В огромном зале приема стало так тихо, что был слышен лишь тихий стук опускаемых на столы хрустальных бокалов. Десятки глаз следили за каждым шагом Шэнь Хуая, но никто — ни охрана, ни присутствующие олигархи — не попытался его остановить.
В огромном зале приема стало так тихо, что был слышен лишь тихий стук опускаемых на столы хрустальных бокалов. Десятки глаз следили за каждым шагом Шэнь Хуая, но никто — ни охрана, ни присутствующие олигархи — не попытался его остановить.
Подойдя к центру зала, парень остановился у макета и оперся руками о стеклянное ограждение, внимательно разглядывая миниатюрные небоскребы.
Подойдя к центру зала, парень остановился у макета и оперся руками о стеклянное ограждение, внимательно разглядывая миниатюрные небоскребы.
— Порядок? Призвать к порядку? — Он обернулся к побагровевшему Чжан Тао, и в его голосе проскользнула холодная ирония:— Господин вице-президент, вы занимаете столь высокий пост в «Шэнцзин Групп», но даже не знаете в лицо замруководителя собственного инвест-отдела. Чья бы корова мычала о халатности?
— Порядок? Призвать к порядку? — Он обернулся к побагровевшему Чжан Тао, и в его голосе проскользнула холодная ирония:
— Господин вице-президент, вы занимаете столь высокий пост в «Шэнцзин Групп», но даже не знаете в лицо замруководителя собственного инвест-отдела. Чья бы корова мычала о халатности?
Его палец легко постучал по стеклу:
Его палец легко постучал по стеклу:
— А что касается того, имею ли я право судить о вашей документации... Послушайте, а потом решите, стоит ли звать охрану.
— А что касается того, имею ли я право судить о вашей документации... Послушайте, а потом решите, стоит ли звать охрану.
Чжан Тао сжал челюсти так, что желваки заходили ходуном, но не смог выдать ни слова.
Чжан Тао сжал челюсти так, что желваки заходили ходуном, но не смог выдать ни слова.
Игнорируя его, Шэнь Хуай перевел взгляд на Чжао Тяньчэна. Наследник империи «Тяньюй», секунду назад выглядевший хозяином положения, теперь покрылся мелким холодным потом, а его рука с бокалом заметно дрожала.
Игнорируя его, Шэнь Хуай перевел взгляд на Чжао Тяньчэна. Наследник империи «Тяньюй», секунду назад выглядевший хозяином положения, теперь покрылся мелким холодным потом, а его рука с бокалом заметно дрожала.
— Господин Чжао, я не видел бумажный вариант вашего проекта «Прибрежного городка в Восточном районе», но основные его пункты могу назвать без труда, — парень снова постучал пальцем по стеклу. — Раздел третий: бюджет на укрепление фундамента и освоение подземного пространства. Вы ведь провели лишь поверхностное геодезическое сканирование, верно?
— Господин Чжао, я не видел бумажный вариант вашего проекта «Прибрежного городка в Восточном районе», но основные его пункты могу назвать без труда, — парень снова постучал пальцем по стеклу. — Раздел третий: бюджет на укрепление фундамента и освоение подземного пространства. Вы ведь провели лишь поверхностное геодезическое сканирование, верно?
Чжао Тяньчэн судорожно сглотнул. Вино в его бокале пошло волнами. Он молчал, но это молчание сказало присутствующим куда больше любых слов.
Чжао Тяньчэн судорожно сглотнул. Вино в его бокале пошло волнами. Он молчал, но это молчание сказало присутствующим куда больше любых слов.
— Участок в Восточном районе — это бывшая территория Второго хайчэнского химического завода, — продолжал Шэнь Хуай, а его палец медленно скользил по миниатюрным моделям пятизвездочных отелей. — Грунтовые воды там насквозь пропитаны тяжелыми металлами, а почва разрушена химикатами. Она просто не выдержит заявленных нагрузок.
— Участок в Восточном районе — это бывшая территория Второго хайчэнского химического завода, — продолжал Шэнь Хуай, а его палец медленно скользил по миниатюрным моделям пятизвездочных отелей. — Грунтовые воды там насквозь пропитаны тяжелыми металлами, а почва разрушена химикатами. Она просто не выдержит заявленных нагрузок.
Он поднял глаза на Чжао Тяньчэна:
Он поднял глаза на Чжао Тяньчэна:
— Не проведя рекультивацию глубоких слоев почвы, вы планируете строить там тридцатиэтажные гостиницы и гигантские парки аттракционов?
