Прежде всяческие насмешки в адрес Шэнь Ханя сводились к тому, что у него нет Божественной Души.
Но эта сцена вмиг превратила все слова Сюй Юаня в пустой шум.
Какое там отсутствие Божественной Души и необходимость растить её целых десять лет.
Какое там взращивание никчёмной души и отставание больше чем на десять лет.
Божественная Душа Шэнь Ханя явилась перед всеми, её аура кричала о её необычайности.
Даже без единого движения мощь этой Божественной Души уже бросалась в глаза.
Вся арена для состязаний снова погрузилась в тишину.
Шэнь Ханя поглядел на Сюй Юаня с прежним бесстрастным выражением: — Благодарю за заботу, глава поместья Сюй. Если мне удастся сойтись с Чжэн Чаннянем и случайно победить,
я непременно попрошу главу поместья Сюй заставить его встать на колени и извиниться.
Моя нынешняя Божественная Душа ещё недостаточно сильна. После некоторых тренировок в Башне Звёзд я с радостью приму приглашение главы поместья Сюй на поединок.
Слова Шэнь Ханя напрямую опровергли прежние заносчивые высказывания Сюй Юаня.
Что же до Чжэн Чанняня и учеников внутреннего круга, остальные почти не страшились их и были готовы ринуться в бой при первой необходимости.
На лицах наблюдавших за этим глав секты играли улыбки.
Хозяин Снежного Поместья с улыбкой шагнул вперед.
— Похоже, глава долины Юэ раньше заблуждался. Все семнадцать поместий долины Цансюань просто закрыли на это глаза~
И вот так запросто позволили ускользнуть столь талантливому ученику~
Хозяин Снежного Поместья от души рассмеялся.
Стоявший рядом глава поместья Бифэн тоже рассмеялся в знак согласия.
Хотя лицо Юэ Бугуна помрачнело, они продолжали сыпать соль на рану.
Со стороны Башни Звёзд глаза главы секты Вана загорелись, стоило ему увидеть Божественную Душу, призванную Шэнь Хань.
Он порадовался своему сегодняшнему выбору.
Его первое впечатление оказалось верным: Шэнь Хань и впрямь был тем самым гениальным учеником, какого он себе и представлял.
Глава секты Ван не стал задерживаться в долине Цансюань.
Уведя у долины Цансюань ученика, он нажил себе её тайную неприязнь, так к чему было лишний раз дразнить Юэ Бугуна?
Вместе с Шэнь Ханем и людьми из Башни Звёзд глава секты Ван немедленно направился обратно к своим владениям.
С уходом главных лиц остальные секты тоже не стали задерживаться.
Изначально все они пришли поглазеть на чужой позор, но раз главные виновники скрылись, на что тут было смотреть?
Вскоре представители остальных семи сект тоже разошлись.
Пусть сектантский турнир по боевым искусствам и не принёс долине Цансюань выдающихся побед, подобного унижения она ещё не испытывала.
Состязания подошли к концу, однако на всей арене никто не осмеливался сдвинуться с места.
Лицо главы долины Юэ Бугуна помрачнело.
Обычно улыбчивый, сегодня он не выказал и намёка на улыбку, даже не пытаясь делать вид.
На глазах у множества учеников Юэ Бугун на этот раз решил не щадить гордость глав поместий.
— Ли Гэн, доложи мне во всех подробностях, как обстояли дела у Шэнь Ханя в долине Цансюань.
Услышав это, из толпы вышел человек, похожий на простого слугу.
Все кругом опешили.
Выходит, глава долины исподтишка расставил соглядатаев по всей секте...
Этот Ли Гэн, судя по всему, прожил в стенах секты не один десяток лет.
Ли Гэн подошёл к Юэ Бугуну и принялся тихонько шептать ему на ухо.
Рассказ занял больше четверти часа.
Выслушав всё до конца, Юэ Бугун медленно поднялся и обернулся к главам поместий.
Порыв холодного ветра пронёсся над площадкой.
— Долина Цансюань, семнадцать поместий, неужели среди глав поместий не нашлось ни одного слепца?
Чжан Сянсян, Гуань Юйтан, вы оба сочли нужным принять их во внутренний круг, так как же вы не разглядели потенциал Шэнь Ханя, который превосходил их?
