего предпринять...
А если бы отряд «Альфа» не покинул позиции, то Ли Линь, при всем его мастерстве, просто не смог бы ничего предпринять...
Как вообще до такого можно было додуматься?!
Как вообще до такого можно было додуматься?!
Вилли нахмурился, не в силах постичь подобный расчет. Он даже невольно поймал себя на мысли – а не было ли это простым совпадением?
Вилли нахмурился, не в силах постичь подобный расчет. Он даже невольно поймал себя на мысли – а не было ли это простым совпадением?
Но с другой стороны, он ведь обнаружил себя только потому, что столкнулся с врагом за углом...
Но с другой стороны, он ведь обнаружил себя только потому, что столкнулся с врагом за углом...
А что, если бы встречи не произошло? Что, если бы он не выдал своего присутствия?
А что, если бы встречи не произошло? Что, если бы он не выдал своего присутствия?
Что бы тогда делал Ли Линь?
Что бы тогда делал Ли Линь?
Дойдя в своих рассуждениях до этой точки, Вилли замер и, прищурившись, посмотрел на Ли Линя:
Дойдя в своих рассуждениях до этой точки, Вилли замер и, прищурившись, посмотрел на Ли Линя:
— Линь... ты ведь знал, что рядом со мной кто-то есть, верно?
— Линь... ты ведь знал, что рядом со мной кто-то есть, верно?
Ли Линь лишь усмехнулся в ответ.
Ли Линь лишь усмехнулся в ответ.
Увидев эту усмылку, Вилли сразу все понял. Ответ был очевиден.
Увидев эту усмылку, Вилли сразу все понял. Ответ был очевиден.
Какое совпадение? Откуда взяться стольким совпадениям?
Какое совпадение? Откуда взяться стольким совпадениям?
Он глубоко вздохнул, чувствуя, как внутри все леденеет.
Он глубоко вздохнул, чувствуя, как внутри все леденеет.
Тем временем Вилли продолжал анализировать цепочку событий, и перед ним открывались новые детали.
Тем временем Вилли продолжал анализировать цепочку событий, и перед ним открывались новые детали.
Теперь становилось ясно, что решение Ли Линя использовать дымовые гранаты вместо осколочных тоже было тщательно взвешено...
Теперь становилось ясно, что решение Ли Линя использовать дымовые гранаты вместо осколочных тоже было тщательно взвешено...
Дым не просто перекрыл обзор и усилил психологическое давление – главное, он позволил Ли Линю полностью скрыть свои перемещения.
Дым не просто перекрыл обзор и усилил психологическое давление – главное, он позволил Ли Линю полностью скрыть свои перемещения.
Фраза о том, что «цель Б не отступила», тоже была пущена не на ветер. Она многократно усилила панику среди противников.
Фраза о том, что «цель Б не отступила», тоже была пущена не на ветер. Она многократно усилила панику среди противников.
Если бы Ли Линь сразу пустил в ход осколочные гранаты, он бы, конечно, нанес урон первым ударом. Однако на тот момент отряд «Альфа» еще не понес серьезных потерь, и разница в силах оставалась колоссальной. Стоило элите «Защитника» обнаружить его позицию и перегруппироваться, они тут же подавили бы его ответным огнем! И даже если бы Ли Линь за счет меткости и гранат забрал еще пару жизней, у них двоих все равно не осталось бы шансов на спасение!
Если бы Ли Линь сразу пустил в ход осколочные гранаты, он бы, конечно, нанес урон первым ударом. Однако на тот момент отряд «Альфа» еще не понес серьезных потерь, и разница в силах оставалась колоссальной. Стоило элите «Защитника» обнаружить его позицию и перегруппироваться, они тут же подавили бы его ответным огнем! И даже если бы Ли Линь за счет меткости и гранат забрал еще пару жизней, у них двоих все равно не осталось бы шансов на спасение!
Ли Линь справился с этой невыполнимой задачей только потому, что до самого конца не позволил врагу засечь свое местоположение!
Ли Линь справился с этой невыполнимой задачей только потому, что до самого конца не позволил врагу засечь свое местоположение!
Он выжал абсолютный максимум из имеющихся средств и полностью растворился в пространстве!
Он выжал абсолютный максимум из имеющихся средств и полностью растворился в пространстве!
Вилли отчетливо осознал: Ли Линь в тот момент буквально плясал на лезвии ножа!
Вилли отчетливо осознал: Ли Линь в тот момент буквально плясал на лезвии ножа!
Его душу переполнял благоговейный трепет. Он и представить не мог, что так вообще можно вести бой. Весь этот дым, выстрелы, заставлявшие врагов прижимать головы к земле, и даже убийство Робби – все это было лишь подготовкой к финальному удару!
Его душу переполнял благоговейный трепет. Он и представить не мог, что так вообще можно вести бой. Весь этот дым, выстрелы, заставлявшие врагов прижимать головы к земле, и даже убийство Робби – все это было лишь подготовкой к финальному удару!
Все эти, казалось бы, разрозненные детали теперь сошлись в одну идеальную прямую!
Все эти, казалось бы, разрозненные детали теперь сошлись в одну идеальную прямую!
Перед тем как войти в цех, их первоначальным планом было взять Робби в заложники и использовать его для прикрытия при отходе... Но судя по всему, Ли Линь с самого начала намеревался вырезать их всех до единого?
Перед тем как войти в цех, их первоначальным планом было взять Робби в заложники и использовать его для прикрытия при отходе... Но судя по всему, Ли Линь с самого начала намеревался вырезать их всех до единого?
Просто он скрывал это намерение, пока Робби не оказался мертв. К тому моменту сам Вилли уже превратился в послушный инструмент в руках Ли Линя...
Просто он скрывал это намерение, пока Робби не оказался мертв. К тому моменту сам Вилли уже превратился в послушный инструмент в руках Ли Линя...
От этих мыслей у Вилли по коже побежали мурашки.
От этих мыслей у Вилли по коже побежали мурашки.
Он потрясенно смотрел на сидящего рядом уставшего молодого человека, испытывая невероятное потрясение!
Он потрясенно смотрел на сидящего рядом уставшего молодого человека, испытывая невероятное потрясение!
Этот парень просчитал не только врагов – он просчитал собственного напарника!
Этот парень просчитал не только врагов – он просчитал собственного напарника!
Юноша по имени Ли Линь был по-настоящему страшен!
Юноша по имени Ли Линь был по-настоящему страшен!
И этот человек утверждает, что он обычный журналист?!
И этот человек утверждает, что он обычный журналист?!
Откуда у журналиста такие навыки?!
Откуда у журналиста такие навыки?!
К тому же до того, как зайти в здание фабрики, Ли Линь никак не мог знать, что именно ждет их внутри!
К тому же до того, как зайти в здание фабрики, Ли Линь никак не мог знать, что именно ждет их внутри!
Он принимал решения на ходу и шаг за шагом воплощал их в жизнь!
Он принимал решения на ходу и шаг за шагом воплощал их в жизнь!
Что за чудовищная способность ориентироваться в боевой обстановке?!
Что за чудовищная способность ориентироваться в боевой обстановке?!
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...