— Не проведя рекультивацию глубоких слоев почвы, вы планируете строить там тридцатиэтажные гостиницы и гигантские парки аттракционов?
По залу прокатился гул. Несколько девелоперов, еще минуту назад рассматривавших буклет проекта, мгновенно захлопнули папки. Их лица стали мрачнее тучи.
По залу прокатился гул. Несколько девелоперов, еще минуту назад рассматривавших буклет проекта, мгновенно захлопнули папки. Их лица стали мрачнее тучи.
— Чушь! Полная чушь! — закричал Чжао Тяньчэн, окончательно теряя самообладание. — Наше экологическое заключение выдано городским экспертным бюро! Все показатели в абсолютной норме!
— Чушь! Полная чушь! — закричал Чжао Тяньчэн, окончательно теряя самообладание. — Наше экологическое заключение выдано городским экспертным бюро! Все показатели в абсолютной норме!
— Неужели? — Шэнь Хуай указал на модель центрального отеля. — Заключение подписано три месяца назад. Эксперт — Ли Цзяньго.
— Неужели? — Шэнь Хуай указал на модель центрального отеля. — Заключение подписано три месяца назад. Эксперт — Ли Цзяньго.
Услышав это имя, Чжао Тяньчэн побледнел как полотно.
Услышав это имя, Чжао Тяньчэн побледнел как полотно.
— Тот самый Ли Цзяньго, которого на прошлой неделе отдел по борьбе с экономическими преступлениями взял под стражу за подлог и взятки, — закончил Шэнь Хуай и неспешно одернул пиджак. — Ваш пиар-отдел, должно быть, потратил немало сил, чтобы замять этот скандал?
— Тот самый Ли Цзяньго, которого на прошлой неделе отдел по борьбе с экономическими преступлениями взял под стражу за подлог и взятки, — закончил Шэнь Хуай и неспешно одернул пиджак. — Ваш пиар-отдел, должно быть, потратил немало сил, чтобы замять этот скандал?
Лицо Чжао Тяньчэна из белого стало синюшно-серым. Он сделала шаг назад, едва не опрокинув на себя остатки вина.
Лицо Чжао Тяньчэна из белого стало синюшно-серым. Он сделала шаг назад, едва не опрокинув на себя остатки вина.
Он не мог понять. Откуда?! Откуда этот никому не известный клерк из «Шэнцзин» знает самые грязные, самые глубоко похороненные секреты «Тяньюй»?! Ведь о деле Ли Цзяньго знали лишь три человека в верхушке холдинга!
Он не мог понять. Откуда?! Откуда этот никому не известный клерк из «Шэнцзин» знает самые грязные, самые глубоко похороненные секреты «Тяньюй»?! Ведь о деле Ли Цзяньго знали лишь три человека в верхушке холдинга!
Но Шэнь Хуай и не думал останавливаться. Он загибал второй палец:
Но Шэнь Хуай и не думал останавливаться. Он загибал второй палец:
— Раздел седьмой: депозитарный счет для средств инвесторов.
— Раздел седьмой: депозитарный счет для средств инвесторов.
Чжао Тяньчэн невольно отвел взгляд.
Чжао Тяньчэн невольно отвел взгляд.
— Вы требовали, чтобы все партнеры переводили авансовые платежи на спецсчет в трастовом фонде. Якобы для целевого использования, — Шэнь Хуай сделал шаг вперед, сократив дистанцию между ними до метра. — Вот только базовые активы этого траста уже давно заложены офшорному хedge-фонду!
— Вы требовали, чтобы все партнеры переводили авансовые платежи на спецсчет в трастовом фонде. Якобы для целевого использования, — Шэнь Хуай сделал шаг вперед, сократив дистанцию между ними до метра. — Вот только базовые активы этого траста уже давно заложены офшорному хedge-фонду!
Шепотки в зале окончательно стихли. Шэнь Хуай сорвал последнюю ширму.
Шепотки в зале окончательно стихли. Шэнь Хуай сорвал последнюю ширму.
— Эти деньги должны были пойти на латание дыры в пятнадцать миллиардов юаней, которую вы образовали на неудачных инвестициях в южный фотовольтаический проект. Все до последнего юаня!
— Эти деньги должны были пойти на латание дыры в пятнадцать миллиардов юаней, которую вы образовали на неудачных инвестициях в южный фотовольтаический проект. Все до последнего юаня!