Вокруг толпилось множество учеников — почти все из внутреннего круга, да и внешних учеников собралось немало.
Перед лицом стольких людей Юэ Бугун не пощадил ничьего достоинства.
Услышав, как глава долины отчитывает глав поместий, многие ученики внешнего круга испытали прилив злорадного удовлетворения.
Большинство глав поместий вечно не замечали учеников внешнего круга, обращаясь с ними как с простой рабочей силой.
Даже после мучительной подготовки к переходу во внутренний круг многие главы поместий не удостаивали их и второго взгляда.
Видя сегодняшний результат и то, как отчитывают этих глав помещений, внешние ученики искренне ликовали в душе.
Заметив, что главы поместий молчат, Юэ Бугун сделал шаг вперед и снова потребовал ответа.
— Семнадцать глав поместий, объясните мне, каковы ваши критерии отбора учеников во внутренний круг?
Глава долины хочет знать, почему никто из многочисленных поместий не решился удержать такого первоклассного ученика, свалившегося буквально с неба?
Язвительные и насмешливые слова Юэ Бугуна не щадили ни единого главу поместья.
Прежде он никогда не позволял себе разговаривать с главами поместий в подобном тоне.
Его слова затихли, но в ответ по-прежнему тянулось долгое молчание.
Ни один из глав поместий не проронил ни звука.
— Раз никто не говорит, мы можем остаться здесь. Если сегодня вы не назовёте чётких критериев или причин, отсюда никто не уйдет.
Глава долины понял, что проблемы внутри нашей секты куда серьёзнее, чем казалось.
С этими словами Юэ Бугун опустился на сиденье.
Мгновение спустя его взгляд обратился к Сюй Юаню из поместья Фэйся.
— Глава поместья Сюй, среди всех присутствующих здесь вы, кажется, невзлюбили Шэнь Ханя сильнее прочих.
Какова же причина?
И еще: разве можно по собственному произволу отменять тренировки учеников внешнего круга и обещанные им награды?
Столкнувшись с такими вопросами, Сюй Юань не нашёлся что ответить.
— При таком поведении разве вы думаете, что у вас еще остался хоть какой-то авторитет?
Станут ли в будущем ученики поместья Фэйся верить словам своего главы поместья?
Они, пожалуй, перестанут верить даже тому, что говорит старик вроде меня, главы долины.
При внешней невозмутимости в голосе Юэ Бугуна сквозила глубокая ярость.
Стоило секте начать разрастаться, как тут же всплыли проблемы с управлением.
Взять хотя бы нынешний случай, когда целых семнадцать глав поместий общим числом не сразглядели талантливого ученика, что стало огромной бедой.
Или ненадёжные слова Сюй Юаня, готового с легкостью нарушить любое обещание.
Всё это напрочь подрывало репутацию долины Цансюань.
Отчитав Сюй Юаня, глава долины Юэ Бугун перевел взгляд на главу поместья Се из поместья Чуйсюэ.
— Старина Се, все эти годы я искренне считал тебя самым рассудительным среди всех глав поместий.
Как же ты умудрился ввязаться в эту глупость?
Проиграв сто тысяч очков вклада, как ты мог пообещать выплатить лишь десять тысяч?
Неужели у Чжэн Чанняня не найдется ста тысяч очков вклада?
Просто заставь его заплатить, пусть получит урок, иначе он так и продолжит валять дурака и тешить свою спесь!
Юэ Бугун выглядел по-настоящему разъяренным и даже принялся критиковать Чжэн Чанняня.
Закончив говорить, он перевел взгляд на Ин Цзю.
— А ты, Ин Цзю.
Целыми днями только и делаешь, что дурака валяешь. Когда тебе велят отрабатывать технику культивации, ты заявляешь, что эта стойка тебе не по душе, а та поза выглядит некрасиво.
Посмотри на себя теперь, до какого уровня ты скатился?
Хватит ли у тебя совести клянчить техники у Шэнь Ханя, сможешь ли ты победить его в бою?
Даже Цинь Тяньлан ему не ровня; неужели ты не понимаешь, на сколько лет ты отстал?
Сегодня Юэ Бугун словно обезумел, не щадя никого своими жесткими словами.
Будь то Чжэн Чаннянь, Ин Цзю или главы обителей — досталось всем без исключения.

Комментарии

Загрузка...