Глава 16

Гу Сы казалось, что она видит очень длинный, бесконечный сон. Она не понимала, что произошло, но ей совсем не хотелось просыпаться. Она даже слышала голоса, звучавшие прямо у неё над ухом. Она отчетливо различала голос Линь Аня: он упрекал Му Тяня за то, что тот не уследил за ней, отчитывал брата Чэня за то, что тот взял её с собой, не предупредив заранее, и умолял: Малышка Сы, ну проснись же скорее. Но она не знала, почему не может прийти в себя — или, быть может, просто не хочет.

Линь Ань тоже не мог забыть того, что случилось совсем недавно. Услышав в телефонной трубке крик Гу Сы, он в панике бросил все дела, сел за руль и помчался к ней. Гу Сы была единственным его ребенком, единственным родным человеком на всём белом свете. Восемнадцать лет назад, потеряв жену, он хотел уйти вслед за ней, но ради её предсмертной просьбы — беречь их дочь — он нашел в себе силы жить дальше и дойти до того, кем стал сейчас. Линь Ань корил себя за то, что в погоне за деньгами совсем забыл о дочери. Пусть он и старался обеспечить ей лучшую жизнь, но в эти годы он до обидного мало времени проводил с ней. Если с дочерью что-то случится, как он посмотрит в глаза покойной жене? Он любил дочь, но больше всех на свете он всегда любил свою жену, и если бы она узнала, что он не уберег их ребенка, её сердце было бы разбито.

Когда тогда, на заднем склоне горы, Линь Ань нашел Гу Сы, он едва не лишился чувств. Он увидел дочь, лежащую на земле, а рядом с ней — другую девушку. Больше всего его ужаснуло то, что всё вокруг было залито кровью. Одному богу известно, какой страх он тогда испытал. Линь Ань шаг за шагом приближался к ним, и за этот короткий путь он уже успел решить: если с дочерью что-то случилось, он искупит свою вину перед женой собственной жизнью.

— Малышка Сы, малышка Сы! — Линь Ань опустился на колени, осматривая тело дочери, и с облегчением обнаружил, что на ней нет ни царапины. Только тогда он перевел взгляд на вторую девушку. Она была мертва: живот вспорот, внутренности разбросаны по земле. В тот миг Линь Ань даже испытал странное облегчение — оттого, что пострадала не его дочь.

Вскоре он вызвал полицию, подхватил Гу Сы на руки и отвез в больницу. Так и случилась сцена, с которой всё началось: Линь Ань в тревоге дежурил у постели лежащей без сознания дочери.

Терпение его лопнуло, и он ворвался в кабинет главного врача:

— Директор Хэ, что с моей дочерью? Почему она до сих пор не пришла в себя?

— Господин Линь, прошу вас, не волнуйтесь. С вашей дочерью ничего страшного, она просто сильно испугалась. Мы уже ввели ей успокоительное.

— Это вы называете ничего страшного? Если моя дочь не очнется, вам больше не быть директором этой больницы! — И это не было пустой угрозой. Когда больницу только строили, именно Линь Ань выделил большую часть средств. Просто он был слишком занят и далек от медицинских дел, поэтому нанял профессионалов для управления.

— Господин Линь, это... тогда я сейчас же пойду в палату и еще раз осмотрю вашу дочь. — Директору Хэ казалось, что Линь Ань ведет себя чересчур драматично: ну испугался ребенок, поставили пару уколов, скоро пройдет. Многолетняя должность директора приучила его смотреть на всех свысока, он привык к лести и давно потерял связь с реальностью, почивая на лаврах. Он привык лишь отдавать приказы подчиненным, не вникая в детали. Если бы не угроза Линь Аня, пошатнувшая его положение, директор Хэ и сам бы забыл, что не он здесь главный. Инвестор в любой момент мог его уволить, и тогда его роскошной жизни пришел бы конец.

Директор Хэ смахнул со лба пот и быстрым шагом направился в VIP-палату Гу Сы. По пути он не забыл позвонить старшей медсестре, приказав ей прийти и захватить успокоительные препараты.

Директор Хэ приподнял веки Гу Сы и попросил медсестру послушать её сердцебиение. Убедившись, что всё в порядке, он сделал распоряжение об уколе, а затем вышел к Линь Аню:

— Господин Линь, с вашей дочерью действительно всё в порядке. Уверяю вас, это просто шок, к тому же, возможно, она в последнее время была слишком утомлена, поэтому и не приходит в себя. Мы будем наблюдать за состоянием госпожи Линь круглосуточно. Если что-то изменится, мы немедленно примем меры и сообщим вам. Пожалуйста, не беспокойтесь, мы позаботимся о ней. — Директор Хэ выпалил всё это на одном дыхании, ожидая реакции.

— Хорошо, идите. Я останусь здесь и буду ждать. — Линь Ань вошел в палату и сел у края кровати.

Он смотрел на ресницы Гу Сы и осторожно, почти невесомо, коснулся пальцами её глаз.

— Прости меня, — прошептал он, — я не уберег нашу дочь.