В зале воцарилась звенящая тишина, сменившаяся взрывом.
В зале воцарилась звенящая тишина, сменившаяся взрывом.
Пятнадцать миллиардов растраты!
Пятнадцать миллиардов растраты!
Это выходило далеко за рамки обычного коммерческого риска — это была мошенническая афера века. Если информация подтвердится, «Тяньюй Кэпитал» рухнет в считанные дни!
Это выходило далеко за рамки обычного коммерческого риска — это была мошенническая афера века. Если информация подтвердится, «Тяньюй Кэпитал» рухнет в считанные дни!
Миллиардеры, еще недавно дружелюбно кивавшие Чжао Тяньчэну, наперебой доставали телефоны. Кто-то отходил в угол и отдавал приказания юристам, кто-то связывался с финансовыми директорами, а двое крупных инвесторов прямо на месте заявили о расторжении всех контрактов с «Тяньюй».
Миллиардеры, еще недавно дружелюбно кивавшие Чжао Тяньчэну, наперебой доставали телефоны. Кто-то отходил в угол и отдавал приказания юристам, кто-то связывался с финансовыми директорами, а двое крупных инвесторов прямо на месте заявили о расторжении всех контрактов с «Тяньюй».
Звонки сыпались со всех сторон.
Звонки сыпались со всех сторон.
Чжан Тао попытался опираться на спинку стула, но ноги его не удержали, и он бессильно рухнул на сиденье. Лицо вице-президента напоминало маску покойника. Он понял, что это конец. Пытаясь выслужиться перед «Тяньюй» и подставить Лу Цинсюэ, он открыто скомпрометировал себя на глазах у всего делового сообщества.
Чжан Тао попытался опираться на спинку стула, но ноги его не удержали, и он бессильно рухнул на сиденье. Лицо вице-президента напоминало маску покойника. Он понял, что это конец. Пытаясь выслужиться перед «Тяньюй» и подставить Лу Цинсюэ, он открыто скомпрометировал себя на глазах у всего делового сообщества.
Чжао Тяньчэн стоял, сжав кулаки так, что ногти впивались в ладони. Его взгляд, устремленный на Шэнь Хуая, был полон смеси дикой ненависти и животного страха.
Чжао Тяньчэн стоял, сжав кулаки так, что ногти впивались в ладони. Его взгляд, устремленный на Шэнь Хуая, был полон смеси дикой ненависти и животного страха.
— Кто... кто ты такой?! — вырвалось из его сжатого горла. — Откуда у тебя эти фальшивки?! Я засужу тебя за клевету!
— Кто... кто ты такой?! — вырвалось из его сжатого горла. — Откуда у тебя эти фальшивки?! Я засужу тебя за клевету!
— Правда это или клевета, вам лучше знать, господин Чжао, — Шэнь Хуай подошел вплотную и посмотрел на него сверху вниз:— Убирайтесь отсюда вместе со своим ядовитым мусором.
— Правда это или клевета, вам лучше знать, господин Чжао, — Шэнь Хуай подошел вплотную и посмотрел на него сверху вниз:
— Убирайтесь отсюда вместе со своим ядовитым мусором.
Он выдержал паузу и добавил:
Он выдержал паузу и добавил:
— Или следующая папка с документами уедет прямиком в Комиссию по ценным бумагам.
— Или следующая папка с документами уедет прямиком в Комиссию по ценным бумагам.
Чжао Тяньчэн так сжал зубы, что раздался хруст, но не посмел вымолвить ни слова.
Чжао Тяньчэн так сжал зубы, что раздался хруст, но не посмел вымолвить ни слова.
Отчет о загрязнении, имя эксперта, офшорные залоги, сумма растраты... Этот парень знал абсолютно всё. Продолжать спорить означало лишь ускорить публичную казнь. Единственным выходом было срочно возвращаться в штаб-квартиру и пытаться удержать рушащуюся финансовую империю.
Отчет о загрязнении, имя эксперта, офшорные залоги, сумма растраты... Этот парень знал абсолютно всё. Продолжать спорить означало лишь ускорить публичную казнь. Единственным выходом было срочно возвращаться в штаб-квартиру и пытаться удержать рушащуюся финансовую империю.
Бросив бокал на стол, Чжао Тяньчэн в сопровождении побледневшей свиты почти бегом устремился к выходу.
Бросив бокал на стол, Чжао Тяньчэн в сопровождении побледневшей свиты почти бегом устремился к выходу.
