Закончив с обедом и покупками, братья не стали задерживаться в городе и сразу двинулись в обратный путь.
Закончив с обедом и покупками, братья не стали задерживаться в городе и сразу двинулись в обратный путь.
— Ни хрена себе, вы что, всё распродали?! — Сюй Дун так и замер, увидев пустой кузов.
— Ни хрена себе, вы что, всё распродали?! — Сюй Дун так и замер, увидев пустой кузов.
— А то! — Су Пэн аж засветился от гордости.
— А то! — Су Пэн аж засветился от гордости.
— Мощно, — Сюй Дун поднял большой палец вверх.
— Мощно, — Сюй Дун поднял большой палец вверх.
В той машине было никак не меньше четырех-пяти сотен килограммов. Разлетелись всего за утро. И это при цене в пятьдесят юаней за полкило! Он понимал, что персики у Су отличные и спрос будет, но такой скорости не ожидал. Оставалось только признать: богатых людей в округе хватает.
В той машине было никак не меньше четырех-пяти сотен килограммов. Разлетелись всего за утро. И это при цене в пятьдесят юаней за полкило! Он понимал, что персики у Су отличные и спрос будет, но такой скорости не ожидал. Оставалось только признать: богатых людей в округе хватает.
— Ха-ха, ну, неплохо вышло, — довольно рассмеялся Су Пэн.
— Ха-ха, ну, неплохо вышло, — довольно рассмеялся Су Пэн.
— Брат Дун, как там дела с коробками для упаковки? Мне кажется, они нам понадобятся совсем скоро, — спросил Су Ян.
— Брат Дун, как там дела с коробками для упаковки? Мне кажется, они нам понадобятся совсем скоро, — спросил Су Ян.
— Я вчера узнавал. Хозяин лавки сказал, что максимум через три дня всё доставят. Мы уже договорились, я сейчас дам тебе его номер. Просто набери его, скажи, что от меня, он поймёт, — ответил Сюй Дун.
— Я вчера узнавал. Хозяин лавки сказал, что максимум через три дня всё доставят. Мы уже договорились, я сейчас дам тебе его номер. Просто набери его, скажи, что от меня, он поймёт, — ответил Сюй Дун.
— Спасибо большое. С меня причитается, как-нибудь пообедаем вместе, — поблагодарил Су Ян.
— Спасибо большое. С меня причитается, как-нибудь пообедаем вместе, — поблагодарил Су Ян.
— С обедом не к спеху. Слушай, друг, а ты насчёт отправки почтой как думаешь поступать дальше? — Сюй Дун почесал затылок, немного смущаясь.
— С обедом не к спеху. Слушай, друг, а ты насчёт отправки почтой как думаешь поступать дальше? — Сюй Дун почесал затылок, немного смущаясь.
— А что тут думать? Мы же вчера всё обсудили, — ответил Су Ян.
— А что тут думать? Мы же вчера всё обсудили, — ответил Су Ян.
Глаза Сюй Дуна радостно блеснули. Он понял: Су Ян намерен работать только с ним.
Глаза Сюй Дуна радостно блеснули. Он понял: Су Ян намерен работать только с ним.
— Ха-ха, ну и память у меня, совсем дырявая стала! Что ж, тогда за успешное сотрудничество, брат!
— Ха-ха, ну и память у меня, совсем дырявая стала! Что ж, тогда за успешное сотрудничество, брат!
— За сотрудничество. Но, брат Дун, когда объемы вырастут, боюсь, тебе придется самому к нам за ними заезжать.
— За сотрудничество. Но, брат Дун, когда объемы вырастут, боюсь, тебе придется самому к нам за ними заезжать.
— Да это пустяки! — Сюй Дун ударил себя кулаком в грудь, заверяя в надежности.
— Да это пустяки! — Сюй Дун ударил себя кулаком в грудь, заверяя в надежности.
Поболтав ещё немного, братья поехали в деревню.
Поболтав ещё немного, братья поехали в деревню.
Дома, под густой тенью деревьев, уже стояло немало корзин, доверху наполненных персиками. За ними присматривала одна только бабушка, остальные же пропадали на горе.
Дома, под густой тенью деревьев, уже стояло немало корзин, доверху наполненных персиками. За ними присматривала одна только бабушка, остальные же пропадали на горе.
— Прабабушка! — Маленькая Наньнань радостно бросилась к старушке Су.
— Прабабушка! — Маленькая Наньнань радостно бросилась к старушке Су.
— Вернулась, деточка моя. Устала? — Улыбнулась та.
— Вернулась, деточка моя. Устала? — Улыбнулась та.
— Наньнань совсем не устала! Прабабушка, я тебе такое расскажу! Всем-всем наши персики понравились, столько дяденек и тётенек за ними приходило! А ещё там была злая бабушка, она говорила про нас гадости, и её дяденьки в погонах забрали! — Наперебой тараторила малышка, выкладывая все новости дня.
