Нин Хуань воспользовалась тем, что тренер Ван Яо увлеклась речью, и, не говоря ни слова, быстро надела пуанты. Она отошла в сторону, начала разминаться и тянуть мышцы.
Ван Яо всю жизнь была предана только балету, поэтому никогда не отличалась приветливостью ни к кому из своих подопечных. Отчитав Лян Ситун, она перевела взгляд на Нин Хуань:
— Ты пропускала тренировки три дня. Решила, что с танцами покончено?
— Простите.
Нин Хуань не стала оправдываться и просто извинилась.
Ван Яо холодно усмехнулась:
— Не думай, что если у тебя есть талант, то ты схватила бога за бороду. Сколько людей одарены от природы, но многим ли из них удается выйти на сцену в качестве примы?
— Тренер Ван, я наверстаю упущенное.
Нин Хуань отвечала на каждую реплику тренера сдержанно, без тени дерзости, но и без подобострастия. В конце концов Ван Яо замолчала. Из-за ее присутствия в зале воцарилась полная тишина.
В обеденный перерыв, пока остальные отдыхали, Нин Хуань осталась в зале. Она не принадлежала к числу тех, кто кичится своим даром. Балет — вещь капризная: стоит пропустить пару дней, и техника начинает заметно страдать. За три дня прогулов она растеряла форму, и теперь у нее не было иного выхода, кроме как выкраивать каждую свободную минуту для дополнительных занятий.
В следующем месяце труппу ждали гастроли в Шанхае, и на сегодняшней дневной репетиции из-за отсутствия Нин Хуань главная роль перешла к Лян Ситун. Нин Хуань не участвовала в постановке и занималась в одиночестве.
К шести часам вечера зал почти опустел. Нин Хуань тренировалась уже больше трех часов, и, несмотря на работающий кондиционер, с нее градом лил пот. Она как раз пила воду, растянувшись у станка, когда дверь отворилась и вошел Хань Сюнь:
— Ты как? В порядке?
Нин Хуань покачала головой:
— Все хорошо, просто простудилась.
— К врачу ходила?
Из-за Лян Ситун Нин Хуань всегда держалась с Хань Сюнем подчеркнуто холодно. Они общались только в рамках совместных репетиций, а в остальное время она старалась избегать любых личных контактов. Трудовой день в труппе уже закончился, но Лян Ситун могла быть где-то поблизости. Нин Хуань закрыла бутылку с водой и равнодушно взглянула на Хань Сюня:
— Что-то еще? Если нет, я продолжу тренировку.
— Но ты же...
— Я пропустила три дня.
Не дослушав, Нин Хуань вернулась к упражнениям. Балет требует колоссальной концентрации и сил. Она полностью погрузилась в танец, и Хань Сюнь, постояв немного, в конце концов ушел.
Последние дни Нин Хуань уходила из студии не раньше девяти вечера, но сегодня была пятница: зал закрывался рано, и ей пришлось уйти вместе со всеми. Едва она вышла на улицу, как услышала крик:
— Нин Хуань! Ты, дрянь такая!
Она не успела среагировать, как в нее полетели гнилые помидоры и тухлые яйца. На короткое мгновение в голове у Нин Хуань образовалась пустота. Она инстинктивно зажмурилась, но тут почувствовала, как чьи-то сильные руки обхватили ее за талию и притянули к себе, укрывая в мужских объятиях.
Лян Ситун, стоявшая неподалеку с телефоном и записывавшая происходящее на видео, побледнела, не увидев ожидаемой расправы. Но, узнав того, кто защитил Нин Хуань, она вздрогнула:
— Шэнь... третий молодой господин Шэнь...
— Третий молодой господин?
Нин Хуань была ошеломлена. После того как Шэнь Шиюань бросил ей свои угрозы, он исчез, и она несколько дней жила в страхе, но никак не ожидала, что он приедет за ней прямо к студии!
Она оказалась в кольце его рук. От мужчины исходил едва уловимый аромат парфюма, который начал проникать в ее сознание. Лицо Нин Хуань вспыхнуло, она опомнилась и попыталась оттолкнуть его.
Шэнь Шиюань посмотрел на нее сверху вниз и усмехнулся:
— Почему же ты не была такой быстрой секунду назад?
Нин Хуань залилась краской, подняла голову, чтобы ответить, но вдруг увидела, что нападавшая снова замахнулась, и, не раздумывая, встала перед Шэнь Шиюанем:
— Третий молодой господин, осторожно!

Комментарии

Загрузка...