Атмосфера в зале изменилась кардинально. Теперь на Шэнь Хуая смотрели с невероятным уважением и скрытым опасением. Те, кто минуту назад даже не знал его имени, уже шепотом наводили справки у сотрудников «Шэнцзин».
Атмосфера в зале изменилась кардинально. Теперь на Шэнь Хуая смотрели с невероятным уважением и скрытым опасением. Те, кто минуту назад даже не знал его имени, уже шепотом наводили справки у сотрудников «Шэнцзин».
Но Шэнь Хуаю было плевать на эти взгляды. Он повернулся и спокойно пошел обратно к Лу Цинсюэ.
Но Шэнь Хуаю было плевать на эти взгляды. Он повернулся и спокойно пошел обратно к Лу Цинсюэ.
Девушка так и стояла на прежнем месте. Ее рука всё еще сохраняла изгиб, словно продолжала держать его под локоть. Она смотрела на парня не мигая, а в ее глазах, отражавших свет хрустальных люстр, блестели слезы.
Девушка так и стояла на прежнем месте. Ее рука всё еще сохраняла изгиб, словно продолжала держать его под локоть. Она смотрела на парня не мигая, а в ее глазах, отражавших свет хрустальных люстр, блестели слезы.
Перед взором Шэнь Хуая вновь распахнулась панель:
Перед взором Шэнь Хуая вновь распахнулась панель:
[Уведомление системы: Лояльность цели Лу Цинсюэ преодолела критический порог. Текущий уровень: 85 (Абсолютная зависимость).]
[Уведомление системы: Лояльность цели Лу Цинсюэ преодолела критический порог. Текущий уровень: 85 (Абсолютная зависимость).]
[Сводка мыслей: «Откуда он всё знает?! Как он смог раскопать секреты такого уровня?! Сколько же еще тайн он скрывает?..»]
[Сводка мыслей: «Откуда он всё знает?! Как он смог раскопать секреты такого уровня?! Сколько же еще тайн он скрывает?..»]
[«Он идет сюда... Он смотрит на меня! Что мне сказать?! Сказать "спасибо" — слишком сухо? Но мои ноги всё еще дрожат... Пожалуйста, не отпускай мою руку!»]
[«Он идет сюда... Он смотрит на меня! Что мне сказать?! Сказать "спасибо" — слишком сухо? Но мои ноги всё еще дрожат... Пожалуйста, не отпускай мою руку!»]
[«Столько людей видели это... Они же теперь решат, что у нас с Шэнь Хуаем роман! Если слухи дойдут до семьи... А, к черту! Пусть думают что хотят, главное — он рядом!»]
[«Столько людей видели это... Они же теперь решат, что у нас с Шэнь Хуаем роман! Если слухи дойдут до семьи... А, к черту! Пусть думают что хотят, главное — он рядом!»]
Глядя на буйство розовых сердечек, переполнивших интерфейс, Шэнь Хуай про себя вздохнул. Внешне — лединка, а в голове — сплошной бразильский сериал.
Глядя на буйство розовых сердечек, переполнивших интерфейс, Шэнь Хуай про себя вздохнул. Внешне — лединка, а в голове — сплошной бразильский сериал.
Он снова подставил ей свое предплечье.
Он снова подставил ей свое предплечье.
— Спектакль окончен. Может, присядем? — его голос звучал мягко и тепло.
— Спектакль окончен. Может, присядем? — его голос звучал мягко и тепло.
Лу Цинсюэ послушно кивнула и мгновенно вцепилась в его руку. На этот раз её пальцы сжались на его рукаве еще сильнее.
Лу Цинсюэ послушно кивнула и мгновенно вцепилась в его руку. На этот раз её пальцы сжались на его рукаве еще сильнее.
Поворачиваясь вместе с ней к зоне отдыха, Шэнь Хуай мельком взглянул на балкон второго этажа.
Поворачиваясь вместе с ней к зоне отдыха, Шэнь Хуай мельком взглянул на балкон второго этажа.
Там, опершись о резные перила, стояла грациозная фигура в вечернем платье цвета спелой вишни. Цзян Ваньинь неспешно потягивала красное вино, а ее пристальный взгляд был прикован к их сцепленным рукам.
Там, опершись о резные перила, стояла грациозная фигура в вечернем платье цвета спелой вишни. Цзян Ваньинь неспешно потягивала красное вино, а ее пристальный взгляд был прикован к их сцепленным рукам.

Комментарии

Загрузка...