— Наньнань совсем не устала! Прабабушка, я тебе такое расскажу! Всем-всем наши персики понравились, столько дяденек и тётенек за ними приходило! А ещё там была злая бабушка, она говорила про нас гадости, и её дяденьки в погонах забрали! — Наперебой тараторила малышка, выкладывая все новости дня.
Пока они ворковали, во двор вошёл человек с коромыслом на плечах.
Пока они ворковали, во двор вошёл человек с коромыслом на плечах.
— О, Даян, Пэн, вернулись уже!
— О, Даян, Пэн, вернулись уже!
Это был Су Цзяньминь, а следом за ним ковылял Даню.
Это был Су Цзяньминь, а следом за ним ковылял Даню.
— Даян! Привет! — Радостно крикнул Даню, завидев друга.
— Даян! Привет! — Радостно крикнул Даню, завидев друга.
— Дядя Цзяньминь, Даню, спасибо вам большое, замучились, небось, — улыбнулся Су Ян.
— Дядя Цзяньминь, Даню, спасибо вам большое, замучились, небось, — улыбнулся Су Ян.
— Да какая там мука? Всю жизнь на тяжелой работе, эта-то – в радость, — отозвался Су Цзяньминь. — Не то что вы, молодежь: умные, способные, вам не пристало спину гнуть на черной работе.
— Да какая там мука? Всю жизнь на тяжелой работе, эта-то – в радость, — отозвался Су Цзяньминь. — Не то что вы, молодежь: умные, способные, вам не пристало спину гнуть на черной работе.
Он поставил корзины, перекинулся парой слов, перевёл дух и снова поспешил на гору.
Он поставил корзины, перекинулся парой слов, перевёл дух и снова поспешил на гору.
Су Ян с братом тоже не сидели сложа руки. Сгрузили пустую тару с машины, переложили собранные во дворе персики в транспортные короба и закрепили их в кузове. Эта работа была куда легче, чем таскать корзины с вершины. Вскоре двор почти опустел.
Су Ян с братом тоже не сидели сложа руки. Сгрузили пустую тару с машины, переложили собранные во дворе персики в транспортные короба и закрепили их в кузове. Эта работа была куда легче, чем таскать корзины с вершины. Вскоре двор почти опустел.
— Пэн, ты тут заканчивай пока, а я до сельского комитета дойду, надо со старостой перетереть, — сказал Су Ян.
— Пэн, ты тут заканчивай пока, а я до сельского комитета дойду, надо со старостой перетереть, — сказал Су Ян.
— Давай, иди, — кивнул Су Пэн.
— Давай, иди, — кивнул Су Пэн.
— Наньнань, поможешь дяде грузить персики? Папе надо по делам сбегать, я быстро, — обратился Су Ян к дочке.
— Наньнань, поможешь дяде грузить персики? Папе надо по делам сбегать, я быстро, — обратился Су Ян к дочке.
Малышка замялась, явно не желая отпускать отца.
Малышка замялась, явно не желая отпускать отца.
— Наньнань, ты же хотела денежки зарабатывать? Твои братья, Сяовэнь и Сяоу, сейчас на горе персики собирают. А ты поможешь дяде здесь – это тоже очень важная работа. И папа уйдёт, дядя один совсем запыхается. Ты должна выручить дядю за двоих!
— Наньнань, ты же хотела денежки зарабатывать? Твои братья, Сяовэнь и Сяоу, сейчас на горе персики собирают. А ты поможешь дяде здесь – это тоже очень важная работа. И папа уйдёт, дядя один совсем запыхается. Ты должна выручить дядю за двоих!
Су Ян знал, на какие струнки нажать. Услышав это, девочка тут же выпрямилась:
Су Ян знал, на какие струнки нажать. Услышав это, девочка тут же выпрямилась:
— Наньнань тоже хочет зарабатывать! Я помогу дяде!
— Наньнань тоже хочет зарабатывать! Я помогу дяде!
Но всё же с сомнением добавила:
Но всё же с сомнением добавила:
— Папа, а ты когда придешь? Наньнань будет скучать.
— Папа, а ты когда придешь? Наньнань будет скучать.
— Папа только дело сделает и мигом назад, — успокоил её отец.
— Папа только дело сделает и мигом назад, — успокоил её отец.
Уладив дела с дочкой, Су Ян взял заранее купленные две бутылки вина, два блока сигарет, прихватил пакет отборных персиков и направился к сельскому комитету.
Уладив дела с дочкой, Су Ян взял заранее купленные две бутылки вина, два блока сигарет, прихватил пакет отборных персиков и направился к сельскому комитету.
Идти было недалеко, здание стояло прямо в центре деревни – всего пара минут ходу. Подойдя ближе, Су Ян заметил старосту Су Цзяньго, который, заложив руки за спину и дымя папиросой, неспешно прогуливался в ту же сторону.
Идти было недалеко, здание стояло прямо в центре деревни – всего пара минут ходу. Подойдя ближе, Су Ян заметил старосту Су Цзяньго, который, заложив руки за спину и дымя папиросой, неспешно прогуливался в ту же сторону.
— Дядя Цзяньго! — Окликнул его Су Ян.
— Дядя Цзяньго! — Окликнул его Су Ян.
Староста обернулся и, узнав гостя, расплылся в улыбке:
Староста обернулся и, узнав гостя, расплылся в улыбке:
— А, это же Даян! Когда приехал-то?
— А, это же Даян! Когда приехал-то?
Слухи по деревне уже вовсю гуляли, но одно дело – слухи, и совсем другое – увидеть парня вживую.
Слухи по деревне уже вовсю гуляли, но одно дело – слухи, и совсем другое – увидеть парня вживую.
— Два дня как здесь, — улыбнулся Су Ян, протягивая пакет с гостинцами. — Вот, дядя, это вам.
— Два дня как здесь, — улыбнулся Су Ян, протягивая пакет с гостинцами. — Вот, дядя, это вам.
— Ты это брось! Решил подкупить меня, чтоб я на преступление пошёл? — Су Цзяньго притворно выпучил глаза.
— Ты это брось! Решил подкупить меня, чтоб я на преступление пошёл? — Су Цзяньго притворно выпучил глаза.
— Да как можно! Вы же мне дядя, по-соседски принёс пару бутылок обмыть приезд – обычное дело, — рассмеялся Су Ян.
— Да как можно! Вы же мне дядя, по-соседски принёс пару бутылок обмыть приезд – обычное дело, — рассмеялся Су Ян.
— Кончай зубы заговаривать. Колись, чего пришёл? Пока не скажешь, подарки не возьму.
— Кончай зубы заговаривать. Колись, чего пришёл? Пока не скажешь, подарки не возьму.
— Дело есть небольшое. Кстати, а где наши сельские чиновники из студентов? Надо бы всем вместе обсудить один вопрос. Обещаю, дело стоящее.
— Дело есть небольшое. Кстати, а где наши сельские чиновники из студентов? Надо бы всем вместе обсудить один вопрос. Обещаю, дело стоящее.
— Да в конторе они, — махнул рукой староста. — Последнее время только там и сидят: либо телек смотрят, либо в игры свои режутся.
— Да в конторе они, — махнул рукой староста. — Последнее время только там и сидят: либо телек смотрят, либо в игры свои режутся.
— Что, настолько работы нет? — Удивился Су Ян. — Они же вроде как инструкторы по борьбе с бедностью приехали?
— Что, настолько работы нет? — Удивился Су Ян. — Они же вроде как инструкторы по борьбе с бедностью приехали?
— Ну да. Побарахтались пару месяцев, ничего не вышло, вот и сдулись. Как это у вас, молодых, называется? Забыл слово... Короче, забили на всё и просто лежат на печи.
— Ну да. Побарахтались пару месяцев, ничего не вышло, вот и сдулись. Как это у вас, молодых, называется? Забыл слово... Короче, забили на всё и просто лежат на печи.
— Легли на дно? — Подсказал Су Ян.
— Легли на дно? — Подсказал Су Ян.
— Точно, легли на дно! — Хохотнул Цзяньго. — В нашей-то глухомани чего наворотишь? То-то и оно.
— Точно, легли на дно! — Хохотнул Цзяньго. — В нашей-то глухомани чего наворотишь? То-то и оно.
— Понятно. Ладно, дядя, пойдёмте к ним, потолкуем.
— Понятно. Ладно, дядя, пойдёмте к ним, потолкуем.
— Пошли.
— Пошли.
Они вошли в кабинет сельского комитета.
Они вошли в кабинет сельского комитета.
Внутри откровенно скучали двое молодых людей – парень и девушка. Он был поглощен игрой в телефоне, она – просмотром сериала. Это и были те самые технические специалисты по развитию села, присланные к ним год назад. Парня звали Ван Мэн, девушку – Ху Цянь.
Внутри откровенно скучали двое молодых людей – парень и девушка. Он был поглощен игрой в телефоне, она – просмотром сериала. Это и были те самые технические специалисты по развитию села, присланные к ним год назад. Парня звали Ван Мэн, девушку – Ху Цянь.
А бездельничали они по одной простой причине: делать было решительно нечего. Точнее, все их начинания разбивались о суровую реальность.
А бездельничали они по одной простой причине: делать было решительно нечего. Точнее, все их начинания разбивались о суровую реальность.
Когда они только приехали, глаза их горели. Им грезилось, как они совершат прорыв, выведут деревню Таоюань из нищеты и покажут всем, на что способны обладатели дипломов. Но полгода бесплодных усилий привели к одному результату: «да ну его всё к лешему».
Когда они только приехали, глаза их горели. Им грезилось, как они совершат прорыв, выведут деревню Таоюань из нищеты и покажут всем, на что способны обладатели дипломов. Но полгода бесплодных усилий привели к одному результату: «да ну его всё к лешему».
Теперь они просто плыли по течению, считая дни до окончания срока службы, чтобы поскорее убраться отсюда.
Теперь они просто плыли по течению, считая дни до окончания срока службы, чтобы поскорее убраться отсюда.
...
...

Комментарии

Загрузка...